Валерия Гросс
Блондинка на цепи или Египетский гамбит

Глава 1

Все события книги являются плодом художественного вымысла автора. Все персонажи, имена, организации и совпадения с реальными людьми—живыми или ушедшими—случайны. Любое сходство с реальными египетскими пирамидами, древними божествами, отелями All Inclusive, гидами-одиночками и жаркими приключениями на берегах Нила является исключительно совпадением.

ГЛАВА 1. Египетский флешбэк, или «Мам, я в домике!»

Самолет мягко коснулся полосы, и шасси издали характерный звук, означающий конец нашим краснодарским мучениям. Самолет замер. Огромная железная птица наконец-то сложила крылья. Воздух за бортом закипал, но в салоне еще прохладно веяло кондиционером. Солнце давно село, но Шарм-эль-Шейх встретил нас не прохладой, а таким плотным, жарким объятием, будто мы попали прямиком в раскаленную духовку.

Наш серый «Хавал» остался далеко в Краснодаре, скучать на парковке, а впереди нас ждал совершенно чужой, жаркий и полный тайн египетский вояж.

Воздух был тяжелым, густым, пахнущим раскаленным асфальтом, морем и экзотическими специями.

Аэропорт Шарм-эль-Шейха встретил нас монументальным, звенящим великолепием. Огромные футуристические своды из стекла и бетона, похожие на перевернутые крылья белых птиц. Вокруг шумела многоязычная толпа: арабская вязь на указателях мешалась с английскими брендами дьюти-фри, а воздух был пропитан дорогим парфюмом, кофе и едва уловимым, пряным ароматом кальяна и фиников, доносившимся из VIP-зон. Настоящий восточный хаб в современном тюнинге.

Мы прошли паспортный контроль со скоростью пушечного ядра — египетские пограничники, завидев эффектных русских красавиц во главе с Гроссмейстером и нашими кавалерами, лишь восхищенно цокали языками, штампуя наши паспорта без лишних вопросов. Под нашими ногами весело шуршал чемоданный пластик, а впереди уже маячили автоматические двери на выход.

Стояла классическая египетская жара, которая моментально заставила забыть о том, что где-то там, на родине, осталась слякоть и тонкий слой снега.

Нас ждали. Прямо у выхода из терминала, расталкивая ленивых местных зазывал, стоял холеный египетский мужчина в безупречном льняном костюме. В руках он гордо держал дорогую ламинированную табличку с огромными золотыми буквами, которые буквально кричали на всё пространство аэропорта: «VALERIA GROSS».Посыльный, приветливо улыбаясь, подхватил наш багаж с таким почтением, будто мы привезли в Шарм как минимум золотой запас Международного валютного фонда. Нас проводили к парковке, где в тени пальм ожидал роскошный, белоснежный представительский минивэн.

— Ух и жара! — простонала я, с наслаждением стягивая с себя опостылевший спортивный костюм.

На мне был легкий костюм под низом, но даже в нем казалось, что я попала в персональный филиал ада, только с пальмами.

— Да, в Краснодаре такого не встретишь, — подтвердила моя боевая подруга Яночка, поправляя челку, которая от влажности норовила превратиться в микро-кудри.

— Добрались, слава богу! — выдохнул наш новый супергерой Петька, с легкостью закидывая два огромных чемодана в багажник микроавтобуса.

— Так, а где Валёк с Инессой? — спохватилась я, оглядывая нашу поредевшую банду.

— Гулин рейс через сколько прилетает?

Яна глянула на часы:

— Переводи часы на час вперед! Значит, ровно через час! Наш доблестный юрист Гулечка мчится к нам!

— Ну вот, почти все в сборе, — облегченно сказала я.

А теперь коротко о главном.

После всех нервных, криминальных и околомистических событий последних месяцев, мы нашей большой, шумной и слегка поредевшей (в плане бывших мужей) компанией решили рвануть в солнечный жаркий Египет. Нас ждало Красное море, солнце, фрукты, прекрасные пляжи и, слава богу, никаких тебе экскурсий по местам боевой славы.

Компания наша за последнее время не то что уменьшилась, а скорее приобрела новый качественный состав. Моя Яночка, боевая подруга, вышла замуж за строительного олигарха и теперь почти убила в себе следователя-сыщика (почти!).

Я — Валерия Гросс, хозяйка салона красоты, топ-аналитик по астрологическим разборам и вообще потрясающая, неугомонная Леруся FM. Со мной в комплекте теперь идет моя бессменная роль главной героини иронических детективов.

Валентин В.В. — криминальный авторитет (по секрету), а по совместительству директор крупного автосалона. Рядом с ним расцвела его дама Инесса — бывшая жена какого-то чиновника, которая влюбилась в Валька по уши, бросила экс-мужа и теперь наслаждается жизнью, по-моему, слегка переборщив с «фурором» на голове. Но главное, что счастлива!

Наша Лина — директор лучшей в Краснодаре клининговой компании «Блеск». Её верный кавалер Анатолий, он же партнер Валентина, владеет крупным автосервисом.

И, конечно, наш Пётр. Мужчина-кремень. Бывший сотрудник органов, ушедший на пенсию, когда его «ушли» из рядов следственных органов. Сейчас Петр возглавляет ЧОП и охраняет все главные объекты города (естественно, салон Валентина и автосервис Анатолия). Надежное плечо и просто хороший человек.

Ждали мы Гулю — юриста из Калининграда. Гуля никогда не променяет свой калининградский дзен на кубанский колорит. Она — ходячий уголовный кодекс, преподает в Московском универе, учит студентов праву, а её личный дзен — это её сад с пионами, петуниями и прокусами.

— Так, еще полчаса и мы выдвигаемся! — скомандовал Петр, взглянув на часы, словно вел войсковую операцию.

— Девочки, вон Гуля! — закричала Яна, махая в толпу туристов, которые только что вышли из зоны досмотра.

Гуля шла уверенно, поправляя очки. Юрист в законе, ни дать ни взять.

— Ну, теперь банда в сборе! — скомандовала я, первой запрыгивая в прохладный салон микроавтобуса.

Дорога до отеля заняла минут двадцать. Наш минивэн уверенно свернул с главной трассы в сторону закрытой, охраняемой прибрежной зоны. Впереди выросли огромные, кованые ворота элитного курорта-оазиса, окруженные высокими пальмами и каскадами цветущих бугенвиллей. На въезде дежурила строгая вооруженная охрана, но стоило водителю показать спец-пропуск, как ворота с тяжелым металлическим вздохом распахнулись. Мы въехали на территорию, которая больше напоминала дворцы древних халифов в современной обработке: идеальные изумрудные газоны посреди пустыни, мраморные дорожки, подсвеченные факелами, и грандиозный каскад бассейнов, уходящий прямо в лазурную гладь Красного моря.

Над входом гордо красовалось название Charmillion Club Resort 5*.

Так как в зимнее время в Египте темнеет рано, территория отеля сияла. Пальмы, кустарники и даже клумбы с цветами были украшены гирляндами и мигающими лентами. Отель был просто огромным, с потрясающей зеленой территорией, находящейся в живописной Бухте Набк-Бей. У отеля был свой собственный пляж с коралловым рифом и понтоном для занятий снорклингом, огромный подогреваемый бассейн и целая россыпь ресторанов а-ля карт.

Мы выгрузили чемоданы и покатили их к стойке ресепшена, на заселение.

— 11 дней счастья, моря и отдых! — выдохнула Гуля, с наслаждением плюхаясь на огромный кожаный диван в лобби отеля.

— Да, наконец-то! — радостно втопила я в ладоши, радуясь нашему маленькому отряду.

На ресепшене нас встретил русскоговорящий администратор Мустафа, который засиял от нашей компании. К счастью, заселили нас всех в один корпус, благодаря зелёной банкноте Валентина.

Яна с Гулей — парочкой. Лина с Толиком — вместе. Валентин с Инессой — естественно, вдвоем. Ну а меня, как главную звезду иронического детектива, Мустафа с широкой улыбкой определил в один номер с Петром. Типа, мы молодожены. Ага, сейчас. Петр, «мужчина-кремень», при этой новости даже бровью не повел, только слегка порозовел воротничок рубашки. А Гуля подмигнула мне так, что всё стало ясно без слов.

Я открыла дверь номера и… ахнула. Номер был просто шикарный. Два кресла у окна, уютный столик, бра с мягким светом. А в центре композиции стояла огромная кровать размера «King-Size». Белоснежное белье, гора подушек, и всё это великолепие так и манила… улечься прямо в одежде.

Но Петька смутился. Он посмотрел на кровать, потом на меня, и в его глазах читалась борьба между долгом джентльмена и усталостью спецназовца.

— Лера, может, нам поменять номер? На две кровати? — предложил он, но как-то неуверенно.

Видимо, внутренний голос подсказывал, что номер — огонь, и менять его не стоит.

— Валяй! Если получится, конечно! — заявила я, скидывая кроссовки.

Я была уверена, что в Египетский Новый год свободных номеров нет, особенно с двумя кроватями.

Пока Петька пошел на ресепшн (заведомо зря), я решила не терять времени. Включила горячую воду в душе посильнее. Какой кайф смыть с себя этот краснодарский дух суеты и перелета!

Я вышла из ванной, закутавшись в пушистый отельский халат, в полной уверенности, что Петька еще на войне с Мустафой. Но нет. Он сидел в кресле и грустно смотрел в темноту за окном.

— Не получилось, Лер! Полный отель, — вздохнул Петька.

— Петь, ну мы же взрослые люди! — рассмеялась я, глядя на него. — Кровать королевская, оба свободные. Или ты боишься, что я тебя среди ночи съем?

Петька покраснел до корней волос.

— Я… я с краю! — выдавил он.

— Окей, джентльмен! — хохотнула я.

Пока я болталась в душе, этот «мужчина-кремень» не только затащил наши чемоданы, но и каким-то чудом умудрился их разобрать! Мои вещи аккуратно лежали в шкафу, на вешалках. Петькины — тоже. И даже мое платье для ужина висело на видном месте, а рядом стоял мой дорожный отпариватель.

— Петя, ты просто золото! Я бы за это отдала тебя в лучшие руки, но оставлю себе! — пошутила я, похлопав его по плечу.

Он смущенно улыбнулся.

— Я в душ, а кстати, с легким паром! — сказал он и скрылся в ванной.

Я посмотрела на кровать. «King-Size». Огромная. Ну что, Гросс, испытаем судьбу?

Через полчаса мы, посвежевшие и голодные, вышли из номера и пошли на поиски остальной банды. Впереди нас ждал главный ресторан, ужин и, чует мое сердце, еще много интересного.

Глава 2

ГЛАВА 2. Вавилон по-египетски, или «Петь, контролируй виски!»

На ужин мы с Петром явились первыми из нашей компании. Мы решили занять самый козырный, огромный стол, чтобы уж точно всем хватило места, и с видом заправских гурманов отправились на разведку шведского стола.

Яства поражали воображение. Мы с Петей вооружились тарелками и отправились в гастрономическое путешествие. Мармиты с горячим манили ароматами, от которых кружилась голова: сочная жареная рыба, кальмары в кляре, огромные крабы, говядина по-французски и курица во всевозможных маринадах.

Но главное действо разворачивалось на улице, в зоне барбекю. Там виртуозно готовились аппетитные люля-кебаб и стейки на гриле. Все повара, как один, были в белоснежных кителях и высоких колпаках, приветливо улыбаясь и подмигивая нам.

Стойка с овощами ломилась от даров земли: свежайшие помидоры, хрустящие огурцы, разноцветный болгарский перец и горы различной зелени. Рядом красовались всевозможные маринады, оливковое масло и стойка с приправами.

А стол со сладостями и фруктами был просто «вау!». Это была настоящая выставка кондитерского искусства. Фруктов было море: спелое манго, клубника, гранат, апельсины, дыня и сладкие, как мед, финики.

Я стояла перед этим изобилием, как во сне, не зная, с чего начать.

— Петь, ты меня, если что, контролируй! — вздохнула я, зачарованно глядя на все эти заморские яства и мысленно прикидывая, влезет ли в меня хотя бы половина этого великолепия.

— Тебе это не грозит, Лерусь! — успокоил меня Петр с непроницаемым лицом.

— Ага, сейчас! — хохотнула я. — Ты просто не видел, как я ем, когда нервничаю! А я сейчас нервничаю — королевский размер кровати обязывает!

Мы наполнили тарелки рыбой, салатами и горой овощей. Но я не удержалась и на отдельную тарелочку положила себе пару изысканных пирожных.

— Виски? — предложил Петр, кивнув на стойку барменов, где выстроились батареи бутылок с этикетками мировых брендов.

— С удовольствием! Только чур, ты контролируешь тогда не мой аппетит, а количество выпитого нами виски! — ответила я, подмигнув ему.

— А вот и наши! — показала я Петру на входивших в ресторан Яну и Гулю.

Следом за ними шли Валентин с Инессой и Анатолий с Линой.

Девчонки были одеты с иголочки, явно не первый раз в Египте. Яна красовалась в стильном льняном костюме цвета фуксии. На Гуле был льняной в пол сарафан и крупное колье из серебра. На Инессе было короткое розовое платье, а на голове — тот самый безумный "фурор", который, видимо, остался с ней навсегда. Лина выбрала белоснежное льняное платье, а на Анатолии был синий льняной костюм. Выглядели все потрясающе.

Всюду мы слышали разную речь. Во вокруг нас ужинали итальянцы, немцы, англичане… Отель напоминал настоящий Вавилон в миниатюре.

— Шикарный номер! — отчиталась я, усаживаясь за стол и разливая виски по бокалам.

— Только кровать одна! — подытожила Гуля, расставив перед собой тарелки и многозначительно посмотрев на меня.

— И у нас одна! — сказала я, опустив глаза в тарелку и чувствуя, как предательский румянец заливает щеки.

— Взрослые ведь! — улыбнулась Гуля.

— Ну что, мои дорогие, за приезд! — поднял бокал Анатолий.

— Пусть наш отдых будет самым незабываемым! — подняла бокал я, и мы чокнулись под звон хрусталя.

Все принялись за еду, попутно громко причитая, как "же вкусно!", и методично уничтожая всё содержимое тарелок с завидным аппетитом.

— Завтра в 9:00 сбор с Гидом! Быть всем обязательно! — объявила я командирским тоном.

— Зачем?! — вопросительно сказала Гуля.

— Таковы правила туроператора! — пожала я плечами.

— Ну надо, так будем! — сказала Гуля.

Мы еще долго сидели за столом, обсуждая убранство номеров и вкус блюд. Под конец ужина подошли местные аниматоры, стильные ребята, и приглашали всех в амфитеатр на шоу.

После ужина мы всей толпой прогулялись по территории. Территория отеля была просто шикарной. Зеленые аллеи с аккуратно подстриженными пальмами, цветущие кустарники и клумбы с экзотическими цветами, которые светились разными огоньками в темноте.

Время подходило к 21:30. Мы все дружно, смеясь, отправились в амфитеатр.

Шоу начиналось.

Ведущий, харизматичный египтянин, поприветствовал нас сразу на трех языках, включая чистый русский.

Сначала на сцену выбежали девушки в ярких, расшитых блестками костюмах. Зазвучала чарующая восточная музыка, и они начали исполнять танец живота. Это было невероятно красиво и грациозно! Животы у них двигались отдельно от всего тела, словно жили своей жизнью. Они извивались, как змеи, завораживая зрителей своей пластикой.

Мужчины в зале замерли, открыв рты, а Гуля, как заправский юрист, с интересом рассматривала костюмы танцовщиц, видимо, прикидывая, не заказать ли себе такой же для заседаний.

Потом ведущий устроил конкурс-состязание среди туристов. Он выбрал пятерых мужчин, в том числе нашего Петьку. Им предстояло на скорость… собрать пирамиду из пластиковых стаканчиков. Но это было не просто так! Пока мужчины старались, ведущий включил зажигательную музыку и… начал соблазнительно танцевать вокруг них, подпевая в микрофон. Бедный Петька, весь красный от напряжения и смущения, пытался сосредоточиться на стаканчиках, но под напором египетского "Шакиры" его руки дрожали. Победил в итоге другой турист, более раскованный, а Петька получил утешительный приз — коктейль из рук ведущего.

Мы хохотали до слез!

А потом на сцену вышел арабский мальчик в невероятной цветной юбке. Заиграла ритмичная музыка, и он закружился. Да так быстро, что юбка встала параллельно полу, превратившись в яркий светящийся диск, и пестрила всеми огнями. Он кружился не переставая, потом ловко отстегнул юбку, перекинул её на руку, продолжая крутить, так что юбка стала похожа на пеструю шаль, танцуя с ней в такт музыке. Все аплодировали стоя.

Наши джентльмены бегали к бару и приносили нам вкусные коктейли. Виски начал делать свое дело, и настроение стало феерическим.

Шоу подходило к концу, но тут меня настигла дикая усталость. Сказался перелет и насыщенный вечер.

— Петь, я в номер хочу! Устала! — обратилась я к Петру.

— Конечно, Идем! — сказал Петя.

— Ладно, ребят, мы в номер! Устала! — сказал Петр остальным ребятам.

— Петь, ты можешь вернуться! — предложила я.

Но Петр отрицательно покачал головой, нежно взял меня за руку и посмотрел так, что все вопросы отпали сами собой.

Мы попрощались со всеми и пошли в номер.

Зайдя в номер, мы быстро переоделись и рухнули в кровать, даже не успев поболтать перед сном.

Утро началось с гастрономического разврата.

Ресторан «Charmillion» ломился от изобилия. Мы с Петей, как два сапера на минном поле, лавировали между столами, набирая калории перед «трудовым» днем на пляже. Чего там только не было: горы воздушных пончиков, политых всевозможными сиропами, французские тосты, которые так и манили утонуть в меду, разнообразные сыры (от Дор Блю до банальной Гауды), омлеты с начинками и глазуньи, которые повара жарили прямо при нас.

— Петь, если мы это съедим, то рыбы в море от зависти лопнут, — хихикнула я, накладывая в тарелку третий пончик.

— Ешь, Гросс. Тебе силы понадобятся. Вдруг придется от акул отбиваться… или от аниматоров, — парировал Петр, не отрываясь от яичницы.

После завтрака — святая обязанность туриста: встреча с отельным гидом. Мы всей толпой загрузились в конференц-зал. Гид, уставший египтянин с дежурной улыбкой, начал стандартную песню про правила отеля, про то, что из номера выносить ничего нельзя (ага, щас!), и, конечно, впаривал экскурсии втридорога.

— Итак, дорогие гости, — вещал гид, — категорически запрещено кормить рыб! Штраф! Кораллы ломать нельзя! Штраф! И самое главное — на джип-сафари только с нашими операторами!

Мы с Яной и Гулей переглянулись. Мы-то знали, что все экскурсии берем у нашего проверенного местного «агента 007» Ахмеда, который и рыбок покормить даст, и чаем напоит, и в два раза дешевле.

— Молодой человек, — подняла руку Гуля, включив режим «адвокат дьявола», — а если я случайно уронила пончик в море, и его съела рыба — это считается кормлением? Мне теперь штраф платить? И что будет с рыбой от египетского глютена?

Гид подавился воздухом. Петька сделал вид, что изучает потолок, чтобы не заржать в голос.

Мы быстренько свернули эту официальную часть, вежливо покивав, и рванули к морю.

Счет полотенец, получение карточек… и вот мы на пляже. Скинув парео, мы с девчонками явили миру шикарные купальники, купленные специально для этого дефиле. Петька, кремень-мужчина, только одобрительно хмыкнул, оценив масштаб бедствия.

— А теперь — в пучину! — скомандовала я.

Мы нацепили маски и трубки. Боже, какой это кайф — плавать в Красном море! Словно в аквариум попали. Рыбы там были всех цветов радуги и размеров. Плавали стайки ярко-синих рыбок, важно проплывали полосатые «зебры», а одна наглая рыбина с желтым хвостом чуть не клюнула меня в палец, приняв, видимо, за сосиску.

Мы визжали от восторга прямо в трубки, пугая морскую фауну. Петька, как заправский морской котик, нырял глубже всех, высматривая мурен.

Наплававшись до состояния голодных русалок, мы отправились на обед.

Он был не менее королевским, чем завтрак. Стол ломился от рыбы на гриле, кальмаров в хрустящем кляре, сочного мяса и свежайших овощей. Мы уплетали всё за обе щеки, запивая ледяным пивом и винишком.

— Чувствую, что после этого обеда я не всплыву, — простонала Гуля, доедая третьего краба.

— Ничего, Петька тебя спасет. Он же бывший опер, у него спецподготовка по спасению утопающих дам, — подмигнула я.

После обеда мы с Петей решили, что спорт — это зло, и нам срочно нужен сиеста. Остальные пошли кто куда: Гуля с Яной отправились на шопинг в местные лавки (бедные египетские продавцы, они еще не знали, что такое адвокат из Калининграда и жена олигарха), а мы уединились в номере.

Номер наш, благодаря двуспальной кровати, располагал к интимным беседам.

Мы завалились в прохладе под кондиционер. Сначала обсуждали всякую ерунду: как красиво светились пальмы, как смешно Петька выглядел в конкурсе с пирамидкой.

Потом разговор перетек в более серьезное русло. Петр оказался на удивление приятным и вежливым собеседником. Мы говорили о детях (у обоих они уже взрослые), о прошлых отношениях — без драм и соплей, с легкой иронией.

— Знаешь, Лера, — сказал Петр, глядя на меня так внимательно, что мне стало немного не по себе (в хорошем смысле), — я ведь думал, что ты такая же… как многие бизнес-леди. Вечно на нервах, с короной на голове. А ты оказалась нормальная. Хулиганистая. Мне это нравится.

Я почувствовала, что краснею. Спасло меня то, что пора было собираться на ужин.

Мы с Петром, как организаторы, забронировали столик в ресторане Аля карт.

И вот он, ужин. Мы пришли в ресторан.

Всё чинно, красиво, море под боком шумит. Нас посадили за большой стол. И тут к нам присоединяется парочка. Мужчина лет сорока пяти, с цепким взглядом бизнесмена — Геннадий. И рядом с ним… о Боже. Девушка лет двадцати пяти, модельной внешности, в платье, которое больше напоминало нижнее белье, с тонной косметики и скучающим выражением лица. Лариса. Как мы поняли, его жена.

Официанты специально соединили столы. Мы представились. Гена оказался вполне общительным, сыпал московскими шутками, рассказывал про свои бизнес. Лариса молчала, только хлопала нарощенными ресницами и изредка поправляла декольте.

Петя сидел рядом со мной и вежливо поддерживал беседу. Я же, как истинный следователь и писатель детективов, начала сканировать парочку своим внутренним радаром. Что-то в этой идиллии было не так. Слишком наигранно, слишком контрастно. Гена явно красовался перед нами, а Лариса… она смотрела на нас с завистью, что ли? Или с тоской?

— Ну что, за знакомство! — Гена поднял бокал с вином. — Мы приехали вчера, обалдели от сервиса. Ларочка вообще в восторге, да, Ларис?

Лариса вздрогнула и кивнула:

— Да, Геночка. Очень… красиво.

— Ребята, а вы откуда? — спросил Гена, глядя на нас с Петей. — Тоже парочка?

Петька не успел открыть рот, как я, решив немного похулиганить, положила руку ему на колено и томно произнесла:

— Мы? Ой, Гена, мы всё сложно… Мы из Краснодара. А вы, я вижу, из Москвы? Давно женаты?

Гена как-то странно поперхнулся вином. Лариса вдруг оживилась и с интересом уставилась на меня.

— Ну, как сказать… — замялся Гена, бросив быстрый взгляд на Ларису. — В официальном браке, так сказать. Душа в душу.

Я почувствовала, как Петька напрягся рядом со мной. То ли от моего прикосновения, то ли от вранья Гены.

«Ну что, милый Гена, — подумала я, предвкушая начало новой детективной истории, — кажется, твой отдых сейчас перестанет быть томным.

Врать Валерии Гросс — это плохая примета. Особенно, когда рядом сидит бывший опер».

— А вы, Лариса, — спросила я, глядя ей прямо в глаза, — чем занимаетесь в Москве? Кроме того, что просто красивая?

Лариса смутилась, а Гена напрягся.

— Лариса не работает, — отрезал Гена, даже не глядя на жену. Его тон был сухим, как пустынный песок, а взгляд — холодным, как лед в бокале.

— О как! — удивленно протянула я.

— Да, красивым дамам работать неприлично! — «вооружился» Геннадий, но в его глазах блеснуло что-то такое, от чего у меня внутри все похолодело.

— А вы, Лариса, чем занимаетесь? — я перевела прицел на неё, игнорируя попытки Гены «заболтать» тему.

Она сидела, вжавшись в кресло, словно пыталась слиться с обивкой.

В этот момент вся наша компания с шумом и гамом ворвалась в ресторан. Я махнула им рукой.

Тут же заиграла энергичная итальянская музыка, и зал превратился в бурлящий котел: туристы, забыв про манеры, вылетали из-за столов, собираясь в огромный хоровод.

— Пошли! — скомандовала я, и мы влетели в этот вихрь. Наши девчонки отплясывали так, будто завтра конец света.

Я бросила взгляд на наш столик. Лариса сидела одна, теребя край салфетки. Гена что-то прошипел ей на ухо — я не слышала слов, но видела, как она дернулась и с какой тоской посмотрела в темное окно. Будто искала там выход.

— Знакомьтесь! Яна, Гуля, Лина, Инесса и наши доблестные Анатолий и Валентин! — представила я компанию, когда музыка стихла.

— Геннадий, можно просто Гена! — небрежно бросил наш новый знакомый.

Только Лариса открыла рот, чтобы что-то сказать, как Гена перебил её, даже не дав договорить:

— Это Лариса, моя супруга.

Меня накрыло. Мерзкое, липкое чувство — как будто я случайно наступила в грязь в нарядных туфлях. Мне стало до тошноты жалко эту женщину. Она была красивой, эффектной, но в её глазах застыл тот самый стеклянный страх, который я так хорошо знала по себе. Она была в клетке, даже сидя за накрытым столом.

Виски лился рекой, смех звенел, обстановка была расслабляющей, но я видела, как Лариса бледнеет от каждой шутки мужа.

— Лариса, может, попудрим носик? — вдруг предложила я.

Мне нужно было вытащить её из-под этого пресса.

— Да, пожалуй, — прошептала она, почти умоляюще посмотрев на меня.

Мы вышли. В уборной я, не дожидаясь церемоний, обняла её. Она вцепилась в меня, как в спасательный круг.

— Ты можешь мне доверять! — сказала я, глядя ей прямо в душу.

— Точно? — она смотрела на меня с надеждой, от которой стало больно.

— Абсолютно! Он тебя бьет? — спросила я в упор, попадая в самую болезненную точку.

Она не ответила. Она просто зарыдала. Слез было столько, будто копились годами.

— За всё! За макияж, за фигуру, за то, что не так посмотрела… — вырывалось у неё.

— Не плачь! Я помогу! — мой голос звучал твердо, как приговор.

— Он меня убьет! — вскрикнула она.

— Нет, не посмеет. А если посмеет — пожалеет, что родился!

— Не говори ему, мне точно хана! — она была в панике.

— Слушай меня: иди, умойся, возьми себя в руки. Наш номер 2020. Запомнила? — я вложила в её руку свою ладонь.

Мы вернулись. Гена нервничал, яростно поглядывая на часы.

— Почему так долго? — буркнул он.

— Потому что мы девочки, Гена! Пудрить носик — это искусство, а не пятиминутное дело! — я ответила так дерзко, что он аж прикусил язык.

Ужин подходил к концу.

— Ребят, а вы не против, если Гена и Лариса завтра с нами на яхту? — спросила я, поглядывая на Ларису.

— Не против! — заорали мои, как по команде.

— Отлично! Завтра в 8:00 на рецепшн! — отрезала я. Гена попытался возразить, что «у них бронь», но я просто отмахнулась:

— Решено. Всё решим.

Вернувшись в номер, мы рухнули на кровать, хохоча над чем-то несущественным. Петя вдруг коснулся моей руки — меня будто ударило током. Я отпрянула.

— Петя, держи дистанцию! — вырвалось у меня. Хотя внутри все кричало об обратном.

— Я нечаянно… — Петя смутился.

— Доброй ночи! — я отвернулась, чувствуя, как внутри разгорается пожар.

Влюблённость? Нет, это было что-то сильнее.

После того как я отвернулась от Пети, в номере повисла такая тишина, что было слышно, как работает кондиционер.

Прошло полчаса, но сердце всё еще колотилось, как бешеное. Внутри меня боролись две женщины: та, что хотела забыться в объятиях этого сильного, спокойного мужчины, и та, что до ужаса боялась повторения прошлого.

— Петь, — тихо позвала я в пустоту, — не спишь?

— Нет, — отозвался он мгновенно.

— Пойдем погуляем? Тут в темноте территория совсем другая.

Петя не задал ни одного лишнего вопроса. Он просто встал, и через минуту мы уже вышли из душного номера в ночную египетскую прохладу.

Территория отеля ночью преобразилась. Подсветка пальм делала их похожими на сказочных великанов, а бассейн, в котором отражались звезды, казался бездонным черным зеркалом. Мы шли медленно, почти не касаясь друг друга, но между нами словно искрило электричество.

Я вспоминала всё: его случайное касание, мой испуг, этот странный трепет. И вдруг... тишину ночи, нарушаемую лишь стрекотом цикад, разорвало нечто чудовищное.

Это был крик. Короткий, сдавленный, полный такой боли, что у меня внутри всё оборвалось. Мы с Петей переглянулись. В его глазах отразилось мгновенное понимание: это не аниматоры, это не шутки.

— Не трогай, мне больно! — донеслось из темноты, со стороны соседнего корпуса.

— Заткнись, тварь! — последовал ответ — низкий, рычащий, от которого кровь стыла в жилах.

Я замерла. В этом голосе — в этом мерзком, властном тоне — я узнала его. Не Гену. Я узнала его. Своего бывшего. В голове всплыла картинка: он, швыряющий меня на пол, и темнота, когда карта вынута из слота.

— Пожалуйста, что я сделала?! — снова взмолилась она.

— Лариса... — прошептала я, хватая Петю за руку так, что, наверное, оставила следы. — Это она. Это Лариса.

Мы замерли в тени огромной финиковой пальмы. Петя, как истинный опер, мгновенно сгруппировался. Он уже не был тем «приятным собеседником» из ресторана — его челюсть сжалась, взгляд стал холодным и расчетливым.

— Стоишь здесь, — коротко приказал он. — Я проверю, из какого номера.

Я хотела возразить, но промолчала. В этот момент я поняла: либо мы сейчас идем туда и устраиваем разнос, либо я всю жизнь буду слышать этот крик в своих кошмарах

Я знала: просто забрать Ларису нельзя. Она в «заложниках» у собственного страха, а у нас — ноль юридических прав. Но и пройти мимо? Нет, это не про нас.

— Петя, — прошептала я, — если мы просто убьем его взглядом, он не поймет. Ему нужен «холодный душ».

Петя кивнул, не дожидаясь приглашения. Мы подошли к номеру, из которого доносились крики. Петя уверенно постучал в дверь — громко, властно, по-оперски.

Гена открыл почти сразу. Растрепанный, злой, он сначала хотел рявкнуть, но, увидев перед собой двухметрового Петра с выражением лица «сейчас буду бить», осекся.

— Вы что, охренели? — процедил он, пытаясь закрыть дверь, но Петя твердо поставил ногу в проем.

— Выйдем, Гена, — ледяным тоном произнес Петя. — Нужно кое-что обсудить. Без Ларисы.

Они отошли вглубь коридора. Я видела только их силуэты. Петя говорил негромко, но очень четко, активно жестикулируя. Гена сначала пытался спорить, дергался, что-то доказывал, но потом вдруг сник, побледнел и начал кивать, как болванчик. Видимо, Петя нашел какие-то очень убедительные аргументы — в его лексиконе всегда находились слова, от которых у таких «героев» мгновенно отбивало желание самоутверждаться за счет женщин.

Через пять минут они вернулись. Гена выглядел так, будто проглотил лимон, а Петя — как человек, решивший проблему мирового масштаба.

— Больше этого не повторится, — сказал Петя, глядя на меня. — Мы расходимся.

Мы ушли в свой номер, но уснуть я так и не смогла. А утром...