Искандер Кражелов
Полупутешествие на запад. Западные Королевства Людей

Западные Королевства Людей. Затма

Прохладный и влажный утренний воздух все еще неторопливо носил вокруг Сарины ароматы травы, листвы, земли и немногочисленных цветов. Девушка думала о лесе, из которого только что вышла. Там сонные полупрозрачные струйки тумана гладили стволы деревьев да просачивались сквозь жиденькие кусты, разбросанные небольшими группами; запахи леса создавали приятное ощущение в груди Сарины, она с ностальгией обнаруживала в себе полуживое чувство принадлежности к друидскому миру. Впрочем, нежная печаль составляла компанию травнице не слишком долго: девушка направила мысли в прозаическое русло, когда увидела впереди несколько десятков одноэтажных домиков, длинный невысокий забор, за ним – скот и клевумов, а еще дальше – высокую городскую стену.

Рядом с Сариной, ведя под уздцы лошадь, шел Дол-жи. Карету они оставили в лесу, со своими сопровождающими из Фаровых гор не так давно расстались; какое-то время их спутником было непринужденное молчание.

Сарину не удивил как бы вдруг появившийся перед ней город, она знала, что топчет земли, принадлежащие какому-то из государств ЗКЛ, и к тому же «нормальная остановка» обсуждалась между ней и принцем неоднократно.

В ответ на Саринин вопрос: «Что это за место?» – Дол-жи, нахмурившись и прикусив губу, странно промолчал. Сначала девушку это удивило, даже несколько позабавило; она хмыкнула и принялась строить догадки.

Пригород встречал их без интереса, люди были заняты своими делами и не обращали на путников внимания.

– Это же… Затма! Тут Затма начинается, верно? И за той стеной… В этом городе я жила, да? Где-то там и король со своей жуткой Фридой, так? – Девушка остановилась как вкопанная и схватила принца за рукав. – Зачем мы здесь и что ты задумал? Хватит скрывать от меня свои планы! В Горах устроенные тобой сюрпризы с родней и гномами были милыми, удивительными! Но сейчас недосказанность пугает! Перестань так поступать.

– Прости. Больше не буду. – Дол-жи виноватым взглядом тюкнулся Сарине в глаза, они расцепились и дальше зашагали медленнее. – Не то чтобы у меня имелся надежный план действий… Да и наведаться сюда я решил лишь недавно. Однако с последним письмом успел направить в это место своих людей. Нас должны встретить.

Преградивший Сарине и Дол-жи путь козлик что-то проблеял, но, так и не дождавшись за следующие десять секунд от неучтивых людей абсолютно никакого ответа, развернулся к ним безрогой стороной тела, помахал хвостом и пошел вперед. Другой «козел» плеснул с порога дома ведро помоев прямо под ноги сутулому старику, прогуливавшемуся вдоль дороги; началась ругань – тогда-то, к слову, выливавший на прохожих нечистоты мужчина и получил новое прозвище.

Этих сцен оказалось достаточно, чтобы обнимавшая Сарину тяжелыми руками напряженность, возникшая в тот самый момент, когда девушка догадалась о текущем местонахождении, быстро отпустила ее, а потом и вовсе пропала.

Дол-жи через пару десятков шагов продолжил делиться с подругой мыслями:

– Можем сделать вид, что заехали сюда просто по пути. Но вообще-то у меня… у нас… будем честными, накопилось немало вопросов к королю Малкольму, и хорошо бы задать их ему. Но я пока не придумал, как действовать, при каких обстоятельствах нам, вооруженным этими вопросами, лучше оказаться перед ним? Решим вместе, ладно?

– Вопросы… – Сарина сама себе удивлялась, но готова была обсуждать затронутую тему легко, без боли. – Какие именно вопросы мы зададим королю и его тетке?

– Ох… Например… Что там за история с твоей семьей? Нельзя ли было как-то повежливее со мной, алианским принцем, обходиться – хотя бы не пытаться убить? Ну и так далее. Составим список позже, да?

Они уже прошли мимо половины домиков пригорода, когда перед ними неожиданно возникли три фигуры в плащах с капюшонами; капюшоны были накинуты на головы незнакомцев и частично закрывали их лица. Ничуть не подозрительные ребята.

Дол-жи, увидев их, не испугался – поэтому и Сарина решила не отскакивать назад, не дергать руками и ничего не говорить. А ей очень хотелось.

– Ваше высочество, – поклонились все трое.

– Мы прибыли и готовы служить, – добавил один из них, скидывая капюшон. Через несколько секунд показали лица и остальные плащеносцы.

Это были клевумы человеческой расы, все мужского пола, первый – среднего возраста, с беспорядочной сединой на висках и в короткой бороде, двое других – ровесники Дол-жи или, может, несколько моложе него: один – рыжий и симпатичный, второй… даже не рыжий; их троих, помимо службы, объединяла любовь к игре на бильярде (но это вроде бы неважно).

Дол-жи передал слугам лошадь, а взамен получил мешок с одеждой.

– Переоденемся. Прикинемся алианскими торговцами, – прокомментировал он для Сарины. – Не хочу, чтобы в ближайшее время кто-нибудь узнал во мне принца.

Через час пятеро новоиспеченных торговцев заселились в дешевую городскую гостиницу. В темной комнате с простой деревянной мебелью и двумя маленькими окнами, плохо рассказывавшими о событиях на улице из-за грязи на стеклах, четверо из них (рыжий слуга отправился в лес заниматься оставленной там каретой) обсуждали текущее положение дел. Крепкий усатый мужик, поднимаясь с первого этажа на второй, приносил им еду и напитки.

– Друг, а расскажешь, какие новости в городе, в королевстве? – Дол-жи бросил усачу монету.

– Ох, да с удовольствием, с удовольствием, – мужчина со счастливым видом убрал денежку в карман, а затем еще и погладил его. Он рассказал три новости, взялся за четвертую, и именно она заинтересовала Дол-жи. – Ну что еще… гуляния через полторы тении будут в честь маленького сына короля – обрядная примерка короны произойдет. Еще…

– Сына?.. А что же королева? – Принц сменил позу на стуле. – Я, признаться, ничего не слышал о ней, хоть и имею честь общаться с алианской знатью, а оттого и про другие королевства тоже кое-что знаю.

– О! Мы любим нашу королеву! Хоть и видим ее очень-очень редко. Она, как говорят, болеет. Поэтому совсем нечасто показывается на людях – даже в своих кругах. Знаете, для нас, простых затмийцев, она как ценное произведение искусства, в котором есть некая печальная загадка: сложно увидеть, сложно понять, но все восхищаемся.

От разговора их отвлек вернувшийся с задания пятый «торговец».

– Позже еще пообщаемся, друг? – Дол-жи поиграл монеткой в пальцах, показывая ее новому знакомому.

– Пожалуйста-пожалуйста! – широко улыбнулся тот. – В любое время.

Когда усач ушел, Дол-жи отпил из своего стакана. Он расслабился, прикрыл глаза, о чем-то подумал, а потом объявил, что желал бы отдохнуть.

– Если эти ребята могут что-либо сделать для тебя – только скажи, – прежде чем отправляться к себе, сообщил принц Сарине, имея в виду троих слуг. – Их проворство теперь и в твоем распоряжении тоже.

Какое-то время до того, как Дол-жи обратился к ней, сноходица с непонятным для присутствующих интересом разглядывала через окошко крыши домиков и часть ничем не заслоненной городской стены.

– Вообще-то… могут, – сразу отреагировала девушка, уже смотря на обогащенного голубой кровью товарища; она очень смутилась, но была уверена в своем решении. –Нужно отыскать одно место в городе. По моему описанию. Или же опровергнуть мою догадку, что оно находится где-то здесь. – Травница повернулась к старшему из людей принца: – Задание непростое, но я очень подробно опишу, что искать… Возьметесь?

– Конечно, – кивнул ей в ответ мужчина.

– Раз у тебя пока что плана нет, – девушка вернула взгляд на Дол-жи, – я попробую разгадать одну свою загадку.

В то время как Дол-жи и Сарина отдыхали под охраной Старшего, Рыжий и Не Рыжий совершали вынужденную прогулку по городу, ища небольшое озеро, окруженное с одной стороны высокой городской стеной, с другой – домами. Озеро то должно было целоваться с последними досочками деревянной дорожки, что шла от увитой лозами и зажатой между двумя домами перголы. Присутствие одинокой печальной фигуры возле воды считалось возможным, но не обязательным.

Сарина решила попытаться найти Миссу, маму Трастина, взглянуть ей в глаза, спросить: «почему?» и «как ты могла?», поговорить о преданной ею семье и брошенном сыне. У девушки не было повода не верить в правдивость однотипных снов, связанных с Миссой; оставалось лишь понять – действительно ли в этом городе по утрам рядом с водоемом грустит – или, может, грустила в недалеком прошлом – некогда милая ее сердцу женщина.

Работа была выполнена людьми Дол-жи на удивление быстро – недаром, видимо, принц вешал на них ярлычки проворных ребят. Ночью они сообщили об обнаружении места, подходящего под Саринино описание, а уже утром, едва дневное светило лизнуло небо своим большим сияющим языком, девушка в компании Рыжего отправилась в путь – на свидание с обретшим реальную форму кусочком грезы.

Сарина волновалась, думала о семье: о возвращении мамы, о смерти отца, об отсутствии новостей насчет брата. Размышляла о том, что она и Мисса, возможно, какое-то время жили в этом городе, грубо говоря, по соседству – и двумя разными жизнями: она – в рабстве, а Мисса – свободно гуляя по улицам, дыша каждый день свежим воздухом, по пятницам, быть может, заходя к пекарю за вкусными кренделями вроде тех, что любили в середине тении есть охранники, нанятые работорговцами, в руках которых довольно долго удерживалась и мялась ее, Сарины, судьба.

Конечно, Сарина не рассчитывала, что сразу же встретится с Миссой, однако тот факт, что место из сна реально, что оно находится недалеко, мог говорить о наличии неплохой отправной точки для поиска мамы Трастина: можно поспрашивать людей, живущих рядом с озером, или даже заплатить кому-нибудь из них, чтобы он или она приглядывали за интересующим сноходицу клочком земли на берегу.

– А когда мы тут вчера были, никакой стражи не наблюдалось, – комментарий Рыжего вытянул Сарину из раздумий и дал девушке понять, что они близки к цели.

Сноходица чувствовала приятную прохладу – такая бывает только утром, когда внезапные поглаживания ветерка по спине вызывают желание поежиться, но в то же время теплые лучи светила недвусмысленно намекают, что готовы бороться за твой комфорт и совсем скоро наберут полную силу. Влажные тени между городскими постройками медленно таяли, к носу девушки подбирался невыразительный запах постепенно нагревающихся камней и старой древесины.

Эта улица была похожа на прочие пройденные Сариной улицы, стоящие плотно друг к другу домики не сильно отличались от других городских строений. Два проулка между домами вели к озеру. Один – знакомый Сарине, с перголой, что удачно занимала его пространство и украшала его, другой – непримечательный, с досками, накиданными поверх сухой в данный момент грязи. Между этими проходами было расстояние в пять домов, и оба они охранялись вооруженными людьми с непроницаемыми лицами – по одному стражу на один проулок. Одежда у мужчин была чистая и неброская, из защиты – только металлические нагрудники, из оружия – мечи, висевшие на бедрах.

– Что делать будем? – Рыжий, отвернувшись от человекообразных препятствий, оснащенных колюще-режущими предметами, и профессионально делая вид, что не следит за ними, встал к Сарине лицом.

– Подождем… – Травница нахмурилась. – Не похоже, что они собираются хоть кого-то пропускать.

– Действительно, – кивнул молодой мужчина. – И к тому же его высочество просил по возможности не привлекать к себе лишнего внимания.

«Как странно, – думала девушка, со стороны наблюдая за неподвижными стражами проулков. – С чего бы им здесь стоять? Не привела ли каким-то образом к их появлению тут наша вчерашняя разведка?»

Но вскоре эти вопросы были позабыты, стали неважны… Один охранник, будто услышав не пойманный чужими ушами приказ, сделал шаг в сторону и развернулся боком к проходу, сохраняя при этом прежнее выражение лица. В окружении лоз, оплетавших элементы перголы, печальная, пустая, будто больная, из проулка появилась Мисса. Как только женщина поравнялась с освободившим ей путь охранником, напарник последнего оставил свой пост и зашагал к ним. Вся эта троица (Мисса – в центре, впереди и позади нее – мужчины) пошла мимо травницы и ее спутника.

Сарине стало трудно дышать, в грудь и виски ударило холодком, она что-то промямлила, но потом все же сумела выкрикнуть:

– Это я! Посмотри на меня! Ничего не хочешь сказать?!

Девушка понимала, что кричит глупости, что сказать следовало бы что-то другое, но и мысли, и язык плохо слушались ее в тот момент.

– Не подходить, – на всякий случай предупредил охранник Миссы и положил руку на эфес меча.

Рыжий стоял в трех шагах от Сарины, старался не показывать незнакомцам лицо и, слегка напряженный, следил за ситуацией полуопущенным взглядом.

Мисса тем временем просьбу девушки – просьбу, получившуюся, видимо, от смеси возбуждения сноходицы и вдруг полностью открывшейся в ней едкой обиды, – выполнила: посмотрела на нее. Но взгляд мамы Трастина абсолютно ничего не выражал. Не было в нем ни волнения, ни пристыженности, ни даже обычного удивления. Секунда, другая, третья – и Мисса, взятая в живые вооруженные скобки, безразлично отвернувшись от Сарины, продолжила свой путь.

Травница была обескуражена, разбита. Как реагировать на такое равнодушие? Она была готова и к конфликту, и даже, в смутных глубоких фантазиях, к примирению с Миссой – после выяснения обстоятельств ее побега в Затму; к болезненному разговору… но не к подобной реакции. Это и реакцией-то с трудом можно было назвать!

Тупым и мокрым взглядом Сарина провожала Миссу до тех пор, пока та не скрылась за поворотом.