F. Alieva, Alieva
Нити судьбы : Найти тебя, не потеряв себя..

Глава 1

Нити судьбы : найти тебя не потеряв себя..

Сквозь пелену боли и удушливый запах гари до сознания парня доносились лишь обрывки звуков. Он попытался сделать вдох, но грудь обожгло огнем.

— Он у нас. Уходим, пока не оцепили весь периметр, — прозвучал холодный, чужой голос где то на грани слышимости.

Темнота вновь начала поглощать его, но на этот раз она казалась иной — не пустой, а плотной, вязкой, сотканной из чужих теней и забвения. Вместе с памятью стерлось и его имя, но на периферии сознания вдруг блеснула тончайшая золотая искра. Нить натянулась, отзываясь тупой, фантомной болью в груди, будто невидимая сила попыталась соединить разорванное.

В это же самое время, за несколько кварталов от горящего ресторана, на самом дне заброшенного района женщина резко прижала ладонь к груди. Она давно потеряла счет дням , привыкая выживать среди руин собственного рассудка. Но сейчас она отчетливо почувствовала толчок — словно где-то далеко взорвалась не просто бомба, а ее собственная судьба. Тьма, принявшая его в свои объятия, впервые коснулась и ее холодных пальцев.

Глава 2

Осколки памяти и зов нити

Холод металла пробивался сквозь ткань одежды, но это место меньше всего походило на больницу. Стены из темного матового бетона, гудящие где-то наверху лампы и густой запах озона.

Парень медленно открыл глаза. Головная боль раскалывала череп, но хуже боли было другое — абсолютная, звенящая пустота в памяти. Ни имени, ни прошлого, ни лица матери или друзей. Только темнота.

— Как тебя зовут? — раздался низкий голос из тени.

Говоривший стоял у панорамного стекла, наблюдая за ночным городом. Его лицо скрывала полумаска, но в глазах читалось опасное, хищное любопытство.

Парень попытался заговорить, но пересохшее горло издало лишь хрип. Он автоматически опустил взгляд на собственные ладони. Пальцы до сих пор судорожно сжимали тот самый брелок — потертую металлическую шестеренку с запекшейся кровью. Он не знал, что она значит, но инстинкт подсказывал: это единственное, что у него осталось. — У него больше нет имени, — ответил второй мужчина, выходя из темноты. — Теперь он принадлежит нам. Тьма не возвращает тех, кого забрала.

На другом конце города

Тем временем на самом дне заброшенного района, в промозглом подвале полуразрушенного дома, женщина сжалась в комок на сыром матрасе. Ее руки были в грязи и синяках — привычная плата за выживание в мире, где люди давно превратились в зверей. Она давно забыла, как звучит ее собственное имя, и привыкла растворяться в тени.

Но сегодня привычный уклад рухнул.

В груди внезапно полыхнуло. Боль была острой, обжигающей, будто кто-то раскаленной иглой прошил ее насквозь. Она судорожно втянула воздух, вцепляясь пальцами в ткань старой куртки. В темноте комнаты ей на секунду показалось, что перед глазами вспыхнули тончайшие, пульсирующие золотые нити, уходящие сквозь бетонные перекрытия куда-то далеко на север города.

«Кто-то дернул за поводок...» — пронеслось в ее затуманенном сознании.

Нить натягивалась с каждым ударом сердца. Она не просто причиняла боль — она вытягивала ее из оцепенения, заставляя зажмуриться от внезапной, дикой жажды жить, бороться и найти источник этого тепла. Внутри вспыхнула искра опасной, необъяснимой страсти к тому, кого она никогда в жизни не видела.

Чужак из прошлого

Они столкнулись на пересечении узких, заброшенных переулков.

Вспышка молнии осветила их лица. Он резко перехватил ее за плечи, притиснув к мокрой стене так, что воздух вылетел из легких. Это было движение бойца, привыкшего защищаться вслепую, подчиняясь не разуму, а инстинктам «Тьмы».

Но когда она заглянула в его лицо, все внутри нее оборвалось.

Это был он. Тот самый человек, чей след бесследно исчез после взрыва в ресторане где они должны были встретиться . Все недели после катастрофы спасатели разгребали пепел и руины, а официальные сводки твердили одно: выживших нет, тела сгорели дотла. Его оплакали, его считали мертвым.

Но он стоял перед ней. Живой.

— Отпусти... — сорвалось с ее губ, но голос потонул в шуме дождя.

Она застыла в оцепенении, парализованная ужасом и диким неверием. Пальцы судорожно вжались в кирпичную кладку стены. Однако в ответ на ее полный боли взгляд его глаза остались пугающе холодными.

Ни тепла. Ни малейшей тени узнавания.

Его стеклянный, чужой взгляд скользнул по ее лицу так, будто перед ним была совершенно незнакомая бродяжка с самого дна. Память была стерта подчистую: он не помнил ни ее имени, ни того, кем они были друг другу до взрыва. Золотая нить в груди отчаянно пульсировала, соединяя их тела, но разум парня принадлежал «Тьме». Для него она была лишь препятствием в ночи.

Глава 3

Погоня настигает

Вспышка мощных фонарей и тяжелый гул моторов разрезали шум ливня. На въезд в заброшенный переулок вывернули два черных внедорожника без номеров. Из машин высыпали бойцы в тактической экипировке — холодные, расчетливые псы «Тьмы», шедшие по следам беглеца.

Луч света полоснул по стене в опасной близости от них.

Она задохнулась от ужаса. Время словно замерло: секунду назад она думала, что хоронит его во второй раз, а теперь их жизни висели на волоске.

Но парень среагировал быстрее, чем успел осознать это. Несмотря на амнезию, тело помнило войну. Его холодный, пустой взгляд метнулся к приближающейся угрозе. Золотая нить внутри снова дернулась, но на этот раз не как болевой импульс, а как призыв к действию.

Не сказав ни слова, он резко перехватил ее запястье — хватка была железной, но неожиданно защищающей — и рывком втянул в пролом полуразрушенной кирпичной стены, укрывая в темноте заброшенного здания. Они затаили дыхание, слыша, как тяжелые шаги преследователей приближаются к их укрытию. Близость была обжигающей, а воздух между ними наэлектризован до предела.

Глава 4

Тень и исчезновение

Они затаились в проломе полуразрушенной стены. Когда шаги преследователей опасноблизились, он резко шагнул вперед, закрывая ее собой. Его широкие плечи полностью скрыли ее от лучей фонарей и цепких взглядов бойцов «Тьмы».

Она застыла на месте, превратившись в соляной столп. В этот момент мир вокруг словно сузился до размеров тесного пространства между ними. Она смотрела в его профиль и не могла поверить собственным глазам.

Он же мертв.

Все эти недели пепел сгоревшего ресторана снился ей в кошмарах. Спасатели говорили, что в том эпицентре никто не выжил — тела обуглились до неузнаваемости. Она оплакала его, похоронила в своем израненном сердце, выживая на самом дне в одиночку. А теперь этот «мертвец» стоял перед ней, живой, теплый, пахнущий дождем, гарью и чужой кровью.

Луч фонаря скользнул по стене прямо над их головами и медленно поплыл дальше. Города стихли на секунду, заглушенные шумом ливня. Опасность миновала. Солдаты прошли мимо, так и не заметив беглецов.

Она приоткрыла рот, чтобы выдохнуть его имя, чтобы коснуться его руки — но не успела.

Стоило последним отблескам фар раствориться в темноте переулка, как он резко отшатнулся. В его пустых, холодных глазах мелькнула тень отторжения. Едва она успела моргнуть, как его фигура качнулась и словно растворилась во мраке, исчезнув с пугающей, неестественной быстротой. Ни шагов, ни шороха — лишь резкий порыв ледяного ветра.

Она осталась одна посреди заброшенного переулка, тяжело задыхаясь и глядя в пустую темноту. Золотая нить внутри натянулась тончайшей струной, отзываясь острой болью в груди, но самого источника притяжения больше не было рядом.