Глава 1

Жара, пляж, пальмы. Что еще нужно для счастья? Если только море под боком, чтобы холодная вода остужала нагретое тело. Мышцы напрягаются и одновременно расслабляются, когда вода мягко обволакивает каждый участок кожи. Такое наслаждение я не испытывала уже очень давно, и, казалось, весь мир вокруг меня — это лишь бесконечный праздник жизни, наполненный смехом и солнечными лучами.

Но вдруг все резко меняется. Солнце начинает печь с удвоенной силой, и его яркие лучи становятся невыносимыми. Обзор загораживает туман, и в воздухе начинает витать неприятный запах гари. Хочется закричать, но вместо этого я только закашливаюсь и просыпаюсь.

Это был сон?

Однако пелена перед глазами не исчезает, и до меня наконец доходит, что вторая часть сна — это не просто игра воображения. В моей квартире бушует настоящий пожар, и он медленно, но уверенно приближается ко мне от окна, словно собирается поглотить все вокруг.

Вскакиваю с кровати, не думая о том, что на мне всего лишь тонкая ночная рубашка, и мчусь в коридор. Сердце колотится, как будто пытается вырваться из груди. Я бегу к лестничной клетке, где меня тут же подхватывает пожарный в грязной форме.

Поднимаю лицо, чтобы спросить, что происходит, и замираю.

Он красив и до чертиков сексуален. Даже в этом бесформенном комбинезоне, с его мужественными чертами лица и уверенной осанкой, я чувствую, что под одеждой прячется отменное тело. В этот момент вдруг осознаю, как долго у меня не было того, с кем можно было бы разделить близость. И гормоны уже не остановить. Внизу, там, где трусики, явно становится мокро.

— Вы в порядке? — спрашивает он, и от его голоса у меня подгибаются коленки, но я стараюсь всеми силами взять себя в руки.

— Кажется, да, — хриплю, но не от возбуждения. Я наглоталась дыма, и теперь внутри все сухое, как будто месяц не пила воды. Горло пересохло, и дыхание стало тяжелым. В этом хаосе, страх и адреналин смешиваются с неясными желаниями. И чего ожидать дальше, я просто не представляю.

— Вы вся дрожите, — говорит он тихо, и в его руках вдруг появился теплый плед. Осторожно, он укутал меня, стараясь не касаться обнаженных участков моего тела. Но иногда я ощущала, как его грубоватые пальцы легонько скользят по моему предплечью, вызывая легкую дрожь.

Ох, это было словно электрический разряд, который втыкал в меня тысячу иголок. А когда он подхватил меня на руки и крепко прижал к себе, моя голова окончательно закружилась. В ответ я обняла горячего пожарного за шею, прижалась к нему, словно кошка, терлась о его грудь. Осталось только начать мурлыкать — и меня можно было бы смело нести не в кровать, а прямо в психушку.

— И часто вы так делаете? — спросила я, глядя на него невинным взглядом и невзначай провела пальчиками по его шее. Жилки на ней тут же напряглись, как и руки, на которых я сейчас находилась.

— Что именно? Спасаю людей? — он попыется не смотреть на меня, но я заметила, как его потемневший взгляд то и дело скользил по моему телу, скрытому под пледом.

— Нет, — усмехнулась я наигранно, — носите девушек на руках. — звонко рассмеялась, и слегка сдвинула покрывало с плеч, обнажая больше кожи.

— Замерзнете, — заметил это сразу пожарный.

— Лето же, — улыбнулась я, пожав плечами. Обнаженная кожа стала еще более открытой, и мужчина тут же отвернулся, сглотнул.

Не знаю, что я творю. Но мне безумно захотелось вывести этого мужчину из себя. Причем до такой степени, что бы он трахнул меня прямо на лестничной клетке.

-Голова не кружиться?

-Очень. - с придыханием ответила я.

-Дышать как?

-Тяжело. Безумно. Спасете меня? - для убедительности еще и пару раз глубоко вздохнула, и прижавшись грудью к его одежде, страстно посмотрела на еле державшегося пожарного.

-Что вы делаете? - останавливается, ставит меня на ступени и внимательно смотрит мне в глаза.

-А на что похоже? Ох, как же жарко. - скидываю с себя плед окончательно и остаюсь перед мужчиной почти что обнаженная.

Наши взгляды встречаются, и я вижу, что в его тоже есть блеск... чего? Желания? Или же желания бросить меня здесь одну и пойти, и дальше делать свою работу.

Но нет, мои ожидания все же сбываются и сильные руки прижимают меня к стене, а губы накрывают мои в яростном, грубом поцелуе, от которого подгибаются не только ноги, а душа готова выйти из тела и радостно летать вокруг нас, смотря со стороны на данную сцену.

С моих губ срывается тихий стон. Руки цепляются за сильные плечи, чтобы не упасть. Его руки с мозолями проскальзывают под тонкую сорочку и сжимают бока, грудь, а затем снова спускаются вниз. Подцепляют трусики и оттягивают их в сторону.

Ели удерживаюсь чтобы не закричать, когда два пальца входят в меня. По телу пробегает мощный разряд, но он только усиливает желание, и я хочу во чтобы-то не стало ощутить в себе его член, который я уверена окажется по истине великолепным.

-Маленькая шлюшка хочется, чтобы я ее трахнул? - хрипит он в губы, продолжая таранить мою дырку пальцами. На верху слышаться голоса и меня подхватывают на руки, унося в укромный уголок возле лифтов. Сейчас они не работают, так что можно не ждать гостей. - Прямо здесь, на грязной лестнице?

Я киваю, сжимая ноги вокруг его талии. Прижимаюсь к нему промежностью, чтобы он понимал, отступать я не намерена. Если уж чего-то хочу, получаю все сразу и на месте.

Но тут я понимаю, что что-то не так. Картинка передо мной начинает плыть, как будто кто-то размазал краски на холсте. Образ горячего пожарного начинает расплываться, его сильные черты теряются в тумане, и я чувствую, как мир вокруг меня растворяется.

— Эй, ты только не отключайся! — его голос звучит настойчиво и обеспокоенно, словно он пытается удержать меня за пределами этой бездны. Меня начинают трясти, но я уже начинаю уплывать в мир сновидений, где реальность и фантазия переплетаются в странном танце.

— Черт, малышка. Как же так? — его слова звучат как эхо, отдаляющееся от меня, и я понимаю, что теряю связь с настоящим.

А что я могу сделать? Тело стало легким и невесомым, как будто я парю в облаках, и каждое движение требует усилий, которые я уже не в силах приложить. Последнее, что я слышу, это как мой горячий самец зовет кого-то на помощь, его голос полон тревоги и страсти. Он словно охраняет мой сон, но я уже скольжу в темные глубины, где свет и тепло постепенно исчезают, оставляя лишь легкий след его заботы.

Обидно ы этой ситуации было лишь одно. Я так и не смогла получить желаемое.

Глава 2

Открыв глаза, я сначала увидела перед собой что-то белое и непонятное — словно туман, размывающий границы реальности. На мгновение промелькнула тревожная мысль: неужели это тот самый путь, о котором говорят — дорога на тот свет? Но голоса, доносившиеся издалека, быстро развеяли этот мрачный страх. Мне пришлось собраться с силами и осмотреться повнимательнее.

Оказалось, я лежу в больничной палате со светлыми стенами и потолком, окрашенным в белый цвет, который казался почти нереальным в своей стерильной чистоте. Рядом стояла еще одна кровать, а за ней — третья. На ней лежала женщина, тихо бормочущая себе под нос что-то весёлое, словно пытаясь развеять уныние больничных стен.

Вдруг её взгляд резко обратился на меня, и она улыбнулась, словно узнав в моём лице старого знакомого.

— О, очнулась красавица? — с игривой насмешкой спросила она, нажимая какую-то кнопку на стене. Рядом со мной висела такая же, но я не стала её трогать — прекрасно понимала, для чего она нужна.

В этот момент в палату вошла медсестра, и её голос прозвучал с явным раздражением:

— Ну чего опять Синцева? — недовольно произнесла она, глядя на женщину. Та только кивнула в мою сторону, и медсестра тут же повернулась ко мне.

— О, правда? Ну наконец-то. Ты как себя чувствуешь? — голос медсестры стал мягче, словно она искренне волновалась.

— Вроде нормально, — пожала я плечами, сама не понимая до конца, как я себя чувствую и главное — как вообще оказалась здесь.

— Сейчас позову врача, он и скажет, нормально все или нет, — сказала медсестра и вышла, оставив меня наедине с любопытной соседкой.

— Что, ночью с любовником так увлеклась, что свечку забыла потушить? — усмехнулась она, и я невольно вздрогнула от возмущения.

— Да с чего вы вообще такое взяли? — в голове всплыло ощущение чужих губ на своей коже, но я ясно помнила, что это было уже после пожара. — И вообще, пожар не из-за меня начался. Я пострадавшая.

Но ей, похоже, было всё равно — она продолжала лезть со своим мнением, и настроение моё стало портиться. Если она не остановится, станет только хуже.

В этот момент в палату вошёл врач, и я сразу же узнала его.

— И кто у нас тут очнулся? — улыбнулся он. — Батюшки, да это же наша Эля!

Он был моим одноклассником, и, судя по всему, тоже был рад меня видеть. От этого на душе стало немного легче. Всё-таки бросить его тогда таким образом было неправильно, и мне было приятно осознавать, что спустя столько лет он не держит на меня зла.

— И тебе привет, Пётр, — улыбнулась я, стараясь устроиться поудобнее на больничной койке. Он уже подошёл ко мне и начал внимательно осматривать. — Что со мной случилось?

Его рука легко, но уверенно нажала на моё плечо, и я послушно приняла лежачее положение, чувствуя, как усталость всё сильнее охватывает тело.

— Ты надышалась дымом, — спокойно ответил он, продолжая осторожно ощупывать меня, словно проверяя каждую мелочь. — Чуть не задохнулась от нехватки воздуха. Тебе невероятно повезло, что рядом оказался тот пожарный. Он и вынес тебя из дома, и успел оказать первую помощь.

В голове сразу всплыл образ того самого аполлона — высокого, уверенного, с лёгкой улыбкой на губах. Это же я с ним там, в дыму и пламени, целовалась, и всё явно шло к чему-то большему. Сердце неожиданно забилось быстрее, и на губах невольно появилась лёгкая улыбка.

-Что? Вспомнила своего спасителя? - понимающе посмотрела на меня медсестра, что все это время стояла рядом. - Понимаю. Когда увидела его, тоже захотелось сразу же отдаться.

-Медсестра Галина, будто так любезны, проводите свою пациентку на процедуры. - зло глянул на девушку врач, и вскоре вновь вернулся к моему телу.

-Ну сейчас, как вижу, ничего серьезного уже нет, так что сдадим анализы, и, если и они не покажут ничего плохого, можно будет выписывать тебя домой.

Ага, знать бы теперь, где мне жить.

— В регистратуре оставишь свои данные, — сказал он спокойным, но настойчивым тоном, — чтобы в случае чего мы могли сразу их предоставить. И если вдруг почувствуешь себя плохо — сразу звони по горячему номеру больницы и зови меня.

Я лишь кивнула в ответ, не находя слов. Внутри всё ещё стояла тревога, но его уверенность немного успокаивала.

— Сейчас я вызову другую медсестру, — продолжил он, словно неохотно убирая руки с моего тела и выпрямляясь, — она возьмёт все необходимые анализы. Я ещё зайду, чтобы проверить, как ты.

Его слова звучали просто, но в них чувствовалась забота и ответственность. Я почувствовала, что могу доверять этому человеку.

Вскоре, после всех процедур и бесконечных замеров, я снова осталась одна в палате. Тишина казалась особенно густой, словно сама комната впитывала в себя все мои мысли и тревоги. Но ненадолго — спустя некоторое время дверь тихо отворилась, и в палату вернулась моя соседка. Она сразу же, будто забыв обо всём, что было до этого, пересела на свою койку поближе ко мне и повернулась с живым интересом.

— А что? Тот спасатель и правда был таким хорош собой? — с улыбкой спросила она, глаза её искрились любопытством.

— Думаю, они все всегда хороши собой, — пожала я плечами, пытаясь звучать непринуждённо. — Раньше не доводилось близко видеть кого-то из спасательных служб.

-А тот, который тебя спас, как он — горяч?

— Да откуда же я знаю, — начала я было возмущённо, собираясь отшутиться, как вдруг дверь с грохотом распахнулась, и в палату вошёл он — мой спаситель. За ним шагал ещё один мужчина, похожий на него по телосложению и уверенной походке.

— Ну! А я что говорил? Жива твоя красавица, — прозвучал голос второго, и он дружески хлопнул пожарного по спине.

— Убедиться всё же стоило, — хрипло произнёс мой спаситель и оба мужчины направились ко мне. Рядом сидящая соседка будто забыла, как дышать, настолько напряжённо она наблюдала за происходящим.

— Ну привет, горемыка, — усмехнулся незнакомец, протягивая мне руку. — Станислав, будем знакомы. А это Миша.

— Эля, — автоматически пожала я руку, ещё не до конца осознавая, что происходит.

— Твой спаситель. Рада? — спросил Станислав, а вот Миша оказался менее разговорчивый, но его глаза говорили гораздо больше, чем слова.

— Безумно, — ответила я искренне, и тут же почувствовала лёгкое сожаление, что вокруг столько людей. — Но больше всего меня волнует другой вопрос.

— Какой же?

— Что с моей квартирой?

А что? Если меня скоро выпишут. Мне надо знать, куда потом идти.

Глава 3

— И что опять? — устало спросил Михаил, опуская взгляд