Аманда Арчер
Горячая пицца для настоящих героев

Глава 1. Экстренная доставка в кошмарный данж=

В мире, где каждый второй считает себя героем, а каждый третий — тёмным властелином, проблема голода в подземельях стояла особенно остро. Никто не хотел умирать от истощения, сжимая в руке легендарный меч, — это портило легенду. Поэтому Гильдия искателей приключений, скрепя сердце, учредила отдел доставки. Отдел назывался «Последний ужин» и славился двумя вещами: рекордной текучкой кадров и неизменно холодной едой.

В день, когда Элиза упала в этот мир, она как раз заканчивала смену в пиццерии «Четыре сыра» на окраине Владимира. Последний заказ — двойная «Маргарита» с ветчиной, доставка на шестой этаж без лифта. Она поднималась, чертыхаясь, переложила коробку в левую руку, чтобы достать чек, наступила на что-то скользкое — и пол под ней исчез.

Небо, лестничная клетка и чувство собственного достоинства провалились куда-то вниз. Элиза приземлилась на твёрдую каменную поверхность, чудом удержав коробку с пиццей. Это был инстинкт курьера: сначала сохранить заказ, потом — себя.

— Вот чёрт, — сказала она, оглядываясь.

Вокруг не было ни подъезда, ни лифта. Был огромный зал с колоннами, факелами на стенах и группой людей в доспехах, которые смотрели на неё с выражением, близким к религиозному экстазу. Элиза медленно поднялась, отряхнула коленки и вежливо улыбнулась.

— Здрасьте. Я, наверное, не туда.

— Ты! — прорычал мужчина в центре, сверкая доспехами, на которых, казалось, отражалось всё величие мира и немного личной неприязни. — Ты послана небесами?

— Нет, я послана «Четыре сыра», — честно ответила Элиза. — У вас заказ? Я могу проверить по номеру, только дайте сигнал поймать.

Она подняла коробку. Аромат базилика, помидоров и расплавленного сыра наполнил подземелье. У одного из паладинов подкосились ноги. Второй начал тихо рыдать.

Мужчина с мечом — высокий, темноволосый, с челюстью, которая могла бы резать стекло — сделал шаг вперёд. В его глазах горело то, что Элиза сначала приняла за гнев, но потом поняла: это голод. Чистый, первобытный голод, способный развязать войну.

— Твоя еда не испортилась, — сказал он хрипло. — Магия некрополя не тронула её. Как?

— Это термосумка, — пояснила Элиза, чувствуя, что разговор уходит в какой-то странный, но знакомый для курьера ритм. — Три слоя фольги, изотермический вкладыш. Я не знаю ваших магий, но если вы сейчас же не скажете, кому отдавать пиццу, она остынет, и мне придётся писать объяснительную.

Паладины переглянулись. Один из них — бородатый, с лицом человека, который привык доверять мечу, а не рассудку — прошептал:

— Айдан, это она. Пророчество. Та, кто накормит героев перед Последней битвой.

— Не говори глупостей, Бром, — отрезал мужчина, которого назвали Айданом. — Это просто девушка с едой. Возможно, шпионка некроманта.

— Шпионка с горячей пиццей? — возразил другой паладин, молодой и веснушчатый. — Это же гениально. Зачем убивать героев мечом, если можно убить их запахом?

— Я никого не убиваю, — вмешалась Элиза. — Я принесла заказ. Кто здесь Торн? Оплата при получении.

Айдан Торн медленно поднял руку. Он был капитаном этого отряда паладинов, застрявшего в пятом уровне Кошмарного данжа уже третью неделю. Их припасы сгнили от магии хаоса на второй день. Последнюю неделю они питались мхом и собственным героизмом. Героизм, как выяснилось, имел скверный вкус и плохо усваивался.

— Это я, — сказал Айдан, не опуская меча. — Но я ничего не заказывал.

— Как это не заказывали? — Элиза вытащила из кармана куртки чек. — Лорд Торн, Кошмарный данж, уровень пятый, комната триста двенадцать «Б». Пицца «Маргарита» с ветчиной, два стаканчика соуса барбекю. Оплачено картой.

Она еще раз перечитала, вроде там была улица Ленина... но данж, так данж. Она протянула чек. Айдан взял его, посмотрел так, словно перед ним был свиток с проклятием, и медленно перевёл взгляд на своего оруженосца.

— Финн.

Молодой паладин залился краской.

— Это… это была шутка, капитан. Я нашёл странный артефакт в той комнате с сокровищами. На нём было написано «Закажи еду». Я просто хотел проверить, работает ли он. Никто не думал, что он действительно…

— Ты призвал курьера из другого мира, потому что хотел проверить артефакт? — голос Айдана стал опасно спокойным.

— Ну… да? — Финн попытался изобразить виноватую улыбку. — Но она пришла! И пицца горячая! Это же замечательно, правда?

Наступила тишина. Элиза медленно опустила коробку на ближайший каменный выступ, который, возможно, когда-то был алтарём для жертвоприношений. Сейчас он стал подставкой для итальянского фаст-фуда.

— То есть, — сказала она, старательно переваривая информацию, — меня выдернули из реального мира, где у меня была смена, и где я, между прочим, могла получить чаевые, потому что какой-то парень нажал на непонятную кнопку?

— Я очень извиняюсь, — искренне сказал Финн.

— Извинения принимаются в виде оплаты заказа, — отрезала Элиза. — И компенсации за моральный ущерб. И обратного билета. Желательно, с доставкой на дом.

Айдан наконец убрал меч. Он подошёл к коробке, принюхался, и выражение его лица на секунду стало таким же счастливым, как у ребёнка, нашедшего под ёлкой щенка. Но он быстро взял себя в руки.

— Тебе не выбраться отсюда одной, — сказал он. — Данж кишит нежитью, и магия искажает порталы. Если твой артефакт сработал только на вызов, то…

— То я застряла? — уточнила Элиза.

— То ты с нами, — закончил Айдан.

Он открыл коробку. Пар, пахнущий Италией, окутал комнату. Паладины издали звук, похожий на стаю голодных собак. Даже Бром, который клялся, что не ел ничего, кроме чечевицы и долга, прослезился.

— Это… — начал Айдан, вглядываясь в пиццу. — Это какое-то магическое блюдо? Оно усиливает характеристики?

— Это «Маргарита» с ветчиной, — устало ответила Элиза. — Усиливает удовольствие от еды. И, возможно, изжогу, если запивать газировкой. Но газировки у меня с собой нет, так что риск минимальный.

Она взяла пиццу, разрезала её принесённым с собой ножом (всегда носила с собой, потому что в некоторых подъездах ножи вечно пропадали) и протянула первый кусок Айдану.

— Ешьте, лорд Торн. А потом мы поговорим о том, как мне отсюда выбраться. И, пожалуйста, не надо говорить, что я часть пророчества. Я просто курьер. У меня есть свои планы на жизнь.

Айдан взял кусок. Он поднёс его ко рту с осторожностью человека, который боится, что сейчас начнётся апокалипсис. Откусил.

Его глаза расширились. Потом сузились. Потом он закрыл их, и на лице его появилось выражение глубочайшего, почти неприличного блаженства. Три недели в подземелье, питание мхом и собственным героизмом — всё это отошло на задний план перед лицом расплавленного сыра и томатного соуса.

— Боги, — прошептал он. — Что это?

— Пицца, — повторила Элиза. — Вы что, тут пиццы не едите?

— Нет, — сказал Финн, хватая свой кусок. — У нас в основном едят похлёбку и эль. Иногда жареных кабанов на турнирах. Но это… это переворачивает представление о кулинарии.

— Это переворачивает представление о божественном промысле, — поправил Бром, сжимая кусок в кулаке так, будто боялся, что его отнимут.

Элиза смотрела, как три паладина, легендарные воители, чьи имена гремели по всему королевству, сражаются за последний кусок пиццы. Она чувствовала себя зоологом, наблюдавшим за дикой природой.

— Так, — сказала она, хлопнув в ладоши. — Вопросы. Первое: как мне вернуться домой? Второе: кто будет платить за этот заказ? И третье: у вас тут есть какие-то правила доставки, или я могу просто уйти?

Айдан доел свой кусок, облизал пальцы (чем вызвал у Элизы смешанные чувства: от отвращения до странного восхищения, ведь делал он это очень притягательно) и встал.

— Ты не можешь просто уйти, — сказал он. — Во-первых, потому что ты внезапно стала самым ценным существом в этом данже. Во-вторых, потому что гильдия наложит на тебя лапу, как только узнает. И в-третьих…

Он замолчал и посмотрел на коробку.

— В-третьих, у тебя есть способность, которой нет ни у кого. Твоя еда не портится от магии хаоса. Это делает тебя идеальным курьером для доставки в подземелья.

— Я не курьер для подземелий, — возразила Элиза. — Я курьер для квартир. Там хотя бы не нападают скелеты.

— Пока и туи не нападали, — уточнил Финн, выглядывая в коридор. — Но сейчас, кажется, нападают.

Из темноты донёсся характерный скрежет костей. Элиза вздохнула.

— Ладно, — сказала она. — Значит, я в дерьме. Но я хочу, чтобы это было официально зафиксировано. Я нахожусь здесь против своей воли. И если кто-то попытается сделать из меня героя, я начну кидаться горячей пиццей.

— Это может быть эффективно, — заметил Бром. — Сыр прилипает к доспехам.

— Я пошутила. Я не кидаюсь едой, — гордо сказала Элиза. — Еда — это святое.

И в этот момент в дверях показался первый скелет. Он был вооружён ржавым мечом и, судя по всему, имел претензии к их компании.

Айдан встал перед Элизой, обнажая меч.

— Держись за мной, — сказал он. — И, если что, бросай пиццу. Я разрешаю.

— Вы не понимаете, — пробормотала Элиза, хватаясь за термосумку. — В моём мире за такое увольняют.

— В моём мире за такое награждают, — усмехнулся Айдан, рубя скелета пополам.

И в этот момент Элиза поняла, что её жизнь только что разделилась на «до» и «после». До — были чаевые, опоздания и вечно недовольные клиенты. После — были скелеты, паладины, поедающие пиццу как последнее причастие, и высокий мрачный капитан с челюстью, которой можно резать стекло, который сейчас встал между ней и опасностью.

«Я влипла», — подумала Элиза.

И, как оказалось, это было самым точным её предсказанием за всю жизнь.

Глава 2. Критический урон: пицца «Маргарита» против скелетов

Оказалось, что скелеты — не самые страшные существа в подземелье. Есть ещё тролли, которые нюхают воздух и могут определить, что у тебя в кармане лежит кусочек сыра, и голодные паладины, которые после трёх недель диеты смотрят на пиццу с таким вожделением, что кажется, они готовы убить за неё. Впрочем, Айдан убивал за неё скелетов, так что баланс соблюдался.

Элиза бежала по коридору, прижимая к груди термосумку. Сзади лязгали кости и звенели мечи. Финн, который оказался не только идиотом, призвавшим её, но и неплохим бойцом, прикрывал тыл. Бром шагал впереди, размахивая двуручным топором, и бормотал молитвы.

— Налево! — скомандовал Айдан, и они свернули в узкий проход.

Элиза споткнулась о чей-то позвонок, но удержалась на ногах, не выпуская сумку. Это была уже не просто сумка. Это был её единственный источник дохода в этом безумном мире. Если она потеряет её, то останется без средств к существованию, а в таком мире без денег — это верная смерть.

Они выскочили в небольшую пещеру, освещённую светящимся мхом. Скелеты отстали — узкий проход их задержал, а паладины быстро перебили тех, кто успел просочиться.

— Фух, — выдохнул Финн, прислоняясь к стене. — Это было весело.

— Для тебя весело, — проворчал Бром. — А у меня новый зазубрин на топоре.

Элиза опустилась на камень и посмотрела на паладинов. Они были покрыты пылью, кровью (своей и чужой) и выглядели так, словно только что вышли из ада. Но при этом улыбались.

— Вы всегда так радуетесь после битвы? — спросила она.

— После трёх недель мха — да, — ответил Айдан. — А если ещё и пицца была… это лучший день в нашей жизни.

Он сел рядом с ней, достал флягу и протянул.

— Пей. Это не вода, но поможет.

Элиза понюхала. Пахло травой и чем-то сладким.

— Это не яд?

— Если бы я хотел тебя отравить, я бы не стал спасать от скелетов, — резонно заметил Айдан.

Она сделала глоток. Напиток оказался приятным, с лёгкой горчинкой.

— Что это?

— Настойка эльфийской мяты. Успокаивает нервы.

— У вас тут есть эльфы?

— Есть. Они такие же заносчивые, как и везде, — буркнул Бром. — Но их настойка хороша.

Элиза сделала ещё глоток и почувствовала, как напряжение отпускает. Она посмотрела на свою термосумку. Пицца была съедена, но внутри остались салфетки и маленький пакетик с соусом.

— Ладно, — сказала она. — Теперь серьёзно. Как мне вернуться?

Айдан задумался.

— Артефакт, который использовал Финн, вероятно, одноразовый. Он создал портал, но обратный не предусмотрен.

— Отлично. Просто отлично.

— Но есть другие способы, — продолжил он. — В Гильдии магов есть портальные камни. Если мы выберемся из данжа, я отведу тебя туда. Или… — он замялся.

— Или?

— Или ты останешься. У нас не хватает курьеров.

Элиза фыркнула.

— Я курьер, а не герой. Моя работа — развозить еду, а не сражаться с монстрами.

— Но ты уже сражалась, — заметил Финн. — Ты не уронила сумку даже когда бежала. Это профессионализм.

— Это инстинкт, — поправила Элиза. — У нас, курьеров, три правила: не потерять заказ, не опоздать, не убить клиента. Последнее, правда, иногда очень хочется.

— А что, клиенты бывают такими плохими? — удивился Бром.