Николай Кочетков
Рюриков отрок | Царьград (Стих 6-7)

Рюриков отрок

Остыл костер былых побед,

Оставив в небе тусклый след.

Наследник Рюрика один

Вступил в права как властелин.

Явился Игорь у палат,

Где факелы впотьмах горят.

Вручил престол ему творец,

Как то давно велел отец.

Но на главу легло не злато,

А груз забот, что правил свято.

Держава юная во мгле

Хранила память о стреле.

Впотьмах сидели молча гридни,

Их помыслы бывали скрытны.

Они шептали: «Князь наш юн,

Не слышал он военных струн.

Не Вещий он, не чародей,

Не вел по суше кораблей.

Сумеет ли сдержать предел,

Который вождь сберечь успел?»

Услышал Игорь эти речи,

Расправив царственные плечи.

Он крепче сжал тяжелый меч,

Готовясь им отчизну уберечь.

Но слух промчался по лесам

К суровым, диким племенам.

Они, почуяв слабый трон,

Нарушили святой закон.

Восстал из мрака князь их Мал,

Он подчиняться не желал.

«Ушел старик, — кричал бунтарь, —

Теперь нам Игорь — не сударь!

Зачем платить чужим домам,

Склоняясь к княжеским стопам?

Пусть этот отрок сам идет,

Коль дани он у нас найдет!»

Замкнулся бревен грозный ряд,

Скрывая стрел суровый склад;

Стучал засов в ночной глуши,

Встречая гибель для души.

Домчался слух, и князь младой

Потряс булавой боевой.

Он крикнул: «Стяг коней зовет,

Нас сеча грозная найдет!»

Повел полки вперед Свенельд,

Воитель знатных, грозных лет.

Варяжский старый воевода

Не знал пощады для народа.

Они вошли в лесную глушь,

Где не сыскать лояльных душ.

Завыла сталь среди ветвей,

Смиряя дерзость дикарей.

Вспороли копья полумрак,

И отступил смятенный враг.

Свенельд крушил лесную рать,

Чтоб волю бунтарей сломать.