Габриэль Дави
Орден Гексаграммы

Пролог

Сирена билась в агонии, а кровь аварийного освещения лилась литрами. В механические мышцы сплетались стальные и медные трубы…

— Спустить давление! — Внезапный голос огласил Бездну.

— Принято! — Рабочий ухватился за вентиль, но резко отдёрнул руку.

Под страшный крик послышалась прожарка мяса…

Пылающий пурпур пробивался через стыки титановой обшивки комплекса, по тьме которого сновали люди в белых мантиях и лабораторных халатах.

— Твою мать! Уйди! — Один из сотрудников оттолкнул в сторону бедолагу, напрягая руки перед собой.

Его пальцы оттопырились, а спина выгнулась кошкой. Вентиль поддался телепатии, и амплитуда синусоид на осциллографах остудила пыл.

— Да-х-х! — Учёный рухнул на коллег, весь в поту, блестящем в свете аналоговых мониторов, — Есть! Фу-ух! Где же этот придурок, когда он так нужен!?

— Пёс его знает! Без него управимся!

— Этот идиот знает всё о бета-кристаллах! Звоните ему, живо!

— Но это же…

— Делай, кому сказано! Иначе — глотку мозгами вырву!

Исполнитель растворился в кишке из проводов и труб, в которой потело оборудование и волновался воздух. По пазам, канавкам стен и прожилкам коммуникаций отцветала сирень жидкого эфира. Впереди он отпечатывал тени людей, мониторов и вентилей, размывающихся в движении. Ангарные двери распахивали лестницы, ведущие выше и выше, где виднелись концы бесчисленных искусственных щупалец.

Здесь через ленточные окна пробивался яркий свет диковинки — двадцатигранной кости размером с ладонь, сотканной из полупрозрачного вещества и обладющей особенным пурпурным блеском. Прежнее яркое свечение переросло в звезду перед гибелью и дикий пульсар, испускающий вверх и вниз безудержную материю.

Искривления света гравитационной ловушки артефакта вели его на подъём по цилиндрическому комплексу из титана и эфирных ламп. Бушующая стихия скручивала в спирали панику, и бегущий еле вырвал одного из толпы, приструнив к стене:

— Связь налажена!?

— Работаем над этим!

— Где она сейчас работает?

— В рубке наблюдателя!

— Третий уровень?

— Да! Отпусти меня!

— Стоять! Я отрублю питание! У тебя ключ от Нексуса!

— Нельзя! Нельзя выключать питание!

— Это единственный способ спустить энергию!

— Повысьте мощность охлаждения! Включите оборудование на полную!

— Уже!

— Если мы выключим питание — артефакт выйдет из гравитационной ловушки! Беги в рубку и звони Альтбеду!

— Кретин! Всё взлетит на воздух! Ну и вали, трус! — Осмотревшись, учёный нашёл рабочего, пытавшегося открыть дверь.

В открытом ящике с инструментом около него он заприметил монтировку, которую «одолжил» у своего коллеги и побежал наверх. Дикую текучку встряхнуло землетрясение, осыпавшее бетон и штукатурку.

— Шахта внизу открылась!? Первый блок взорвался! — Из толпы прокатилось по залу.

— Первый!?

— Эвакуация!?

— Сегодня никто не сдохнет! — Расталкивая людей, бегущий драпанул всей отвагой наверх.

Терпкая гарь смешалась с вонью масла и технического спирта от чумазых сотрудников, знаменуя хаос. Усилив свою интенсивность, вибрации артефакта заползли в ступни и грозно нависли над сиреной.

Инженер распахнул толпу, увидев знакомую ангарную дверь с панелью управления рядом. Поводив пальцем по выпуклому экрану, сотрудник понял, что она работает в аварийном режиме и не открывает.

Но против лома не было приёма, и сотрудник перебрал провода и гибкие трубы с эфиром за разбитым экраном. Испустившая жар пневматика сдвинула шестерни, озаряющие искривлённое пространство тактом и порядком.

Взрыв прервал их зарево, и на парочку учёных упала плитка потолка, но, преодолевая землетрясение, инженер протиснулся в щель в потёмки нового помещения.

— Айвор, что ты творишь!? — Следом за ним еле вошёл пузатый профессор.

Разрушение стихло… Как перед бурей.

Сосуды всего комплекса сочились конденсатом и соками энергии, сплетаясь в огромном сердце впереди. Между ними прорубались кровавые лучи, разрезающие и вибрирующие поползновения азота. Ибо гул артефакта заглушило гудение того, что было в глубине — врата, запечатанные здоровым треугольным щитом, в которых и сходилась вся паутина.

— Мы не можем отключить Нексус, но сможем вырубить распределительную коробку!

— Но тогда ловушка исчезнет!

— Именно поэтому её нужно отключить! — Айвор подступил к белому глянцевому щиту и провёл по нему рукой, — энергия не может покинуть ловушку Центавриса и потому скапливается внутри. Если так продолжится — всё взлетит! Давай карточку, живо!

— Если выключить подачу энергии — сила артефакта сотрёт всё в порошок!

— Поле стягивает потоки с полюсов артефакта! Мой товарищ уже открыл нижнюю часть! Открывай верхнюю! — Айвор замахнулся, и по монтировке прошёлся пурпурный разряд.

— Ты хочешь, чтобы он как пульсар …?

— Да! Делай, как я говорю!

— Это неплохая гипотеза… Я как-то об этом не подумал…

— Сейчас не до теорий! Давай! — Инженер с одного удара инструментом отогнул лист металла в сторону.

Лиловые молнии проползли его тело и рассыпались по комнате, и за двумя отогнутыми половинами корпуса распределителя ему открылись хитросплетения плат, эфирных трубок и здоровый процессор с башней охлаждения.

Погас свет, и колонки системы оповещений возвестили о срочной эвакуации. Айвор вытер пот с лица и осмотрел чудо-устройство, почесав затылок, и, вспомнив о ломе, вонзил его прямо в башню.

Водворённая тьма заткнула шипение труб, такт шестерней и гудение эфирных коммуникаций.

Грохот озарил континуум, осыпав обшивку стен. Бронированные окна надтреснули и разбились, впуская озон и ионы.

Сотрудник рухнул в азотный туман, утащив монтировку с собой. Лишь когда восклицания самого мира ушли в забвение, он смог вздохнуть с облегчением и подняться…

— Айвор! Айвор! Получилось! По-лу-чи-лось! — Профессор, несмотря на кровь на лбу, бежал ему навстречу с улыбкой до ушей.

— Знаю…

— Получилось! По-лу-чи-лось! — Старик обнял его и заскакал, как угорелый.

— Да подожди ты!

Тень инженера вынырнула из тумана, пронзаемого треском проводов. Через выбитые окна цилиндрической камеры впереди забил лунный свет. Двадцатигранник всё ещё парил по ту сторону, подстилаемый остатками гравитации, но теперь обратился тёмно-серым полупрозрачным камнем без света, блеска или хитрой игры преломлений…

— Нужно позвать Альтбеда, — Айвор подошёл к треснувшему стеклу и разбил его монтировкой, посмотрев в глубину комплекса, — прямо сейчас! Дело экстренной важности!

— Я в рубку!