Роберто Сантьяго
Детективы-футболисты. Тайна пиратских сокровищ

Серия «Детективы-футболисты»

Иллюстрации Энрике Лоренсо

Original title: Misterio del tesoro pirata

© del texto: Roberto Santiago, 2016

© de las ilustraciones: Enrique Lorenzo, 2016

© Ediciones SM, 2016 Impresores, 2 Parque Empresarial Prado del Espino 28660 Boadilla del Monte (Madrid) www.grupo-sm.com

Russian translation Copyright © (2026) by AST Publishers Ltd.

Russian edition published by arrangement with Ediciones SM

Through Dos Passos Agencia Literaria

All rights reserved.

© Микешина О., перевод, 2026

© Издательство АСТ, 2026

1

Поезд на полной скорости промчался мимо горного хребта.

Раздался гудок, и за окном мелькнула станция, на которой не было остановки.

Пассажиры десятого вагона мирно читали или смотрели в окно. За ним проносился потрясающей красоты пейзаж.

Вдруг послышался шум.

Кажется, кто-то кричал…

Нет-нет, не кто-то – кричала целая толпа.

Один крупный пассажир оглянулся посмотреть, что случилось.

Седая тётенька с ярко накрашенными губами с любопытством закрутила головой.

Крики становились всё ближе и ближе.

И тут в вагон влетел футбольный мяч, а за ним – пятеро ребят в форме.

Не очень-то часто увидишь, как кто-то играет в футбол в поезде!

Эти пятеро были Камуньяс, Грустный, Восьмой, Алёна и Пакет.

Пакет – это я, если кто не знает. То есть вообще-то меня зовут Франциско, но с тех пор, как я провалил пять пенальти подряд в матчах лиги Интерсентрос, все прозвали меня Пакетом. Сейчас уже неважно, да и некогда. У нас матч в самом разгаре!

– Пасуй-пасуй! – выбился вперёд Камуньяс.

Я со всей силы пнул мяч, и он полетел прямо к нему. Но в последнюю секунду мяч у Камуньяса кто-то увёл.

Тони!

Он выпрыгнул вперёд и перехватил мяч.

– Моё!

Не успели мы опомниться, как Тони уже ломанулся на нас.

Восьмой попытался отобрать у него мяч и бросился на пол, но Тони перепрыгнул через него и повёл мяч дальше.

– У нас тут поезд, а не стадион! – закричала на него седая тётенька.

– Да-да, простите, сеньора, но нам позарез надо выиграть! – ответил Тони.

– Вот ещё – нашли время! Сейчас же прекратите! – возмутилась сеньора и замахнулась на Тони сумочкой.

Но Тони очень быстрый, и реакция у него что надо, поэтому он легко увернулся и нисколечко не притормозил.

Грустный хотел было его остановить и отобрать мяч, но Тони тут же разгадал его план и со всей силы саданул по мячу. Тот полетел вбок, отскочил от чемодана и вернулся к Тони.

Обалдеть! Это он в стенку с чемоданом сыграл?

Мы с Тони не очень ладим – слишком уж он выпендривается. Но, если по правде, играет он круто. Забивает больше всех голов и мяч ведёт так, что не отобрать.

Следующей остановить Тони попыталась Алёна. Алёна (не путать с Еленой) – самая красивая девочка в школе, и у неё большие-большие глаза.

Тони ухмыльнулся и… пнул мяч так, что он полетел прямо вверх!

Алёна подпрыгнула, чтобы отбить его головой, но не смогла дотянуться.

Описав дугу, мяч приземлился аккурат под ноги подбежавшему Тони.

На пути у него остался один я.

– Пакет, назад! – крикнула Алёна.

– Я пытаюсь! – Я и правда попытался, но отступать было уже некуда.

И тут появились все остальные: Анита, Мэрилин и Томео.

Было воскресенье.

Мы ехали на десятичасовом поезде в какой-то горный городок на открытие нового футбольного поля.

В тот момент, свидетелями которого вы стали, все девять футболистов школьной команды «Сото Альто» носились по вагонам.

Мы поделились на две команды и играли на одни ворота. Это когда у вас две команды и, ясное дело, одни ворота.

Побеждает тот, кто первым забьёт.

В поезде, правда, никаких ворот не было – даже одних. Так что «забить» значило довести мяч в вагон-ресторан. Он в поезде самый большой и без сидений, поэтому мы решили, что он больше всего похож на ворота.

А в самом его конце была барная стойка, так что вот: кто забьёт мяч под барную стойку в вагоне-ресторане, тот и победил.

И ещё, по уговору, проигравшая команда на предсезонных тренировках будет за всех таскать сумки с мячами, конусами и формой.

Ставки были высоки, как никогда. Тони уже добрался до тамбура между двумя вагонами.

Времени почти не осталось. Дальше – вагон-ресторан. Ещё чуть-чуть, и они победят. Ещё чуть-чуть, и мы проиграем. Кошмар!

Я должен был помешать ему во что бы то ни стало! Я встал у него на пути и принялся отступать, чтобы Тони не смог провернуть свою фирменную обводку.

Позади него толкались остальные, пытаясь пробиться к нам.

Пассажиры возмущённо кричали:

– Хулиганы!

– Как не стыдно!

– Додуматься надо!

– Полиция!

Тони прищурился.

Все крики и драки тут же вылетели у меня из головы. Сосредоточься, Пакет. Он не пройдёт, он не пройдёт…

– Я тебе сейчас прокину, – пригрозил Тони.

– А?

– Готовься, говорю – я тебе сейчас прокину, прямо здесь.

– И не мечтай, – процедил я.

На секунду мы замерли, глядя друг другу в глаза. Как перед дуэлью на Диком Западе. В тамбуре между вагонами.

Тони примеривался к мячу то с одной стороны, то с другой. Я поставил ноги вместе. Чёрта с два он мне прокинет. Тони замельтешил напротив меня быстрее. Я поплотнее прижал коленки одна к другой. Ничего у него не выйдет.

Остальные почти догнали нас. Ещё чуть-чуть, и будут здесь.

– Держись, Пакет, мы идём! – крикнул Камуньяс.

Но команда Тони тоже была тут как тут.

– Давай, Тони, давай! – проскандировала Мэрилин, наш капитан.

Ну же, не стой столбом – ещё чуть-чуть, и будет поздно.

Я выставил правую ногу вперёд, поближе к мячу.

Это-то меня и подвело.

Всё случилось в одно мгновение – я и глазом моргнуть не успел. Тони воспользовался возможностью и ударил по мячу. Так быстро – почти молниеносно – и даже не глядя!

Почуяв неладное, я опустил голову и… увидел мяч. Который прокатился прямо у меня между ног.

Прямо как в замедленной съёмке.

– Не-е-е-е-е-е-ет! – завопил я.

Но было уже поздно. Это случилось. Чёртов Тони!

– Говорил же, умник, – пробормотал он, отталкивая меня с пути.

Я так и стоял, как дурак, поэтому не увернулся от его толчка и упал.

Тони догнал мяч и двинулся прямиком в вагон-ресторан.

Не успел я обернуться, как прямо на меня повалили остальные. Я вскинул руки, чтобы меня не затоптали.

– Осторо-о-ожней!

Но они мчались на всех парах и притормозить не успели.

Первым об меня споткнулся Томео. Об Томео – Грустный, об Грустного – Анита, и пошло-поехало.

Скоро вся эта куча-мала рухнула прямо на меня.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – завопил я.

Лёжа на полу тамбура, под весом семерых сокомандников, я смотрел, как Тони распахнул дверь и отправил мяч в полёт.

Он летел… и летел… и летел…

Пока не приземлился почему-то НА барную стойку. За которой сидели наши тренеры Фелипе и Алисия и пили кофе.

– Ох ты ж! – испуганно вскрикнул Фелипе.

Мяч отскочил и попрыгал по барной стойке.

БАХ!

Кофейная чашка опрокинулась и окатила Фелипе и Алисию кофе. Промокшая и злющая Алисия медленно повернулась к двери.

– Кто это сделал? – грозно спросила она, вытирая футболку бумажными салфетками.

Никто не ответил. Тогда Алисия спросила ещё раз, ещё громче и ещё злее:

– Какой болван додумался играть в футбол в поезде?

Алисия подняла голову от облитой футболки и увидела в дверях Тони.

Тони тут же сделал вид, будто он тут совсем ни при чём…

Невинно улыбнулся…

И показал пальцем на меня.

– Пакет!

2

В наказание Алисия велела каждому сделать по тысяче отжиманий.

– Да это издевательство! – возмутился Камуньяс.

– Тысячу? – переспросил Томео, приложив ладонь к уху.

– Но я ничего не делала! – заоправдывалась Анита.

– Вы все бегали с мячом по вагонам, – отрезала Алисия. – За это всем сделать тысячу отжиманий до начала сезона. Кто не сделает, будет сидеть на скамейке.

– Но играть придумал Пакет, – повторил Тони.

– А кофе разлил ты, – тут же отозвался я из-под кучи-малы. – Ребят, может, вы уже встанете?

– Вы ведь команда, – сказала Алисия. – Значит, отвечать тоже будете вместе, как команда.

– Точно-точно, – поддержал Фелипе, но всё-таки тихонечко спросил: – Не многовато?

– Очень многовато! – закивала Мэрилин.

– Может быть, десяти хватит? – спросил Грустный.

– Сказала тысячу, значит, тысячу и слышать больше ничего не хочу. Головой надо было думать, прежде чем безобразничать!

Алисия и Фелипе отвернулись к официанту и извинились, а тот вытер стойку и налил им ещё по чашке кофе.

Уф-ф-ф-ф-ф.

Тысячу отжиманий.

Наверное, идея сыграть на одни ворота в десятичасовом поезде всё же была так себе.

На станции Алисия ещё раз нас всех отчитала, и мы наконец-то пошли на открытие поля.

Постарались над ним, конечно, что надо. Посмотреть на это великолепие приехала целая куча народа, и вокруг толпились бесчисленные взрослые и дети.

Новое футбольное поле «Лос-Ангелес» оказалось самым большим в округе. По крайней мере, из тех, что я видел.

Под ногами росла молоденькая, аккуратно подстриженная трава, а вокруг возвышались громадные трибуны с белыми скамейками. На крыше над местами для игроков поблёскивали солнечные лучи.

В общем, смотреть было на что.

Но нас заинтересовал огромный пиратский флаг на высоком флагштоке. Чёрный, с белым черепом и двумя скрещёнными мечами. Флаг тяжело покачивался на ветру. Он был очень плотный и просто громадный. С ума сойти! Нечасто на школьном футбольном поле увидишь настоящий пиратский флаг. Хотя и школа была не совсем обычная. Это и вовсе была не школа, а исправительный центр. Для несовершеннолетних. Под названием «Лос-Ангелес».

Короче говоря, интернат для сложных детей.

Центр открыли прошлым летом под бурные протесты местных жителей. Никому не хотелось жить по соседству с кучкой юных преступников.

– Но где-то же надо их разместить, – говорил мой папа. Его зовут Эмилио, и он работает полицейским. – К тому же вовсе они не преступники: это такие же мальчики и девочки, которые ошиблись и всё ещё могут исправиться.

Исправительный центр никому не понравился.

Сначала местные жители возмутились, что центр строят именно рядом с ними, и потребовали, чтобы его перенесли в другое место.

А потом возмутились противники исправительных центров, потому что им не понравилось, что детей отправляют в тюрьму.

– Стыд-позор, – сказала моя мама.

– Хуана, это же всего лишь центр для несовершеннолетних, – попытался объяснить папа.

– Называй как хочешь, тюрьма есть тюрьма, – отрезала мама.

Постепенно сюда свезли ребят от четырнадцати до восемнадцати со всей Испании. Всего их набралось девяносто восемь человек.

И наконец открыли корпус З. Почему его так назвали – никто не знал. Это был специальный модуль для тех, кому ещё не исполнилось четырнадцать. По закону детей до четырнадцати лет отправлять в тюрьму нельзя – только если они сделали что-то совсем уж из рук вон или никак не могут исправиться. Тогда другого выхода нет, и судья может решить ненадолго отправить такого ребёнка в центр.

В Испании нашлось десять таких детей.

И все они здесь. Буквально в соседнем с нами городе. В исправительном центре «Лос-Ангелес».

– Костей не хватает. – Мэрилин показала пальцем на флаг.

– Не хватает, – подтвердила Анита. Она у нас отличница и всё знает наверняка. – На настоящих пиратских флагах под черепом должны быть скрещённые кости. Хотя мечи тоже встречаются, это Джек Рэкхем ещё в семнадцатом веке придумал.

– Всё-то ты знаешь, энциклопедия ходячая, – пошутил Тони.

– Не всё и не всегда, но в большинстве случаев, – невозмутимо ответила Анита. – В отличие от тебя.

– Ну смотри у меня, – обиделся Тони. – Может, я чего и не знаю, но сейчас как дам тебе – в космос улетишь, потом расскажешь нам, какие звёзды видела.

– Не посмеешь.

– Ещё как посмею.

Тони и Анита сжали кулаки. Неужели драться надумали?

– Ребята, не ссорьтесь, ерунда же, – встала между ними Алёна. – Мы команда, драться – плохая идея…

– Вот ещё! Драться – всегда отличная идея!

Мы вздрогнули и обернулись на незнакомый голос. На нас смотрел какой-то задира с коротким ёжиком на голове и россыпью веснушек на лице. Он ухмылялся и жевал жвачку.

– Это вы сопляки из «Сото Альто»?

– Да, – ляпнул Томео. – То есть да, мы из «Сото Альто», но мы не сопляки.

Мальчик засмеялся и дал Томео подзатыльник.

– А ты смешной, пухляш.

– Я не пухлый! – возмутился Томео.

– Эй, ну-ка убери руки, это моя команда, только я им могу подзатыльники раздавать, – вмешался Тони.

Задира поглядел на Тони сверху вниз, вальяжно перекатывая во рту жвачку.

– Слушай сюда, малявка. Ты хоть знаешь, за что меня тут закрыли? У меня двадцать приводов за драки и грабежи. Я собственную банду малолеток собрал. Из восьми интернатов сбегал. Я делаю что хочу, и сейчас я хочу влепить пухляшу подзатыльник. Усёк?

Тони закрыл рот и промолчал.

В жизни не видел, чтобы он так пугался.

– Ничего, – сказал Томео. – Мне даже почти не больно.

– Вот и молодец, – похвалил задира.

И снова влепил Томео подзатыльник. На этот раз тот даже не попытался увернуться.

3

Кто у нас чемпион мира по подзатыльникам, так это мой старший брат Виктор.

Он целыми днями только и делает, что тренируется на мне и зовёт меня гномом.

Надо бы, наверное, познакомить его с веснушчатым. Они могут устроить соревнование, кто надаёт больше подзатыльников в минуту.

Веснушчатый ни с того ни с сего влепил подзатыльник и Камуньясу.

– Больно?

– Не очень, – пробурчал Камуньяс, потирая затылок.

– Я смотрю, мы с вами отлично поладим, сопляки. – Веснушчатый прошёлся мимо нас, лениво пожёвывая жвачку, и смерил каждого оценивающим взглядом.

Мы испуганно притихли и замерли, чтобы ненароком его не разозлить.

Задира остановился напротив Алёны.

– Ну-ка, ну-ка, – присвистнул он. – Ты тут самая красивая, глазастик?

– Меня зовут Алёна, – ничуть не смутившись ответила она. – Через «ё», не как Елена.

– Приятно. А меня Златан, через «з». Как Златан, – залыбился веснушчатый. – Мы с тобой просто созданы друг для друга.

И он выдул изо рта огромный розовый пузырь. Пузырь рос, и рос, и рос…

Алёна подняла руку, вытащила из волос заколку и…

БАХ! Лопнула его. Жвачка залепила Златану всё лицо. Златан, казалось, растерялся.

– Ни капельки общего у нас с тобой нет, Златан через «з». – Алёна развернулась и пошла к футбольному полю, где уже собралась целая толпа народу.

– Эй, Алёна через «ё», мне нравится, как ты говоришь моё имя! – закричал ей Златан. – «Златан через “з” у тебя хорошо получается! Я своего добьюсь, ты таки станешь моей подружкой!

– Мечтать не вредно! – отозвалась Алёна, не сбавляя шаг.

Наконец Златан отлепил от лица остатки жвачки.

– Буэ, – скривился он, разводя пальцы, между которыми натянулись розовые ниточки. И тут заметил, что мы все на него смотрим. – Чего уставились? Не в кино пришли, сопляки. Вы с первого раза не поняли? Повторю тогда: вы все соп-ля-ки.

– Эй, не наглей, – вмешалась Мэрилин. – Строй из себя опасного сколько хочешь, но я капитан команды, и я не позволю тебе так разговаривать с ребятами.

– Ну, значит, как капитана предупреждаю. В матче мы вас порвём.

– В каком матче? – не поняла Анита.

– «Сото Альто» против «Лос-Ангелес». Вы что, не в курсе? – насмешливо спросил Златан, как будто в курсе были все на свете, кроме нас. – Я, кстати, центральный нападающий. Если вы ещё не поняли, корпус З – это в честь меня: «З» – значит Златан. Ясно вам, сопляки?

– Можно вопрос? – поднял руку Восьмой. – Мы правда будем с вами играть? В смысле, с командой «Лос-Ангелес»?

– Ну да, – засмеялся он. – Иначе зачем вас привезли? Будете играть против банды уголовников. Вам не сказали?

– Похоже, забыли, – почесал нос Томео.

– Мы вас так отделаем, что мало не покажется, сопляки! – продолжил насмехаться Златан.

– «Отделаем» – надо же, как смешно, – пробурчал Грустный.

– Отделаем-отделаем, и на поле, и после поля… Мы же плохиши, у-у-у-у-у! – давясь смехом, Златан состроил страшную рожу.

Фелипе и Алисия нам и правда не говорили, что мы будем играть против «Лос-Ангелес».

Сказали только про один товарищеский матч перед началом сезона. Может, они сами не знали, с кем он будет? Или решили не говорить, чтобы мы не испугались. Шутка ли – выйти на поле против десятки самых опасных детей во всей стране. Хорошая будет игра, ничего не скажешь.

– А откуда у вас флаг пиратский? – спросил Восьмой.

Златан мигом посерьёзнел и перестал смеяться. Ничего себе у него настроение скачет.

– Это флаг нашей команды. Символ такой, – сказал он.

– Символ вашей команды – пиратский флаг? – не поняла Анита.

– Ага. Какие-то проблемы?

– Нет-нет, мне кажется, очень здорово.

– И мне, и мне.

– Мне тоже.

Я не видел ни одной команды, под пиратским флагом. Но и команд из исправительных центров – или, как мама говорит, из тюрем, – я раньше тоже не видел.

– Мы пираты, сопляки. – Златан напустил на себя соответствующий загадочный вид и снова влепил Томео подзатыльник.

Пора было с этим заканчивать.

– Может, хватит уже звать нас сопляками? – сказал я.

Златан резко обернулся и уставился прямо на меня.

– Что ты сказал?

Я сделал шаг назад.

– Говорю, может, не надо больше звать нас сопляками, – тихо повторил я и отступил ещё на шаг.

Златан раскраснелся и сжал кулаки.

Ребята не на шутку перепугались.

– Не хочу это видеть, – закрыл глаза руками Грустный.

Веснушчатый Златан со всей силы меня толкнул. Я не удержался и упал. Второй раз за день упал! И не успел подняться, как Златан уже навис надо мной.

– Сейчас ты у меня получишь, сопляк!

Уж не знаю, что он собирался со мной сделать, но точно ничего хорошего.

Златан уже схватил меня за ворот футболки…

Но вдруг раздался чей-то голос.

– Я бить новеньких никому не разрешала!

Златан обернулся.

Рядом с нами стояла маленькая худенькая девочка с длинными-предлинными светлыми волосами и чёрной повязкой на глазу.

Да-да – чёрной, совершенно пиратской повязкой на правом глазу!

– Отпусти его сейчас же, сопляк! – ткнула она пальцем Златану в грудь.

– Она что, сопляком его назвала? – не поверил своим ушам Камуньяс.

– Похоже на то, – ответил Томео.

«Сейчас будет драка», – подумал я.

Сейчас Златан накинется на девочку и устроит ей все свои двадцать преступлений сразу.

Но Златан ни на кого не накинулся. Он разжал кулаки и испуганно опустил голову.

– Извини.

Мы вытаращили на него глаза.

В голове у меня роилась куча вопросов.

Что это за девочка? Что она такого натворила, что даже Златан её испугался? Она тоже из исправительного центра? А самое главное… Что у неё под повязкой? Это игра в пиратов такая или у неё взаправду глаза нет?

Девочка с повязкой медленно подошла к нам. Казалось, даже Земля закрутилась чуть помедленнее, чтобы под неё подстроиться.

Левый глаз у неё был ярко-зелёный, и в его радужке отражалось солнце.

А волосы у неё были длинные-длинные – самые длинные, что я в жизни видел.

Честно говоря, эта повязка, и тон, и исправительный центр – всё это выглядело очень странно, но девочка мне почему-то показалась очень красивой. Да и вообще… она же меня спасла!

– Спасибо большое, – сказал я.

– Будешь должен, – ответила она. – Услуга за услугу. Я скажу, когда захочу вернуть долг.

– Ага, – не подумав, ляпнул я. – Как тебя зовут?

Девочка улыбнулась:

– Я капитан команды «Лос-Ангелес», пиратка Лай Чой Сан.

4

Лай Чой Сан была королевой пиратов.

Она бороздила Китайское море с 1922 по 1939 год и командовала флотом в целых двенадцать кораблей.

По легендам, она грабила богатых и отдавала бедным, прямо как Робин Гуд. Она вселяла ужас. Не знала жалости. Не знала страха.

Пожалуй, это была самая доблестная из всех пиратов всех времён.

Белокурая девочка перед нами не имела с ней ровным счётом ничего общего. Разве что повязка на глазу выглядела грозно. Ну, и тот факт, что её звали Лай Чой Сан.

Девочка лучезарно улыбнулась:

– Ладно, вообще-то меня зовут Альмудена Гарсия, но мне больше нравится Лай Чой Сан.

– Круто, – оценил Камуньяс. – Обалденное имя.

– Спасибо, – сказала она. – Но меня твоё мнение совершенно не волнует. У меня для вас три новости. Новость первая: в матче мы вас порвём.

– Я им уже сказал, – встрял Златан.

– Рот закрой, – бросила девочка. – Мы вроде договорились, что говорить можно, только когда я разрешу.

– Хорошо, извини, Чой Сан, – стушевался веснушчатый, снова опуская голову.

– Новость вторая. Меня можно называть «капитан», «кэп», «Лай Чой Сан» – можно даже «Чой Сан», но никак иначе.

– Мне нравится «Чой Сан», – тихо сказал Томео.

– И мне! – подхватил Камуньяс.

– Я капитан «Сото Альто», – представилась в ответ Мэрилин.

– А я лучший бомбардир, – ввернул Тони.

– А я основной вратарь, – добавил Камуньяс. – И меня можно звать «голкипер», или «первый», или «Уши», или даже «Камуньяс».

– Новость третья и последняя, – проигнорировала знакомство девочка. – У меня к одному из вас важное дело.

Мы навострили уши и уставились на неё во все глаза. Что ещё за дело? К кому? Почему обязательно к кому-то из нас?

Лай Чой Сан шагнула вперёд и ткнула в меня пальцем.

– К тебе.

Дело? Ко мне? Я чуть снова не упал.

– Ты уверена? – вмешался Камуньяс. – Может, я лучше подойду?

– Мне нужен мальчик по имени Пакет, – без намёка на шутку ответила девочка.

– Это я, – сказал я.

Сначала она меня спасла, а теперь ещё и хочет иметь со мной какое-то дело.

Да что тут вообще происходит?

– Идём со мной, Пакет, – улыбнулась девочка с повязкой. – Прогуляемся.

Вот блин.

В книжках и в кино про пиратов так и говорят, когда собираются скормить кого-нибудь акулам. Это у них называется «прогулка по доске».

Мне это совсем не понравилось. Но выбора не было.

– Ага, идём, – пробормотал я. – Класс.

Девочка мотнула головой в сторону, показывая следовать за ней. Я послушался.

– Мне пойти с вами, кэп? – спросил Златан.

– Подожди тут, сопляк, – ответила она, не удостоив его даже взглядом.

И Златан остался с моими сокомандниками.

Пока мы с Альмуденой Гарсией, более известной под именем Лай Чой Сан, отходили всё дальше и дальше, Томео не вытерпел.

– Что, обидно, когда тебя сопляком называют?

– Ты хоть знаешь, что это за девчонка? – набычился Златан, нависнув над Томео. – У неё сто двенадцать преступлений – это рекорд. Знаешь, что она сделала? Она свою школу подожгла. И банк ограбила. Так что ей можно называть меня, как угодно. Усёк, пухляш?

– Усёк-усёк, – испуганно закивал Томео.

Мы с пиратской девочкой молча отошли за футбольное поле, пока она не остановилась наконец у двери одного из зданий.

– Добро пожаловать в корпус З, Пакет, – махнула она рукой на дверь. На ней тоже красовался череп и два скрещённых меча. – Идея с пиратским флагом была моя, да.

– Очень красиво. В смысле, хорошая идея. В смысле, пугает немножко, но получилось очень круто.