Невидимое Гребнево

Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?

Поймёт ли он, чем ты живёшь?

Мысль изречённая есть ложь.

Ф. Тютчев

Нереальный путеводитель

Усадьба Гребнево — это место с многовековой и богатой историей, куда можно приехать отдохнуть от городской суеты. Но есть и ещё одно, «Невидимое Гребнево», о размерах и ландшафтах которого можно судить разве что по картинам художника Алексея Русакова, на которых оно изображено. Для того чтобы это пространство стало более осязаемым, и написан этот «Нереальный путеводитель».

«Невидимая рыба». 2019. Холст, масло, 60 х 80 см.

Повествование книги строится как цикл умозрительных опытов над восприятием реальности и её описанием. Оно не имеет сквозного сюжета в привычном понимании, тем не менее все фрагменты переплетены друг с другом как слова в кроссворде. Это сборник историй, рассказанных не профессиональным литератором, а художником, чьи картины по большей части можно отнести к наивному искусству. Все персонажи, включая самого художника, события и диалоги являются абсолютным художественным вымыслом, поскольку любое воспоминание одновременно является актом воображения. В этом смысле не существует правды и лжи, но только степени свободы ума.

Нужно также обратить внимание на то, что в книге нет никакой эзотерики и мистики. Всё, что описывает автор, подчинено абсолютно трезвой логике, хотя и не всегда очевидной на первый взгляд.

На всякий случай также стоит упомянуть, что ни одна могила не была нарушена и ни одна жаба не пострадала от рук художника.

Кольцо Мертвеца

Во Фрязино я приехал по объявлению о продаже гитары. В итоге инструмент меня разочаровал, но, чтобы день не пропал даром, я решил прогуляться до старинной усадьбы Гребнево, о которой раньше читал. Погода к этому располагала. Остатки листьев мигали на деревьях, как огоньки на новогодней ёлке. Нагулявшись вдоволь, я пошел пешком по обочине вдоль дороги в сторону железнодорожной станции. В какой-то момент напротив меня остановился черный внедорожник, за рулем которого сидела симпатичная блондинка лет тридцати, и она предложила подвезти меня. Я никуда не торопился, но отказать даме не смог и сел к ней в машину. Девушку звали Анжела, она оказалась довольно общительной и за пять минут поездки успела расспросить меня, кажется, обо всех подробностях моей жизни.

«Москва - Гребнево». 2020. Холст, масло, 50 х 100 см.

Когда мы подъехали к станции и я уже собирался вылезать из машины, она вдруг неожиданно предложила:

— Алексей, вы выпить не хотите?

Выпить я не хотел. Мое отношение к алкоголю я бы выразил словами академика Ландау, который говаривал так:

— Один бокал шампанского, выпитый за новогодним столом, лишает меня способности к творческой деятельности на целый месяц.

Тем не менее я неожиданно сам для себя почему-то согласился. Хотя и понимал, что именно в этот момент перехожу опасную невидимую черту.

Не прошло и получаса, как я уже был в полной власти алкогольного интеллекта — или, как теперь шутят, «АИ». Каждый новый глоток уносил меня всё дальше в неконтролируемую бездну, где берега терялись окончательно. С Анжелой мы перешли на «ты» и обсуждали такие темы, которые не обсудишь и с родной мамой. Она рассказала, что у нее около года назад умер муж. Она долго переживала это, хотела даже наложить на себя руки, но потом собралась с мыслями и решила начать жить по-новому.

Когда в бутылке оставалось уже совсем немного, Анжела вдруг неожиданно серьезно сказала:

— Алексей, хочешь заработать сегодня пять тысяч долларов?

Я вначале подумал, что это у нее такая шутка. Но Анжела сделалась совсем серьезной:

— Я не шучу, — строго сказала она. — Разговор более чем реальный.

— А что нужно делать? — спросил я.

— Когда муж умер, я в суматохе похорон забыла снять у него с пальца кольцо. И его похоронили вместе с ним. А теперь я хочу его себе вернуть. Нужно будет раскопать его могилу и снять у него кольцо с пальца.

Предложение это было настолько неожиданным, что я просто не знал, что сказать ей в ответ. Но она продолжала:

— Алексей, всего три-четыре часа работы — и пять тысяч долларов твои. Там земля мягкая и могила неглубокая.

Для меня это предложение было абсолютно немыслимым, преступным и аморальным. Но Анжела умело пользовалась своим женским обаянием. Свои доводы она аргументировала тем, что с моральной точки зрения мой поступок будет оправдан, ведь совершу я его по просьбе супруги покойного. При этом она готова была повысить стоимость моей работы до семи тысяч долларов, из которых половина выплачивалась прямо сейчас. И, чтобы добить меня, она достала из своей сумочки довольно толстую стопку наличных с портретами заокеанских партнеров.

О том, что было дальше, я расскажу немного позднее, — сперва нужно упомянуть о том, что этому предшествовал