Михаил Голицын
Кофе вашего настроения

Мелкий июньский дождь ещё напоминал о себе каплями на стеклах и небольшими лужицами в тени на тротуарах. Солнце всё ещё пряталось за тучами, а воздух был наполнен свежестью, смешанной с запахом мокрой пыли, испаряющегося асфальта и влажного дерева. Небольшая, узкая улица Шаумяна, упирающаяся в Ворошиловский проспект в жемчужине юга – Ростове-на-Дону, наполовину была в тени. Тень аккуратно простиралась от отеля Европа, накрывая собой фасад жёлтого цвета, красиво украшенный белой лепниной над входом и окнами. За этим уютным фасадом располагалась кофейня «Купаж». Камо открыл дверь кафе, впуская свежий воздух внутрь, а сам вышел на тротуар, поднял голову в верх, туда, где должно было быть летнее солнце. Но солнца первый месяц лета давал меньше, чем дождей, и он, вздохнув, стал сметать от входа в кафе листву и мелкий мусор, нанесённый сюда ручейками.

- Вы ищите баристу? – прозвучал голос рядом с ним.

Камо оставил своё занятие и повернулся на голос. Перед ним стоял мужчина средних лет, худощавый, темноволосый, одетый в джинсы и футболку.

- Да. Ищем. – ответил через паузу Камо, отставляя метлу в сторону.

- Я бы хотел у вас работать.

- А где работали? Есть рекомендации, образование?

Мужчина назвал несколько названий кафе, расположенных, с его слов на юге, но эти названия ничего не говорили Камо.

- Образования нет, как и рекомендаций, так что остаётся только поверить на слово.

- Сложно. – ответил ему Камо. – Это же не завод, тут и медицинская книжка нужна, да и умения…

-А давайте так, - предложил молодой человек, - я сварю вам кофе вашего настроения. И если угадаю, то вы берёте меня. Скажу честно, работа мне всего на месяц нужна, потом я уезжаю из Ростова.

Камо повёл плечами. Кандидатов у него не было других, всех грамотных барист уже разобрали, так от чего же не попробовать. Он улыбнулся и жестом показал молодому человеку на вход в кафе. Пустое в это время дня кафе встретило их тихой мелодичной музыкой, Камо показал турку, печь, кофе и набор специй и пряностей, а сам сел за столик. Легкая прохлада приятно щекотала его спину и он, откинувшись в кресле, ловил каждое дуновение ветерка.

- Ваш кофе. – молодой человек поставил перед ним чашечку.

Камо отпил, потом сделал ещё глоток, задержав кофе во рту, а потом ещё один, который тут же проглотил, обжигая горло. Крепкий кофе, немного солёный с цитрусовым привкусом, оставляющий на послевкусии лёгкие нотки абрикосовой косточки и жаренного изюма. Почему-то этот вкус напомнил ему детство, когда Ростов-на-Дону не был ещё заточен в асфальтный панцирь, а в Нахичиване было немало грунтовых улиц, которые в жару поднимали между домами занавесу пыли и держали её до самой утренней росы, там же в средине жаркого июльского дня его мать варила на электрической печке кофе, а потом пила его маленькими глотками, сидя в плетённом кресле под старой абрикосой, а когда кофе оставалось на несколько глотков, она позволяла себе закрыть глаза и на несколько минут задремать. А в это время маленький Камо осторожно, чтобы не разбудить маму брал чашку с кофе и делал пару глотков этого чудного напитка… В уголке глаза появилась небольшая слеза, скользнувшая по морщинистой тёмной коже.

- Я не знаю, как вам это удалось, - Камо вытер слезу, совершенно её не стесняясь, - но этот кофе был таким же как сорок лет назад, как кофе в моём детстве.

- Я рад, что смог угадать ваша настроение. – улыбнулся мужчина. – Я принят?

- Безоговорочно!

Утро следующего дня началось с того, что новый бариста белым маркером на окне кафе написал: «Кофе вашего настроения. Заходи и попробуй».