Акмурат Эсенов
ЛТПшник

Глава

Глава 1

Икрам пришёл в прокуратуру примерно в десять часов утра. В приемной сидела молодая секретарша с приветливой улыбкой.

— Прокурор ещё не пришёл. Подождите в коридоре, — сказала она.

Коридор оказался узким и душным. Вдоль стен не было ни одного стула. Люди здесь должны были ждать стоя.

Икрам остановился возле массивной двери. На чёрной табличке золотыми буквами сияла надпись:

«Прокурор района Валиев Шухрат Сапарович».

Солнечный луч, пробившийся сквозь окно, скользил по буквам, заставляя их блестеть почти торжественно.

Время тянулось медленно.

К двери подошла пожилая женщина в выцветшем платке. Она устало огляделась и вопросительно посмотрела на секретаршу.

Та, не поднимая глаз от бумаг, привычно произнесла:

— Прокурор ещё не пришёл. Подождите в коридоре.

Женщина тяжело вздохнула и прислонилась к стене.

Коридор снова погрузился в молчание — то особое молчание государственных учреждений, в котором люди ждут не только приема, но и решения своей судьбы.

Женщина обвела взглядом пустые стены.

— Так ведь здесь и присесть негде, — заметила она. — Можно я стул возьму?

— Да, конечно. Берите.

Она устроилась на старом деревянном стуле и с любопытством посмотрела на Икрам.

— По какому вопросу ты, сынок?

Икрам помолчал, словно раздумывая, стоит ли рассказывать.

— Ситуация у меня непонятная, спорная. Жену арестовали. Обвиняют в незаконном хранении и сбыте героина.

Женщина нахмурилась.

— Да? И много нашли?

— Около ста граммов.

— Не у неё нашли. Это моё было. Я сам употреблял. Потом скрывался. Прокурор разозлился из-за этого и арестовал жену. Она никогда героин не продавала и даже не употребляла. Да она и не знает толком, что это такое. Из хорошей семьи. Дочь известного профессора.

Женщина покачала головой.

Она задумчиво вздохнула.

— Что теперь делать собираешься?

— Пришёл просить, чтобы меня арестовали, а её отпустили.

Старуха посмотрела на него долгим взглядом.

— Не отпустят её. И тебя посадят.

Она говорила уверенно, как человек, слишком хорошо знающий здешние порядки.

— И мой сын сидит ни за что, — продолжила она. — Работал продавцом в универмаге. Однажды не вернулся домой. Потом сообщили: арестован за грабёж.

Голос её дрогнул.

— Пришла я к прокурору узнать, что случилось, а он грубит. «Твой сын грабитель, — говорит. — Преступника вырастила». Потерпевшей называют какую-то женщину. Только она уже сто раз показания меняла. То утверждает, что сын сорвал с её шеи золотую цепочку, то сама начинает сомневаться. А недавно вообще сказала, что видела в городе настоящего грабителя.

Старуха горько усмехнулась.

— Я даже привела её к прокурору. Вместе всё объяснили. Так он ещё сильнее разозлился.

Она помолчала и тихо добавила:

— «Не выйдет твой сын из тюрьмы», — сказал он мне.

Икрам внимательно слушал.

— А знаешь, что ещё сказал?

Женщина наклонилась к нему и почти шёпотом произнесла:

— Говорит, если моего сына отпустят, это будет большой минус для прокуратуры.

В коридоре снова повисла тишина.

За закрытой дверью кабинета прокурора по-прежнему никого не было. Лишь солнечные лучи скользили по золочёной табличке, а люди продолжали ждать решения своих судеб.

Валиев появился только через час.

Однако и после его прихода никто не попал к нему на приём. Люди продолжали ждать в душном коридоре ещё около получаса.

Новые чиновники почему-то особенно любят, когда возле их дверей часами томятся посетители. Возможно, ожидание кажется им доказательством собственной значимости.

Наконец дверь кабинета распахнулась.

— Ты опять по тому же вопросу? — спросил Валиев, едва увидев Икрама.

Прокурор даже не предложил ему сесть.

— Я и тебя закрою, и твою мать закрою, — резко сказал он. — Любого члена твоей семьи могу арестовать. Почему скрывался? Почему вовремя не явился?

Голос его звучал жёстко, а некоторые выражения едва не переходили грань приличия.

Икрам стоял молча, стараясь не поддаваться волнению.

— Я собирался прийти, — ответил он. — Как только узнал, что арестовали жену, сразу явился. Отпустите её. Она ни в чём не виновата.

Валиев откинулся на спинку кресла.

— Выйдет она. Не надо носиться как ошпаренный. То вышестоящему прокурору жалуешься, то начальнику городского департамента полиции. Они ведь думают, что ты просто выгораживаешь свою жену.

Он усмехнулся.

— Освободят её и без твоих хлопот. Скоро наш великий вождь подпишет амнистию. Женщины попадут под неё в первую очередь. А вот если я сейчас арестую тебя, про амнистию можешь забыть.

Икрам вышел из кабинета с тяжелым чувством. Он не знал, верить этим словам или нет.

Глава 2

Сурай арестовали из-за мужа.

Сотрудники уголовного розыска привезли её в здание районной прокуратуры ранним утром.

Серые стены, длинные коридоры и тяжёлые двери словно были созданы для того, чтобы подавлять волю человека еще до начала разговор