Татьяна Осипова
Право по крови

Выбралась из подземки. Станция «Спортивная». И я спортивная, улыбаюсь, пытаясь не раскиснуть. Под ногами потоки воды. Иду и злюсь: на него, на себя, на его маму. Тюфяк, маменькин сынок! Ну и пофиг. В воздухе запах осени. Листья в каплях дождя невероятно красивы. Клёны. Буду думать о хорошем. Надо жить дальше. В двадцать пять жизнь не кончается. Главное – это я его бросила. Хватит о Славике. Иду к подруге, вот где мы перетрём его косточки, и пусть икает. Снова улыбнулась. Гудок автобуса. Перебежала дорогу. До дома Ларисы недалеко. Дождь прекратился разом. Я закрыла зонт и шагала к старой пятиэтажке на Большом проспекте. Люблю Петроградский. Вошла в парадную, вспомнила, что надо миновать двор. Пробежала по ступеням лестничной клетки. Вот какой дурацкий проход. Толкнула скрипучую дверь, выскочила наружу в предвкушение встречи с Лариской. Вынула смартфон… Туман какой-то. Что за…

За спиной глухо стукнуло. Знакомый запах сырости и мусора сменился чем-то острым, сладковатым, с едким привкусом озона. Я открыла глаза. Дом, в котором бывала много раз, исчез. Двор-колодец сгинул. Вместо него – небо цвета расплавленной меди и… лес. Но не из деревьев. Из гигантских, переливающихся всеми цветами радуги кристаллов, уходящих ввысь, словно иглы невероятного собора. Город на возвышенности – отсюда открывался удивительный вид. Где-то вдалеке алело огромное озеро. Розовое. По берегу бродили стаи фламинго, неестественно крупных, как розовые призраки. Над головой с грохотом и шипением пролетело что-то, похожее на дирижабль, сбитый на скорую руку из железа и дерева. Я стояла, вжавшись спиной в тёплую, гладкую поверхность кристалла, пытаясь понять, сон ли это. Гул земли – тяжёлый, ритмичный – заставил обернуться. По аллее, мощёной тем же розовым камнем, что и озеро вдали, прямо на меня надвигался… раптор? Настоящий, зубастый, покрытый блестящими чешуйчатыми доспехами. А на его спине, в развевающемся плаще цвета запёкшейся крови, сидел всадник. Холодные глаза, слишком молодое, но надменное лицо.

***

– Бродяжка из Нижних?! – его голос скрежетал, как сталь по камню. – Как ты просочилась сквозь Врата Гемариона?

Я не знала, что ответить. Не понимала, что это за Гемарион. Чувствовала только леденящий страх. Взгляд чужака, скользнувший по мне, вдруг замер. Странный браслет из кристалла на его руке, до этого тускло светившийся жёлтым, взревел ослепительно белым светом, треснул и погас. Всадник вздрогнул, будто его ударили током.

«Пятая»… – прошептал он так тихо, что я едва разобрала. В его глазах промелькнуло нечто большее, чем удивление. Нечто опасное. Благоговение и ужас одновременно. Казалось, он колебался – преклонить колени или схватить. Выбрал второе, но… вежливо.

– Почему я должна идти за вами? – тихо спросила я. Страх сжал горло, голос сорвался.

– Простите, госпожа, – его руки в кожаных перчатках сжали поводья. Раптор нервно переминался с ноги на ногу, когти цокали по камню. – Здесь небезопасно. И на Торе вам ехать… не по рангу.

«Не по рангу? Вот те на!» — мелькнуло в моей голове.

– Здесь проходит трек Первогрупников к «Гемариту». Позвольте проводить вас в безопасное место.

«Трек? «Гемарит»?» Мысли путались. За спиной была только гладкая, холодная стена кристалла, похожая на огромный драгоценный камень. Ни двери, ни выхода. «Что это за место? Что мне делать?»

– Простите. Не подумал, – отрывисто сказал воин. Откинул кроваво-красный плащ, обнажив на поясе не меч, а странный прозрачный прямоугольник. Быстро провёл по нему пальцем – устройство вспыхнуло золотым, кивнул. – Сообщил в Кристаллгем о вашем прибытии. Но ждать здесь опасно. Рекомендую пройти со мной до «Прибежища королевы». – Он глянул на прямоугольник, который мигнул зелёным. Кивнул. Его взгляд скользнул по моей футболке и джинсам. – Ваша одежда… выделяет вас. Пройти недалеко. Это для вашей безопасности.

«Одежда? Да, в платье с кринолином тут явно было бы уместнее», – мелькнула ироничная мысль, тут же подавленная волной нового страха. «Прибежище королевы»? Звучит как ловушка».

– Как я могу обращаться к вам? – спрашиваю, а сама в ответ не знаю что отвечать. Настя — слишком просто для этого медного царства.

Воин приложил руку к груди, склонил голову:

– Эоган, Копьё из тиса, к вашим услугам.

– Анастасия, – выдавила я, чувствуя себя нелепой пародией на светскую львицу в этом безумном месте. Любопытство грызло, но его перекрывал нарастающий холодный ужас. «Во что я вляпалась?»

Эоган спешился. Взял под уздцы раптора, погладил рептилию по бронированной шее, что-то тихо сказал. Чудовище, ростом с лошадь, фыркнуло, но замерло. Мы пошли по серой мостовой. Улицы были пустынны. Здания по сторонам напоминали пещеру гномов – но не из камня, а из полированного, переливающегося материала, то ли кристалла, то ли стекла. Впереди показалось громадное строение с башнями и вывеской «Прибежище королевы». Витражные окна, стены, инкрустированные рубинами, тёплый жёлтый свет, лившийся из огромных окон.

Внезапно послышался гул – не сверху, а сбоку. Голоса. Много голосов. Эоган резко остановился.

– Прибавим шагу, Анастасия, – его голос стал жёстким. – Они близко.

– Кто? – прошептала я, инстинктивно прижимаясь к холодной стене ближайшего здания.

– Первогрупники. Идём!

Он почти толкнул меня к сияющему порталу «Прибежища». У ступеней коснулся браслетом (уже другим, тот, что был на правой руке, испорчен) дверной панели. Дверь бесшумно открылась. Он жестом указал внутрь, коротко склонив голову. Я мельком оглянулась – Эоган щёлкнул пальцами, и раптор замер у входа. «Дрессировка или магия?» Шагнула в залитый золотым светом простор зала. Воздух дрожал от гула множества голосов. Знать. Их роскошь кричала даже на расстоянии. За моей спиной Эоган снял шлем. И теперь, впервые, я смогла хорошо разглядеть его лицо.

Его не назовёшь красавцем – смуглая кожа, крупные черты лица и тёмные коротко подстриженные волосы. На шее шрам. «От былых сражений»? Глаза ярко-голубые. Меня поразила их глубина. Наверное, для образа грубого солдата его взгляд казался слишком чистым и проницательным.

Музыка, звучавшая в зале, казалась приятной, но странно неуместной в этом великолепии – отдалённо напоминая что-то знакомое, но не вписывающееся в ожидаемый Вивальди или Грига. Мысленно прокрутила мелодию «В пещере горного короля». Вот это было бы в тему, улыбнулась я.

– Уйдём от любопытных глаз. – Рука Эогана коснулась моего запястья. Мурашки. Что-то в нём есть такое не от солдата, а от короля. Однако я ошибалась. – Поднимайтесь за мной, – махнул он рукой. Я с облегчением покинула залитый светом зал. Люди, потеряв интерес к моей персоне, вернулись к танцам и напиткам.

Мы поднялись на балкон башни, откуда открывался вид на весь город. Странно. Это здание не казалось поначалу настолько высоким. В этом мире размеры и расстояния часто обманывали.

Внизу, в тени фиолетовых гигантских кристаллов, тянулась серая очередь. «Первогрупники. Кто они такие?» В серых робах люди двигались в густой колонне между зданий. Головы их смиренно склонены, казалось, они шли уже не в первый раз к гряде из лиловых скал-кристаллов. Вокруг – всадники на рапторах. Толпа двигалась молча – женщины, мужчины, дети.

– Куда они идут? – спросила я Эогана. Он молча протянул мне подзорную трубу. «Странно, что воин дал мне возможность понаблюдать».

– Смотрите, госпожа.

«Что если бы моя группа крови не подошла, – спрашивала себя, – мне пришлось бы идти с этими людьми? Для чего?» Я наблюдала. По коже мороз. Страх подкрался и затих в складках мыслей. «Жуткий мир – красивый и жестокий».

Людей вели к массивным, похожим на пьедесталы, устройствам из полированного металла и тускло светящихся голубых кристаллов. Человек в белом халате с нашивкой – капля крови на шестерёнке – быстрым движением прикладывал к предплечью рабочего металлическую присоску, соединённую гибкой трубкой с пьедесталом. Рабочий вскрикнул, но его уже толкали вперёд. Багровая жидкость побежала по прозрачной трубке.

– «Гемосинтез». – Голос Эогана показался мне надломленным. – Первогрупники – низшее сословие. У воинов вторая группа, у магов и лекарей – третья. У знати – четвёртая.

– А пятая? – спросила я, хотя догадывалась. Просто хотелось услышать это вслух. Взгляд Эогана стал остекленевшим, в нём мелькнула боль. Губы криво дрогнули.

– Пятая группа... это кровь. Королевская кровь. Только они…

– Отчего у меня пятая? – не понимала я. Смотрела в его голубые глаза. Он проводник между мирами? В нём чувствовалась сила и чистота. – Там, где я живу, всего четыре группы. Но… Я даже не знала, какая у меня.

– По необъяснимой причине система Гемариона признала в вас носителя Пятой, – его голос звучал глухо. – Как... почему... не знаю. Но браслет не лжёт. Вы здесь, и для мира Сангустраты вы – королевская кровь. – Краска прилила к моим щекам. Сроду не краснела. Отвернулась и поднесла к глазам подзорную трубу.

Тусклый кристалл на пьедестале вспыхнул ярче, его голубой свет стал почти белым. Где-то вдали взревел двигатель летучего корабля, поднимая в небо очередного вельможу. «Батареи заряжены», – усмехнулся стоявший рядом стражник, одетый в доспехи цвета запёкшейся крови. «Благодаря «Нижнему Потоку», светит солнце над Кристаллгемом, гремят моторы, летают корабли». Он бросил взгляд в сторону башни, словно видел меня и моего спутника. Разглядывал госпожу из мира за Дверью. «Вам, «высоким», не понять. Ваша кровь – не топливо. Ваша кровь... она «правит»». Его взгляд упал на запястье женщины, стоящей рядом, где под тонкой кожей пульсировала жилка. Стражник не знал, «какая» именно кровь течёт во мне. Но я «слышала» его. Хотя он был слишком далеко. Почему? Знать бы...

– Даже королевский раптор, на котором вы отправитесь во дворец, питается энергией от кристалла, заряженного жизнями таких же, как те, что внизу. – Эоган тоже чувствовал слова стражника. Поприветствовал его, приложив пальцы к виску. – Вы слышите мысли, Анастасия. Это ещё одно доказательство вашей связи с миром Сангустраты. Нам пора.

***

До дворца добрались быстро. Кристаллгем – так называли его. Я впервые ехала верхом. Если учесть, что мой опыт никогда не связывал меня с лошадьми, на рапторе было... терпимо. Эоган помог мне забраться, посадив перед собой, и, держа поводья, ловко управлял ящером. От воина пахло металлом и мужским телом. Запах надёжности и силы. «Зачем мне встречаться с королём? Почему просто не вернуться домой?» Вспомнилась подруга, к которой я должна была сегодня зайти. «Боже. Мама будет волноваться. Задерживаться здесь нельзя».

– Эоган, зачем нам ехать во дворец? – спросила я. – Меня ждут дома.

– Во-первых, я дал клятву королю Ронгу, – холодно отозвался воин. – И ваш дом здесь, госпожа. – В его голосе вдруг прозвучала неуверенность.