Алексей Рябчиков
Каскад

Заправка

СЦЕНА ПЕРВАЯ: ОЧЕРЕДЬ

Был летний вечер. Солнце уже медленно пряталось за горизонт, появился лёгкий ветерок. Правую полосу федеральной двухполосной трассы забили машины. Длинный хвост из автомобилей тянулся от таблички с перечёркнутым названием города и до первой заправки — примерно на три километра.

Машины не двигались, просто стояли. Некоторые водители и пассажиры вышли и замерли, облокотившись на капот своих железных коней. Все чего-то ждали, и ожидание всех нервировало.

Худой старик стоял возле своей машины, держа телефон рядом с ухом.

— Служба сто двенадцать, здравствуйте, — проговорил женский голос в трубке.

— Алло! — воскликнул старик. — Тут громко играет музыка!

— Где?

— Из белой машины.

— Из какой машины?

— На трассе. Мы в очереди стоим, и громко играет музыка, мне мешает… Алло? Алло!

Мужчина посмотрел на экран, потом заглянул в свою машину.

— Офигели, совсем работать не хотят!

Примерно в середине автоцепочки стоял серый ниссан. У него виднелась свежая вмятина ровно посередине багажника, несильная, но приметная. За рулём сидела Аня, миловидная и слегка полная блондинка. На пассажирском — Андрей, высокий худой парень с небритым подбородком. В салоне тихо играла разрешённая попса.

Андрей тяжело вздохнул. Аня глянула на него. Он смотрел куда-то вдаль перед собой, потом, снова вздохнув, перевёл взгляд вправо.

— Да не виновата я! — резко бросила она.

— Что «не виновата»?

— А то я не знаю твоих этих вздохов!

— Да я просто вздохнул.

— Ага, вздохнул он. Твой вздох как скрип иголки на пластинке: шс-с-с-с.

— Чего?

— Когда пластинку ставишь, там такой скрип… Вот то же самое.

— Что «то же самое»?

— Пластинку заводишь.

— Ты сама начала, я молчал.

— А это твоё… — Она спародировала его вздох, но получился неприличный звук газа, выходящего из особо важного места. — Что это означает?

— Сама завелась на ровном месте, а я…

— Да говори уже, что ты опять придумал? Говори.

— Я просто не пойму…

— Простите, — прервал их спор парень, заглянув в машину.

Аня посмотрела на него. Парень показал на впередистоящую машину.

— Я водитель вон той белой тачки. Короче, у меня купили очередь. Я сейчас отъеду, а вместо меня заедет чёрная тойота. Не беспокойтесь, для вас ничего не поменяется. Я просто предупредил.

— Ясно, — проговорила Аня.

— Уже и на этом делаете деньги? — поинтересовался у парня Андрей.

— Пока одни ноют, я вижу возможности, — пожал плечами тот.

— И много берёте?

— Две тысячи.

— А не проще тогда купить бензин подороже?

Парень снова пожал плечами и пошёл к своей машине.

— Во дела, — проговорил Андрей. — Даже на этом деньги рубят.

Чёрная тойота втиснулась перед серым ниссаном и тут же проехала вперёд. Аня завела двигатель и тоже проехала вперёд, глушить не стала.

— Начали двигаться, — заметил Андрей. — И погода сегодня нежаркая, повезло. Конечно, жарко, но не так как вчера.

— И долго тянуть резину будешь? — зло спросила Аня.

— Давай сменим тему? Не люблю, когда ты нервничаешь.

— Чтобы весь вечер слушать твои вздохи? Нет уж, говори!

— Ладно. Вот мне непонятно: как можно не увидеть столб?

— Ещё раз повторю: я посмотрела в левое зеркало, потом в правое и сдала назад. Потом «бац» слышу…

— Что, нельзя было посмотреть в заднее зеркало?

— Не знаю, почему-то не посмотрела, не догадалась.

Раздался весёлый звонок Аниного сотового. Она посмотрел на дисплей и вернула телефон на панель приборов.

— Кто там? — спросил Андрей.

— Опять Алка. Так же, как и ты, будет меня обвинять, — фыркнула Аня и продолжила писклявым голосом: — «Аня, это не маньяк, он обвинил меня в нападении!» Она мне уже два часа названивает, а ты всё о столбе. Она о маньяке, а ты о столбе! «Маньяк… столб. Маньяк… столб!» Можете оставить меня в покое хоть на пять минут?

— Ладно.

— Ну что опять?

— Я просто сказал: «Ладно».

— Прохладно, — передразнила она. — Думаешь, я специально врезалась в столб?

— Нет.

— А мне кажется, да.

— Честно говоря, я просто не понимаю, как можно въехать в столб. Его же видно. — Андрей посмотрел назад. — Был бы это КамАЗ… другое дело, но тут видно.

— Тебе ещё раз повторить, как вышло?

— Я принцип понял!

— И всё равно считаешь, что я специально.

— Ну… — протянул Андрей. — Просто это странно.

— Так да или нет?

— Вот как можно…

— Только не начинай опять: «Как можно было не увидеть столб»! Ответь: ты считаешь, что я специально въехала?

Андрей вздохнул.

— Опять вздохнул, а! — воскликнула Аня. — Просто скажи: да или нет?

— Да не знаю я!

Она зло улыбнулась. И вдруг резко нажала на газ. Серый ниссан несильно, но чувствительно въехал в зад чёрной тойоты.

— Вот э́то я специально въехала! — прокричала Аня. — А в столб я случайно!

— Ты чё творишь? — Андрей сидел в шоке.

Крышка багажника чёрной тойоты медленно приподнялась. Из тойоты вышли двое: водитель и пассажир. Пассажир вытирал что-то с футболки, вроде кетчуп.

— Что за дела? — громко спросил водитель.

— Простите! — высунувшись в окно, крикнула Аня.

Вдруг из багажника тойоты вывалился толстый молодой человек в шортах и серой футболке. Он быстро вскочил, осмотрелся и побежал в поле.

— Уходит! — крикнул водитель.

Пассажир чёрной тойоты выхватил из-под футболки пистолет и направил на убегающего. Раздался выстрел, ещё один. Толстяк упал в траву.

— Дай мне ствол! — прошипела Аня.

— Чего? — опешил Андрей.

— Ствол! В бардачке! Ай-й-й, — прошипела она и потянулась к бардачку.

— На фига ты стрелял, дебил! — прокричал водитель чёрной тойоты.

Аня вынула из бардачка пистолет.

— Откуда он у тебя? — Андрей ничего не понимал.

— Купила, откуда ещё, — бросила Аня и, передёрнув затвор, вышла из машины.

Андрей испуганно начал сползать на пол.

Раздался выстрел.

СЦЕНА ВТОРАЯ: ДВОЕ ИЗ ТОЙОТЫ

Во двор старой зелёной пятиэтажки со стороны первого подъезда въехала чёрная тойота. Она резко остановилась, затем прижалась к бордюру и замолкла; приоткрылся багажник.

Из машины вышли двое. Водитель — по имени Паша, одет в чёрные классические штаны, серую футболку и белые кроссовки. Пассажир — Рома, в чёрных спортивных штанах, чёрной футболке и чёрных туфлях. Оба выглядели примерно одинаково: среднего роста, худые; разве что Рома с небольшой щетиной.

Паша сразу направился к багажнику, а Рома задержался: вытирал низ футболки рукой.

— Вот на фига так резко тормозить? — буркнул Рома.

— А что за привычка пить на ходу?

— У нормальных водителей это не проблема.

— Ты сейчас устраиваешь шоу, будто в первый раз с тобой такое.

— Очень редко.

— Скажи это своей обляпанной кетчупом сиреневой футболке на заднем сиденье.

— Дальтоник, она фиолетовая.

Они встали позади машины. Затем почти одновременно оглянулись, открыли багажник, и каждый вынул оттуда по пистолету. Сразу же спрятали его спереди в штаны, прикрыв футболками.

Паша закрыл багажник.

— Ствол холодный, футболка сырая, — пожаловался Рома.

— Началось, — закатил глаза Паша.

— А чё «началось»-то? Это не я резко затормозил, когда его коллега пил колу.

— Идём уже… коллега, — зло ответил Паша.

Они направились к последнему подъезду.

— Интересно, а кола не разъест ствол? Говорят, в ней лезвие растворяется.

— То есть то, что ты её пьёшь, тебя не беспокоит?

— Не особо. В учёных кругах это называют эффектом страуса.

— В учёных? — иронично переспросил Паша.

— Да, в учёных.

— И давно тебя в них пустили?

— Это так говорят: в учёных кругах. Ну а вообще я читал об этом.

— Читал? По тебе и не скажешь.

— Чё это?

— А то это. Надо же было додуматься надеть на дело дорогие туфли и самую приметную футболку в мире.

— Это другое. Туфли и футболка — мой стиль, а мой ум — это смекалка.

Они остановились возле дверей шестого подъезда.

— Если ты такой умный, отгадай загадку, — проговорил Паша.

— Давай.

— В комнате десять человек. В неё вошёл убийца и грохнул четверых. Сколько человек в комнате?

— Пф, легкотня для второго класса. Семь человек в комнате.

— Неправильно. — Паша посмотрел на припаркованный неподалёку чёрный БМВ. — Это его тачка?

— Почему неправильно?

— Это его тачка? — повторил Паша.

Рома обернулся.

— Да. Так почему неправильно? — И задумчиво продолжил: — Наверное, его тачка, откуда мне знать.

— Правильный ответ: одиннадцать, — ответил Паша и начал вводить код на панели домофона.

— С чего вдруг одиннадцать-то?

— Подожди, не сбивай, а то ошибусь… Блин!

Паша начал заново вводить длинный код, состоящий из лёгкого набора цифр: «1234#12354». Домофон пискнул, дверь открылась.

Они вошли.

— Так почему одиннадцать? — не унимался Рома.

— Потому что было десять человек, вошёл убийца — стало одиннадцать. Вот и всё.

Они медленно стали подниматься.

— Но ведь убийца грохнул четверых, — засомневался Рома.

— И что, после этого они перестали быть людьми?

— Вообще-то, да.

— То есть, по-твоему, если человек мёртвый, то это уже и не человек?

— Конечно. Это труп.

— Шедеврально.

— Сам рассуди: мёртвая птица — труп птицы, мёртвая собака — труп собаки, мёртвый человек — труп человека. Какое слово объединяет всё мёртвое, а?

— Какое? — зло спросил Паша.

— «Труп». А потом уже идёт объяснение: труп кого. Так что правильный ответ в твоей загадке, если быть сверхдотошным: семь человек и четыре трупа.

— Правильный ответ — одиннадцать.

— Да нет же!

— В смысле «да нет же»? У каждой загадки есть правильный ответ. У этой загадки правильный ответ — одиннадцать.

— Эту загадку придумал дебил. Правильный ответ: в комнате семь человек и четыре трупа.

— Вот почему ты такой? Умничаешь там, где не надо. Лучше бы надел сегодня кроссовки и не дурацкую фиолетовую футболку.

— У меня от кроссовок ноги потеют, а в этих туфлях нога сидит идеально.

— Здесь, пришли.

Они остановились на четвёртом этаже возле сотой квартиры.

— Кем представимся? Электриками или слесарями? — поинтересовался Рома.

— По-моему, нам и так откроют.

— Думаешь, он полный кретин?

— Судя по всему, да.

Паша нажал на звонок.

Послышались шаги за дверью, и она открылась. На пороге стоял толстый молодой человек, в шортах и серой футболке.

— Кто вы? — спросил он.

Паша толкнул его в грудь, парень попятился назад. Двое гостей зашли и закрыли дверь.

Рома прошёлся по двухкомнатной квартире.

— Чисто, — проговорил он.