Максим Чистяков
Господин Порох

Глава

Глава 1. Похороны

- Какая интересная у него была фамилия.

- Да, полностью передавала его характер.

- Ты знал его?

- Мы вместе в школе учились. - ответил могильщик, продолжая работать лопатой.

Погода была пасмурной, серое небо наводило грусть.

- Что ж, Аркадий Владимирович, хоть один знакомый явился на ваши похороны! - произнёс другой могильщик, обращаясь к покойнику. - Не понимаю, как можно дожить до тридцати семи лет и не иметь никого, кто пожелал бы прийти на твои похороны...

- Поверь мне, можно. Этот Порох был редкостной скотиной. - с недовольством сказал бывший одноклассник покойного. - Помню такой случай: попросил меня Аркаша дать тетрадь с домашней работой, мол, списать надо. Ну я и дал. Через минут десять возвращает, смотрю, а тетрадь моя вся разорвана.

- И зачем он это сделал?

- Чёрт его знает. В общем, с ним никто не желал иметь дела. Друзей у него не было. После школы он поступил на журфак, сделал карьеру. - помедлив немного, добавил: - Карьера была для Пороха превыше всего.

Закончив работу, два могильщика оглянулись по сторонам. Сегодня на кладбище было пусто. Только лишь стая ворон кружила над могилами. Никто не пришёл, чтобы попрощаться с Аркадием Владимировичем.

- Четвёртый год работаю в бюро, но такое вижу впервые. - признался один из могильщиков.

Ответа не последовало. Бывший одноклассник Пороха посмотрел на свежую могилу, тяжело вздохнул и угрюмо прошептал что-то себе под нос. Копатели, не проронив ни слова, собрались и уехали.

Глава 2. Незадолго до этого

Ступая по слегка сырому асфальту, Порох направлялся домой. Этим утром в городе прошёл слабый летний дождь, который сумел освежить всё вокруг после недельной жары.

Серебряная цепь на шее блестела под светом солнца. Тёмно-синий пиджак придавал весьма презентабельный вид.

Ровная светлая кожа, ореховые глаза, тонкие брови и прямой нос, аккуратный подбородок, плавная линия челюсти и светлые волосы.

Волосы! Не так давно Аркадий Владимирович носил абсолютно замечательное каре, но теперь его нет. Порох это быстро исправит.

Конечно, волосы не отрастут за короткий срок, поэтому придётся воспользоваться париком.

Идя по улице, Аркадий Владимирович встречал озадаченные взгляды прохожих, которые пытались вспомнить, где могли видеть это лицо.

За поворотом показалась знакомая Пороху парикмахерская. Посмотрев на вывеску, которая изменилась с момента его последнего пребывания там, он вошёл внутрь.

Сколько же он здесь не был? Теперь всё изменилось... Даже дерево, которое стоит около входа в парикмахерскую уже лет пятнадцать, теперь обрело совсем иной оттенок.

Помещение было оформлено в светлых тонах. Справа от входа находилась стойка администратора, а слева небольшой диванчик, на котором посетители ждали свою очередь.

Увидев Пороха, администратор обратилась к нему:

- Добрый день! Вы по записи? - вежливо спросила она.

Но отвечать Аркадию Владимировичу не пришлось, ему было достаточно лишь посмотреть в глаза девушки, чтобы та поняла что к чему.

- Подождите секунду. - сказала администратор и прошла вглубь парикмахерской.

Вернулась она уже не одна. Рядом с ней был мужчина в фартуке для парикмахера. Он посмотрел на Пороха и произнёс:

- Аркадий... три года... - его глаза заслезились.

- Знаю. - сказал Порох и, не желая тянуть, перешёл сразу к сути - Мне нужна твоя помощь, Гриша.

- Если нужны деньги, то конечно...

- Нет. - перебил его Порох, - Дело не в деньгах. Мне нужен парик. - сказал Аркадий Владимирович.

- Парик?! - удивился Григорий.

- Да. Хочу вернуть свою визитную карточку.

- То есть, хочешь снова заняться журналистикой? - догадался парикмахер.

- А как иначе? Но без привычной стрижки меня не будут узнавать.

Администратор, которая стояла у стойки, подслушивала и делала вид, что занята.

Григорий понимающе кивнул. Он пригласил Пороха пройти за ним и попросил немного подождать.

Спустя пару минут Григорий принёс парик, который очень напоминал ту стрижку, которую носил Аркадий Владимирович.

- Надеюсь, что это подойдёт. - сказал он и услужливо протянул парик.

Аркадий Владимирович принялся натягивать его на свою голову. Администратор с любопытством посмотрела на Пороха и его новый внешний вид.

- Подойдёт. - подытожил Аркадий Владимирович.

- Я рад, что смог помочь тебе. Если вдруг будет что-нибудь нужно, ты знаешь, где меня найти.

- Спасибо. Сколько с меня? - спросил Порох.

Но Григорий поспешил отказаться от денег:

- Нет-нет, не возьму, это подарок.

- Щедро. Ещё раз спасибо. - поблагодарил Аркадий Владимирович и вышел из парикмахерской.

Григорий подошёл к окну, чтобы посмотреть на Пороха. Их отношения сложно назвать дружбой, раньше они часто проводили время вместе, но не были близки.

Аркадий Владимирович всегда был интересен ему, он был закрытой книгой, которую Григорий пытался прочитать. Получалось? Маленькими, едва заметными шажками.

В свою очередь парикмахер представлял для Пороха человека, которому можно поведать мысли. Журналист не имел друзей, не общался с родственниками. Григорий был всего лишь слушателем, но не другом. И Пороха это устраивало.

Идя по улице, журналист размышлял о том, как вернуться к прошлой жизни. Он надеялся, что сможет быстро восстановиться. Ему было нужно заново устроиться на работу и войти в некогда привычный темп жизни. Тогда всё наладиться... обязательно наладиться.

Глава 3. Телестудия

Итак, вот то самое здание, в котором Порох на протяжении нескольких лет усердно трудился над карьерой.

Аркадий Владимирович вошёл в стеклянные двери.

- Порох! Да ладно! Три года не виделись. - окликнул журналиста охранник.

Аркадий Владимирович с равнодушным видом ответил:

- Василий, всё на том же месте? Надо же, никакого личностного роста. - сказал он и пошёл дальше.

- Грубиян. - сквозь зубы процедил охранник и вернулся к работе.

Аркадий Владимирович зашёл в лифт и нажал на кнопку одиннадцатого этажа.

Порох стоял в лифте и размышлял, что, если бы его рабочее место находилось на этаже первом или втором, то ему бы не пришлось терять этих трёх лет.

В лифт зашёл густобровый мужчина.

- Простите, - обратился к Пороху, - а вы случайно не...

- Аркадий Порох. - закончил за него журналист.

Тот не поверил своим глазам. Он в лифте со знаменитым Порохом!

- Вот это да! Вы уже на свободе?

Порох посмотрел на него совершенно хищным взглядом.

- Я надеюсь, что это был риторический вопрос. Иначе подумаю, что твои куриные мозги лишены интеллекта.

Тут мужчине начало казаться, что стены лифта давят на него. На протяжении всей оставшейся поездки его неустанно бросало в жар. Порох ничего не говорил и даже не смотрел в его сторону, но он испускал негативную энергию, которая пропитывала тело и била в самое сердце.

Мужчина вышел на пятом этаже, раньше его не видели таким встревоженным.

Двери открылись. Аркадий Владимирович ещё не успел выйти из лифта, но уже увидел это. На противоположной стене висела памятная табличка из гранита с надписью: «Дорогому Тимофею от друзей». Слева от надписи лучезарно улыбался молодой человек в клетчатой рубашке, очках с прямоугольной оправой и кепке.

Под табличкой располагался небольшой столик, на котором стояла ваза с двумя хризантемами. Видимо, коллеги чтят память усопшего, поэтому регулярно меняют цветы и воду в вазе.

Прочитав надпись, Пороха охватил гнев, который затуманил разум и заставил прекратить мыслить здраво.

Моментально сделав два шага вперёд, Аркадий Владимирович обеими руками вцепился в гранит.

Люди испуганно останавливались, глядя на происходящее.

Весь красный от злости, Порох выдёргивал из стены памятную табличку. Его взгляд был направлен на лицо изображённого Тимофея, из-за которого талантливый журналист попал в тюрьму. Наконец, у него получилось оторвать её.

Не желая оставлять у себя в руках гадкую вещицу, Аркадий Владимирович швырнул её куда подальше.

Потом, взглянув на собравшуюся толпу, крикнул:

- Чего уставились?! Работы мало?!

Ротозеи начали в спешке расходиться. Тем временем Порох направился в кабинет директора.

Мгновенно по всей телестудии разлетелась новость: Порох вернулся.

Аркадий Владимирович подошёл к двери. Стучаться он не стал.

Директор телестудии, сидевший за своим рабочим столом, оторвал взгляд от газеты и поднял глаза на распахнувшуюся дверь... Замер.

Глава телестудии представлял из себя высокого брюнета в чёрном деловом костюме, лицо его было слегка загорелым.

Осмотрев Пороха с головы до ног, он открыл рот, чтобы начать говорить, но его перебили.

- Лев Ильич, привет. - поздоровался журналист с бывшим руководителем.

- Я знал, что это произойдёт, что ты вернёшься. - сказал Лев Ильич, глядя в потолок.

Он отхлебнул кофе из кружки и посмотрел на Пороха.

- Ты удовлетворишь моё желание вернуться? - спросил Аркадий Владимирович, присаживаясь напротив.

Директор опустил взгляд на стол. Было очевидно, что этот разговор даётся ему очень тяжело.

- Извини. - произнёс Лев Ильич, не поднимая глаз.

Порох помолчал несколько секунд, а затем задал вопрос:

- Значит, я мало для тебя сделал? Может, принёс тебе мало выручки? Разве затраченные на меня средства не окупались? - Аркадий Владимирович начал закипать.

- Аркадий, ты отличный журналист, но после той трагедии...

- Что?! - вскрикнул Порох. - Брось, прошло три года, всё давно забыто.

- Мне не нужны проблемы. - директор поднял глаза на Аркадия. - И к тому же, я сомневаюсь, что с тобой захотят работать.

- Со мной захотят работать?! Да кто они такие, чтобы не хотеть со мной работать? Это я, я должен хотеть работать с кем-то из этих недоносков, а они должны стоять километровой очередью!!!

- Успокойся. - попытался угомонить журналиста Лев Ильич.

- То есть, не возьмёшь обратно?

- Нет. - твёрдо и решительно ответил директор.

Журналист поджал губу и проорал:

- Да гори ты в аду!

Он схватил кружку с горячим кофе и выплеснул напиток в лицо директору.

Должно быть, вся телестудия услышала его вопль. Он упал на пол и скрючился от боли.

Аркадий Владимирович широким шагом вышел из кабинета.

Пройдя пару метров, Порох застыл, глядя на панорамное окно. Образ трагедии трёхлетней давности начал всплывать перед ним. Он увидел себя, камеру, которая его снимает, оператора. Повернув голову в другую сторону, увидел, как рядом ходят сценаристы, гримёры и прочие. Порох услышал их голоса, почувствовал запах духов. Окружающие его люди были слегка прозрачными, как бы «растворялись» в настоящем.

- Ты можешь снять меня нормально или нет?! - раздался голос старого Пороха.

- Аркадий Владимирович, я делаю всё как надо. - оправдывался оператор.

- Чёртов кретин, неужели ты не можешь сделать элементарных вещей?! - продолжал возмущаться Порох.

- Аркадий Владимирович, мне не нравится, с каким тоном вы со мной разговариваете.

- Да?! Тебе не нравится? - заорал журналист, всячески жестикулируя.

Порох сошёл с места и стал приближаться к никудышному оператору.

- Вот что, мне тоже многое не нравится! Мне не нравишься ты, твоя рожа, твои хреновы очки!

Ситуация стала накаляться.

Аркадий Владимирович сделался красным. Он продолжал наступать, а оператор поневоле стал отходить назад.

- Поверь, в своей убогой жизни ты ничего не добьёшься.

Они постепенно приближались к панорамному окну, из которого открывался вид на город. Оператор весь взмок, каждый удар сердца отзывался болью в груди.

Зрители этой картины надеялись, что журналисту будет дан отпор. Когда кот зажимает мышь в угол, та может напасть.

Порох схватил его и начал трясти. Тимофей попробовал выбраться из капкана, но журналист решил угомонить неугодного ему оператора.

Незаметно для себя, Аркадий Владимирович прижал несчастного к окну...

Стекло не выдержало напора и разбилось.

Тимофей полетел вниз с одиннадцатого этажа.

Около окна начала собираться толпа. Все уставились вниз, глядя на бездыханное тело, от которого расползалось красное пятно крови.