Александр Сеземин
Потерявшийся между двумя мирами

1 глава. Разговор со странным человеком, посетившим иной мир.

Недавно я случайно познакомился с человеком, который произвел на меня очень сильное впечатление. Как говорят о таких людях, он был не от мира сего, в правильном понимании смысла этого выражения. Тем интереснее было с ним поговорить и услышать его удивительную историю. Жаль, я не спросил, как его зовут, просто не успел.

Осенним пасмурным днем, когда трудно определить его переход в такой же хмурый вечер, я спешил домой. Погода не располагала к прогулке, налетал порывистый ветер с зарядами мелкого и холодного дождя. От этого дрожь пробегала по телу, мерзли руки, а ботинки начали промокать. В такую погоду недолго было и до простуды.

Поэтому я решил сократить путь домой и перешел по деревянному мостику речку, разделяющую наш городок на две части. На противоположном берегу был разбит парк, пустующий в такой промозглый день. Я хотел его быстро пересечь и выйти сразу к своему дому.

Проходя напрямую по узкой заросшей аллее, увидел на одной из лавочек сидящую человеческую фигуру. Это был седой старичок в легком светлом плаще и черном берете, заломленном на правое ухо. В руках он держал трость и ее концом что-то чертил на песке у своих ног.

"Как он не замерзнет в такую погоду?!" - подумал я про себя, спеша мимо. "Спасибо, мне не холодно", - неожиданно прозвучало мне в спину. Вздрогнув, я оглянулся. Старичок с хитрым прищуром смотрел на меня и улыбался. "Присаживайтесь, передохните", - добавил он и подвинулся на левый конец скамейки.

Я остановился, песок скрипнул у меня под ногами. "Как он догадался, о чем я только подумал?" - наверное на моем лице отразилось недоумение. Еще больше я удивился, когда увидел, что старик сидит на сухой скамейке, окруженной светлым кругом песка. Круг очерчивал невидимую границу, не пропуская дождь и непогоду внутрь.

"Не удивляйтесь", - его трость остановилась, оставив на песке непонятные знаки, а руки замерли на круглом отполированном набалдашнике. Делать было нечего, я перешагнул границу круга и сел рядом на скамейку. Здесь не было ветра, дождя, осенний холод не проникал внутрь.

- Я не займу у вас много времени. Выслушайте меня. Вы человек пишущий, и сможете пересказать людям мою историю, - старик не просил у меня согласия, видимо его и не требовалось. Что-ж, пусть так. Даже не спросив о чем будет его история, я приготовился слушать. Это была и есть моя профессия.

Начав рассказ, старик не смотрел в мою сторону, а трость возобновила движения по песку, стирая старые непонятные знаки и чертя новые. Вот его рассказ. Привожу его не дословно, а лишь то, что мне удалось запомнить, сохраняя рассказ старика от первого лица. Диктофон, включенный мной и никогда не подводивший, к сожалению ничего не записал.

Память о начале шестидесятых оставила след счастливого, но бедного детства! Мы с родителями жили в своем доме. Я был непоседливым ребенком и все время хотел убежать за ограду нашего двора. Когда это получалось, то приносило много хлопот моей матери.

И вот однажды через дыру в заборе я убежал. Шёл, куда глаза глядят, лишь бы сбежать. Меня тянуло скорее всего детское любопытство. На моем пути оказался длинный пешеходный мост через железную дорогу, который вел к железнодорожному вокзалу.

Сначала я испугался, что не смогу подняться по лестнице вверх, но видя, как взрослые идут по ступенькам, тоже с трудом полез выше и выше. Под мостом пробегали локомотивы, иногда подавая протяжные гудки.

Не понимая происходящего, заметил, что от невероятной высоты у меня закружилась голова и появился страх: "Где я? Что я тут делаю на высоте, близкой к небу?!" Я понял своим крохотным сознанием, что обратно мне не спуститься и пошёл дальше по мосту, как мне показалось, парящему в воздухе.

Солнце ярко светило в глаза, от чего я уже не понимал где нахожусь. И вдруг в этот момент вокруг меня все потемнело и послышалось жужжание, потом свист. Образовался тоннель, и я полетел по нему ввысь!

С высоты увидел себя внизу. Как я мог быть одновременно там и здесь?! Но мой полёт продолжился вверх навстречу солнцу. Прежний мир подо мной становился все больше. Я увидел мост над железной дорогой, внизу по вокзалу бегали люди, все кипело и двигалось.

Я поднимался все выше и выше. Облака проплывали подо мной, скрывая землю. Страх высоты исчез, мне стало хорошо. Далее стали происходить еще более фантастические события.

Этот летний жаркий день остался навсегда в моём сердце и памяти. В момент полета мне казалось, что я не младенец, а умудренный опытом взрослый мужчина, ребенок не мог так рассуждать.

Поднимаясь над землёй, паря как птица, видел людей, здания, машины, они становились все меньше и меньше. Вдруг я подошёл к той черте, которая отделяла мир, в котором я жил до сегодняшнего дня, от иной реальности. И была ли это реальность?

Разница между двумя мирами была огромная, даже несоизмеримая. Мой прежний мир был шумным, обеспокоенным, в постоянном движении. Верхний мир отличался тишиной и спокойствием. В нем было ночное черное небо, а может оно здесь было таким всегда, и не было в верхнем мире дня и ночи. Свет из нижнего мира проникал вверх и все, что происходило внизу было хорошо видно.

Но вот в верхнем мире мое внимание привлекли хаотично движущиеся горящие спирали. Их оказалось не просто много, они были бессчетны, а их движения создавали всеобщий хаос. Может мне это только казалось, за видимым хаосом скрывался порядок, неуловимый человеческим разумом.

Существовали и отдельные огромные спирали, излучающие свет, сравнимый с солнечным! От каждой такой горящей спирали тянулись серебряные нити и терялись в темноте.

Что это были за горящие спирали?! Разгадка, как казалось, пришла из ниоткуда. Это были жизни людей. Яркие спирали принадлежали людям, полным сил и энергии, тусклые или затухающие - больным, либо на исходе своей жизни.

Спирали, горящие как солнца, принадлежали великим людям, святым, наделённым Божественной энергией.

Смерти как таковой нет. Оторвавшись от своей телесной оболочки, я ощущил необыкновенную радость, лёгкость, как будто сбросил тяжелую ношу и стал свободным! Я понял - моя истинная родина там за горизонтом, скрыта от меня и всех людей тем, Кто управляет Миром. А я был всего лишь песчинкой космоса.

Постепенно подъём привел меня в следующий мир. Я услышал голос, который обращался ко мне на странном языке. Затем этот язык скорректировали, и он стал понятен. Я осознал, как вдруг люди неожиданно начинают понимать языки, неизвестные на Земле.

Старый мир все более удалялся, а я погружался в космическую глубину нового мира. В определенный момент я услышал много кричащих голосов: "Готовьтесь, готовьтесь! Господь близко!"

Через несколько мгновений увидел свет, который становился все ярче и ярче, сильнее и сильне. Все громче звучала странная музыка. А я уже ничего не слышал и не видел. Существовал лишь этот Божественный Свет, к которому я двигался навстречу. Вскоре Света стало много, и появился страх. Сознание стало меркнуть, и мне показалось, что я сейчас сгорю, и на этом все кончится.

Сознание померкло. Но это был не конец. Появился большой экран, на котором прошла вся моя недолгая жизнь! Я не знаю, сколько это заняло времени, но все, что я увидел было ужасно для моей души: все ее детские мытарства, противоречия, обиды, непонимание поступков. Открылись события, которые я хотел забыть и думал, что забыл. Оказывается, их не возможно было спрятать. Я был прозрачен для Бога!

А дальше был суд. Я словно стоял на большой арене и ждал решения своей дальнейшей судьбы. Происходило какое-то обсуждение, но кто это был, я не видел. А потом был Голос. Я ощутил ничтожность прожитой жизни, и пришло понимание, что надо делать, чтобы быть принятым Богом.

Всю свою жизнь, каждый свой день надо отчаянно доказывать, что я нужен на земле, нужен людям! Надо любить, делать добро!

А дальше мне сказали: "Твоя миссия еще не закончена, иди обратно". Последние слова, которые я услышал: "Закройте ему решетку, чтобы больше не покидал тело".

Я стрелой полетел вниз, остановился и увидел себя, спускающимся с моста над железной дорогой, идущим на остановку автобуса. Затем попытался сесть в автобус. И в этот момент ощутил себя в своем теле!

Меня вовремя увидела наша соседка и отвела домой! Это было мое последнее бегство из дома, больше я старался не расстраивать своих родителей.

А решетку, случайно мелькнувшую в свете зажженной свечи, я как-то увидел уже в зрелом возрасте. В последнее время она начала таять, и скоро мне опять предстоит оказаться на той арене. Но возврата сюда уже не будет.

Я не стал праведником, жил обычной жизнью, хотя всегда помнил о предупреждении. Но что делать, человек вообще существо противоречивое, если не сказать странное.

Мне всегда хотелось с кем-то поделиться увиденным, рассказать о многомерности мира. Мир не такой, как мы его видим! Но каждый раз понимал, что это никому не нужно. Судя по рассуждениям многих, люди даже не хотят осознавать того, что они родились и возможно умрут. Они живут одним днем, так проще.

Мой собеседник замолчал. Задумался и я. Слушая этот странный рассказ, поймал себя на том, что все время примеряю услышанное на себя. И уже сам начал оценивать события из своей жизни, конечно тоже неправедной. Все мы люди.

Из задумчивости меня вывел порыв холодного ветра и капли дождя. Я оглянулся. На скамейке рядом со мной никого не было. Странные надписи на песке смывали струйки воды. Ограждающий круг исчез.

На мокром песке не осталось следов старика. Только его трость опиралась о скамейку. Ее набалдашник оказался не деревянным, изумрудный полупрозрачный камень переливался внутренним светом.

Я протянул руку и хотел взять трость, но остановился, не посмел, встал и пошел домой.

На следующий день я пять проходил через парк у реки, но не смог найти вчерашней аллеи и скамейки, на которой мы сидели со странным стариком.

Я не знал с кем разговаривал, и кто это был. И даже предполагать не мог, что произойдет со мной в последующем, как изменится вся моя жизнь.

2 глава. Был день и была ночь, но утро могло не наступить.

Прошло несколько дней. А встреча со стариком в парке не давала мне покоя. Днем в суете дел и забот я почти забывал о нем. Только его проницательный взгляд нет, нет, да возникал передо мной. А вечером, когда я оставался дома один, Марина уехала на две недели в отпуск, голос старика снова и снова начинал звучать в голове. Я уже выучил наизусть его рассказ, но голос все равно не давал мне покоя.

Засыпал под телевизор, с книгой в руках, но просыпался ночью, и голос продолжал тихо шептать. И шепот звенел под потолком. Как шепот мог звенеть? Не знаю.

Потом наступил покой. Взгляд и шепот перестали докучать, я хорошо спал и просыпался утром отдохнувшим и бодрым.

Марина должна была приехать завтра, казалось, все случившееся уже позади. Я прибрался в квартире, заполнил холодильник, что для меня было подвигом. В общем день перед ее приездом получился суматошным. Но что не сделаешь ради любимой женщины.

Оставалась последняя ночь, я уснул в предвкушении завтрашней встречи. Но сон оказался недолгим.

Никакой связи со вчерашним днем не было. Я шел с чемоданом в руке по не знакомому городу, в котором искал Марину. Она позвонила и сказала, что приехать не может, или не хочет. Я не понял, и тут же полетел ее разыскивать. Телефон Марины перестал отвечать.

Добравшись из аэропорта до города, хотел сначала устроиться в гостиницу. Но до нее почему-то надо было идти пешком. Докучал чемодан. Он был большим и старым, сделанным из картона, с кожаными уголками. Опасался за ручку, она могла в любой момент оторваться.

Не знаю, откуда он у меня взялся. Я видел такие только в старых фильмах. Приходилось перекладывать чемодан из одной руки в другую, но все же я устал и вынужден был поставить его на тротуар.

Гостиница была уже где-то близко, надо было всего лишь завернуть за угол. Я хорошо это знал, но решил проверить. Да, там действительно стояло здание, кирпичная пятиэтажка. Мне надо было туда. Вернулся обратно за чемоданом, но его не оказалось на тротуаре!

Нет, его никто не взял. Просто я оказался уже на другой улице! А чтобы забрать чемодан, почему-то теперь требовалось сделать круг. Этот обходной маневр оказался очень сложным. Следующая улица оказалась перекрытой, на ней меняли трубы и раскопали весь квартал.

Пройти было можно. Для пешеходов построили мостки, но они поднимались до уровня второго этажа и тянулись вдоль стены дома, мимо тусклых окон. Может они просто были запыленными, через них не были видны внутренние помещения здания.

Я не спустился вниз, а оказался на крыше одноэтажной пристройки к дому. С другой его стороны шумела улица, где я оставил свой чемодан. Подойдя к краю крыши, заглянул вниз. Да, с той стороны на тротуаре у стены пристройки стоял мой картонный чемодан.

Только спуститься вниз на другую улицу было невозможно. Пришлось возвращаться на деревянные мостки и делать еще большой круг через весь раскопанный квартал. Я еще долго кружил по городу, чтобы забрать чемодан.

Все же мне удалось сделать это, но чувствовал себя полностью измотанным. И это была даже не физическая усталость, а опустошение, как после колоссального нервного напряжения!

Гостиница оказалась не гостиницей, а общежитием. В большой комнате, где стояли в ряд несколько металлических кроватей с продавленными сетками, администратор показал мое место. Я достал из чемодана свежую одежду, задвинул его под свою кровать и, захватив полотенце, висевшее на спинке кровати, пошел искать душ.

А дальше повторилось все снова. Найдя душ, я долго искал комнату, в которую меня поселили. Потом надо было идти и начинать поиски Марины. Но куртки, оставленной на вешалке в комнате, не оказалось.

Мое сознание разваливалось, разлеталось по кусочкам, по крупицам в стороны. Меня охватила страшная паника. Я испугался! Показалось, еще несколько мгновений, и меня просто не станет, я растворюсь в пространстве!

Я открыл глаза и проснулся в своей квартире, на своей кровати. С улицы через задернутые шторы пробивался свет фонаря. До утра было еще очень далеко. Надо мной нависал белый потолок. Именно нависал! Он давил, от чего сердце бешено колотилось, его удары отдавались в ушах.

Но это было еще не все. Чуть ниже потолка проявилась решетка! У нее были большие квадратные ячейки, от потолка она отличалась желтоватым цветом. Именно решетка придавила меня к кровати и заставила сердце бешено стучать! Это была решетка, о которой мне рассказывал старик.

Теперь я понял ту часть рассказа старика, в которой он говорил о голосе, сказавшем: "Закройте ему решетку!" Постепенно она пропала, мои глаза закрылись, и я спокойно уснул.

Утро было солнечным, приветливым, но находиться в квартире один я больше не мог. Уехал в аэропорт и весь день слонялся среди людей, ожидая Марину, ее рейс ожидался к вечеру.

Отголоски ночного кошмара с потерей чемодана и странным общежитием все еще преследовали меня.

3 глава. Закончилась осень, прошла зима, а весна затерялась меж времени.