Егор Пименов
Девушка из сна.

Помнится, как она впервые появилась в его жизни. Это произошло на корабле в ночное время суток, когда звезды мелькали на небе, как маленькие фонарики, а луна была полной и излучала свет словно фонарь одинокого маяка. Темные волосы, карие глаза, а ко всему этому еще изящная фигура. Она, в первую встречу с ним, надела прелестное белое платье с кружевами, что очень поразило Антона. Хоть их первая встреча была не запланирована, и он увидел ее тогда, когда она села на рядом стоящий столик. Морской ветер развивал ее волосы. Она ему сразу понравилась, и он тут же влюбился. Антон долго смотрел на нее, допил шампанское из бокала, а потом поставил его. Он встал, подошел к ней и сел рядом с ней на плетеное кресло, стоящее на против нее. На плетеном столе, столешницу которой покрывало стекло, стоял такой же бокал шампанского, который Антон выпил несколько минут назад. Она грустно и уныло смотрела, как пузырьки из низа бокала поднимались на верх.

- Вы одна? – спросил он с некоторым стеснением в голосе. – Просто я увидел вас… и захотел подойти… и… - с некоторой паузой в голосе он произнес. - Меня зовут Антон.

- Я поняла, - печально ответила она.

- Как вас зовут?

- Мила… - кротко сказала она. – И да, я пока одна…

- Пока? – недоуменно спросил он.

- Пока вы ко мне не подсели… спасибо за то, что мне компанию составили.

В нем что-то промелькнуло и заставило зачаткам его влюбленности разгореться еще больше. Его привлекало все, что было связано с ней. Именно в тот вечер он влюбился в ту загадочность, которая таилась в ней, в те глаза, которые смотрели на него изредка отвлекаясь на пузырьки в бокале. Когда время перевалило за полночь, то он любезно сопроводил ее до каюты, где она располагалась и, обмолвившись встретится завтра, он пошел в сторону своей каюты.

Антон проснулся, ему не хотелось открывать глаза, но пришлось. Он лежал на кровати, но уже не на корабле в своей каюте, а у себя дома. За окном лил дождь уже второй день, ему было не очень приятно вставать с кровати, потому что он хотел остаться в том самом сне и провести остальное время там с новой, уже так ему понравившейся девушкой. Когда он вновь открыл глаза и начал смотреть в потолок, к нему закралась мысль: «А вдруг я ее больше не увижу? Вдруг это был последний прекрасный сон из когда-либо снившихся мне?». Антон размышлял над этой мыслью долгое время, но всё-таки сдернул с себя теплое, от его тела, одеяло и сунул ноги в тапочки, которые находились рядом с его кроватью. Сидя на кровати в пижаме и потирая глаза, его взгляд упал на прикроватный будильник, который показывал без четверти семь. Для него это означало одно – сегодня он не опаздывает на учебу. Он поднялся с кровати и пошёл в, находящуюся рядом, ванную комнату. Включив свет, он принялся искать свою зубную щетку, которая находилась рядом с раковиной. Когда щетка оказалась в руках, то Антон незамедлительно почистил зубы и пошел в собственную комнату, где снова, посмотрев на время, начал одеваться.

Когда Антон вышел из квартиры и начал спускаться по бетонной лестнице подъезда, то сразу начал вспоминать тот сон, где встретил ту красивую девушку - Милу. Он хотел растворится вместе с ней в том сне, остаться навсегда на том корабле, в том вечернем дне, быть с ней в тех разговорах и за тем плетеным столом на палубе.

Антон, раскрыв зонтик, шел по мокрому асфальту иногда наступая на неглубокие лужи. Пройдя через пешеходный переход, он промочил черные кеды и, выругавшись, а потом немного отойдя, пошел дальше. Он проскальзывал мимо шелеста деревьев, когда капли дождя попадали на их листья, мимо разноцветных и влажных лепестков цветов, некоторые из которых были маленькими бутонами, мимо птиц, которые пили из только что образовавшихся луж и сразу разбегались или взлетали, когда какой-нибудь прохожий проходил рядом с ними. Он, через некоторое время после того как промочил ноги, посмотрел на стрелки дешевых часов с кожаным ремешком, которые он купил недавно и находились они на его левой руке, и, увидев, что на них половина девятого, поспешил в метро, над входом которого возвышалась большая, издающая, на первый взгляд незаметный, но приятный неоновый свет буква «М», а вход находился в нескольких десятках метрах от него. Когда Антон прошел турникет и сел в вагон только что приехавшего поезда, то мысли о Миле снова накрыли его, причем с головой. Он откинулся на пластиковое сиденье, находящиеся по обоим сторонам вагона, и закрыл глаза, представляя ее лицо в мельчайших деталях.

В мыслях ему представлялись ее темные, словно ночь, которой они были вместе окружены за тем столом, волосы, представлял он и ее карие, точно цвет только что сваренного кофе, глаза и ее прекрасные губы красного цвета, которые были схожи с алым цветом розы. Представляя все это, он хотел сохранить тот образ на веки и быть вместе с ней. Антон понимал, что она для него являлась тем идеалом, о котором он мог лишь только думать и о котором мечтал в данную минуту. Он думал о ней все красочнее и красочнее, обрисовывая и описывая ее, многие детали были где-то внутри него, в его подсознании, которое запомнило этот сон. В этой темноте, искусственно созданной его закрытыми веками, медленно возникала она – Мила, в том самом белом платье при их первой встрече. Его взгляд падал на каждую новообразовавшуюся складку ее платья, которые возникали от ее изящных движений, на те движения рук, которыми она нежно, будто вальсируя, поднимала бокал или невзначай трогала складки собственного платья, на ее алые губы, слова из которых он ловил с упоеньем. Антон хотел остаться с ней в этой темноте, которую сам и создал.

Он просидел так до конечной остановки. Когда машинист, проверяя вагоны, заметил его, то попросил его покинуть вагон. Этот короткий диалог отрезвил Антона, и он сошел на станцию, на которую, незаметно для самого себя, доехал. Эта станция была ровно на три станции дальше, чем ему нужно было. Вновь взглянув на стрелки часов и увидев на них значение без четверти девять, он осознал, что опаздывает. Антон прошел до другого края станции и начал ждать поезд.

Вновь зайдя в вагон поезда, он сел на пластмассовое сиденье и начал безучастно глядеть на заполняющих вагон людей, как они толкались, входя и выходя из поезда, как кто-то держал собачку на руках, как кто-то спешил на работу, а кто-то на учебу, как сам Антон. Все три остановки он ни о чем не думал, а только смотрел в пол, наблюдая там лишь свои кеды, чужие женские красные бархатные туфли и мужские, начищенные до блеска, черные ботинки. Когда в динамиках вагона прозвучала нужная ему остановка, то он встал и подошел к дверям, которые к тому моменту уже раздвинулись перед ним. Он вышел из остановившегося поезда и машинально, уже не смотря на таблички с улицами, которые расположены под потолком платформы, пошел влево.