Глава 1

Если бы кто-то сказал мне утром, что к вечеру я буду напиваться в баре и жаловаться на жизнь, я бы рассмеялась. Но сейчас, глядя на бокал с мартини, я понимала: хуже дня не бывает.

Всё началось с презентации. Я готовила её две недели. Каждый слайд, каждая цифра — выверены до запятой. Но Виктория, моя «любимая» коллега, умудрилась за пять минут до выхода заменить файл на мой старый черновик. В итоге я стояла перед комиссией с пустым экраном и красными щеками, а она сидела в углу с невинным видом.

— Это провал, Алиса, — сказал шеф, потирая переносицу. — Я даю тебе неделю. Один шанс. Или ты уходишь.

Неделя. Чтобы закрыть кредит за маму, мне нужно повышение. А я получила ультиматум.

Вечером я позвонила Марине. Через час мы сидели в «Пьяной вишне» — маленьком баре на углу, где официанты не задают лишних вопросов, а музыка заглушает всхлипы.

— Она подставила тебя, — сказала Марина, помешивая лёд в бокале. — Ты уверена, что это Виктория?

— А кто ещё? — Я отпила мартини. — У неё же глазки горят, когда мне плохо. Садистка чёртова.

— Может, поговорить с шефом? Показать черновик?

— Бесполезно. У неё везде свои люди. Я просто... устала, Марин. Я хочу нормально жить. Без долгов, без страха, что завтра меня выкинут на улицу.

Марина вздохнула и сжала мою руку. Я благодарно улыбнулась. Она всегда знала, когда слова не нужны.

И тут я почувствовала взгляд.

Не просто взгляд — тяжёлый, пристальный, как будто меня изучают под микроскопом. Я подняла глаза и встретилась с ним.

Он сидел в дальнем углу, у окна. Тёмный костюм, расстёгнутый воротник, часы, которые стоили больше моей месячной зарплаты. Максим Волков. Владелец компании, в которой я работала. Мой босс. Тот самый, кого я видела только на общих собраниях и в новостях.

Он смотрел на меня. Не отводил глаз. И улыбался — едва заметно, уголком губ.

Я замерла. Сердце пропустило удар.

— Алиса? — Марина проследила за моим взглядом. — Это кто?

— Мой босс, — прошептала я. — Чёрт.

— Тот самый? — Она присвистнула. — Ну, ты и влипла.

Я хотела отвести взгляд, но не могла. Максим поднялся со своего места и направился к нам. Походка уверенная, ленивая, как у хищника, который знает, что добыча не убежит.

— Добрый вечер, — сказал он, остановившись у нашего столика. Голос низкий, с хрипотцой. — Алиса, верно?

— Да, — я сглотнула. — Здравствуйте, Максим Андреевич.

— Можно просто Максим. — Он посмотрел на Марину, и та, быстро оценив ситуацию, встала.

— Я пойду закажу ещё коктейль, — сказала она и испарилась.

Я осталась одна. С ним.

Максим сел напротив. Близко. Слишком близко. Я чувствовала его запах — что-то дорогое, древесное, с ноткой табака. Он не заказал ничего, просто смотрел на меня.

— Я слышал, у тебя проблемы на работе, — начал он.

— Вы... слышали?

— Я владею компанией. Я всё слышу. — Он откинулся на спинку стула. — Виктория — та ещё змея. Но ты это и так знаешь.

— Знаю, — я поджала губы. — Только доказать не могу.

— Могу помочь.

Я замерла.

— В обмен на что?

Он усмехнулся. Медленно, как будто наслаждаясь каждым мгновением.

— Пока не знаю. Но ты мне интересна, Алиса.

От его слов по спине пробежал холодок. Или жар. Я не поняла.

— Я не продаюсь, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Я и не покупаю, — он наклонился ближе. — Пока.

Наши руки лежали на столе. Его пальцы почти касались моих. Я чувствовала тепло, исходящее от его кожи. Одно движение — и он бы дотронулся. Я хотела этого. И ненавидела себя за это.

— Мне пора, — я резко встала. — Спасибо за... разговор.

— Алиса.

Я обернулась.

— Завтра в девять. Мой кабинет. Не опаздывай.

И он улыбнулся. Так, что у меня подкосились ноги.

Я вышла на улицу. Ночной воздух ударил в лицо, но сердце всё ещё колотилось. Я не понимала, что это было. Угроза? Предложение? Или нечто большее?

В кармане завибрировал телефон. Сообщение от Марины: «Ну ты и влипла. Он горячий, зараза».

Я усмехнулась. Горячий. Это мягко сказано.

Завтра в девять. Я приду. Потому что выбора нет. И потому что, чёрт возьми, я хочу узнать, что он предложит.

Даже если это будет опасно.

Глава 2

Ровно в девять я стояла перед дверью его кабинета. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели. Я всю ночь не спала, прокручивая вчерашний разговор. Что он имел в виду? «Ты мне интересна». Что это вообще значит?

Я постучала.

— Входи, — голос низкий, спокойный.

Максим сидел за столом, листая какие-то бумаги. На нём была белая рубашка с закатанными рукавами и тёмные брюки. Никакого пиджака. Просто. И от этого почему-то ещё более опасно.

— Присаживайся, — он кивнул на кресло напротив.

Я села. Старалась дышать ровно. Он отложил бумаги и посмотрел на меня. Внимательно, без улыбки.

— Значит, так, Алиса. У меня к тебе деловое предложение. Необычное.

— Я слушаю.

— Через месяц у меня сделка с семьёй Ковалёвых. Старик Ковалёв — консерватор до мозга костей. Он не подписывает контракты с холостяками. Считает, что семья — показатель надёжности. Мне нужна невеста. На три месяца.

Я моргнула.

— Что?

— Фиктивная невеста, — повторил он, как будто говорил о погоде. — Ты будешь играть роль моей женщины. Выходы в свет, ужины, пара совместных фото. Никаких чувств. Только работа.

Я усмехнулась.

— Вы серьёзно?

— Абсолютно. — Он откинулся в кресле. — Взамен — должность руководителя отдела маркетинга. И премия. Достаточная, чтобы закрыть твои долги. Все.

Я замерла. Он знал про долги. Конечно, знал. Он же владелец компании.

— Почему я? — спросила я. — Вокруг полно красивых женщин, которые согласятся за просто так.

— Потому что ты умная. И потому что ты не будешь путаться под ногами. — Он чуть наклонил голову. — И потому что ты мне нравишься. Но это не имеет значения.

— Не имеет, — согласилась я, хотя внутри всё сжалось.

Он нажал кнопку на телефоне.

— Игорь, зайди.

Через минуту в кабинет вошёл юрист — сухой мужчина в очках, с папкой. Он положил на стол несколько листов.

— Договор, — сказал Максим. — Стандартный. Конфиденциальность, сроки, обязанности. Можешь прочитать.

Я взяла бумаги. Буквы плыли перед глазами. Три месяца. Роль невесты. Никаких поцелуев при свидетелях, кроме необходимых. Никакой личной жизни на время контракта. Штрафы за разглашение.

— А если я откажусь? — тихо спросила я.

— Тогда ты вернёшься в свой отдел. И через неделю тебя уволят. Виктория об этом позаботится.

Я сглотнула. Он не угрожал. Просто констатировал факт.

— Где подписывать?

Игорь протянул ручку. Я поставила подпись. Рука дрогнула.

— Отлично, — Максим встал. — Игорь, оставь нас.

Юрист вышел. Дверь щёлкнула. Мы остались одни.

Максим обошёл стол и остановился рядом со мной. Слишком близко. Я чувствовала тепло его тела. Запах — тот же, что и в баре. Древесный, с табаком.

— Ты только что согласилась на самое опасное приключение в своей жизни, — сказал он тихо, почти шёпотом.

Я подняла голову. Он смотрел на меня сверху вниз. Глаза тёмные, серьёзные.

— Это просто работа, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Работа, — повторил он. — Конечно.

Он наклонился. Его губы почти коснулись моего уха.

— Но помни, Алиса. Играть в невесту — это не только ужины и улыбки. Иногда придётся стоять очень близко. Вот так.

Он выпрямился. Отошёл к окну.

— Свободна. Завтра обсудим детали.

Я вышла из кабинета на ватных ногах. В коридоре прислонилась к стене и закрыла глаза. Сердце колотилось. Ладони горели.

Я только что продала три месяца своей жизни. И, кажется, заодно — спокойствие.

Чёрт.

Глава 3

На следующий день мы встретились в его кабинете. На столе — кофе и папка с документами. Максим был в той же белой рубашке, и я поймала себя на мысли, что это начинает меня раздражать. Слишком уж он хорошо выглядел.

— Итак, — он открыл папку. — Правила. Первое: никаких чувств. Это сделка. Второе: никакого секса. Третье: публика — только там, где нужно. Никаких лишних прикосновений наедине.

— Ясно, — я села напротив, стараясь не смотреть ему в глаза. — А если я влюблюсь?

Он усмехнулся.

— Не влюбишься. Ты умная девочка.

— Спасибо, — сухо ответила я. — Дальше.

— Легенда. Мы познакомились полгода назад на выставке. Ты работала в галерее, я зашёл случайно. Увидел тебя — и всё.

— Галерея? Я никогда не работала в галерее.

— Теперь работала. Детали я продумал. Ты закончила искусствоведение, но пошла в маркетинг. Любишь кофе без сахара, ненавидишь арахис, у тебя есть кот. Имя — Барсик.

— У меня нет кота.

— Будет. Я привезу. Для правдоподобия.

Я уставилась на него.

— Вы серьёзно?

— Абсолютно. Ковалёвы проверяют всё. Если они узнают, что это фикция, сделка рухнет. А вместе с ней — твоё повышение и моя репутация.

Я вздохнула.

— Ладно. Кот так кот.

— Сегодня ужин. Ресторан «Верона», восемь вечера. Надень что-нибудь... — он замялся, подбирая слово. — Эффектное.

— Эффектное?

— Чтобы я не мог отвести взгляд, — он сказал это ровно, без эмоций. — Это часть игры. Люди должны верить.

— Хорошо, — я встала. — В восемь.

Платье я выбирала час. В итоге остановилась на том самом розовом, с кружевом и открытыми плечами. Оно было вызывающим, но не пошлым. Ровно то, что нужно.

Когда я вошла в ресторан, Максим уже сидел за столиком. Увидев меня, он замер. На секунду. Всего на секунду, но я заметила.

— Ты опоздала, — сказал он, вставая.

— На пять минут. Это не опоздание, это стиль.

Он помог мне сесть. Рука на мгновение коснулась талии. Тепло. Я сделала вид, что не заметила.

Ужин прошёл нормально. Мы говорили о Ковалёвых, о том, как себя вести, какие темы поднимать. Он рассказывал о своих родителях — сухо, без эмоций. Я слушала и думала: а что у него внутри? Есть ли там что-то живое, или только расчёт?

— Ты хорошо играешь, — сказала я, когда подали десерт.

— Это не игра, — он посмотрел на меня. — Это жизнь. Просто в другой обёртке.

— Философ.

Он улыбнулся. По-настоящему. Впервые за вечер.

После ужина мы вышли на улицу. Прохладный воздух, редкие прохожие. Он открыл дверь машины.

— Садись.

Я села. Он завёл двигатель, но не тронулся с места.

— Что? — спросила я.

— Камеры, — он кивнул на папарацци у входа в ресторан. — Надо, чтобы они поверили.

— И что ты предлагаешь?

Он повернулся ко мне. Медленно. Взял за подбородок. Наклонился.

— Поцелуй. Для камер.

— Хорошо.

Я закрыла глаза. Его губы коснулись моих. Сначала осторожно, почти невесомо. Потом сильнее. Я почувствовала его запах — тот же, что и в баре. Древесный, с табаком. Его рука скользнула на мою шею, притягивая ближе. Я ответила. Не потому что надо. Потому что хотела.

Поцелуй становился глубже. Жарче. Он застонал — тихо, почти неслышно. Я забыла, где мы. Забыла, кто мы. Просто растворялась в нём.

Потом он резко отстранился.

— Всё, — сказал он, тяжело дыша. — Хватит.

Я открыла глаза. В горле пересохло.

— Это была ошибка, — сказал он, глядя прямо перед собой. — Больше не повторится.

Он завёл машину и тронулся с места. Я молчала. Сердце колотилось. Губы горели.

Ошибка. Конечно. Только вот почему-то ни он, ни я в это не верили.

Глава 4

Благотворительный вечер проходил в старом особняке на набережной. Мрамор, хрусталь, живые оркестры — всё как в кино. Я стояла у входа, поправляя длинное красное платье с разрезом до бедра. Максим подошёл сзади, и его рука уверенно легла на мою талию.

— Расслабься, — шепнул он. — Ты выглядишь так, будто идёшь на казнь.

— Может, и иду, — буркнула я.

— Просто улыбайся. И держись рядом.

Мы вошли. Гости оборачивались. Кто-то шептался, кто-то откровенно пялился. Максим вёл меня через толпу, как будто мы были вместе годами. Его ладонь лежала чуть ниже талии, и я чувствовала каждый палец сквозь тонкую ткань.

— Волнуешься? — спросил он, не глядя.

— Нет.

— Врёшь.

— Конечно, вру. Я впервые играю чью-то невесту.

— Привыкай.

Мы остановились у столика с шампанским. Я взяла бокал, чтобы занять руки. Максим наклонился к моему уху.

— Справа, у колонны, — Виктория. Не смотри. Просто улыбнись мне.

Я улыбнулась. Искренне, как будто он только что сказал что-то смешное. Он ответил тем же. Идеальная пара.

— А слева, — продолжил он тихо, — Елена. Моя бывшая. Она смотрит на тебя так, будто хочет испепелить.

— Может, мне стоит познакомиться?

— Не стоит. Она ядовитая.

— Как и все твои женщины, — не удержалась я.

Он хмыкнул. Настоящий, короткий смешок. Я запомнила этот звук.

Заиграла медленная мелодия. Максим поставил бокал и протянул мне руку.

— Потанцуем. На нас смотрят.

Я вложила ладонь в его. Он вывел меня в центр зала. Притянул к себе — близко, почти вплотную. Одна рука на талии, вторая чуть ниже, на бедре. Сквозь разрез платья я чувствовала его пальцы на голой коже. Горячие. Уверенные.

— Ты дрожишь, — заметил он.

— Здесь холодно.

— Здесь жарко, — возразил он.

Мы двигались медленно. Я смотрела ему в глаза и не могла отвести взгляд. Он тоже. Между нами было всего несколько сантиметров. Дыхание, тепло, электричество.

Его рука скользнула ниже. По бедру, почти до края разреза. Я вздрогнула. Не от холода. От желания.

— Максим, — прошептала я.

— Молчи, — ответил он так же тихо. — Просто двигайся.

Я подчинилась. Музыка закончилась слишком быстро. Он отстранился, но не сразу. На секунду задержал руку на моей талии, сжал. Потом отпустил.

— Идём, — сказал он. — Нам нужно поговорить с Ковалёвым.

Я кивнула. Горло пересохло. Внутри всё горело. Я злилась на себя. На него. На весь этот чёртов контракт.

Но когда он снова взял меня за руку, я не сопротивлялась.

Глава 5

В машине мы молчали. Он вёл уверенно, не глядя на меня. Я смотрела в окно, но видела только его руку на руле. Сильную. С венами. Я думала о том, как эта рука лежала на моём бедре. И злилась на себя.

— Ко мне, — сказал он, сворачивая к высотке. — Обсудим детали.

— Какие детали?

— Всякие.

Я не спросила больше. Знала, что вру. И он знал.

Квартира была огромной. Тёмное дерево, панорамные окна, минимализм. Он бросил ключи на столик, снял пиджак. Я осталась стоять у входа.

— Проходи, — он кивнул на диван. — Выпьешь?

— Нет.

— Правильно.

Он подошёл. Близко. Слишком близко. Я чувствовала его запах — тот же, что и в ресторане. Древесный, с табаком. Я подняла голову.

— Максим.

— Молчи.

Он взял меня за затылок. Притянул. Поцелуй был жёстким, голодным. Не как в машине. Там была игра. Здесь — правда. Я ответила. Сама. Без камер, без свидетелей. Просто потому что хотела.

Он подхватил меня. Я обвила его ногами. Мы врезались в стену. Картина на ней качнулась. Он застонал мне в шею.

— Скажи, что хочешь этого, — выдохнул он.

— Хочу.

— Громче.

— Хочу.

Спальня. Тёмные простыни. Он бросил меня на кровать. Наклонился. Его рубашка полетела на пол. Я видела его тело — сильное, без единого лишнего грамма. Он взял меня за запястья. Прижал к подушке.

— Правила, Алиса. Никаких чувств.

— Помню.

— Врёшь.

Он вошёл резко. Я вскрикнула. Он закрыл мне рот ладонью.

— Тихо.

Я кусала его пальцы. Он двигался медленно, потом быстрее. Я царапала его спину. Он сжимал мои бёдра. В какой-то момент я перестала понимать, где заканчиваюсь я и начинается он.

Потом мы лежали. Молча. Он курил в окно. Я смотрела в потолок. Тело гудело. Внутри — пустота.

— Это ничего не меняет, — сказал он.

— Знаю.

Я встала. Нашла платье. Надела. Он не обернулся.

— Вызову такси, — сказала я.

— Не надо. Останься.

— Не могу.

Он промолчал. Я вышла. Дверь закрылась тихо. В лифте я прислонилась к зеркалу и закрыла глаза. Дура. Какая же я дура.

Утром он прислал сообщение: «В девять. Не опаздывай».

Ни слова о том, что было. Ни полслова.

Я умылась холодной водой. Посмотрела на себя в зеркало. Красные глаза, искусанные губы. Невеста. Фиктивная. Влюблённая идиотка.

Я набрала ему: «Буду».

И выключила телефон.

Глава 6

Виктория поймала меня в коридоре у лифта. Я шла с кофе, думала о своём, и не сразу заметила её. Она стояла, прислонившись к стене, с телефоном в руке.

— Алиса, привет.