Елена Разепина
Свет в окне

Глава 1. Коробка с личными вещами

Будильник прозвенел в шесть сорок, как звонил каждое буднее утро на протяжении последних четырёх лет. Алёна нащупала телефон, отключила звук и ещё несколько секунд лежала с закрытыми глазами, слушая, как за окном шелестят по мокрому асфальту первые машины.

Вставать не хотелось. Впрочем, ей давно уже не хотелось вставать по будням, и это чувство стало таким же привычным, как утренний кофе или давка в вагоне метро. Нужно было просто не задумываться. Отбросить одеяло, опустить ноги на прохладный пол, дойти до ванной, умыться, собрать волосы, нанести тон, скрывающий следы недосыпа. Потом выбрать блузку, которая не мнётся под пальто, проверить, заряжен ли телефон, и выйти из квартиры ровно в семь тридцать пять.

Она умела жить по расписанию. Иногда ей казалось, что именно это умение и считалось главным её достоинством.

На кухне было сумрачно. Алёна не стала включать верхний свет, зажгла только маленькую лампу над столом. Пока закипал чайник, она открыла холодильник, посмотрела на упаковку творога, яйца и начатую банку джема, но решила ограничиться кофе. Есть не хотелось.

На экране телефона одно за другим появлялись рабочие уведомления. Кто-то из отдела продаж прислал исправленную таблицу в половине первого ночи. Руководитель проекта поставил задачу на восемь утра. В общем чате уже обсуждали встречу с новым поставщиком.

Алёна сделала глоток слишком горячего кофе и поморщилась.

Ещё вчера вечером она обещала себе не открывать рабочую почту до начала рабочего дня. Обещания хватило приблизительно на семь часов.

Она ответила на два сообщения, переслала таблицу бухгалтеру и только после этого заметила письмо от секретаря генерального директора. Оно пришло в семь минут седьмого.

«Алёна Сергеевна, просьба подойти к Константину Аркадьевичу сегодня в 9:30. Присутствие обязательно».

Без темы, без пояснений.

Алёна перечитала сообщение дважды. Потом проверила календарь. Никакой встречи с Константином Аркадьевичем там не было. За все пять лет работы в компании её вызывали к генеральному директору только один раз — когда она помогла спасти крупный контракт, обнаружив ошибку в расчётах за несколько часов до презентации. Тогда он пожал ей руку, произнёс: «Вот на таких людях всё и держится» — и даже распорядился выписать премию.

Премию, правда, перечислили только через три месяца и вдвое меньше обещанного.

Алёна положила телефон экраном вниз.

Наверное, речь пойдёт о новом проекте. В последнее время в компании меняли структуру, объединяли отделы, назначали руководителей. Возможно, ей предложат должность старшего координатора. Она давно выполняла половину обязанностей начальника группы, хотя в трудовой книжке и платёжной ведомости это никак не отражалось.

Мысль о повышении принесла краткое, почти детское облегчение. Алёна даже достала из холодильника творог и съела несколько ложек, стоя у окна.

В доме напротив одно за другим зажигались окна. Люди просыпались, торопились, начинали свой день. На восьмом этаже мужчина в тёмной футболке распахнул шторы и исчез в глубине комнаты. Ниже женщина поливала цветы. Чуть в стороне кто-то вышел на балкон с чашкой.

Алёна часто смотрела по утрам на чужие окна. Не из любопытства — лиц всё равно было не разглядеть. Просто ей нравилось думать, что за каждым светящимся прямоугольником существует отдельная жизнь, наполненная своими заботами, привычками и надеждами. В такие минуты одиночество казалось не таким окончательным.

Она допила кофе, проверила время и поспешила в прихожую.

До офиса Алёна добралась без опоздания. Серое девятиэтажное здание делового центра встретило её знакомым гулом турникетов, запахом кофе из автомата и сухим теплом вентиляции. Охранник кивнул, не отрываясь от телефона. В лифте двое сотрудников из финансового отдела обсуждали квартальные показатели. Алёна поздоровалась, они ответили и тут же вернулись к разговору.

На пятом этаже всё выглядело как обычно. Принтер у окна уже мигал красной лампочкой, требуя заменить картридж. Из переговорной доносились голоса. Марина сидела за соседним столом, подведя к глазам маленькое зеркало, и торопливо красила ресницы.

— Доброе утро, — сказала Алёна, снимая пальто.

— Если оно доброе, то только где-то в другом часовом поясе, — отозвалась Марина. — Ты видела, что Громов опять прислал таблицу ночью?

— Уже переслала в бухгалтерию.

Марина убрала зеркало и посмотрела на неё с укором.

— Алён, когда-нибудь ты научишься не отвечать людям до девяти?

— Обязательно. Сразу после того, как люди научатся не писать мне после шести.

— То есть никогда.

— Видимо.

Алёна включила компьютер. На столе лежали ежедневник, несколько папок, чашка с надписью «Сохраняй спокойствие», маленький кактус в жёлтом горшке и фотография бабушки, сделанная много лет назад на дачной веранде. Бабушка сидела за столом, положив руки на клетчатую скатерть, и улыбалась так, будто человек с фотоаппаратом сообщил ей нечто радостное.