Михаил Хенох
Легенда о (Богах и) мотоциклисте

Глава первая. Чёрный шар

Зла не существует для вещественной природы, но зло существует для каждого человека, которому дано сознание добра и свобода выбора между добром и злом.

Марк Аврелий

1

Знойная ночь.

Россыпь звёзд на безупречно чёрном полотне неба.

Вдруг, словно ниоткуда, над гладью моря загорается ещё одна, становясь всё ярче и ярче…

И вот, словно сорвавшись с невидимого гвоздя, она стремительно падает вниз, затем замирает и превращается в невыносимо ярко светящийся шар, опоясанный языками пламени, словно трепещущими крыльями.

Проходит время, и превративший ночь в день космический пришелец неожиданно и ослепительно взрывается, разделяясь на сотни частей, одна из которых, прочертив по небу затухающую алую дугу, рухнула в воду близ песчаного берега...

Когда перестала кипеть солёная вода, омывающая объект в форме правильного шара, созданного словно бы из чёрного непрозрачного стекла, к кромке воды, сохраняя приличную дистанцию, приблизилось человеческое племя…

В глазах читался благоговейный ужас и любопытство, соблазнившее их на риск рассмотреть поближе упавшую звезду.

Среди людей послышался зычный голос вожака, после чего они преклонили колени, погрузив их в теплый и влажный песок.

Вскоре в непроглядной черноте дымящегося шара всколыхнулись какие-то тени.

Вожак – храбрый и не привыкший отступать человек, единственный из людей оставшийся стоять на ногах – вздрогнул, и осторожно опустился на песок, всё ещё продолжая наблюдать за чудом.

Храбрец что-то бормотал себе под нос, пытаясь вернуть самообладание, и поскольку ничего пугающего и необычного больше не происходило, он начал осторожно приближаться к небесному пришельцу.

Когда Вожак оказался на расстоянии нескольких метров от шара, тот изменился, теперь он стал словно огромный глаз невиданного божества, пристально изучающий доселе незнакомый объект.

Это выглядело абсолютно жутко, как ничто другое, с чем сталкивался Вожак за свою богатую на конфликты и пролитую кровь жизнь.

Абсолютно жутко, потому что абсолютно неведомо.

Человек замер, потому что сфера загипнотизировала его, теперь Вожак был в её полной власти, тело несчастного было парализовано, и он мог только прерывисто дышать, наблюдая за тем, что будет дальше.

Мужчина, как хороший охотник, понимал, что попал в смертельно опасную ловушку, и охотник теперь совсем не он. Не стоило подходить так близко, им совершена фатальная ошибка, но дело сделано, и он молился своим старым богам, а может, стоило начать молиться новому.

Со стороны моря по линии прибоя к воронке выбитой шаром, суетливо перебирая хитиновыми конечностями, двигался краб.

Преодолев образовавшийся по периметру вал, он соскользнул по песку вниз к «стеклянной» поверхности, а потом…

Потом она словно бы всосала беспечное животное внутрь и снова стала безмятежно гладкой.

Вожак от увиденного нервно с трудом сглотнул, во рту его пересохло – солнце начинало припекать, а он до сих пор не мог пошевелиться.

Отчаяние от такого непривычного для него бессилия сжигало изнутри, к тому же он понимал, что спасения ждать не приходится.

Его люди, зная суровый нрав своего вождя, ждут приказа, опасаясь действовать самостоятельно, а он может только сипеть себе под нос. Похоже оставалось одно – ожидать своей участи в надежде на милость упавшего с небес божества, потому что только божество могло его так околдовать.