Научно-фантастическая пьеса «Завиток времени»
Ольга Гулевская

© Ольга Гулевская, 2026

ISBN 978-5-0071-3495-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Научно — фантастическая пьеса
Автор Ольга Гулевская
«Завиток времени»

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Мурлинг (астронавт с синтетической планеты Сельфида; его реплики часто сопровождаются комментариями нейронных сетей).

Серафима (девушка из тайги).

Зоотехник (старик с якутскими корнями).

Кошка-хранительница времени №1 (голос за кадром или голограмма).

Ягнёнок (обычный и гибридный).

Эпиграф:

Приходим ненадолго
в этот мир,
по случаю в материю живую…
Кто- воин, кто — рабочий,
кто — банкир,
кто на войну согласен,
кто — на мировую…
Кто верит,
что ещё родится вновь
под сводом
с голубыми небесами,
кто только раз
в реалиях живёт,
как в раз последний
жизнь любя глазами,
и веруя в Всевышнего любовь…
Живу и я, слезами умываясь,
как будто наступают холода,
как будто бы ягнёнком я рождаюсь,
в каракуль превратиться навсегда…
Мне милость- нож…
Он главный… Он сильнее…
Он холод остановит насовсем,
когда, родившись, вдруг я осмелею,

встав на ноги среди кровавых стен…

25.06.2023г

Плато Гизы. Ночь. Львы смотрят на Сириус, а кошка наблюдает за жрецом.

Луна висела над плато, точно так же, как она будет висеть через пять тысяч лет над фермой в тайге.

(Нейронные сети фиксируют: «Начало цикла». )

Жрец замер у подножия пирамиды. В его руке мерцал бронзовый циркуль. Он чертил линии на песке, пытаясь измерить бесконечность звёздного неба. Его цель была проста: найти математику в хаосе природы.

Кошка сидела рядом, не отрывая взгляда от Сириуса. Её мурчание создавало квантовые флуктуации, необходимые для течения времени. («Частота вибрации: 432 Гц»). Она знала то, чего не знал человек: порядок рождается из принятия хаоса, а не из его подавления.

И в этот момент, между двумя вдохами кошки, в сознании жреца мелькнул призрачный силуэт астронавта. («Фантомное воспоминание о будущем». ) Это был не сон. Это было первое касание Мурлинга к Земле. Тогда он ещё не понимал, зачем пришёл, но уже видел дорогу, ведущую сквозь века к ферме…

.

Львы на краю пустыни смотрели на Сириус — звезду, которая вела их предков по саванне. Их глаза были ориентирами вечности.

Жрец замер у подножия пирамиды Хеопса. В его руке мерцал бронзовый циркуль.

Он провёл линию от вершины пирамиды к горизонту, пытаясь измерить бесконечность звёздного неба. Геометрия должна была стать щитом против смерти. Если они смогут вычислить движение небесных тел, значит, они смогут победить время. Жертвенному ягнёнку не нужно было бы больше дрожать перед ножом; он мог бы жить вечно в идеальных пропорциях рисунка.

Кошка сидела рядом, не отрывая взгляда от Сириуса.

Рабочий день астронавта Мурлинга…

Нейронные сети фиксируют: «Утро цикла 7895». Мурлинг стоял у окна оранжереи. Его взгляд был направлен не на идеально выращенные растения из белков паутины, а на кошек, которые лениво перемещались между рядами биосинтетических деревьев. — Почему они делают это? — спросил он наставника, указывая на одну из них. Её мурчание транслировалось через нейронные интерфейсы как «Частота энтропии: 432 Гц». Наставник поправил свой плащ, сотканный из переработанного океана Земли. На Сельфиде никто не улыбался, но в его голосе была теплота, которую Мурлинг научился распознавать как эмпатию класса B-X. — Ты спрашиваешь об этом каждый день, — ответил он. — Кошки — это Хранители Времени… Без их хаотических вибраций время застыло бы. Порядок без Хаоса превратился бы в статую вечности. Мы научились выращивать растения из белков паутины, мы создали идеальную температуру и влажность, но мы не смогли отменить законы Вселенной. Для того чтобы жизнь текла, нужен шум…

(Нейроинтерфейс Мурлинга переводит слово «шум»: «Неопределённость, необходимая для существования»).

— Но почему именно так? — продолжает он. — Почему нельзя было создать синтетические генераторы энтропии?

Наставник проводит рукой над цветком, выращенным из переработанного океана Земли.

— Потому что жизнь должна чувствовать себя живой, даже когда она состоит из белков паутины. Даже когда она знает, что её цикл завершится ровно в назначенный час. Без этого шума мы превратились бы в кристалл…

Пролог: Рождение Порядка

Луна висела над плато Гизы, точно так же, как она будет висеть через пять тысяч лет над фермой в тайге. Львы на краю пустыни смотрели на Сириус — звезду, которая вела их предков по саванне. Их глаза были ориентирами вечности.

Жрец замер у подножия пирамиды Хеопса. В его руке мерцал бронзовый циркуль. Его цель была проста: найти математику в хаосе природы. (Нейронные сети зафиксируют это только через тысячелетия: «Поиск алгоритма бессмертия». )

Он провёл линию от вершины пирамиды к горизонту, пытаясь измерить бесконечность звёздного неба. Геометрия должна была стать щитом против смерти. Если они смогут вычислить движение небесных тел, значит, они смогут победить время. Жертвенному ягнёнку не нужно было бы больше дрожать перед ножом; он мог бы жить вечно в идеальных пропорциях рисунка.

Кошка сидела рядом, не отрывая взгляда от Сириуса. Её мурчание создавало квантовые флуктуации, необходимые для течения времени. Она знала то, чего не знал человек: порядок рождается из принятия хаоса, а не из его подавления. (Частота вибрации: 432 Гц). Для неё жизнь была не формулой, а пульсом под лапами.

И в этот момент, между двумя вдохами кошки, в сознании жреца мелькнул призрачный силуэт астронавта. Это был не сон. Это было первое касание Мурлинга к Земле. Тогда он ещё не понимал, зачем пришёл, но уже видел дорогу, ведущую сквозь века к ферме…

(Фантомное воспоминание о будущем).

Сцена 1: Прибытие

Шлюз корабля открылся со звуком, похожим на вздох умирающего кристалла. Воздух степи ударил по сенсорам Мурлинга как волна органики. Он никогда раньше не чувствовал такого количества запахов одновременно.

Его нейроинтерфейс переводчика работал в режиме полной калибровки. Вместо блеяния он транслировал математические формулы паники: (Δf = 427 Гц; выброс кортизола +30%; уровень стресса критический). Но когда Мурлинг сделал первый шаг по снегу, его слуховые рецепторы уловили что-то новое.

Ветер нес звук, который не был записан ни в одной базе данных Сельфиды. (Нейронная сеть классифицирует: неизвестный биологический сигнал. Вероятность совпадения с архивами Земли — 98%. Эмоциональный маркер: тоска).

Мурлинг остановился. На краю фермы стоял старый деревянный забор. За ним было темно. Там, где должна была быть тишина космоса, пульсировала жизнь. (Сенсоры фиксируют: температура тела +36° C; частота дыхания учащённая; химическая реакция: страх).

— Что это? — спросил он у ИскИна своего скафандра.

— Биологические единицы класса B-4. Цикл жизни прерван искусственно. Показатели страданий превышают норму в семнадцать раз…

…Он никогда раньше не видел снега. Его понятие о зиме было алгоритмом охлаждения реакторов до минус тридцати градусов. Но здесь…

Он ступил на поверхность Земли. Под подошвами скафандра хрустнул лёд — звук был похож на скрип петель старого дома. (Нейронные сети фиксируют: «Неизвестное физическое явление: трение кристаллов льда». ) Снег под ногами не был идеально ровным слоем; он лежал буграми, скрывая камни и корни деревьев. Хаос рельефа нарушал все известные ему законы геометрии.

(Сенсоры сканируют атмосферу: «Температура минус двадцать семь градусов Цельсия. Уровень влажности критический. Обнаружены неизвестные биологические единицы класса B-X [волки] за пределами зоны видимости». )

Ветер ударил по его визору. На Сельфиде ветер существовал только как математическая модель для оптимизации циркуляции воздуха. Здесь же он имел вкус — солёный, смешанный с запахом мокрой шерсти и крови. (Анализ химического состава: «Обнаружен адреналин». )

Мурлинг поднял взгляд. Над фермой раскинулось звёздное небо. Оно пульсировало и горело ярким свечением Севера.

(Нейронные сети классифицируют: «Ионосферная аномалия. Частота пульсации совпадает с биоритмами биологических единиц на территории». )