Потенциальные страхи: сломанный телевизор

До шоу

Я проснулся, но уже не в той больнице, куда упал. Это были обширные холмы с чистым, ясным небом. Смотря на них, я почувствовал сильную ностальгию по чему-то старому. Но в моих воспоминаниях ничего подобного не было, это чувство просто обманка! Поднявшись, я вздохнул полной грудью, но что-то показалось не так. Будто я дышал не природным свежим воздухом, а комнатным. Это немного портило мне настроение. Вдруг передо мной появился человеческий силуэт. Вернее, это и был человек, только лишённый всех черт лица. У него не было глаз, не было рта, не было носа. Одет человек был в строгий костюм и... Стоп! Кого-то он мне напоминает.

- Хэй, Кевин! Сынок, приятель!

- Сэм?

- Да, это я, малой! Ты знаешь зачем ты здесь?

Блять, теперь точно понятно, что это сон. То, что в нём одновременно есть мой отчим и перешитый ангел с... Ну и больная фантазия у меня! Ладно, мне надоело быть в этом кошмаре, надо попытаться проснуться. Сейчас попытаюсь обмануть сон, и от этого проснусь. Просто буду повторять, что я во сне и смысла больше находиться тут нет.

- Прекрасно знаю: вот сейчас мне снится какая-то херня, я скоро проснусь и увижу тебя, реального, пишущего новую душную статью по психологии за iMac. А проснусь я, наверно, через три минуты.

Я рад, что могу позволять многое в общении с Сэмом. Хоть это и сон, но в реальности Сэм бы также меня не наругал. Родной отец за каждое лишнее слово бил меня.

- Нет, Кевин! Это не сон!

Ага, пизди больше.

- Просто прими это как факт! Хочешь ли ты получить 600 долларов?

- Лучше я проснусь и попрошу у тебя реальных 10 баксов. Хотя бы это будет не сон.

Сейчас сон заглючит от моего пролома четвёртой стены, и я проснусь. Я уверен в этом.

- Это не сон, Кевин! Сколько тебе нужно повторять базовые вещи, гряз... Прости, прости!

Моё последнее убеждение, что это сон. Сэм ни за что бы в жизни меня не оскорбил. Сэм, хоть иногда и странный человек (хотя все успешные люди странные), но добрый и никогда ни на кого не срывался.

- Ладно, допустим, даже если бы это был сон, то его ход ты бы и так не изменил. Я писал это в моей книге "Борьба с собой". Разве я не дарил тебе один из экземпляров?

- Нет.

- Кстати, ты не сталкивался с чем-то странным на своём пути?

- Да.

- И кто же это был?

Прямо за моим правым ухом появился маленький глаз с белыми голубиными крыльями. Он стал шептать мне в ухо: "Не говори про ангела! Не говори про ангела! Ради Бога, не говори про ангела! Ты станешь пушечным мясом!". В прошлый раз глаз меня не обманул. Значит, глаза могут советовать правильные решения на моём пути (ну, по крайней мере, я так понял)! Тем более вспоминать об этой хере лишний раз не хочется... Ладно, надо сейчас соврать Сэму (проснуться сейчас у меня же не получилось).

- Пустяки, только один летающий глаз.

- А, понятно. Ты этих глаз вообще не бойся. Они безобидны и бесполезны.

- Хорошо.

Другой крылатый глаз резко прилетел из ниоткуда и осторожно сел Сэму на плечо. Сэм радостно улыбнулся. Хоть у него не был виден рот, но я это понял. Безумно странно: у Сэма при таком ярком освещении не видно ни глаз, ни рта! Только его светлые густые брови были ярко выражены на его потерявшем все черты лице. Должно быть, это тоже эффект этого долгого странного сна.

- Кевин, ты мне нужен!

- Зачем?

- Дело в том, что ты здесь не просто так. Ты для меня очень важный человек и мне нужна твоя помощь. Ты должен пройти созданный мною путь, чтобы в конце добраться до недр этого мира и найти женщину в образе ангела. Она может ходить по этому миру, но обычно находится где-то внизу. И там, внизу, находится выход из этого мира. Я прошу тебя найти её, и вы вместе сбежите отсюда.

- Сэм, но я не...

Сэм быстро испарился в воздухе, не оставив мне выбора. Меня телепортировало в больничный коридор. Это был не тот коридор, в который я упал: он был хорошо освещён, по бокам находились витрины с лекарствами, будто это аптека без входа и выхода. Резко я услышал писк.

- Кто это?

На полу лежала плюшевая игрушка льва. Оказывается, я её не заметил и случайно наступил. Я взял её в руки. Игрушка была покрыта вязкой цветной жидкостью. Сама по себе она была стрёмной и уродливой, похожей на игрушку из рекламы одного лекарства, названия которого я уже не помню. Внезапно игрушка начала вибрировать, будто внутри неё перемещалось что-то жидкое. Она вибрировала всё сильнее и сильнее. Я резко кинул её на пол. Вдруг из неё громко раздался человеческий крик, и игрушка взорвалась, залив коридор кровью. Я протёр лицо, увидел, что от львёнка осталась только часть с ногами, и та была испачкана в густой крови. Я застыл в ужасе, весь испачканный кровью. Осознав, что произошло, я не мог пошевелиться. А вдруг я тоже... лопну? Ладно, надо продолжать путь. Прямо по коридору виднеются двустворчатые двери. Я аккуратно прошёл через остатки львёнка и подошёл к дверям. Мой пульс был довольно высоким, но я даже в одиночестве старался сохранять спокойствие. Я всегда старался держать спокойствие в любой ситуации: либо отшучиваться, либо просто молчать. Я привык, что лучший способ в ужасной ситуации - это просто молчать. Мой отец не давал мне выбора, заставляя просто смотреть на то, как он избивал мою мать. Надеюсь, этот подонок уже сдох в тюрьме.