Минни Ви
Жнец

Пролог

Пролог

Стояла глубокая ночь. Факелы мерцали, отбрасывая тени на стены, сопровождаемые потрескиванием. Я шёл по тёмному коридору, чувствуя затхлый запах этого старого храма. Последние несколько лет он стал обителью для меня и той, которую я так люблю. Я вышел в плохо освещённый зал. В середине зала стоял стол. Он был заставлен свечами, на нём были разложены руны и травы. Я бросил взгляд на пол — пентаграмма уже была нарисована. Рядом стояла чаша с кровью. Кровью её врагов. Не один год я лично истреблял их, смотрел в их глаза, полные страха и боли. Перерезал им горло, собирая кровь в сосуд, наслаждаясь каждой каплей их мучений. Ярость вновь всколыхнулась во мне. Она, будто дурман, охватывала мои мысли. Я перевёл взгляд на силуэт в тени.

— У нас мало времени. Они уже близко, — произнёс я, ускоряя шаг.

Лиара повернулась ко мне с лёгкой улыбкой на губах, но чёрные глаза оставались холодными, как лёд. Она стояла как королева. Её стройную фигуру украшало красное платье с оголёнными плечами, а чёрные волнистые волосы ниспадали водопадом до самой талии. Моё сердце забилось быстрее, а тело будто окаменело от воспоминаний о прошлой ночи. Как же мне хотелось прикоснуться к ней вновь, прижать к себе, укрыть от этого мира.

— Всё-таки она нашла нас. Но уже поздно, всё почти готово. Ты на славу постарался, Каэль, — сказала она.

Эта похвала заставила сердце биться быстрее. Я готов был сломить всех её врагов. Лишь бы она закончила то, о чём так долго мечтала. Совсем скоро и я получу обещанную свободу. Стану не просто тенью, её рабом. Я буду с ней — живой, буду защищать и заботиться о ней. Ведь в конце нас ждёт будущее. Я столько раз представлял его.

Лиара сделала шаг ко мне.

— Остался лишь последний ингредиент, — сказала она тихо.

— Скоро всё закончится, — ответил я с улыбкой.

Лиара подошла и положила свою тонкую ладошку мне на лицо. Погладила по щеке и прижалась ко мне лбом. Я вдыхал её сладкий аромат полевых цветов и ладана. Обхватил её за талию и прижал к себе ближе. Наклонил голову, чтобы почувствовать вкус её губ. Лёгкое прикосновение к её нежным губам — и я уже не мог остановиться. Дрожащей рукой обхватил её голову, углубляя поцелуй. Сердце выпрыгивало из груди, по спине побежали мурашки. Лиара ответила мне с той же жадностью. Она прервала поцелуй, пока это не переросло в нечто большее, посмотрела в мои затуманенные глаза и произнесла:

— Прости…

Резкая боль охватила мою грудную клетку. Что-то начало капать мне на сапоги. Я ошарашенно перевёл взгляд с Лиары на окровавленную грудь, не понимая: «За что?» Она поднесла сосуд к моей груди, собирая капли моей крови. Я перевёл взгляд на лицо моей ведьмы и не увидел в её глазах ни боли, ни раскаяния.

— Зачем? — простонал я, рухнув на колени.

«Как она могла так со мной поступить?» — пронеслось у меня в голове.

Лиара посмотрела мне в глаза и сказала:

— Твоё любящее сердце — последний ингредиент, — и зашептала слова заклинания.

Она вылила капли крови в чашу, и пламя свечей заплясало, становясь ярче.

Я испытал шок, смешанный с болью и разочарованием. Гнев сковал мой разум. Она знала всё с самого начала, использовала меня и предала. Я делал всё, что она просила. Выполнял все её приказы, как верный пёс. Я дышал ради неё. Захотелось кричать от боли, взвыть, да только я услышал топот ног. Совсем близко. Пытался подняться, оперевшись на руки, но это было бессмысленно. Силы покидали меня с каждой секундой. Через минуту они уже выбивали дверь, пока Лиара заканчивала ритуал. Я упал на бок, когда взрыв ослепил меня. Сквозь пелену перед глазами я видел людей, одетых в длинные чёрные сюртуки, под которыми скрывалась броня. Их головы были скрыты под капюшонами тёмных плащей, а на левом плече виднелись руны — знак гильдии. Миловидная девушка со светлыми волосами вышла вперёд. Я сразу её узнал. Селена — охотница гильдии и невеста Кристиана. Именно он был моей главной целью. Он и вся его семейка.

Она осмотрела зал и нашла Лиару, лежащую на полу. Подошла к ней и пнула её так, что тело перевернулось на спину. Краем глаза я видел её бледное лицо и закрытые глаза. По лицу текла кровь, а на руках виднелись чёрные линии, сливаясь между собой в непонятный рисунок.

— Она мертва, — сказала светловолосая с довольной улыбкой. — Сжечь здесь всё! — приказала она.

«НЕТ. НЕТ. НЕТ… Я не отпущу тебя! Теперь никогда!» — закричал я с яростью в своём сознании.

«Лиара…»

Темнота накрыла меня с головой.

Глава 1

Много лет спустя.

Я проснулась от громкого стука в дверь. Сердце выскакивало из груди.Отголоски сна ещё не до конца развеялись. Я взглянула в окно — солнце уже встало. Я проспала. Вновь услышала нетерпеливый стук.

— Вставай, соня. Мы опаздываем, — громко сказала Мира за дверью.

— Иду! — крикнула я ей.

Я подскочила с кровати и начала натягивать серое платье с фартуком. Быстро умывшись холодной водой и прополоскав рот отваром из трав, побежала по лестнице на кухню. Мира уже разводила огонь в печи. Было довольно прохладно, но за столько лет, работы и жизни здесь, я привыкла.

Мира мне как сестра. У неё низкий рост, светлые волосы, тонкая фигура и милый голосок. Карие глаза горят от предвкушения, а на щеках играет здоровый румянец.

— Опаздываешь, — усмехаясь, сказала она мне. — Опять видела «загадочные» сны? — спросила она ехидно.

— Мира, тише ты! Нет. Просто поздно легла. Дядя Эрнест вчера привёз целый обоз овощей, пришлось перебирать до ночи, — ответила я твёрдо.

— Ну ладно, — смиренно ответила она. — Сегодня нас ожидает много гостей.

— Это верно. Нужно успеть всё подготовить к вечеру, ведь твой брат возвращается, — ответила я ей, нарезая овощи дольками.

— Да, я соскучилась по Дариану. Его не было четыре месяца. Жду не дождусь его историй. Может, даже Аарон зайдёт, — с улыбкой сказала она мне.

Я засмущалась, щёки начали гореть. Аарон — видный парень, заметный жених среди горожан. Темноволосый, с зелёными глазами и обаятельной улыбкой. Ему двадцать шесть, и он второй человек после командира Рейна — главы стражи. Они патрулируют город, охраняют ворота и защищают народ от разбойников.

Сам Аарон из знатной семьи. Его отец — наместник города. Уже сотни лет их семья занимает этот пост. К сожалению, матери у него не стало, когда он был ещё младенцем. Она так и не оправилась после тяжёлых родов. Поэтому Аарон с раннего детства занимался военным искусством в казармах вместе с остальными солдатами. Там же он познакомился с Дарианом, и со временем они стали лучшими друзьями. Уже к восемнадцати годам он получил высший ранг среди солдат и стал частым гостем на военных собраниях. Кто-то считает, что после отставки командира Рейна именно Аарон займёт его должность, а дальше — и пост отца.

— Перестань, Мира. Аарон, скорее всего, будет с главой и другими командирами на совете. И с Дарианом он встретится там, ведь ему надо отчитаться после возвращения с пограничной крепости, — ответила ей я.

— Да ладно тебе! Аарон глаз с тебя не спускает. Это видят все, кроме тебя. Так что он обязательно придёт! — подмигнула мне Мира.

Это правда. Я замечала, как иногда Аарон смотрит на меня жадными глазами. Его настойчивые ухаживания я принимаю, но пока не готова ему ответить. И причина не в нём, а во мне.

Меня зовут Элиана. Это не настоящее моё имя. Я не помню, кем я была раньше, откуда я и кто мои родители. Я очнулась пять лет назад в тёмном лесу, глубокой ночью. Казалось, каждая косточка в моём теле болела. Голова и руки были в чём-то липком. По металлическому запаху я сразу поняла, что это кровь. Со стоном я поднялась и огляделась. Как сюда попала, я не помню. Я осторожно шла, пытаясь разглядеть тропу сквозь лунный свет, пробивавшийся через кроны деревьев. Но, кажется, всё было напрасно. Лес был густой, коренья торчали над землёй, и я постоянно умудрялась споткнуться, а ветки кустов цеплялись за платье. Не знаю, сколько я шла. Помню, что делала пару остановок. Мои босые ноги начали кровоточить. На рассвете я вышла на опушку. Не передать словами мою радость, когда я увидела кристально чистое озеро. Но радость была недолгой. Увидев своё отражение, я не узнала девушку перед собой. На вид лет восемнадцать, вся в крови, волосы будто клочьями вырваны и грязные — не определить, какого цвета. Глаза синие, а на виске порез, который уходил куда-то за шею. Вещи тоже выглядели не лучшим образом: платье порвано и в крови, ботинок нет. Я наспех сняла с себя одежду, постирала её и положила сушиться на валун, а сама нырнула в холодную водную гладь. Раны щипали, но показываться людям в таком виде было не лучшей идеей. Я вышла на берег спустя полчаса. Согреться не удалось, даже когда я натянула на себя ещё влажные вещи. Я была замёрзшей и голодной, потому побрела дальше. Меня начало колотить — не то от холода, не то от усталости, но спустя какое-то время появилась тропа. Я шла по ней с надеждой, что выйду на тракт. Так и получилось. Тропа со временем расширилась и вывела на пыльную дорогу. По следам было видно, что торговые обозы проезжают тут часто.

Я посмотрела налево и направо, понимая, что место мне незнакомо, и пошла наугад. Вещи уже давно высохли под палящим солнцем, а силы начали покидать меня с каждой минутой. Слева от себя я заметила сваленное дерево. Села на него, чтобы перевести дух, но вдруг услышала вдалеке топот копыт. Я подскочила с дерева, забыв обо всём, и кинулась навстречу приближающейся повозке. Навстречу мне, мерно покачиваясь, ехал старый, сгорбленный погонщик в потрёпанной рубахе. Завидев меня, он резко натянул вожжи и прикрикнул на лошадь. Та резко затормозила.

— Что с тобой случилось, дитя? Откуда ты здесь взялась? — затараторил старик.

— Господин! Помогите мне, пожалуйста, мне нужно в город, — ответила я жалобно, со слезами на глазах.

— В какой город тебе надо, дитя? Я направляюсь в Эйрвен. Полдня пути отсюда, — сказал старик.

— Мне туда и надо! — пролепетала я. И с его разрешения залезла к нему на телегу.

Я ехала вместе со стариком, который представился мне как Освальд. Он часто ездил между городами и деревнями, возил хлопок и ткани. Сам он родился на юге. Раньше торговал в своём городе, но всё изменилось, когда не стало жены. Дом стал для него в тягость, дети разъехались кто куда, и он начал путешествовать.

Я же рассказала ему выдуманную историю: будто ходила в лес за травами, но потерялась и блуждала несколько дней. Тогда-то мне и пришло в голову это имя — Элиана. Про родителей сказала, что сирота, воспитывалась бабушкой, которая занималась врачеванием, и именно она послала меня за травами. Старик мне не поверил, но больше вопросов не задавал.

Дорога была долгой, а голод скручивал желудок. Освальд поделился со мной своими припасами. Есть хотелось сильно, но брать последнюю еду у старика, который и так мне помог, я стыдилась. Поэтому съела лишь яблоко, сказав, что в городе меня ждёт бабуля с сытым ужином.

К вечеру мы подъезжали к Эйрвену. Он стоял в низкой каменной долине, окружённый невысокими холмами. С одной стороны упирался в тёмный лес, с другой — в широкую реку Эйр, от которой, по легенде, и получил своё название город. Когда я впервые увидела Эйрвен, город показался мне серым и спокойным, но первое впечатление было ошибочным. Город был большой, построен вокруг старой крепости. Главная улица от самых ворот была вымощена серым камнем и тянулась до самой площади. Людей было много, хоть солнце давно село. Кто-то закрывал лавку, кто-то зажигал огни.

Я распрощалась со стариком на площади, трижды его поблагодарив. В ответ услышала:

— Будь осторожнее, девочка.

В его голосе я заметила тревогу, но лишь кивнула, а старый Освальд покатился дальше.

Большинство домов было из светлого камня, крыши покрыты тёмной черепицей. Окна были небольшими, глубокими, с деревянными ставнями. Почти у каждого дома горели факелы, а свет лился из окон.

Я брела по улицам, вглядываясь в вывески. «Кузнец», «Белая лилия», «Пекарня Роэна», «Лекарственные травы». Живот вновь скрутило спазмом, а я никак не могла найти место, куда можно было попроситься на ночлег. Ведь денег у меня с собой не было. Я вышла в старый ремесленный квартал. Он был хорошо освещён, вдалеке виднелись люди. Я шла им навстречу, когда увидела таверну. В окнах горел свет, а за дверями был слышен смех. Табличка гласила, что это таверна «Весёлый мельник».

Медленно поднялась по ступеньке, набралась смелости и шагнула через порог. Шум таверны накрыл меня волной: звон кружек, густой смех, запах эля и жареного мяса. Мужчины всех возрастов и ремесел сидели изрядно выпившие. Я быстро прошмыгнула мимо них к прилавку. За прилавком стоял трактирщик. Мужчина средних лет, с бородой и небольшим пузиком. Натирая свои кружки, он спросил:

— Чего изволите, леди? — осмотрев внимательнее, во что я одета, мужчина нахмурил брови.

— Господин… — начала я. Мой голос дрожал.

— Вам нужна служанка? Денег мне не надо. Я готова работать за сытый ужин, — протараторила я, опуская глаза.

Мужчина посмотрел на меня, подняв светлые брови, и спросил:

— Как тебя зовут? Откуда ты? И почему в таком виде? Не могу же я взять к себе на работу оборванку, — сказал мужчина.

Мои щёки покраснели от стыда.

— Элиана, господин. — Я пыталась придать уверенности своему голосу.

— Я ехала издалека с братом, когда на нашу повозку напали разбойники. Я смогла сбежать в лес. Заплутала в нём и голодала несколько дней. Денег у меня с собой нет, но я готова отработать, если вы позволите, — произнесла я очередную ложь.

Мужчина долго смотрел на меня пронзительным взглядом, что-то прикидывая у себя в голове. Затем махнул на дверь слева от себя и приказал переодеться. Я вошла в рабочую коморку, зажгла свечу. Нашла серое платье с фартуком приблизительно моего размера, переоделась и заметила маленькие башмачки. Огляделась, будто за мной подглядывают, недолго думая, засунула в них свои больные ноги и вышла.

Вечер был долгий. Ноги гудели, раны начали вновь кровоточить. Это я поняла, когда в одном из башмаков начало хлюпать. Я бегала с разносами несколько часов, пока последнего посетителя не взяли под мышки друзья и не уволокли, громко распевая песни. После этого мне пришлось убирать столы и помогать на кухне перемывать посуду. С деревянными кружками я справилась быстро, но глиняные миски забрали остаток моих сил.

Хозяин трактира не пожалел для меня ни еды, ни ночлега. Я ела запечённый картофель с рёбрышками, запивая молоком, и думала над тем, как такое могло со мной произойти. И главной вопрос: «Со мной- это с кем?»

Комнату мне выделили небольшую, на втором этаже. Стены выбелены и разрисованы росписью, которая давно уже выцвела. Сразу у двери были крючки для вещей, в углу стоял грубо сколоченный стол на козлах и табуретка. Широкая лавка у окна с коробом и соломенный тюфяк были накрыты серой тканью. Подголовник и покрывало были из колючей шерсти, но я была рада наконец отдохнуть. Стоило мне коснуться подушки головой, как я моментально отключилась.