Наталья Орлова
Сердитенькая Таточка

Глава 1

МНЕ УЖЕ 4 ГОДА

Мы живём в деревне в большом зелёном доме, прямо у леса. Если вылезти за забор, то сразу можно собирать землянику. Очень удобно. Чуть дальше в лесу помойка, всегда можно сходить туда за чем–нибудь полезным. Моя старшая сестра Маша дружит со мной, хоть я и младше её на год и три месяца. Дружим мы с тех самых пор, когда Маша зимой обливала меня ледяной водой, а я не плакала. Это было очень давно. Сейчас мне уже 4 года и все зовут меня Таточкой. Иногда меня называют Наташей.

Маша сказала всем, что она только Маша.

Год назад у нас родился братик Димочка. Сначала мы были очень недовольны им и даже сбросили со стола. Хорошо, что Димочка не повредился, хоть и сильно плакал. Папочка Вова сказал, что Димочку обижать нельзя, потому что он вырастет большим и сильным и будет нас защищать. С тех пор я Димочку не обижаю. Маша тоже Димочку не обижает, даже водится с ним.

Папа и мама часто хвалят Машу, называют её помощницей. Димочку носят на ручках, и возят в моей коляске. А меня любят меньше всех. Я стала плакать. Папа и мама спросили, почему я плачу. А я им всё сказала. Машу любят, потому что она старшая дочка. А Димочку любят, потому что он младший сынок. А меня любить не за что! Папа и мама сказали, что любят всех одинаково, старшую дочку, младшую дочку и старшего сыночка. Но я всё равно плакала, тогда папа сказал маме, что Таточка очень сердитенькая. А мама сказала папе, что это всё ревности, потом пройдёт.

Мамочка Зина снова вышла на работу, поэтому с нами сидит Настенька. Настеньку в деревне называют божий человек. Это как божья коровка, обижать нельзя, это известно всем. Мама её жалеет, папа тоже. Олька, наша подруга, знает много про всех, и рассказала, что Настенька долго болела, пока не состарилась и у неё никого в мире нет. Она живёт при больнице за печкой, а днём ходит к нам водиться с Димочкой или садить картошку. Настенька очень любит Димочку, делает ему разные угощения и сладкую водичку, а от нас с Машей прячет конфеты. Конфеты мы всегда находим, потому что знаем, где они спрятаны.

По утрам папа уходит на работу. Мы смотрим в окно, как он идёт по улице до поворота, машем ему руками, и папа машет нам. Папа у нас очень большой и красивый, а ещё папа – главный врач, поэтому иногда приезжает на машине. Мама тоже очень красивая и просто врач, лечит больнушек. Бабушка Нина с дедушкой Мишей тоже врачи. Наверно, поэтому у нас так часто кипятят шприцы и ставят уколы.

Бабушка Нина всегда приезжает с чемоданом лекарств. Она ставит нам уколы и даёт горькие порошки. И разные таблетки. Я побаиваюсь бабушкиного чемодана. Маша тоже побаивается. Иногда бабушка привозит конфеты и игрушки. И все радуются. Поэтому я всегда внимательно смотрю, что в чемодане. Если бабушка Нина достаёт лекарства, мы с Машей сразу бежим в малинник. А зимой за сарайку.

Главное правило в деревне – это поздороваться, потом обязательно нужно сказать: «До свидания» и ни с кем не заедаться, а если страшно, убегать. Это правило Димочка ещё не знает, поэтому сидит дома. Мы бегаем по всей деревне, даже на левый берег пруда, к папе с мамой на работу. Больнушек мы не боимся, потому что со всеми здороваемся и нам дают конфеты. Когда идём гулять, всегда надеваем кофты с карманами.

Местные жители все упитанные, хорошо кушают, чтобы не заболеть туберкулёзом. Все боятся туберкулёза. А худым не страшно, они уже болели. Мама говорит, что сосновый лес нас защищает, хотя ходит на работе в маске, белом халате и шапочке, а одежду постоянно стирает, даже зимой в ледяной проруби. Почти каждый день в большой синей кастрюле на плите в мыле кипятиться какая–нибудь одежда.

Кроме больницы в деревне есть конный двор. Это самое замечательное место. Мы бегаем туда с Сонькой, это вторая наша подружка. Ей почти пять лет, и она носит толстые очки, поэтому постоянно куда–нибудь падает. У Соньки папа работает на конном дворе и у них даже есть своя лошадь. Нам разрешают заходить в конюшню, и мы очень этому рады, потому что любим лошадей.

Ещё у нас очень много друзей мальчишек. Усик, Женька и Серёжка самые лучшие друзья. Они все днём ходят в садик, а мы в садик не ходим, потому что у нас есть Настенька. А Сонька в садик не ходит, потому что играет с нами. Галинка, сестра Ольки, научилась ходить и приходит, держась за Олькино платье. С Галинкой никто не дружит, потому что она маленькая плакса.

Ещё мы с Машей очень любим играть в куклы. У нас очень много кукол. Все куклы наши дети. У Маши свои дети, у меня свои дети. У меня самая любимая кукла – Ната. Ната самая большая и красивая. У Наты голубые глазки и голубые туфельки. У Машиной Алёны зелёные глазки и красные туфельки были. Одна туфелька потерялась. Алёна носит носки. Куклы ездят в розовых колясках. Нам их подарили на мой День Рождения. Ещё папа подарил большой шкаф для куклёшкиной одежды и люльку. А бабушка Нина с дедушкой Мишей подарили нам по зонтику и по сумочке.

А потом дедушка Миша прислал нам с Машей из города по белой шкатулке. В шкатулках два дна и лежат тёмно–синие бусы и кольца с красными камушками! Одинаковые. Очень красивые. В шкатулки можно всё прятать. Под первое дно.

С Машей надеваем панамки, бусы, берём зонтики и сумочки. Потом садим Нату и Алёну в коляски и ходим по двору. Гуляем. А потом кормим всех кукол из маленьких тарелок и чашечек. И укладываем кукол спать.

Мы с Машей очень любим ходить в магазин. В магазине Изольда щелкает на счётах, а на весах взвешивает конфеты.

После магазина всегда бежим на Шум и смотрим как вытекает вода, как с горки. С одной стороны, где большой пруд, вода втекает в щели, а с другой стороны вытекает. Вода вытекает с шумом, брызгами и пеной. Нам очень нравится Шум.

А вокруг деревни сосновый лес. В лесу много покосов, но на них мы ещё не ходили. На водокачку тоже не ходили. И в кочегарку ещё не успели сходить. На козий мостик не ходили, и на чёрную мельницу не ходили. И мы с Машей считаем, что Каменка – самая лучшая деревня на свете!

МАНЕЖ

Манеж был совсем старый. Когда мы с Машей росли в нём, то успели наделать много дырок и сейчас братик Димочка постоянно вылезает из него. Вчера Димочка уполз на улицу. Мамочка сильно разволновалась, когда Димочка потерялся, она мяла тесто для пирогов и вся была в муке, а когда метнулась искать, опрокинула ведро с водой. Начался переполох. Мы с Машей бросились во двор и изловили братика, когда он уже добрался до калитки. Быстро же он ползает, подумала я. Димочка был такой грязный и довольный, что на него даже не стали сердиться. Хотя мы с Машей для порядка по разу шлёпнули его. Вечером папа принес с работы большую розовую корзину из железных прутьев. Димочке она очень понравилась, он мог в ней вставать, держась за прутья и раскачиваться.

– Как капитан на корабле! – сказала Маша.

Да, подумала я.

За баней мы давно заприметили большую яму, заполненную мутной водой и решили пустить корабль на воду. Дождавшись, когда Димочка уснёт, мы потащили корзину к яме. Корзина оказалась тяжелой, и мы с Машей волокли её по земле. Маша сказала, что на корабле обязательно нужно сделать палубу. Тогда мы побежали в сарайку и стали носить оттуда доски, которые лежали без дела. Положив доски на дно корзины, мы были очень довольны собой – корабль готов.

Залезли внутрь, хорошо! Но сдвинуть корабль на воду не получилось. Пораскачивались в нём. Вылезли. Походили немного, подумали. Решили сначала спустить корабль на воду, а уж потом по очереди залезть в него.

– Будет не очень удобно, – предупредила Маша.

Но мы всё равно попробуем, подумала я.

Мы стали сдвигать корабль к воде, он цеплялся за траву и еле двигался. Доски на палубе сместились. Пришлось всё заново выравнивать. Но вот корабль у воды, осталось одно движение. Плюх и наш корабль пошёл на дно. Доски от палубы медленно поплыли в разные стороны.

Мы стояли и смотрели на воду, корабля не было видно. Даже Маша удивилась такому событию.

– Вообще–то, корабли не тонут! – сказала Маша.

– Он утонул! – закричала я и от обиды заревела.

Тут же прибежала перепуганная мама.

– Кто утонул? – бросилась она к нам.

– Мы запускали корабль, – сказала Маша.

Мама посмотрела на яму с водой, по которой плавали доски и хотела их выловить, но в это время из дома выполз Димочка. Мама побежала к нему, отряхнула и понесла в дом.

Маша тем временем бегала вокруг ямы и вылавливала доски. Я сидела на траве и уже не ревела. Из дома выбежала мама с Димочкой на руках.

– Маша, куда делся Димочкин манеж? – строго спросила мама.

Маша начала шмыгать носом, а я снова заревела.

Мама всё поняла, и полезла в яму вытаскивать манеж.

В это время с работы пришёл папа и очень удивился: Маша бегала вокруг ямы и вылавливала доски, я сидела на траве, растирая слёзы, довольный Димочка ползал по двору, а мокрая мама тащила к дому розовую корзину.

– Зин, а что это Таточка у нас такая сердитенькая? – спросил папа.

ПЛОТ

Утром мы с Машей играли с ведром воды. Опускали в него ложки, вилки, стаканы, сбегали за поварешкой. Вымокли. Потом клали в воду бересту, которая лежала у печки, она хорошо плавает, ложки и вилки плавали на ней. А вот полено сначала вроде бы стало тонуть, а потом с всплеском вынырнуло из ведра, хорошенько облив пол. Настенька забурчала и пошла за тряпкой. Настеньку мы практически не слушали, ведь у нас шёл серьезный разговор.

– Из досок получится хороший плот, – сказала Маша, а я ей всегда верю.

Сбегали в сарайку, взяли ещё досок, и принесли их к яме. Выложили их рядком. Красиво получилось. Потом пошли искать верёвки. Все верёвки были заняты, на них во дворе сохли Димочкины пелёнки. Решили, что пелёнки уже почти высохли, сняли их и очень аккуратно сложили на дедушкину скамейку. Верёвки хорошие, белые и длинные, только отвязывать их было тяжело. Сбегали в дом за табуреткой и ножницами. Следом вышла Настенька с вицей и сказала, что сейчас задаст нам берёзовой каши. Пришлось вешать пелёнки обратно. Настенька помогала. Вспомнили, что в кладовке лежит моток старых верёвок. Сбегали. Взяли.

– Надо вязать узлы, – сказала Маша

Мы не умели вязать узлы. Стали обматывать доски верёвками, посадили занозы. Маша сказала, что потом вытащим все занозы разом. Когда плот был готов, Маша завязала бантик. Красиво, подумала я. Плот сразу поплыл, как только мы спустили его на воду.

– Ура! Плывёт! – кричали мы, бегая вокруг ямы.

Встать на плот не получилось, пробовали несколько раз, но через какое–то время доски и верёвки поплыли отдельно.

– Всё–таки, надо было вязать узлы, – сказала Маша. Да, подумала я.

Мы были очень рады, что плот не утонул и вылавливали верёвки и доски, весело смеясь. Решили завтра же научиться вязать узлы и сделать новый плот.

Вечером, когда пришёл папа, мама вытаскивала нам с Машей занозы. У меня их было целых пять, а у Маши всего три.

– А Таточка–то снова сердитенькая, – заметил папа.