Наталья Капычай
Дело о сбежавшем сыре

Глава 1. Сыр, которого больше нет.

Барсингтон снова жил своей обычной жизнью.

То есть с утра кто-нибудь обязательно ругался с голубями, на главной площади торговец рыбой спорил с фонарщиком, а у городской ратуши неизвестный пёс уже третий день пытался доказать прохожим, что он на самом деле очень маленькая лошадь.

Барса всё это устраивало.

После дела о пропавших сливках ему хотелось хотя бы неделю не расследовать ничего серьёзнее исчезнувшей сосиски.

Он сидел у окна своей конторы, пересчитывая полученный за прошлое дело гонорар.

— Раз, два, три…

Он пересчитал ещё раз.

Потом третий.

— Странно, — пробормотал Барс.

На столе лежало ровно столько денег, сколько он получил.

Проблема заключалась в том, что Барс рассчитывал, что их будет больше.

Он достал список долгов, который составил накануне, и тяжело вздохнул.

Аренда — минус.

Еда — минус.

Ремонт окна, которое он сам разбил во время прошлого расследования, — большой минус.

Оплата Арчи за помощь — пока неизвестно, но, судя по характеру крота, тоже минус.

Барс задумался.

— Если ничего не тратить, этих денег хватит надолго.

В этот момент дверь открылась.

На пороге стояла Слива.

На голове у него была маленькая шляпа, под мышкой — блокнот, а выражение морды говорило о человеке, который только что получил важную государственную должность.

— Я готов, — объявил он.

Барс медленно поднял голову.

— К чему?

— К работе.

— Какой?

— Моей.

— У тебя нет работы.

Слива удивился.

— Есть.

— Где?

— Здесь.

Он ткнул лапой в пол.

— Я помощник частного сыщика.

Барс отложил деньги.

— Кто тебя назначил?

Слива гордо расправил плечи.

— Я.

— Это не считается.

— Почему?

— Потому что тогда я могу назначить себя королём.

Слива задумался.

Очень серьёзно.

Настолько серьёзно, что Барс уже пожалел о своей шутке.

— Тогда я буду королём-помощником.

— Нет.

— Помощником короля?

— Тоже нет.

— Просто помощником?

Барс вздохнул.

— Посмотрим.

Слива тут же открыл блокнот и что-то записал.

— Что ты пишешь?

— «Барс согласился».

— Я не соглашался!

— Я уточню потом.

Барс собирался ответить, но в дверь вдруг постучали.

Три раза.

Слива мгновенно выпрямился.

— Началось.

— Что началось?

— Расследование.

Дверь распахнулась, и в контору вбежал маленький крысёныш в дорогом жилете. Он тяжело дышал и держался за бок.

— Вы Барс?

— Допустим.

— Мне вас рекомендовали.

— Кто?

— Все.

Барс насторожился.

Обычно «все» означало, что кто-то где-то очень сильно преувеличил его способности.

Крысёныш представился Фундуком и торопливо объяснил:

— У меня исчез сыр.

Барс посмотрел на него.

— Какой?

— Большой.

— Насколько большой?

Фундук сглотнул.

— Сорок килограммов.

Слива перестал писать.

— А он точно сыр?

Барс бросил на него предупреждающий взгляд.

— Целая головка, — продолжил Фундук. — Выдержанный «Барсингтонский золотой». Самая ценная вещь в моей лавке.

— Когда исчез?

— Сегодня утром.

— Где хранился?

— В каменном погребе.

— Дверь была заперта?

— Да.

— Следы взлома?

— Нет.

— Окно?

— Нет.

— Второй вход?

— Нет.

Барс нахмурился.

— А сыр?

— Сыра нет.

В этот момент из-под пола раздался спокойный голос:

— Значит, он всё ещё там.

Барс закрыл глаза.

Арчи.

Крот высунулся из небольшого люка, который каким-то образом появился в полу конторы.

— Доброе утро, — сказал он.

— Арчи, — устало произнёс Барс. — Ты мог бы хотя бы иногда пользоваться дверью?

— Мог бы.

— Почему не пользуешься?

— Она наверху.

Арчи посмотрел на Фундука.

— Сорок килограммов?

— Да.

— Тогда это интересно.

Барс взял пальто.

— Хорошо. Идём смотреть на место преступления.

Слива уже стоял у двери.

— А я?

Барс посмотрел на него.

— Ты остаёшься здесь.

Слива обиженно убрал блокнот.

— Но я помощник.

Арчи спокойно прошёл мимо него.

— Он ещё не знает, насколько это опасное звание.

Через минуту вся троица вышла на улицу.

А где-то в глубине Барсингтона сорок килограммов сыра уже начинали становиться самым загадочным предметом в городе.

Глава 2. Погреб с запертой дверью.

Сырная лавка Фундука находилась в самом конце Молочной улицы, там, где Барсингтон постепенно становился тише, а запах свежего хлеба уступал место запаху старого дерева, соли и, конечно, сыра.

Фундук шёл впереди и всю дорогу нервно оглядывался.

— Я всё запер, — повторял он. — Я точно всё запер.

— Это вы уже говорили, — заметил Барс.

— Я просто хочу, чтобы вы понимали.

— Я понимаю.

— Насколько хорошо?

— Настолько, что начинаю подозревать замок.

Арчи, шедший рядом, тихо хмыкнул.

— Не замок.

— А что?

— Пока не знаю.

— Очень полезное замечание.

— Я старался.

Фундук остановился перед тяжёлой деревянной дверью.

— Здесь.

Он достал ключ и открыл замок.

Барс первым вошёл внутрь.

Погреб оказался именно таким, каким и должен быть хороший погреб: прохладным, каменным и совершенно не располагающим к долгим разговорам. По стенам тянулись деревянные полки. На некоторых ещё лежали небольшие головки сыра.

Но главное место пустовало.

Барс подошёл ближе.

— Здесь стоял «Барсингтонский золотой»?

— Да.

— Размер?

Фундук показал руками.

Барс посмотрел на расстояние между ними.

— И это всё?

— Почти.

— Почти?

— Он был немного больше.

— Конечно.

Барс присел и внимательно осмотрел замок.

Царапин не было.

Петли выглядели целыми.

На двери не было ни единой отметины.

— Кто-нибудь мог открыть её другим ключом?

— Только я.

— У кого-нибудь есть копия?

— Нет.

— Вы уверены?

Фундук обиженно посмотрел на него.

— Я продаю сыр, господин Барс, а не ключи.

Арчи тем временем уже стоял посреди погреба.

Он ничего не говорил.

Барс знал эту позу.

Когда Арчи молчал и смотрел на пол, это почти всегда означало, что он нашёл что-то неприятно интересное.

— Ну? — спросил Барс.

Арчи указал лапой вниз.

— Здесь.

Барс подошёл.

На каменном полу действительно виднелась тонкая круглая дорожка. Она шла от пустого места, где стоял сыр, к противоположной стене.

Барс нахмурился.

— Его катили.

Фундук всплеснул лапами.

— Но чем?!

— Вот это мы и выясним.

Барс проследил за дорожкой до стены.

Никакой тележки.

Никаких колёс.

Ничего.

— Может быть, его толкали? — предположил Фундук.

— Сорок килограммов?

— Может, двое.

Арчи провёл пальцами по камню.

— Здесь никогда не стояла тележка.

Барс посмотрел на него.

— Тогда что оставило этот след?

Арчи пожал плечами.

— Что-то круглое.

Слива, который всё это время молча крутился у входа, осторожно поднял лапу.

— Можно я скажу?

— Нет, — одновременно ответили Барс и Арчи.

Слива опустил лапу.

Через секунду поднял снова.

— Я всё равно скажу.

Барс закрыл глаза.

— Говори.

— Может, сыр сам укатился?

В погребе повисла тишина.

Фундук побледнел.

Барс медленно повернулся к Сливе.

— Ещё раз.

— Я сказал, может, сыр сам укатился.

Арчи посмотрел на Барса.

— Теоретически…

— Не помогай ему.

— Я не помогаю.

— Ты сейчас именно это делаешь.

Барс снова посмотрел на пол.

Круглая дорожка действительно выглядела так, будто тяжёлый предмет катили.

Но если сыр вынесли, почему дверь осталась запертой?

Он уже собирался осмотреть стену, когда Слива вдруг присел возле пустого места.

— А это что?

На камне лежал небольшой белый прямоугольник.

Барс поднял его.

Обычная бумага.

На ней было написано всего четыре слова:

«Я больше так не могу».

Фундук открыл рот.

Закрыл.

Снова открыл.

— Что это значит?

Барс посмотрел на Арчи.

Крот внимательно изучал надпись.

— Похоже на послание.

— Преступника?

— Возможно.

Барс нахмурился.

— Тогда у нас появляется мотив.

Слива заглянул ему через плечо.

— А у сыра появляется письмо.

— Слива…

— Что?

— Помолчи хотя бы минуту.

— Хорошо.

Прошло две секунды.

— А если сыр действительно сбежал?

Барс медленно убрал записку в карман.

— Тогда, — сказал он, — мы найдём его.

Арчи посмотрел на пустое место.

— Если он не найдёт нас раньше.

Барс хотел ответить, но в этот момент из-за стены раздался тихий звук.

Тук.

Все трое замерли.

Тук.

Пауза.

И ещё один удар.

Тук.

Слива прошептал:

— Он там.

Барс посмотрел на стену.

Арчи — тоже.

И впервые за всё утро никто не засмеялся.

Глава 3. Записка на корке

В погребе стало тихо.

Даже слишком тихо.

Все трое смотрели на стену, за которой только что раздались три удара.

Барс первым нарушил молчание:

— Фундук, что находится за этой стеной?

— Стена.

— Это я уже понял.