Сверлингс: Академия избранных. Часть 1
Selene Dusk


Сверлингс. Академия избранных

Магия. Тайны. Запретные чувства. Игра, в которой никто не обещал честных правил.

В мире, где происхождение определяет твоё будущее, попасть в лучшую магическую академию - уже привилегия. Но удержаться среди тех, кто с рождения привык получать всё, чего пожелает, - настоящее испытание.

Джаслин-Ариен Сверингдавно уже не принадлежит к числу избранных. Её семья потеряла прежнее богатство, а сама она привыкла полагаться лишь на собственные силы, упрямство и жажду знаний. Однако приглашение в Сверлингс - академию, где обучаются отпрыски самых влиятельных семей Гривалтики, - даёт ей шанс изменить свою судьбу.

Фабиан - именно тот, от кого ей стоило бы держаться подальше. Слишком самоуверенный, слишком непредсказуемый и слишком далёкий от её мира. Между ними больше различий, чем точек соприкосновения, а некоторые границы лучше не переступать.

Добро пожаловать в академию, где избранными рождаются не все, но каждый готов бороться за своё место под солнцем.





Сверлингс: Академия избранных. Часть 1





Глава 1.


«Магия не создаёт жизнь из ничего. Она лишь переносит цену спасения с одного на другого. И горе тому целителю, который поймёт это слишком поздно». Из запрещённого трактата по целительству.



В день моего отъезда отец трижды проверил замок на старом, местами потискавшим чемодане, дважды спросил, не забыла ли я что-нибудь , и ни разу не сказал, что будет скучать по мне. Наверное, именно поэтому я едва не расплакалась. Родители держали головы гордо поднятыми, вот только натянутые улыбки, уголки которых нервно подрагивали, подсказывали мне о то, что стоит лишь скрыться с их поле зрения и они оба разрыдаются как дети. Мама стояла на пороге нашего дома, сжимая в пальцах край старого, перепачканного разноцветными красками когда-то белоснежного передника. Она улыбалась так старательно и натянуто, словно от одной этой заразительной улыбки зависело, вернусь ли я когда-нибудь обратно домой. За её спиной темнела прихожая с облупившейся на стенах краской, скрипучей лестницей и гордым портретом отца, написанным в те времена, когда люди ещё произносили фамилию Сверинг с уважением и почтением. К моим глазам начали подступать предательские слезы, отчего они наверняка покраснели и начали сжечь. Я быстро отвела взгляд. Это был определенное не тот момент, когда я могла проявить слабость. Только не сейчас! Держи себя в рука Джаслин. Сегодня я не имела права плакать. Не после того, как тётя Люция потратила столько сил, чтобы открыть мне двери академии, двери в новую, уже хорошо забытую жизнь. Не после того, как отец отдал последние наши деньги на мою новенькую, идеальную форму. И уж точно не тогда, когда впереди меня ждала жизнь, о которой наша семья могла только мечтать. Я поправила ремень сумки на плече и посмотрела на тётю. Люция как всегда была совершенна. Я порой забывала насколько сильно она похожа на мою мать. Моя тетя держала идеальную осанку, плечи не были расправлены, а волевой утонченный подбородок слегка задран. Её уже тронутые сединой когда-то каштановые волосы, весело парили под напором осеннего ветерка. Солнце мягко ложилось на её лицо, отчего ореховые глаза слегка переливались, напоминая кофе с молоком. Тетушка одарила меня улыбкой и элегантно поправила свою бежевую шляпку.

— Я готова.- Сглотнув, обратилась я к ней.

Ложь. Но иногда именно с неё начинается новая жизнь. Дорогая и быстрая, машина тетушки Люции быстро уносила нас все дальше и дальше от моей привычной жизни. Я внимательно наблюдала за пейзажем за окном новой «Лерии ТФ-8», такие машины я видела лишь в журналах, которые почтальон приносил моей маме каждую среду в полдень. Мы стремительно миновали знакомые мне до дрожи улочки городка Амрентора. Именно здесь я прожила свои последние тринадцать лет. Мои родители переехали в этот городок едва ли мне исполнилось пять. А ведь когда-то и мы жили в столице Шмиленг… Это было так давно, едва ли я могла вспомнить хоть что-то из той далеко забытой и канувшей в небытие жизни. Тринадцать лет назад моему отцу пришлось покинуть пост в совете великих магов Гривалтики. Его болезнь и должно быть слишком консервативные идеи поспособствовали этому, вот только что было первым остается и по сей день для меня великой загадкой.  Люция нажала на загадочную кнопку на панели управления машины и заиграла веселая и звонкая песня популярного автора, которого я слушала множество раз.

Я оставляю позади Всё, что держало меня, Старые страхи, чужие пути, Серые дни и вчера.

Пусть за спиною останется дом, Где научилась мечтать. Я не вернусь к себе прежней потом- Мне слишком поздно бежать.

Пусть мне твердят: «Не сумеешь, забудь», Пусть надо мной посмеются. Я выбираю собственный путь, Даже когда споткнусь.

Я оставляю позади Всё это, всё это! Новая жизнь, меня жди, Я лечу навстречу рассвету!

Пусть заметает следы Ветер холодный и злой. Новая жизнь, только жди- Я возвращусь другой!

Стоило песни закончиться как с моих глаз скатилась первая слеза. Я сняла свои очки, протерла их о внутреннюю подкладку своей юбки и улыбнулась издав непонятный звук.

— Тетушка ты серьезно слушаешь такое? Это же поп музыка! — Мне пятьдесят два дорогая, я имею право слушать все что пожелаю.- Улыбаясь так широко, что казалась эта улыбка могла бы озарить весь мир, промурлыкала Люция. Видимо пытаясь мне что-то доказать, все пять часов дороги до академии мы слушали поп-музыку. Иногда Люция даже пританцовывала и подпевала, это заставляло меня краснеть и смеяться. Я не заметила, как мы въехали в столицу. Шмиленг поразил меня своими масштабами. За окном автомобиля один за другим проплывали высокие дома с величественными фасадами, ухоженные улицы и просторные площади. Повсюду виднелись фонтаны, ровные, словно под линейку, газоны и аккуратно подстриженные кустарники. Казалось, здесь даже природа подчинялась строгим правилам красоты и порядка.

Чем дальше мы ехали, тем сильнее менялось всё вокруг. Невысокие здания постепенно уступали место величественным особнякам с белоснежными фасадами, коваными балконами и высокими арочными окнами. Некоторые дома напоминали настоящие дворцы, украшенные каменными колоннами, лепниной и скульптурами мифических существ. На крышах сверкали медные шпили, а над входами висели гербы владельцев, заключённые в золотые рамы. Казалось, здесь даже стены должны были знать, кому принадлежит каждая улица и сколько денег лежит в карманах тех, кто по ней ходит. Между зданиями тянулись широкие бульвары, по которым бесшумно двигались автомобили и экипажи, запряжённые магическими существами. На перекрёстках возвышались фонарные столбы с прозрачными шарами, внутри которых переливался голубоватый свет. Несмотря на дневное время, некоторые из них уже мерцали, реагируя на приближение прохожих. Над дорогой пролетела небольшая повозка, удерживаемая в воздухе магическими рунами, и я невольно проводила её взглядом до тех пор, пока она не скрылась за крышами домов.

— Впечатляет?- спросила тётя Люция, заметив, как я верчу головой. — Это ещё мягко сказано.

Я прижалась ближе к окну, стараясь не упустить ни одной детали. На тротуарах прогуливались женщины в элегантных платьях и широкополых шляпах, мужчины в идеально сидящих костюмах и студенты в форме разных академий. Здесь никто не выглядел так, словно ему приходилось выбирать между новой книгой и полноценным обедом. Даже дети, бегавшие возле фонтана, были одеты лучше, чем я в свой лучший наряд.

Впрочем, сравнивать себя с ними я не собиралась. По крайней мере, старалась.

Мы проехали мимо площади, в центре которой возвышался огромный фонтан. Из раскрытых ладоней каменной женщины взлетали струи воды, застывавшие в воздухе серебристыми лентами, а затем рассыпавшиеся тысячами крошечных капель. Вокруг располагались уютные кафе с открытыми террасами, цветочные лавки и дорогие магазины. За стеклянными витринами манекены демонстрировали платья, на которые я могла бы смотреть целый день, но даже не решилась бы спросить цену.

Я отвернулась от очередной витрины и посмотрела на свои колени. Тёмно-зелёная клетчатая юбка, белая блузка, пиджак с гербом академии и новенькие туфли, которые мама начистила до блеска ещё утром. Я выглядела прилично. Даже хорошо, если не считать сумки, которую носила уже третий год. Но здесь прилично, похоже, означало бедно.

— Не смотри на них так, будто они с другой планеты,- спокойно заметила Люция, кинув на меня загадочные дружелюбный взгляд. — Я не смотрю.- Не отводя взгляда от окна произнесла. — Конечно. Ты просто пытаешься рассмотреть содержимое каждой витрины, каждого окна и, кажется, даже карманы прохожих. — Я изучаю столицу.- Жалобно простонала я, стараясь отвязаться от замечаний тетушки. — Разумеется, дорогая.

Я закатила глаза, а тётя звонко рассмеялась. Этот смех я знала с детства, он тепло окутал меня и словно прижал в невидимые объятия. От чего я улыбнулась.

Машина свернула с широкого проспекта на улицу потише. Здесь дома стояли чуть дальше друг от друга, а между ними раскинулись небольшие сады, окружённые аккуратными оградами. За высокими воротами виднелись просторные дворы, кареты и автомобили, припаркованные рядом с фонтанами, и дорожки, ведущие к парадным входам. На некоторых балконах стояли люди, наблюдавшие за улицей с таким видом, словно весь город принадлежал им по праву рождения.

Я вдруг подумала, что, возможно, именно так и выглядит жизнь людей, которым никогда не приходилось считать каждую монету.

— А где находится академия?- спросила, решив отвлечься от разглядывания чужих домов.

— На восточной стороне столицы. Недалеко от старого магического квартала.

— Далеко отсюда? — Минут двадцать, если не попадём в пробку.

Я кивнула и снова посмотрела в окно. Шмиленг был огромным, шумным, ослепительно красивым и совершенно незнакомым. В нём было столько возможностей, что у меня закружилась голова, и столько чужого богатства, что я впервые по-настоящему ощутила, насколько мало у меня самой. Но я не приехала сюда, чтобы любоваться чужой жизнью.Я приехала, чтобы однажды построить свою. И если для этого мне придётся пережить несколько неприятных знакомств, сотни бессонных ночей и целую академию высокомерных наследников, что ж… Я справлюсь. По крайней мере, очень надеялась на это.

Кто-то резко кольнуло мне в ладони и опустив взгляд я поняла, что все это время сжимала от волнения кулаки. Мои ноги вонзались мне в ладони. Я разжала руки и выдохнула.  Джаслин перестань волноваться, ты всю жизнь готовилась к этому! Это правда, сколько себя помню в готовилась к своему обучению в магической академии, конечно не знала что буду учиться в лучшей академии всей ГРИВАЛТИКИ!  Я зубрила учебники, знала что настанет момент когда придется доказывать всему миру что я способная. За последние шесть лет мне удалось самостоятельно пройти программу пяти лет обучения в академии. У преподавателей не было ни единого шанса удивить меня чем-то. О нет! Без скромности я знала наизусть практически всю систему обучения. За эти годы я решила тысячи тестов, сварила сотни различных зельев, собственноручно выращивая для них различные ингредиенты. Мой отец по моим просьбам приносил домой различные семена, благодаря этому я и могла практиковаться. Нет ничего что могло бы застать тебя врасплох! В учебной программе ты лучшая! Это ты удивишь и влюбишь в себя своей целеустремленностью всех преподавателей академии!

Машина резко остановилась и Люция заглушила ревящий моток автомобиля. ТЫР…ТЫР…тыр…тр..тыр.тр.т Вдруг стало тихо. Я нехотя открыла свои глаза, которые все это время были закрыты и судорожно выдохнула. Взгляд Люции тут же нашел меня. Тетушка взяла мои намокшие ладони. Я ощутила на своей кожи холодные кожаные перчатки и с моих глаз покатились слезы. Перед моими глазами вспыхнуло яркое и болезненное воспоминание;

Воспоминание из детства

Холодный летний ветерок ворвался в распахнутое окно, заставив тонкие занавески взметнуться вверх. Я едва успела обернуться на шорох, как дверь распахнулась и на пороге появилась тётушка Люция с огромным розовым свёртком в руках. Она одарила меня своей безмятежной улыбкой и сделала несколько шагов навстречу.

— И кому же сегодня исполнилось десять?- хитро поинтересовалась она. — Мне!- радостно завопила я, бросаясь к ней на шею. — Моя взрослая, красивая и умная девочка!- рассмеялась Люция, отставляя подарок на кровать и крепко обнимая меня. — Я так ждала тебя! Мама говорила, что ты можешь не приехать. Она говорила, что в столице сейчас суматоха и у тебя очень много работы, но я всё равно надеялась, что ты приедешь!

Слова вылетали из меня одно за другим. Я так торопилась рассказать тётушке обо всём, что накопилось за последние недели, что едва успевала переводить дыхание.

— Как я могла не приехать? У моей девочки сегодня день рождения! Я бы ни за что на свете не пропустила такое,- успокаивала меня Люция, смеясь и целуя в обе щеки.- А теперь давай посмотрим, понравится ли тебе мой подарок.

Она поднесла свёрток и вложила его мне в руки. Я тут же принялась распутывать ленты, но с плотной подарочной бумагой справиться оказалось не так просто, как мне хотелось. Заметив мои мучения, тётушка опустилась рядом и принялась помогать. Именно тогда мой взгляд упал на её руки. Коричневые кожаные перчатки плотно облегали каждый палец, скрывая кожу до самых запястий. Я видела их на Люции столько раз, что давно привыкла считать частью её наряда. Но в тот день мне вдруг стало интересно, почему она никогда их не снимает. Я нахмурилась и потянула её за край перчатки.

— Тётушка, а почему ты всегда носишь перчатки? Сейчас же лето! Тебе не жарко? Ты ведь можешь их снять.

Люция на мгновение замерла. Всего на мгновение, но я заметила. Её улыбка стала чуть тише, а пальцы, до этого помогавшие мне разрывать бумагу, осторожно отстранились от моих рук.

— Потому что мне так нравится, милая,- ответила она после короткой паузы. — Но почему? — Неужели тебе не нравится мой подарок? — Нравится! Но я хочу знать!

Тётушка тихонько рассмеялась и коснулась пальцем кончика моего носа.

— Какая же ты у меня любопытная. Вырастешь- сама всё поймёшь.

Я надула губы. Десять лет- это уже почти взрослая жизнь, и мне совершенно не понравилось, что меня снова отправляют ждать какого-то неопределённого будущего. Но подарок оказался настолько прекрасным, что обида быстро улетучилась. Я забыла о перчатках, обняла Люцию и весь оставшийся день не отходила от неё ни на шаг. Тогда я ещё не знала, что однажды действительно вырасту и узнаю правду. И что, услышав её, уже никогда не смогу смотреть на любимую тётушку прежними глазами.

Прошло немало лет, прежде чем я наконец узнала, почему моя любимая тётушка никогда не снимала перчаток, носив их словно вторую кожу. Мама рассказала мне об этом однажды, когда я в очередной раз принялась умолять её раскрыть тайну, которую взрослые так старательно обходили стороной. Двадцать семь лет назад, когда Люции исполнилось двадцать пять и она только окончила магическую академию, началась война. Диплом целителя, который должен был открыть перед ней двери в лучшие лечебницы континента, вместо этого отправил её прямиком на фронт. Там не спрашивали о возрасте, не давали времени привыкнуть к запаху крови и не позволяли оплакивать тех, кого уже нельзя было спасти. Там требовались сильные маги, способные удержать жизнь в чужих телах, когда сама смерть уже тянула к ним свои костлявые пальцы. Люция оказалась одной из лучших. Она не жалела себя, отдавая раненым всё, что могла, а порой и то, чего отдавать не следовало. День за днём она передавала собственную магию тем, чьи силы иссякли, залечивала страшные раны, останавливала кровотечения и вытаскивала с того света людей, которых другие целители уже считали безнадёжными. Она спасала одного за другим, словно верила, что сумеет перехитрить саму смерть, если только не позволит себе остановиться. Но у любой магии есть предел. Каждый целитель знает, что чужую жизнь нельзя поддерживать бесконечно, расплачиваясь собственной силой. Магия не возникает из пустоты, и, когда отдаёшь слишком много, однажды внутри не остаётся ничего. Тётушка переступила эту границу.

Она исчерпала себя до последней искры, выжгла собственную магию, пытаясь сохранить жизни тех, кто лежал перед ней. А когда её сила окончательно иссякла, последствия оказались куда страшнее, чем простое магическое истощение. Кожа на её руках начала отмирать и сходить слоями, обнажая то, что человеческий взгляд не должен был видеть. Пальцы, которыми она столько раз возвращала людям возможность держаться за жизнь, превратились в изуродованные останки.

Магия со временем вернулась. Медленно, мучительно, словно нехотя, она вновь наполнила тело Люции, а вместе с ней вернулась и способность исцелять других. Вот только собственные руки тётушка так и не смогла восстановить. Некоторые раны поддаются магии, другие оставляют следы, которые невозможно стереть даже величайшему целителю континента. Мама рассказывала, что после войны Люция долгое время не показывалась на людях. Прежде она была одной из самых желанных молодых женщин своего круга: красивая, умная, талантливая, с блестящим будущим впереди. Мужчины добивались её внимания, присылали цветы, драгоценности и приглашения на балы. После окончания войны многие из них продолжали искать её расположения, надеясь завоевать сердце прославленной целительницы. Но Люция отказывала всем. Она перестала появляться на светских мероприятиях, избегала встреч и научилась прятать руки под тонкими перчатками, которые не снимала даже в самую сильную жару. Когда мама однажды попыталась убедить её, что настоящему мужчине будет совершенно безразлично, что скрывается под тканью, тётушка лишь горько усмехнулась.

— Кому нужна изуродованная женщина?

Эти слова, по рассказам мамы, она повторяла так часто, что со временем они стали для неё чем-то вроде приговора. Люция, способная вернуть к жизни незнакомого человека, не сумела поверить, что кто-то сможет полюбить её саму. И, наверное, в этом заключалась самая жестокая ирония её судьбы: женщина, спасшая сотни жизней, однажды решила, что её собственная жизнь больше не заслуживает любви. Годы шли. Перчатки стали неотъемлемой частью её образа, настолько привычной, что я никогда не задумывалась, что под ними скрывается. Для меня тётушка всегда была просто Люцией- красивой, властной, невероятно умной женщиной, которая могла одним взглядом заставить замолчать целую комнату и при этом никогда не забывала привезти мне подарок на день рождения. Она жила одна в огромном особняке в столице. Ни мужа, ни детей, ни человека, которому она позволила бы разделить с ней свою жизнь. Я часто представляла её дом, пыталась угадать, сколько комнат скрывается за высокими окнами и почему в таком огромном месте всегда должна стоять тишина. Возможно, именно в одном из тех величественных особняков, мимо которых мы проезжали сейчас, и жила моя тётушка. И, глядя на неё, я впервые подумала о том, сколько чужих судеб может скрываться за безупречной осанкой, красивой улыбкой и парой тонких перчаток.

— Милая, все будет хорошо. Ты совсем справишься. Идем.- Томный. Мягкий голос тетушки выдернул меня из печальных мыслей.

Я вытерла выступившие на глазах слёзы, шмыгнула носом и натянула на лицо улыбку, которая, судя по всему, получилась куда более жалкой, чем мне хотелось бы. Поправив очки, я потянулась к дверной ручке и выбралась из машины. А затем замерла. На несколько мгновений я совершенно забыла, как дышать. Губы сами собой приоткрылись, а челюсть, кажется, действительно поползла вниз. Я могла бы поклясться, что видела эту академию тысячи раз- на страницах учебников, в иллюстрированных справочниках по магии, на старых открытках и даже в собственных снах. Но ни одна картинка, пусть даже самая подробная, не могла подготовить меня к тому, что открылось перед глазами.

«Сверлингс».

Академия возвышалась над окружающей территорией так величественно, что на её фоне даже роскошные здания столицы казались скромными постройками. Три исполинские башни пронзали небо, соединённые между собой крытыми галереями и широкими переходами. Светлые каменные стены отливали золотом в солнечных лучах, а высокие стрельчатые окна отражали облака, медленно плывущие над городом. На башнях красовались остроконечные шпили, украшенные металлическими узорами и магическими символами, которые мерцали едва заметным светом. Казалось, сама академия дышала древней магией, накопленной за столетия существования. Я задрала голову так высоко, что у меня едва не затрещала шея. Первая башня, учебный корпус, занимала центральное место в архитектурном ансамбле. Она была самой высокой и внушительной, с массивными часами под самой крышей и огромными окнами, за которыми располагались аудитории, лаборатории и залы для практических занятий. Над главным входом высекли имя человека, которому академия была обязана своим существованием,- Джозефа Сверлинга. Его каменное изваяние стояло по обе стороны от широкой лестницы, словно два безмолвных стража, охраняющих путь к знаниям. Вторая башня предназначалась для студентов. Четыре уровня общежития скрывались за её высокими стенами, и я невольно задумалась, сколько судеб, амбиций и разбитых надежд умещалось за этими окнами. Где-то там находились комнаты, о которых я мечтала с того самого дня, когда впервые прочитала об академии. Правда, моя собственная ждала меня на третьем уровне, и я прекрасно понимала, что роскошью она вряд ли сможет похвастаться. Третья башня принадлежала преподавателям. Она выглядела чуть строже остальных, а её узкие окна и тёмные балконы придавали зданию почти неприступный вид. Я слышала, что там жили маги, чьи имена печатали в учебниках и чьи открытия изучали по всему континенту. Мне даже представить было страшно, что однажды я смогу встретить кого-нибудь из них в коридоре и случайно сказать какую-нибудь глупость. Я знала всё это. Знала расположение башен, назначение корпусов, историю основания академии и имена величайших магов, когда-либо переступавших её порог. Я перечитывала главы об «Сверлингсе» до тех пор, пока могла воспроизвести их почти наизусть. Но одно дело- изучать изображение на бумаге, сидя за старым письменным столом в родительском доме, и совсем другое- стоять перед этим величием, ощущая себя крошечной песчинкой у подножия огромной горы. Ветер тронул мои волосы, перебросив несколько прядей через плечо. Я машинально убрала их за спину и крепче сжала ремень сумки. Я действительно здесь. Не в мечтах. Не в книгах. Не в очередной фантазии, которой спасалась от однообразных дней и бесконечных разговоров о деньгах. Я стояла перед академией, куда стремились попасть тысячи молодых магов, и мне всё ещё казалось, что стоит моргнуть- и я снова окажусь дома, в своей маленькой комнате, а за окном будет привычный сад. Но я не проснулась. Передо мной и дальше возвышался «Сверлингс», и отныне это место должно было стать моим домом. Я глубоко вдохнула, стараясь унять бешеное сердцебиение. Внутри одновременно боролись восторг, страх и тревожное предчувствие. Мне хотелось смеяться, плакать и немедленно бежать внутрь, чтобы увидеть всё собственными глазами. И в то же время какая-то маленькая, трусливая часть меня мечтала вернуться в машину, попросить тётушку отвезти меня обратно и сделать вид, что никакой академии никогда не существовало.

— Ну что, дорогая?- раздался за спиной спокойный голос Люции.- Всё ещё думаешь, что тебе здесь не место?

Я обернулась. Тётушка стояла возле машины, держа одну руку на дверце, и смотрела на меня с той самой улыбкой, которая всегда заставляла меня чувствовать себя немного увереннее. Я выпрямилась, поправила очки и снова посмотрела на три башни.

— Нет,- ответила я, хотя сердце всё ещё колотилось где-то в горле.- Я думаю, что мне понадобится очень много времени, чтобы перестать таращиться на это место.

Люция рассмеялась.

— Тогда советую поторопиться. Иначе рискуешь провести здесь весь первый год, не переставая смотреть вверх.

Я улыбнулась уже по-настоящему. Возможно, она была права. Но если мне и предстояло провести здесь несколько лет жизни, я собиралась запомнить каждую деталь. Каждый камень, каждую башню, каждое окно.

Вытащив чемодан из багажника «Лерии ТФ-8», Люция обошла машину и остановилась напротив меня. На её лице расцвела улыбка, но в глазах я заметила то, что заставило сердце болезненно сжаться. Грусть. Тётушка старалась её скрыть, как всегда скрывала собственные переживания, но я слишком хорошо её знала.

— Моя дорогая девочка… Такая взрослая, красивая, умная и невероятно талантливая!- Она положила руки мне на плечи, а в следующую секунду крепко прижала к себе. Я уткнулась носом в её знакомый запах и на мгновение позволила себе забыть, что через несколько минут нам придётся расстаться.

Люция наконец отпустила меня, но рук с моих плеч не убрала. Она внимательно посмотрела мне в глаза, словно хотела запомнить моё лицо до последней мелочи, и заговорила с той уверенностью, которой мне сейчас так не хватало:

— Ты самая талантливая, самая амбициозная и одарённая из всех, кого я знаю. А поверь мне, милая, я знакома со многими невероятными и знаменитыми магами. Академия «Сверлингс» предназначена для сильнейших. Её выпускниками стали почти все великие маги нашего континента. И ты ничуть не хуже их. Ты заслужила своё место здесь, слышишь? Ты здесь не случайно, Джаслин. Никогда об этом не забывай.

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как к горлу снова подкатывает комок. Мне хотелось ответить, пообещать ей, что я не подведу, что сделаю всё возможное, чтобы оправдать её веру в меня. Но слова застряли где-то внутри, и я лишь крепче сжала её ладони. Люция улыбнулась, хотя уголки её губ дрогнули. Затем она быстро наклонилась и поцеловала меня в лоб, будто боялась, что ещё одно мгновение- и решимость окончательно её покинет.

— А теперь бери свой чемодан и иди, дорогая. Немедленно, пока я не передумала и не увезла тебя обратно домой,- она тихонько рассмеялась, но смех вышел непривычно хриплым.- Иначе я сброшу свою маску сильной и невозмутимой женщины и разрыдаюсь здесь, как маленький ребёнок. А мне бы не хотелось, чтобы твой первый день в академии начался с такого позора.

Я не удержалась от улыбки. Даже сейчас, когда нам обеим было тяжело прощаться, тётушка умудрялась шутить, словно пыталась сделать наше расставание чуточку легче. Я обняла её в последний раз, крепко-крепко, стараясь вложить в это объятие всё, что не смогла сказать словами. Потом поцеловала в щёку, нехотя отступила и потянулась к ручке чемодана.

— Я люблю тебя, тётушка. — И я тебя, моя девочка. Больше, чем ты можешь себе представить.

Я кивнула, боясь, что если заговорю снова, то так и не смогу уйти. Подхватила чемодан и, вдохновлённая её словами, решительно направилась к академии. С каждым шагом тяжесть в груди понемногу отступала, уступая место волнению и предвкушению.

Я не обернулась. Не потому, что не хотела в последний раз увидеть Люцию. Напротив- мне отчаянно хотелось посмотреть на неё, помахать рукой, броситься обратно в объятия и отложить прощание хотя бы ещё на минуту. Но я знала: если позволю себе это, то уже не смогу уйти. Поэтому я лишь крепче сжала ручку чемодана и переступила порог академии «Сверлингс». Впереди меня ждала новая жизнь. И я собиралась встретить её с высоко поднятой головой.




Глава 2.


«В Сверлингс приходят за знаниями, силой и величием. Здесь рождаются будущие правители, прославленные маги и те, чьи имена однажды войдут в историю. Но академия не обещает, что ты покинешь её тем же человеком, каким переступил порог. Одни теряют магию. Другие- себя. А самые несчастные получают всё, о чём мечтали».  Из дневника неизвестного выпускника «Сверлингса».

Академия «Сверлингс» встретила меня отнюдь не торжественной тишиной, на которую я почему-то рассчитывала, а настоящим хаосом. Сотни студентов заполнили просторный холл, и каждый, казалось, куда-то спешил. Повсюду раздавались голоса, смех, радостные возгласы и обрывки разговоров. Кто-то протискивался сквозь толпу с огромными чемоданами, кто-то пытался отыскать знакомое лицо, а некоторые уже успели собраться в шумные компании, словно за время каникул не виделись целую вечность.

Я едва успела сделать несколько шагов от входа, как девушка, шедшая передо мной, вдруг бросила чемодан прямо на пол и с радостным визгом бросилась к другой студентке. Та едва успела расставить руки, прежде чем блондинка с короткой стрижкой буквально налетела на неё, обхватив за шею и едва не сбив с ног.

— Лимбер! Я так скучала!- завопила блондинка, прижимаясь к подруге с такой силой, словно собиралась никогда больше её не отпускать. — Да отпусти ты меня!- рассмеялась вторая девушка, хотя сама обнимала её ничуть не слабее.- Мы виделись всего два месяца назад! — Два месяца- это целая вечность!

Я невольно улыбнулась. В этой встрече было что-то удивительно тёплое и искреннее. Наблюдая за девушками, я вдруг почувствовала, как понемногу отступает напряжение, с которым я переступила порог академии. Вокруг происходило то же самое: студенты обнимались, хлопали друг друга по плечам, наперебой рассказывали о каникулах и смеялись над шутками, понятными, судя по всему, только им. Кто-то уже успел пожаловаться на предстоящие экзамены, кто-то хвастался новыми покупками, а несколько парней неподалёку спорили о каком-то соревновании, которое, кажется, успело стать главным событием их летних каникул.

Для большинства из них возвращение в «Сверлингс» было возвращением домой. А для меня всё только начиналось.

Я поправила очки и осторожно двинулась вперёд, стараясь не задеть чужие чемоданы и не оказаться под чьими-нибудь локтями. Холл оказался гораздо просторнее, чем я представляла по иллюстрациям в учебниках. Высокие потолки терялись где-то наверху, а широкие арочные проходы вели в соседние галереи. Сквозь огромные окна лился дневной свет, ложась на пол причудливыми прямоугольниками. Пол был выложен мрамором двух цветов- чёрным и белым. Каменные плиты образовывали безупречный шахматный узор, в котором каждая линия была выверена до мельчайшей детали. Я невольно замедлила шаг, разглядывая гладкую поверхность. Даже здесь, под ногами сотен студентов, камень сохранял свой первоначальный блеск. Ни трещин, ни сколов, ни единого потемневшего участка. Я не могла даже представить, сколько денег ушло на строительство одного только холла.

Впрочем, учитывая, что «Сверлингс» считался самой престижной магической академией континента, удивляться, наверное, не стоило.

Я подняла голову и принялась рассматривать стены. Между высокими окнами висели десятки портретов в массивных золочёных рамах. На одних были изображены маги, чьи имена я знала с детства. Другие принадлежали знаменитым целителям, чьи открытия спасли тысячи жизней. Были здесь и известные актёры, музыканты и даже несколько королевских советников, когда-то учившихся в этих стенах.

Я узнавала многие лица, и с каждым новым портретом внутри меня разрасталось чувство, которому я не сразу смогла подобрать название. Наверное, это была гордость. Осознание того, что я нахожусь в месте, где когда-то учились люди, о которых я читала в книгах, казалось почти нереальным.

А потом я увидела её. Тёмная рама с тонкой золотой отделкой. Знакомое лицо. Каштановые волосы, собранные в аккуратную причёску, спокойный взгляд и сдержанная улыбка, которую я могла узнать среди тысячи других.

Тётушка Люция.

Её портрет висел среди изображений выдающихся целителей, удостоенных особого признания за заслуги перед континентом. Под картиной располагалась небольшая табличка с её полным именем и кратким описанием заслуг во время войны. Я остановилась.

Сколько раз я слышала истории о том, как Люция спасала солдат на передовой? Сколько раз представляла её среди величайших магов, которые не побоялись рискнуть собственной жизнью ради других? Но увидеть её портрет здесь, в самом сердце «Сверлингса», оказалось совсем другим чувством. Я выпрямилась, невольно расправив плечи, и подняла подбородок.

Если бы кто-нибудь спросил меня, кем я больше всего горжусь в своей жизни, я бы не задумываясь назвала тётушку. Она никогда не хвасталась своими заслугами, не требовала почестей и не напоминала окружающим о том, сколько жизней спасла. Для неё это было естественно- помогать тем, кто нуждался в помощи. И, наверное, именно поэтому я восхищалась ею ещё сильнее.

Однажды я тоже хотела стать магом, которым кто-нибудь будет гордиться. Не ради портрета на стене и не ради громкого имени. Мне хотелось доказать, что я способна на большее, чем от меня ожидали. Что фамилия моей семьи, некогда звучавшая в кругах влиятельных магов, не должна оставаться лишь напоминанием о давно ушедшем прошлом.

Я хотела вернуть ей значение. И, возможно, впервые в жизни по-настоящему поверила, что у меня получится. — Тишина! Я призываю сотворить тишину! Громкий женский голос разнёсся по холлу, заставив меня вздрогнуть и обернуться.

Шум не прекратился мгновенно, но постепенно разговоры стали стихать. Студенты один за другим поворачивались к источнику голоса, а те, кто продолжал болтать, быстро получали толчки в бок от соседей. В центре холла, на небольшом возвышении у широкой лестницы, стояла женщина. Вернее, она только что появилась там, словно соткалась из тонкой пелены тумана. Я моргнула, пытаясь понять, действительно ли увидела это своими глазами, но женщина уже выпрямилась и окинула собравшихся взглядом. Высокая, худощавая, с осанкой, которой позавидовала бы любая королева. Её серебристо-седые волосы были собраны в безупречный высокий пучок, ни одна прядь не выбивалась из причёски. Алые губы, щедро подведённые помадой, выделялись на бледном лице, а серые глаза обладали таким пронзительным взглядом, что мне невольно захотелось проверить, не расстегнулась ли случайно моя блузка и не торчит ли из-под юбки нижняя рубашка.

Женщина смотрела на нас так, словно уже успела разочароваться в каждом присутствующем. Я мгновенно выпрямилась.

Рядом с ней появилась другая женщина- заметно ниже ростом, полноватая, с мягкими чертами лица и тёмными волосами, собранными на затылке. В отличие от первой, она не производила впечатления человека, способного одним взглядом заставить замолчать целый холл. На ней был строгий тёмный костюм, а в руках она держала тонкую папку с бумагами.

— Благодарю за проявленное усердие,- произнесла высокая женщина, когда шум окончательно стих.- Вижу, летние каникулы пошли некоторым из вас на пользу. Другие, судя по громкости голосов, успели растерять остатки воспитания.

Кто-то в толпе тихо хихикнул, но тут же замолчал, поймав её взгляд. Я едва удержалась от улыбки. Что ж, директор явно не собиралась тратить время на долгие приветствия.

— Для тех, кто впервые переступил порог нашей академии, представлюсь. Алиция-Морганна Ферстанг, директор «Сверлингса». И сразу внесу небольшую ясность: я предпочитаю, чтобы ко мне обращались по второму имени- Морганна. Надеюсь, мне не придётся повторять это дважды.

Она выдержала короткую паузу, позволяя своим словам уложиться в головах присутствующих.

— «Сверлингс»- не просто учебное заведение. Это место, где формируются будущие целители, исследователи, боевые маги и специалисты, от которых в дальнейшем может зависеть судьба всего континента. Здесь ценят знания, дисциплину и способности. И я настоятельно рекомендую вам помнить об этом с первого же дня.

Морганна слегка повернула голову в сторону своей спутницы.

— Мисс Доннаэлла Ривс, преподаватель зельеварения, сегодня займётся сопровождением студентов первого курса и поможет вам освоиться в жилом корпусе. Все остальные проследуют со мной в информационный зал, где получат необходимые сведения на предстоящий учебный год.

Она представила женщину так буднично, будто речь шла о самом незначительном поручении на свете. Мисс Ривс в ответ коротко кивнула и прижала папку к груди.

— Итак, первокурсники, прошу собраться возле меня!- позвала она, чуть повысив голос.- Не растягивайтесь по всему холлу, не теряйте свои вещи и, пожалуйста, постарайтесь не разбежаться по дороге. Поверьте, в первый день это случается чаще, чем вы думаете.

На этот раз засмеялись уже несколько человек. Я поспешила к остальным первокурсникам, стараясь не отставать. Вскоре вокруг мисс Ривс образовалась довольно внушительная группа. Кто-то с любопытством оглядывался по сторонам, кто-то шептался с соседями, а один парень уже успел пожаловаться, что его чемодан слишком тяжёлый.

— Прежде чем отправиться в жилой корпус, я должна убедиться, что все на месте,- объявила преподавательница, доставая из папки список.- Поэтому сейчас проведём перекличку. Услышали свою фамилию- ответили и остались рядом. Всё просто.

Она начала называть имена. Я слушала вполуха, то и дело оглядываясь на холл, который постепенно пустел. Старшекурсники уходили вслед за директором, а те, кто уже встретился с друзьями, неохотно прощались с ними, обещая увидеться позже. Мне же предстояло впервые увидеть место, которое на ближайшие годы должно было стать моим домом.

Когда перекличка закончилась, мисс Ривс убрала список и жестом пригласила нас следовать за ней. Мы покинули холл и направились к жилой башне. Внутри оказалось значительно тише. Шум главного входа остался позади, и теперь его сменяли приглушённые голоса, скрип колёс чемоданов по каменному полу и гул наших шагов. Мы миновали широкую лестницу, свернули в боковой проход и вскоре оказались перед винтовой лестницей, уходившей вниз.

— Начнём с четвёртого уровня,- сообщила мисс Ривс.

Я удивлённо посмотрела на лестницу. Вниз? Почему-то я ожидала, что комнаты студентов будут располагаться выше, ближе к окнам и солнечному свету. Но, разумеется, никто не обещал, что общежитие устроено так, как мне представлялось.

Мы спустились по узкой винтовой лестнице. С каждым пролётом воздух становился прохладнее, а свет из окон постепенно исчезал. Вскоре перед нами открылся длинный коридор с низким потолком. По обеим сторонам тянулись старые деревянные двери, потемневшие от времени. Краска местами облупилась, на некоторых панелях виднелись царапины, а металлические ручки покрылись тусклым рыжеватым налётом.

Я невольно замедлила шаг. Контраст с великолепным холлом был настолько разительным, что я даже не сразу нашлась, что подумать. Там- полированный мрамор, портреты знаменитых магов и высокие окна. Здесь- тусклый свет, потёртые двери и узкий коридор, в котором едва могли разминуться два человека с чемоданами. Неужели всё это действительно находилось в одной и той же академии?

— Я буду называть фамилию и номер комнаты, а затем выдавать ключ,- деловито объяснила мисс Ривс.- Забираете его, находите свою дверь и устраиваетесь. Если возникнут вопросы, можете обратиться ко мне. Но только после того, как все получат ключи. Не задерживаем очередь.

Она достала из сумки связку ключей и принялась зачитывать список.

— Скотти, комната номер четыре. Ордл, номер восемь. Сойрт, номер двенадцать…

Фамилии сменяли одна другую. Студенты подходили, забирали ключи и исчезали за дверями, а я постепенно переставала вслушиваться в происходящее. Мне казалось, что этот коридор никогда не закончится, а преподавательница будет зачитывать список до самого вечера. Наконец последний студент четвёртого уровня получил свой ключ.

— Карт, комната номер три,- произнесла мисс Ривс.

Девушка с потёртым чемоданом подошла к ней, забрала ключ и направилась к одной из дверей. Я успела заметить, как она задержалась перед ней, глубоко вдохнула, а затем решительно повернула ручку и скрылась внутри. Когда мы двинулись обратно к лестнице, наша группа заметно поредела. Я невольно задумалась о том, каково это- жить здесь. Смогла бы я привыкнуть к такому коридору? К этим дверям, которые, казалось, помнили ещё первые годы существования академии? А что, если за одной из них находилась моя будущая комната?

Я покрепче сжала ручку чемодана. Нет. Неважно, какой окажется моя комната. Я приехала сюда учиться, а не оценивать обстановку. И если ради своей цели придётся мириться с неудобствами, я справлюсь. Мы поднялись на один уровень выше. Здесь коридор оказался заметно просторнее, а потолок- выше. Двери уже не выглядели такими старыми, стены были чистыми, а светильники равномерно освещали проход. В конце коридора на стене висела небольшая табличка с кривой надписью: «Уровень III». Я остановилась на мгновение, разглядывая её. Третий уровень. Мой уровень.

— Так,- мисс Ривс пробежалась глазами по списку и потёрла висок.- В этом году здесь будет всего четыре студента. Удивительно. Обычно желающих больше, хотя, полагаю, многие в последнее время предпочитают подавать заявления на другие программы.

Она произнесла это скорее себе под нос, чем нам, и снова посмотрела в бумаги.

— Зментр, комната номер двадцать пять. Йорлонг, номер двадцать два. Сверинг, номер двадцать восемь, и…

Я перестала слышать её. Сверинг .Комната номер двадцать восемь. Моя комната. Я так долго представляла себе этот момент, что теперь, когда он наконец настал, всё происходило словно в тумане. Вот он, мой ключ. Моя дверь. Место, в котором я буду засыпать после долгих занятий, готовиться к экзаменам, читать учебники по ночам и, возможно, впервые в жизни по-настоящему почувствую себя самостоятельной. Я шагнула к преподавательнице, едва осознавая собственные движения.

— Мисс Сверинг?- переспросила она, заметив меня перед собой.

Я торопливо кивнула. Она протянула мне ключ, и я потянулась за ним. Пальцы дрогнули, едва коснувшись холодного металла. Я крепко сжала его в ладони, словно боялась, что кто-нибудь передумает и отнимет у меня право находиться здесь.

— Двадцать восьмая дверь по правой стороне,- подсказала мисс Ривс.- Добро пожаловать в «Сверлингс». - Спасибо,- выдохнула я.

И, не дожидаясь, пока она назовёт следующую фамилию, двинулась по коридору, вглядываясь в номера на дверях. Двадцать два… Двадцать четыре… Двадцать шесть… Я остановилась перед дверью с потёртой латунной табличкой.

28.

На несколько секунд я просто смотрела на неё, не решаясь вставить ключ в замок. За этой дверью начиналась моя новая жизнь. И какой бы она ни оказалась- лёгкой или трудной, счастливой или полной разочарований,- назад дороги уже не было. Я глубоко вдохнула, перехватила ручку чемодана и вставила ключ в замочную скважину.

Дверь распахнулась и с глухим стуком ударилась о стену. Я вздрогнула и тут же выглянула в коридор, опасаясь, что успела привлечь к себе внимание половины общежития. К счастью, поблизости никого не оказалось. Убедившись, что мой эффектный дебют остался незамеченным, я с облегчением выдохнула и наконец переступила порог комнаты. Первое, что я отметила,- её размер. Комната оказалась крошечной. Но зато одиночной!

Тётушка не обманула: ей действительно удалось добиться того, чтобы меня поселили отдельно. Правда, за это пришлось расплатиться отсутствием собственной ванной комнаты. Мыться предстояло в одной из трёх общих ванных, расположенных на моём уровне. Не самое приятное обстоятельство, но и не катастрофа. Могло быть хуже. Всегда могло быть хуже, напомнила я себе, стараясь не зацикливаться на мелочах. Я огляделась ещё раз, уже внимательнее.

Узкая кровать, небольшой комод с тремя выдвижными ящиками, письменный стол и деревянное кресло, придвинутое к нему настолько плотно, что между ними едва ли можно было просунуть лист бумаги. Единственное окно было совсем небольшим, но дневного света, проникавшего сквозь него, вполне хватало, чтобы комната не казалась мрачной. На светлых стенах не было ни картин, ни украшений, а пол выглядел так, словно его не меняли со дня основания общежития. Я улыбнулась.

Конечно, это было далеко не пределом мечтаний молодой и амбициозной чародейки. Я представляла себе просторную комнату с высокими окнами, собственной ванной и огромным письменным столом, на котором можно было бы разложить десятки книг, не опасаясь, что они свалятся на пол от одного неловкого движения. Но, если подумать, я действительно находилась в «Сверлингсе». В академии, о которой столько лет мечтала, куда стремились попасть тысячи молодых магов и где мне предстояло учиться ближайшие годы. И разве могла какая-то тесная комната испортить мне настроение? С ума сойти! Я здесь! Я действительно здесь!

От избытка чувств мне захотелось подпрыгнуть на месте, но вместо этого я решительно взялась за чемодан. Дел было предостаточно, а если я собиралась хоть немного обустроиться до вечера, стоило начать с самого очевидного- разобрать вещи.

Я принялась раскладывать всё по местам с таким энтузиазмом, словно от этого зависела моя дальнейшая успеваемость. Одежду аккуратно развесила и сложила, письменные принадлежности разместила на столе, а самые необходимые учебники поставила рядом, чтобы не приходилось искать их по всей комнате. Две выдвижные секции комода почти сразу заняли толстенные тома по магии, зачарованию и созданию артефактов. Третий ящик я предусмотрительно оставила для одежды, которую не хотелось вешать на плечики.

Остальные книги пришлось убрать в коробки. Я заранее подписала каждую из них, составив подробный список содержимого, чтобы при необходимости быстро найти нужный том. Возможно, кто-то счёл бы это чрезмерной предусмотрительностью, но я предпочитала не тратить драгоценное время на поиски того, что можно было отыскать за несколько секунд.

В конце концов, знания я любила почти так же сильно, как порядок. А может, даже сильнее. Мне нравилось, когда у каждой вещи было своё место, когда записи в тетрадях шли последовательно, а мысли в голове не превращались в беспорядочную кашу. Разложить по полочкам собственные переживания я, к сожалению, пока не научилась, но хотя бы с книгами всё было гораздо проще.

Закончив, я отступила на шаг и хлопнула в ладоши, оглядывая своё маленькое владение с удовлетворением человека, совершившего нечто грандиозное. Теперь это действительно была моя комната. Пусть небольшая. Пусть без роскоши. Пусть с общей ванной где-то в конце коридора. Зато здесь никто не станет заглядывать мне через плечо, когда я буду заниматься, и никто не помешает читать до глубокой ночи. Я смогу самостоятельно планировать своё время, учиться в собственном темпе и, самое главное, наконец-то сосредоточиться на том, ради чего приехала. На учёбе.

Эта мысль заставила меня вспомнить о папке с документами, которую я бережно хранила среди самых ценных вещей. Я достала её из чемодана, села за письменный стол и осторожно раскрыла. Внутри лежали документы о зачислении, необходимые бумаги и несколько листов, которые я проверяла так часто, что, кажется, могла бы воспроизвести их содержание даже во сне. Но больше всего меня интересовало расписание занятий.

Я вытащила листок, потёртый по краям и испещрённый моими собственными пометками. За последние недели я столько раз доставала его, перечитывала, заучивала и снова проверяла, что бумага уже начала напоминать старую тряпицу. Я расплылась в улыбке, пробежав глазами по знакомым строчкам. Вот оно. Моё первое настоящее расписание в «Сверлингсе». Я перевернула листок чистой стороной вверх, положила перед собой и закрыла глаза. Губы сами собой растянулись в азартной улыбке. Мне хотелось проверить, насколько хорошо я запомнила каждую строчку, и заодно убедиться, что от волнения в голове не вылетело ничего важного. - Понедельник. С десяти до двенадцати- создание артефактов. С четырнадцати до шестнадцати- зельеварение. Я загнула один палец. - Вторник. С восьми утра до полудня- сражения в условиях ограниченной магии. Второй палец. - Среда. С десяти до двенадцати- контрмагия. С четырнадцати до шестнадцати- искусство заклинаний. Третий. - Четверг. С десяти до двенадцати- зачарование. С четырнадцати до шестнадцати- практическое зельеварение, добывание ресурсов…

Я на мгновение запнулась, нахмурилась, а затем довольно кивнула самой себе. - И пятница! С десяти до двенадцати- факультатив.

Я произнесла последнюю строчку с таким торжеством, словно только что сдала сложнейший экзамен на звание величайшего мага континента.

Затем распахнула глаза, перевернула листок и сверила каждую строчку с оригиналом. Всё правильно. Ни одной ошибки. Я откинулась на спинку деревянного кресла и расхохоталась. Смех вырвался сам собой, звонкий и совершенно неподходящий для тихой комнаты. Мне было так хорошо, что я даже не пыталась сдерживаться.

Впереди меня ждали новые предметы, сложные задания, бессонные ночи над учебниками и, вероятно, не один десяток поводов пожалеть о своём решении поступить сюда. Но сейчас я об этом не думала. Сейчас я была просто счастлива. Я прижала расписание к груди и ещё раз оглядела комнату, представляя, сколько всего произойдёт здесь за ближайший год.

К вечеру я успела принять ванну, которая, к моему удивлению, оказалась совершенно свободной. Видимо, удача всё-таки решила сопроводить меня в первый день, и я собиралась воспользоваться этим по полной программе. Вернувшись в комнату, я переоделась в кремовую пижаму с длинными рукавами и штанинами до щиколоток. Мягкая хлопковая ткань приятно касалась кожи, а по светлой материи тянулись многочисленные вышитые вручную веточки лаванды. Мелкие сиреневые цветы и тонкие зелёные стебельки были выполнены настолько аккуратно, что даже спустя годы я всё ещё могла подолгу разглядывать их, каждый раз находя какую-нибудь крошечную деталь, которую прежде не замечала.

Это была одна из моих самых любимых вещей. Папа подарил мне эту пижаму на пятнадцатый день рождения, и с тех пор она стала чем-то гораздо большим, чем просто одеждой для сна. Когда-то штанины почти касались пола, а рукава приходилось подворачивать, чтобы они не закрывали пальцы. Теперь я выросла, и брюки едва доходили до щиколоток, словно кто-то неумело их укоротил. Ткань немного выцвела, вышивка местами потеряла первоначальную яркость, но я ни за что не согласилась бы с ней расстаться.

Возможно, это звучало глупо, но, надевая её, я всякий раз чувствовала себя так, словно папа находился где-то рядом. Будто я снова была той девочкой, которая ещё не знала, насколько сложной может оказаться взрослая жизнь, и верила, что если рядом есть любимые люди, то всё обязательно будет хорошо. Я осторожно разгладила складку на рукаве, а затем, спохватившись, направилась к письменному столу. Завтра начиналась учёба.

От одной этой мысли внутри всё переворачивалось от волнения. Я достала из коробок учебники по созданию артефактов и зельеварению, аккуратно разложила их на столе и раскрыла первый том. Понедельник обещал быть насыщенным, а я совершенно не собиралась приходить на первые занятия неподготовленной. Тем более что речь шла о «Сверлингсе». Здесь учились лучшие маги континента, и мне совсем не хотелось с первых же дней давать кому-то повод усомниться в том, что я заслуживаю находиться среди них. Хотя, если быть честной, я и без чужого мнения прекрасно умела сомневаться в себе.

Я устроилась поудобнее, придвинула лампу и принялась перечитывать главы, которые знала практически наизусть. Формулы, схемы, последовательности действий- всё было знакомо до последней строчки. Иногда я даже заранее знала, какое слово увижу в конце следующего предложения, и от этого не могла удержаться от довольной ухмылки.

— Так, Джаслин,- пробормотала я себе под нос, перелистывая страницу.- Если завтра ты умудришься забыть хоть что-нибудь из этого, я лично отберу у тебя все книги.

Разумеется, угроза была совершенно бесполезной. Я бы никогда не отобрала у себя книги. Скорее уж добровольно отказалась бы от ужина.

Я продолжала читать, время от времени делая пометки на полях и возвращаясь к особенно интересным разделам. За окном постепенно темнело, и вскоре единственным источником света в комнате осталась настольная лампа. Её тусклое сияние ложилось на раскрытые страницы, отбрасывая длинные тени на стену. В общежитии понемногу стихали голоса, хотя иногда из коридора доносились приглушённый смех, шаги и хлопанье дверей. Я почти не обращала на них внимания.

Мне нравилось это ощущение- сидеть за собственным столом, окружённой книгами, и знать, что впереди меня ждёт нечто совершенно новое. Я так долго мечтала об академии, так старательно готовилась к поступлению, что теперь, когда мечта наконец стала реальностью, мне хотелось сделать всё возможное, чтобы не упустить ни единой возможности. Наконец я закрыла последний учебник и с удовлетворением потянулась, чувствуя приятную усталость в спине и плечах. Повторение закончено. Завтрашний материал я знала, расписание помнила, а вещи были разложены. Кажется, я сделала всё, что могла.

Я погасила лампу, и комната погрузилась в полумрак. Забравшись под одеяло, я устроилась на боку и подтянула его к подбородку. Матрас оказался жёстче, чем моя домашняя кровать, а подушка- непривычно плоской, но сейчас это совершенно не имело значения. Я закрыла глаза, улыбнулась собственным мыслям и едва слышно прошептала:

— Завтра важный день, Джаслин-Ариен Сверинг. И ты как никогда к нему готова.

Я произнесла это с такой уверенностью, будто могла одним обещанием избавить себя от всех страхов и сомнений. А потом крепче обняла подушку, мысленно перебрала завтрашнее расписание ещё раз и позволила себе наконец уснуть. Завтра начиналась моя настоящая жизнь.




Глава 3.


«В Сверлингсе не всякого, кто заслуживает высших баллов, ждёт великое будущее. Иногда выдающийся талант становится для своего обладателя проклятием. Особенно если он рождается не в той семье, носит не ту фамилию и осмеливается занять место, которое другие считают своим по праву рождения». Из хроник магических академий Гривалтики.

Я остановилась перед дверью кабинета и на мгновение закрыла глаза. Глубоко вдохнула, мысленно напомнила себе, что я здесь не случайно, и улыбнулась собственному отражению в небольшом стеклянном окошке на двери. Расправив плечи и чуть приподняв подбородок, я взялась за ручку и вошла. Первое занятие. Первый преподаватель. Первый шанс доказать, что я достойна учиться в «Сверлингсе». Кабинет оказался просторным, с высокими окнами и длинными рядами столов, за которыми могли разместиться несколько десятков студентов. На стенах висели схемы магических конструкций, чертежи артефактов и таблицы с руническими обозначениями. Вдоль одной из стен тянулись застеклённые шкафы, внутри которых покоились самые разные предметы: металлические браслеты, камни с вырезанными символами, небольшие шкатулки и причудливые устройства, назначение которых я не могла определить с первого взгляда. Но больше всего меня удивило количество студентов. За столами сидело всего несколько человек.

Я замерла на пороге, нахмурилась и выглянула обратно в коридор. Затем ещё раз сверила номер кабинета с тем, который помнила по расписанию. Всё сходилось. Предмет, аудитория, время- никаких ошибок. Тогда почему здесь так мало людей?

До начала лекции оставалось десять минут. Может, я перепутала время? Или первокурсники решили, что в первый день можно позволить себе опоздать? Покачав головой, я вернулась в кабинет. Разбираться в чужих привычках было бессмысленно, особенно когда у меня имелись дела поважнее. Например, занять хорошее место. Разумеется, в первом ряду.

Я выбрала стол поближе к преподавательскому месту, поставила на него тяжёлый том по созданию артефактов и достала толстый ежедневник, который заранее выделила специально для этого предмета. На обложке красовалась аккуратная подпись, а внутри уже были подготовлены страницы для записей. Рядом я положила зачарованное перо- одно из самых дорогих моих сокровищ. Оно могло писать бесконечно, не нуждаясь в чернилах, и, что особенно приятно, никогда не оставляло клякс. Мамин подарок.

Я невольно улыбнулась, осторожно проведя пальцами по гладкому корпусу пера, а затем выровняла книги по краю стола. Теперь всё лежало на своих местах, и я могла спокойно ждать начала занятия. Ровно через десять минут кабинет начал постепенно заполняться. И, признаться, зрелище оказалось не самым приятным. Студенты входили один за другим с такими лицами, словно их насильно вытащили из тёплых постелей и заставили явиться на казнь. Некоторые зевали, другие лениво переговаривались, а один парень едва не уснул прямо на ходу. От нескольких человек тянуло таким перегаром, что я невольно поморщилась и постаралась дышать через рот. Вот, значит, чем занимались будущие великие маги накануне первого учебного дня. Я покосилась на ближайшую компанию. Судя по всему, эти ребята тоже были первокурсниками. Они выглядели примерно моего возраста, а некоторые, вероятно, были даже младше. И всё же уже в первый день умудрились прийти на занятие в таком состоянии. Немыслимая глупость.

Я потратила шесть лет на подготовку к академии, отказывала себе в развлечениях, часами сидела над учебниками и заучивала заклинания, которые могла никогда в жизни не применить. А они, похоже, решили начать своё обучение с попытки проспать первую же лекцию. Что ж, каждому своё. Я отвернулась и раскрыла учебник на первой главе.

Последним, когда большинство студентов уже заняли места, в кабинет вошёл преподаватель. Высокий, худощавый мужчина средних лет. Его длинные угольно-чёрные волосы местами завивались, небрежно обрамляя лицо. Нос был настолько длинным и острым, что, казалось, появлялся в помещении раньше самого хозяина. На лице залегли глубокие морщины, особенно заметные у глаз и в уголках губ. Он был одет во всё чёрное, от строгого сюртука до начищенных ботинок, а в руке держал толстый том- почти такой же, как тот, что лежал передо мной. Мужчина неспешно пересёк кабинет, подошёл к преподавательскому столу и с громким хлопком опустил на него книгу. Разговоры тут же стихли. Он обвёл нас взглядом, задерживаясь на отдельных лицах чуть дольше, чем требовалось, и попытался улыбнуться. Получилось нечто среднее между болезненной гримасой и выражением человека, который только что обнаружил в своём супе дохлую муху. Не самое обнадёживающее начало.

— Меня зовут Дарион-Глейб Джофриент,- произнёс он.- В обращении ко мне я предпочитаю имя Дарион. Если не сможете его запомнить, можете называть меня профессором. Впрочем, те, кто всё-таки запомнит, возможно, получат от меня небольшую поблажку.

Он сделал паузу, заложил руки за спину и принялся расхаживать перед первым рядом.

— Но обещать ничего не стану. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь из вас решил, будто одного запомненного имени достаточно для успешной сдачи экзамена.

По кабинету пробежал сдержанный смешок. Профессор, казалось, не обратил на него никакого внимания.

— Итак, с сегодняшнего дня я буду преподавать вам создание артефактов. И сразу хочу обозначить одну вещь: я предпочитаю с первой минуты понимать, кто передо мной. Кто обладает способностями, кто действительно желает учиться, а кто просто оказался здесь благодаря деньгам, фамилии или настойчивости родителей. Он остановился и окинул нас внимательным взглядом.

— Кроме того, я не скрываю, что у меня есть любимчики.

Несколько студентов оживились. Кто-то усмехнулся, кто-то обменялся многозначительным взглядом с соседом.

— О, не смотрите на меня так удивлённо,- продолжил Дарион.- Вы ведь наверняка уже слышали, что преподаватели бывают несправедливыми, придираются к одним и закрывают глаза на ошибки других. Так вот, я не собираюсь притворяться святым. Любимчики у меня действительно есть. Но попасть в их число гораздо сложнее, чем вам кажется.

Он слегка наклонил голову, и на его лице впервые появилось подобие искреннего веселья.

— Сегодня я задам вам всего один вопрос. Тот, кто ответит правильно, получит высший балл за занятие. И сразу предупреждаю: высший балл на моих уроках- достижение практически немыслимое. За двенадцать лет преподавания его сумели получить всего три студента.

В кабинете стало заметно тише. Даже те, кто до этого лениво разваливался на стульях, постепенно выпрямились. Несколько человек поспешно закрыли рты, словно только сейчас осознали, что перед ними не очередной преподаватель, которого можно безнаказанно переждать до конца лекции. Я же почувствовала, как внутри просыпается знакомый азарт. Вопрос. Всего один вопрос. Если я знала ответ, то почему бы не воспользоваться возможностью?

— Итак,- протянул профессор, сцепив руки за спиной.- Представьте, что я кладу перед вами любой предмет и прошу создать из него защитный артефакт, способный противостоять магическому воздействию. Какое заклинание вы используете?

Несколько секунд в кабинете стояла тишина. Затем раздались удивлённые возгласы и недовольное бормотание.

— С глубоким уважением, профессор, но откуда, мать его, мы должны это знать?- возмутился высокий полноватый парень с нелепыми усиками над верхней губой. Он резко поднялся со стула, всем своим видом демонстрируя, насколько несправедливым считает происходящее.- Это наше первое занятие! Мы пришли сюда, чтобы вы нас научили, а не чтобы нас проверяли на знания, которых у нас ещё нет!

Я поморщилась. Во-первых, подобное обращение к преподавателю вряд ли можно было назвать проявлением уважения. Во-вторых, вопрос казался мне совершенно обычным. Если человек поступил в магическую академию, предполагается, что он хотя бы знаком с основами артефакторики. Впрочем, возможно, я просто слишком много времени проводила за учебниками. Я опустила взгляд на раскрытую книгу, стараясь не привлекать к себе внимания, и едва слышно прошептала:

— Liomati Denioli Teragio…

Заклинание слетело с моих губ почти само собой. Я знала его наизусть. Не только произношение, но и структуру, принцип действия и ограничения. Конечно, одного заклинания было недостаточно, чтобы создать полноценный защитный артефакт, но именно оно служило основой для зачарования предмета, предназначенного для противодействия чужой магии.

К несчастью, мой шёпот услышали. По кабинету прокатился хохот.

— Она что, молится?- донеслось откуда-то сзади. - Может, пытается призвать помощь?- подхватил другой голос.

Я почувствовала, как щёки начинают гореть. Какого демона? Я всего лишь ответила на вопрос! Неужели нельзя было хотя бы выслушать, прежде чем смеяться? Я уже собиралась провалиться сквозь пол, когда профессор неожиданно оказался возле моего стола. Он не повысил голос и не сделал резкого движения. Просто поднял руку, и этого оказалось достаточно, чтобы смех мгновенно оборвался.

— Тишина.

Одного слова хватило, чтобы поставить на место весь кабинет. Я медленно подняла голову. Дарион смотрел прямо на меня. Его серые глаза, до этого казавшиеся усталыми и почти безразличными, теперь горели неподдельным интересом. Более того, на лице профессора появилась улыбка, совершенно не похожая на ту натянутую гримасу, с которой он вошёл в аудиторию.

— Повторите, мисс…?

Я сглотнула и выпрямилась.

— Джаслин-Ариен Сверинг. Но вы можете звать меня Джаслин, профессор Дарион.

Его брови слегка приподнялись.

— Вы и имя запомнили. Уже неплохое начало. А теперь, мисс Сверинг, повторите своё заклинание. Громче, пожалуйста. И объясните, почему выбрали именно его.

Я почувствовала, как на меня оборачиваются десятки голов. Внимание целого кабинета оказалось куда менее приятным, чем я представляла себе ещё минуту назад. Но отступать было поздно. Я глубоко вдохнула.

— Liomati Denioli Teragio,- повторила я, на этот раз отчётливо.- Это заклинание используется для зачарования предмета, который должен противостоять внешнему магическому воздействию. Разумеется, одного произнесения недостаточно. Необходимо направить в предмет достаточное количество собственной магии, правильно сформировать защитный контур и учитывать свойства материала, из которого он изготовлен. В противном случае зачарование либо не сработает, либо окажется нестабильным.

Я ненадолго замолчала, осознав, что говорю всё быстрее и быстрее.

— То есть… я хочу сказать, что само заклинание не создаёт защиту из ничего. Оно задаёт основу для зачарования, а результат зависит от силы мага, его контроля и правильности выполнения остальных этапов.

Я наконец заставила себя замолчать и судорожно сглотнула. Профессор несколько секунд смотрел на меня, не произнося ни слова. Моя уверенность начала стремительно таять. А что, если я ошиблась? Вдруг это заклинание предназначалось для чего-то совершенно другого, а я сейчас с величайшим энтузиазмом продемонстрировала всему курсу собственное невежество? Возможно, мне следовало сначала убедиться, что я правильно поняла вопрос… Дарион внезапно расплылся в широкой улыбке и захлопал в ладоши. Я моргнула. Что?

— Прекрасно! Просто прекрасно, мисс Сверинг!- воскликнул он с таким воодушевлением, что несколько студентов удивлённо переглянулись.- Абсолютно верное заклинание и совершенно правильное объяснение его принципа действия. Более того, вы сразу указали на ограничения, о которых многие забывают даже после нескольких лет обучения!

Он повернулся к остальным студентам.

— Вот так выглядит подготовка. Запомните это слово, господа. Подготовка! И, если кто-то из вас всё ещё считает, что первый учебный день освобождает его от необходимости думать, рекомендую пересмотреть свои взгляды.

Парень с усиками поспешно сел на место. Я же продолжала смотреть на профессора, всё ещё не до конца понимая, что происходит.

— Мисс Сверинг,- Дарион снова обратился ко мне,- вы получаете высший балл за сегодняшнее занятие. И первое место в списке моих любимчиков. Он сделал выразительную паузу.

— Поздравляю. Попасть туда действительно непросто.

Я почувствовала, как губы сами собой растягиваются в улыбке. Первый урок. Первый вопрос. Первый высший балл. Кажется, день начинался даже лучше, чем я могла надеяться.

Лекция продолжалась до двенадцати часов. За это время профессор успел рассказать нам о принципах создания артефактов, основных типах зачарования и наиболее распространённых ошибках начинающих магов. Я записывала почти каждое его слово, изредка сверяясь с учебником и ставя на полях небольшие пометки.

Остальные студенты, судя по всему, быстро утратили первоначальный энтузиазм. Некоторые едва сдерживали зевоту, другие то и дело поглядывали на часы, а один парень в третьем ряду умудрился незаметно задремать, уронив голову на сложенные руки. Я старалась не смотреть в его сторону. Когда профессор наконец объявил об окончании занятия, кабинет словно взорвался движением. Студенты поспешно убирали книги, задвигали стулья и устремлялись к выходу. Некоторые даже не потрудились попрощаться с преподавателем.

Я же аккуратно сложила учебник и ежедневник, убрала зачарованное перо в специальный футляр и закинула сумку на плечо. Впереди был обед. И чем дольше я об этом думала, тем сильнее понимала, насколько проголодалась. Завтрак сегодня казался чем-то из прошлой жизни, а перспектива наконец попробовать еду академии становилась всё заманчивее. Я направилась к двери, уже представляя, что выберу в столовой, когда за спиной раздался голос:

— Мисс Сверинг, уделите мне минутку?

Я остановилась и обернулась. Профессор Дарион стоял возле своего стола, держа в руках тот самый толстый том, с которым пришёл на занятие. Теперь на его лице не было ни следа прежней усталости. Он выглядел почти довольным, и я невольно улыбнулась в ответ.

— Конечно, профессор Дарион. - И имя запомнили,- он снова сделал на этом акцент и усмехнулся.- Что ж, похоже, своё место в списке любимчиков вы отработали на все сто процентов.

Я тихо рассмеялась.

— Благодарю, профессор. - А теперь расскажите мне кое-что, мисс Сверинг. Откуда вы знаете это заклинание? Причём не просто знаете, но и понимаете, как оно работает. Такие сведения обычно не входят в программу подготовки перед поступлением.

Я на мгновение замялась. Сумка на плече вдруг показалась особенно тяжёлой. Я сняла её и осторожно поставила на пол, радуясь возможности немного передохнуть.

— Я шесть лет изучала заклинания и предметы, которые могли пригодиться мне в академии,- объяснила я.- Конечно, я не рассчитывала поступить именно в «Сверлингс». Но, насколько мне известно, основные учебные программы магических академий во многом совпадают. Поэтому я решила подготовиться заранее.

Дарион удивлённо приподнял брови.

— Шесть лет?- переспросил он.- Это немалый срок. Позвольте предположить, что за это время вы успели изучить программу всех пяти курсов?

Он произнёс это с явной насмешкой, а затем рассмеялся, словно сам ответ казался ему очевидным. Я не улыбнулась. Не потому, что обиделась. Просто не поняла, что именно в его словах должно было меня рассмешить.

— Вы правы, профессор. Я действительно изучила практически всю программу пяти лет обучения по большинству предметов,- ответила я.- Некоторые темы приходится периодически повторять, чтобы не забыть детали, но в целом я неплохо их помню.

Смех резко оборвался. Дарион несколько секунд молча смотрел на меня, словно пытался определить, шучу я или говорю совершенно серьёзно.

— Вы хотите сказать, что самостоятельно изучили программу пяти курсов до поступления? - Да, профессор. - По большинству предметов? - По всем основным. Некоторые факультативы мне было сложнее изучать без преподавателя, поэтому там у меня остались пробелы. Но я планирую их восполнить.

Я произнесла это совершенно спокойно. Для меня всё выглядело вполне логично: если уж у меня появилась возможность учиться в академии, то почему бы не подготовиться к ней заранее? Однако выражение лица профессора становилось всё более странным.

— Это… впечатляет,- наконец произнёс он.- Очень впечатляет. Признаюсь, мисс Сверинг, мне давно не встречались настолько подготовленные первокурсники.

Он покачал головой, всё ещё глядя на меня с нескрываемым интересом.

— Надеюсь, вы не сочтёте меня грубым за небольшую шутку. Я действительно не ожидал услышать подобный ответ. - Ничего страшного, профессор. - Что ж, тогда я надеюсь, что мы с вами найдём общий язык. Мне будет интересно наблюдать за вашим обучением. А теперь не стану вас задерживать. Согласно расписанию, у вас обед, и, судя по тому, как вы смотрите на свою сумку, вам не терпится отправиться туда.

Я невольно рассмеялась. Поправила свои очки.

— Признаюсь, вы правы. - Тогда не смею больше задерживать. До встречи на следующем занятии, мисс Сверинг. - До встречи, профессор Дарион.

Я подхватила сумку и вышла в коридор, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло.

Первый урок прошёл лучше, чем я могла представить. Я получила высший балл, познакомилась с преподавателем и, кажется, даже сумела произвести на него впечатление. А ведь это было только начало. Я поправила ремень сумки на плече и направилась в сторону столовой, уже предвкушая горячий обед.

Добравшись до столовой, я едва не застонала вслух. Помещение оказалось почти пустым, а когда я взглянула на часы, сердце неприятно ёкнуло. Без четверти час. До следующего занятия оставалось совсем немного, а мне ещё предстояло найти кабинет зельеварения. Прекрасно, Джаслин. Просто прекрасно. Первый учебный день, а ты уже умудряешься носиться по академии как безумная. Я торопливо схватила один из последних подносов, оставшихся на стойке раздачи, и принялась изучать содержимое тарелок. Мясной пирог, гороховый суп и апельсиновый сок. Не самый роскошный обед в моей жизни, но сейчас я была готова съесть что угодно, лишь бы не отправляться на следующее занятие с урчащим желудком. Я устроилась за ближайшим свободным столом и принялась за еду с такой скоростью, будто кто-то собирался отнять у меня тарелку. Пирог оказался неожиданно вкусным: нежное тесто, сочная начинка и пряный аромат мяса. Суп тоже был вполне приличным, но наслаждаться обедом времени не оставалось. Я почти не заметила, как опустела тарелка, и лишь после последнего глотка сока позволила себе удовлетворённо выдохнуть.

Поднос отправился на стойку для грязной посуды, сумка- на плечо, а я поспешила к выходу.

К счастью, искать кабинет зельеварения долго не пришлось. Я сверилась с указателями на стенах, дважды проверила номер аудитории и добралась до нужной двери за восемь минут до начала занятия. На этот раз я не стала задерживаться на пороге и сразу вошла внутрь. И замерла. Кабинет был практически заполнен. Студенты занимали почти все места, переговаривались между собой и раскладывали на столах учебники. И только первый ряд оставался совершенно свободным. Я озадаченно огляделась.

Неужели никто не хочет сидеть впереди? Ведь отсюда лучше всего слышно преподавателя, видно доску и можно рассмотреть каждую мелочь, которую он демонстрирует. Не нужно вслушиваться в чужие разговоры, тянуть шею или довольствоваться обрывками объяснений, доносящимися с противоположного конца аудитории. Впрочем, меня такое положение дел вполне устраивало.

Я направилась к первому ряду, выбрала место и устроилась за столом. Достав учебник по зельеварению, я положила его перед собой, а рядом разместила совершенно новый ежедневник. На первой странице аккуратно вывела дату сегодняшнего занятия, подчеркнула её и, немного подумав, нарисовала на полях маленькое сердечко.

Не удержалась.

Зельеварение было одним из моих любимых предметов. Дома я часто практиковалась самостоятельно, насколько позволяли ингредиенты и возможности нашей небольшой лаборатории. Разумеется, далеко не все эксперименты заканчивались успехом, но я быстро поняла, что мне нравится сам процесс: точные пропорции, последовательность действий, тонкие изменения цвета и консистенции, едва уловимые запахи, по которым можно определить, что реакция проходит правильно. В зельеварении не получалось обмануть результат красивыми словами. Можно было сколько угодно уверять окружающих в своих способностях, но стоило ошибиться с дозировкой хотя бы на несколько миллиграммов- и вместо полезного снадобья получалась бесполезная жижа. А иногда и нечто гораздо хуже.

Я довольно улыбнулась, вспоминая несколько собственных неудач, и раскрыла учебник. Вскоре в аудиторию вошла уже знакомая мне мисс Доннаэлла Ривс. Я подняла голову и невольно задержала на ней взгляд. Вчера, во время знакомства с первокурсниками, я не успела толком её рассмотреть. Теперь же, когда преподавательница оказалась совсем рядом, я заметила, что она гораздо моложе, чем мне показалось сначала. Невысокая, слегка полноватая, но при этом удивительно грациозная, она двигалась легко и уверенно. Тёмные волосы были аккуратно уложены, миниатюрные черты лица придавали ей почти кукольное очарование, а светло-голубые глаза смотрели на окружающих с искренним любопытством. В ней не было той холодной неприступности, которую излучала директор Морганна. Напротив, мисс Ривс казалась человеком, с которым вполне можно было бы поговорить не только об учёбе, но и о чём-нибудь совершенно постороннем.

Преподавательница положила свои вещи на стол, оглядела аудиторию и одарила нас приятной улыбкой.

— Добрый день, молодые маги! Надеюсь, вы успели немного отдохнуть после утренних приключений и готовы приступить к занятиям.

По кабинету прокатился нестройный хор приветствий.

— Замечательно!- Она довольно кивнула.- Для тех, кто ещё не успел со мной познакомиться, повторю: меня зовут Доннаэлла Ривс, и в этом году я буду преподавать вам зельеварение. А поскольку сегодня наше первое занятие, предлагаю начать с небольшого эксперимента.

Она обвела нас взглядом, и в её глазах вспыхнул озорной огонёк.

— Сегодня мы сварим одно из самых простых зелий. Но прежде, чем я назову его, хочу предложить вам угадать, что именно мы будем готовить.

В аудитории оживились.

— Зелье тошноты!- выкрикнула девушка с короткими бледно-рыжими волосами и рассмеялась собственной шутке.

Я тихонько фыркнула. Что за глупость? Мы пришли на занятие по зельеварению, а не на конкурс самых отвратительных идей.

— А может, приворотное зелье?- неуверенно предположил парень, сидевший позади меня.- Чтобы заставить кого-нибудь влюбиться в тебя?

Я обернулась.

— Такого зелья не существует,- сухо заметила я. - Очень жаль,- тут же отозвался он.- А то некоторым оно бы точно пригодилось.

Несколько человек засмеялись. Я покачала головой и снова повернулась к преподавательнице.

Мисс Ривс, впрочем, ничуть не смутилась.

— Хорошо. А теперь давайте попробуем ещё раз. Есть у кого-нибудь серьёзные предположения? Желательно без попыток отравить соседей или заставить кого-то влюбиться в вас против его воли.

Я задумалась. Одно из простейших зелий… Значит, никаких сложных многоступенчатых реакций, редких ингредиентов или труднодоступных компонентов. Возможно, зелье для ускорения роста растений? Или снадобье, повышающее концентрацию? Нет, последнее требовало довольно точной настройки дозировки. Жидкая удача тоже не подходила: даже если не брать в расчёт сложность состава, само приготовление занимало слишком много времени.

Я подняла руку.

— Вы сказали, что зелье будет одним из самых простых. Возможно, это снадобье для ускоренного роста растений? Или зелье хорошего настроения? Ещё есть зелье мотивации, зелье уменьшения предметов…

Я ненадолго замолчала, перебирая в голове остальные варианты.

— Или жидкая удача? Хотя нет, для первого занятия это, пожалуй, слишком сложно. Можно ещё приготовить зелье, облегчающее концентрацию…

Я осеклась не закончив свою мысль, заметив выражение лица преподавательницы. Мисс Ривс удивлённо приподняла брови и некоторое время молча смотрела на меня.

— Полагаю, вы мисс Джаслин Сверинг, из двадцать восьмой комнаты?

Я кивнула.

— Совершенно верно, мисс Сверинг. И должна заметить, что все названные вами зелья далеко не так просты, как вам кажется. Некоторые из них требуют редких компонентов, другие- сложной подготовки, а третьи даже опытные зельевары не берутся варить без особой необходимости.

Она выдержала небольшую паузу.

— Сегодня мы приготовим снотворное зелье.

Я невольно откинулась на спинку стула. Снотворное? Серьёзно? Я несколько секунд смотрела на преподавательницу, надеясь, что ослышалась.

— Но, мисс Ривс, снотворное зелье сможет сварить даже ребёнок с минимальными знаниями зельеварения!- вырвалось у меня.- Там всего три основных ингредиента, и сам процесс приготовления совершенно несложный…

Я резко замолчала. Ох. Ох, нет. Только что я назвала задание преподавательницы детской забавой. В первый же день. На первом же занятии. Я медленно прикрыла рот ладонью. И мысленно выругалась на саму себя.

— Простите,- пробормотала я, чувствуя, как начинают гореть щёки.- Это прозвучало крайне невежливо. Я не хотела вас оскорбить.

На секунду в аудитории воцарилась тишина. А затем мисс Ривс расхохоталась. Не тихо и сдержанно, а совершенно искренне, запрокинув голову и прикрыв ладонью рот. Несколько студентов удивлённо переглянулись, явно не ожидая подобной реакции. Наконец преподавательница успокоилась и вытерла выступившую на глазах слезу.

— Всё в порядке, дорогая. По крайней мере, теперь я знаю, что вы не боитесь высказывать собственное мнение. А это, поверьте, полезное качество для зельевара.

Она указала на небольшой подиум за своей спиной, где стояли несколько котелков и находились рабочие поверхности для приготовления зелий.

— Раз вам кажется, что сегодняшнее задание слишком простое, предлагаю немного усложнить его. Попробуйте приготовить что-нибудь более интересное. Если у вас получится создать качественное зелье, соответствующее всем требованиям, обещаю поставить вам высший балл за занятие.

Я посмотрела на подиум. Потом на преподавательницу. Потом снова на подиум. Неужели она действительно предлагает мне это сделать? Внутри разгорелся азарт. Я так долго ждала возможности заниматься настоящей магией в академии, что отказаться от такого шанса было бы просто преступлением.

— Хорошо, мисс Ривс,- ответила я, поднимаясь с места.

Подхватив учебник, я подошла к рабочему месту и остановилась перед небольшим котелком. Рядом находилась стойка с ингредиентами, аккуратно разложенными по отдельным контейнерам. На каждом была подписана разновидность содержимого, а некоторые дополнительно снабдили небольшими рисунками, чтобы их было легче опознать. Мне это не требовалось. Я обладала хорошей зрительной памятью и знала, как выглядит практически каждый ингредиент из базового курса зельеварения. Иногда мне хватало одного взгляда на иллюстрацию, чтобы запомнить не только внешний вид растения или минерала, но и его свойства, особенности хранения и возможные сочетания с другими компонентами.

Я внимательно осмотрела стойку. Что же выбрать?

Зелье невидимости.

Мысль возникла почти мгновенно, и я едва удержалась от довольной улыбки. Идеально. Оно было достаточно сложным, чтобы продемонстрировать мои навыки, но при этом не требовало ингредиентов, которые невозможно достать в учебной лаборатории. Кроме того, зелье невидимости всегда казалось мне одним из самых удивительных изобретений зельеваров. Возможность на короткое время стать невидимым, скрыться от чужих глаз и остаться незамеченным- разве это не было настоящим чудом? Я быстро отобрала необходимые компоненты, проверила их количество и расставила перед собой в нужной последовательности.

Затем закатала рукава. Работа началась. Я наполнила котелок водой и развела под ним магическое пламя. Когда жидкость начала нагреваться, я добавила первый ингредиент, тщательно следя за температурой. Затем последовали остальные компоненты- каждый в строго определённом количестве и в нужный момент.

Никакой спешки. Никаких лишних движений.

Я знала, что даже небольшое отклонение от рецепта может испортить результат, поэтому сосредоточилась на процессе целиком. Следила за изменением цвета, прислушивалась к тихому потрескиванию жидкости и время от времени осторожно перемешивала содержимое котелка. Постепенно вода приобрела лёгкий голубоватый оттенок, затем стала почти прозрачной, а на поверхности начали появляться крошечные серебристые пузырьки. Именно то, что требовалось.

Я добавила последний ингредиент, произнесла короткое стабилизирующее заклинание и убрала магическое пламя. Пятнадцать минут пролетели незаметно.

За всё это время я почти не обращала внимания на аудиторию. Лишь однажды, подняв глаза, заметила, что мисс Ривс стоит неподалёку и внимательно наблюдает за каждым моим движением. В её взгляде больше не было прежнего удивления. Теперь она смотрела на меня с нескрываемым интересом, словно пыталась понять, откуда у первокурсницы могли взяться подобные знания.

Наконец я убедилась, что зелье достигло нужной консистенции, и осторожно перелила его в небольшую стеклянную колбочку. Жидкость внутри переливалась серебристо-голубыми оттенками, а на свету казалась почти невесомой. Я довольно улыбнулась. Получилось.

— Кажется, осталось совсем немного,- произнесла мисс Ривс, подходя ближе.- Теперь нам нужен доброволец, который согласится проверить результат.

Не успела она закончить фразу, как с заднего ряда выскочил высокий полноватый парень с нелепыми усиками. Тот самый, который утром возмущался на занятии по созданию артефактов. Я едва слышно фыркнула. Похоже, у него имелось особое пристрастие к тому, чтобы оказываться в центре внимания.

— Надеюсь, ты не собираешься меня убить своим зельем,- заявил он, с подозрением поглядывая на колбочку. При этом улыбался так, словно мы участвовали в каком-то весёлом представлении. - Можешь не беспокоиться, мистер Каленс,- ответила я.- В небольшой дозировке зелье действует всего около минуты. Этого вполне достаточно, чтобы проверить результат, и недостаточно, чтобы причинить тебе вред. - Обнадёживает,- пробормотал он.

Имя этого дурака я услышала в коридоре пока искала кабинет зельеварения. Он стоял в компании незнакомых мне парней и один из них обратился к нему по имени.

Тем не менее колбочку он взял без дальнейших возражений и одним глотком выпил её содержимое.

— Фу!- Парень скривился так, словно проглотил целый лимон вместе с кожурой.- Да оно отвратительное!

Я закатила глаза.

— Это зелье невидимости, а не десерт.

Он уже открыл рот, чтобы ответить, но не успел. Сначала его пальцы стали полупрозрачными. Затем исчезли кисти рук, предплечья, плечи и торс. Через несколько мгновений от самого мистера Каленса осталась лишь пара ботинок, которые нелепо покачнулись на месте, прежде чем он окончательно растворился в воздухе. В аудитории раздались удивлённые возгласы. Я довольно поправила очки и скрестила руки на груди.

— Ну что, мистер Каленс?- насмешливо поинтересовалась я.- Всё ещё считаете, что зелье не сработало? - Кажется, ты ошиблась, Джаслин!- донёсся из пустоты его голос.- Я всё ещё здесь!

Несколько студентов расхохотались. Я уже собиралась ответить, но мисс Ривс опередила меня:

— О нет, мистер Каленс. Мисс Сверинг совершенно права. Вы действительно стали невидимым.

Преподавательница выглядела искренне довольной. Она подошла к тому месту, где только что стоял парень, и внимательно осмотрела воздух перед собой, словно пыталась разглядеть хотя бы слабые очертания его силуэта.

— Прекрасная работа, мисс Сверинг. Очень чистое приготовление, правильная консистенция и, судя по реакции мистера Каленса, вполне ожидаемый результат. Поздравляю. Вы получаете высший балл за занятие.

Я не смогла сдержать улыбки. Второй высший балл за один день. Кажется, первый день в «Сверлингсе» определённо складывался удачно.

После окончания занятия я собрала свои вещи и направилась к выходу, всё ещё пребывая в приподнятом настроении. Я получила высшие баллы по обоим предметам, а преподаватели, кажется, уже успели запомнить моё имя.

Что ж, возможно, моя привычка проводить свободное время за учебниками наконец начала приносить ощутимые плоды.

Я даже не заметила, как добралась обратно до жилого корпуса и оказалась у двери своей комнаты. Только вставляя ключ в замок, осознала, насколько сильно устала. За один день я успела познакомиться с академией, найти свою комнату, разобрать вещи, выучить расписание наизусть и пережить два занятия, каждое из которых оказалось куда интереснее, чем я ожидала. Я закрыла за собой дверь, поставила сумку на пол и рухнула на кровать. До ужина оставалось три часа. Три целых часа, в течение которых мне не нужно было никуда бежать, никого слушать и ничего записывать. Я раскинула руки в стороны и уставилась в потолок. Кажется, небольшая передышка мне всё-таки не помешает.






Глава 4.


«Остерегайтесь тех, кто никогда не проигрывал. Они не знают, как пережить поражение, зато прекрасно знают, как заставить страдать того, кто его им причинил. И если однажды вы повергнете такого мага на землю, убедитесь, что он больше никогда не сможет подняться. Иначе следующей жертвой можете стать вы». Из наставлений мастеров боевой магии.

К вечеру я всё жеуспела немного передохнуть и принять ванну. Правда, на этот раз пришлось отстоять небольшую очередь, но, к счастью, ждать долго не пришлось. После неторопливого ужина в столовой я отправилась в библиотеку.

Впервые переступив её порог, я невольно замедлила шаг. До этого я представляла библиотеку академии большой и хорошо оборудованной, но действительность превзошла все мои ожидания. Огромное помещение занимало почти целое крыло первого этажа, а высокие потолки терялись в полумраке под резными сводами. Вдоль стен тянулись массивные книжные шкафы из тёмного дерева, уходившие так высоко, что для верхних полок требовались специальные лестницы на колёсиках. Между стеллажами стояли длинные столы с зелёными лампами, отбрасывавшими мягкий свет на раскрытые страницы. В глубине зала, возле высоких арочных окон, находились уютные кресла и небольшие столики, за которыми можно было устроиться с книгой вдали от остальных посетителей. Над головой тихо потрескивали магические светильники, а в воздухе смешивались запах старой бумаги, древесины и чего-то сладковатого, напоминавшего сушёные травы. Здесь было удивительно спокойно. Даже шаги звучали приглушённо, словно сама библиотека не терпела лишнего шума.

Я едва сдержалась, чтобы не улыбнуться во весь рот. Если бы мне позволили, я, пожалуй, провела бы здесь целую неделю, перебирая книги и изучая всё, до чего смогла бы добраться. Но для начала решила не терять голову от восторга и заняться тем, ради чего пришла. Отыскав несколько новых книг по дополнительным факультативам, я устроилась за одним из свободных столов и с головой погрузилась в чтение. Новые знания всегда приносили мне особенное удовольствие. Казалось, каждая прочитанная страница приоткрывала дверь в мир, о существовании которого я прежде даже не подозревала. Я то и дело делала пометки в тетради, возвращалась к особенно интересным абзацам и с трудом удерживалась от соблазна немедленно отыскать ещё несколько книг по заинтересовавшей меня теме.

В библиотеке было почти пусто. За длинными столами сидели лишь несколько студентов, каждый со своей книгой и собственными мыслями. Поначалу они старательно перелистывали страницы, но спустя пару часов один за другим начинали ёрзать на стульях, зевать и собирать вещи. В конце концов библиотека почти опустела, однако я всё ещё не спешила уходить. Здесь время словно текло иначе, и я совершенно не замечала, как быстро сменялись минуты.

Когда часы перевалили за десять вечера, я наконец потёрла переносицу, поправила сползшие на кончик носа очки и отложила книгу. Плечи затекли от долгого сидения, поэтому я потянулась, разминая спину, а затем принялась складывать учебники в сумку. Встать я так и не успела. Звонкий голосок разрезал библиотечную тишину, а следом за ним в поле моего зрения появилась рыжеволосая девушка. Сначала я заметила копну густых медно-рыжих кудрей, рассыпанных по плечам и спине, а затем и саму незнакомку. Она была невысокой, изящной, с тонкой талией и выразительным лицом, на котором, казалось, никогда не задерживалось одно и то же выражение дольше нескольких секунд. Светлая кожа, россыпь веснушек на переносице и пухлые губы придавали ей почти кукольную привлекательность, но в больших глазах цвета тёплого мёда плясали озорные искорки. В ней было что-то от избалованной кошки, уверенной, что весь мир создан для её развлечения.

Даже академическая форма не могла скрыть её любви к эффектным деталям. Вместо привычного школьного вида на ней был безупречно подогнанный тёмно-зелёный костюм в золотистую клетку: приталенный жакет подчёркивал фигуру, а короткая плиссированная юбка двигалась в такт каждому шагу. Белоснежная блузка была украшена чёрным бантом с золотой брошью. На голове красовалась небольшая чёрная шляпка, украшенная перьями и изящным золотым цветком, а из-под густых кудрей поблёскивали длинные серьги. На ногах у неё были тонкие светлые чулки и чёрные туфли на высоких каблуках, совершенно не подходившие для бесшумных прогулок по библиотеке. В одной руке девушка держала лакированную сумочку с золотистой фурнитурой, явно стоившую больше, чем всё содержимое моего гардероба.

Незнакомка двигалась легко и уверенно, словно не шла по библиотеке, а прогуливалась по собственному особняку. Она с грацией маленькой танцовщицы порхала от одного стола к другому, то заглядывая в лица студентов, то наклоняясь к ним с очередным вопросом. Судя по недовольным взглядам, которыми её награждали, остальные посетители были далеко не в восторге от столь энергичного вторжения в их вечернее уединение.

— Я ищу Джаслин Сверинг!- объявила она, плюхнувшись на свободное кресло рядом со светловолосой девушкой, целиком погружённой в чтение.

Та даже не подняла головы, лишь отрицательно покачала ею.

Рыжеволосая жалобно вздохнула, но сдаваться явно не собиралась. Она тут же направилась к следующей студентке.

— Может быть, ты Джаслин?

В ответ получила ещё один отрицательный кивок и такое недовольное сопение, что, кажется, даже сама поняла: её присутствие здесь начинает испытывать чужое терпение.

— Вот же незадача! И где мне тебя искать, Джаслин Сверинг?- пробормотала она себе под нос.

Я невольно усмехнулась, прокашлялась и поправила волосы.

— Зачем ты меня ищешь?- спросила я, с подозрением наблюдая за незнакомкой.

Девушка мгновенно оживилась. Она вскочила с кресла и почти вприпрыжку подбежала ко мне, словно только что обнаружила давно потерянное сокровище. Её лицо озарила широкая улыбка, обнажившая ровные белые зубы, а сама она тут же протянула мне изящную руку с тонкими пальцами, украшенными золотыми кольцами.

— Какая радость! Я так и знала, что найду тебя именно в библиотеке! Мне сказали, что ты самая умная студентка академии, а мне ужасно нужна помощь с докладами и рефератами. Я готова щедро заплатить за твою помощь!- выпалила она на одном дыхании, почти не оставив мне возможности вставить хоть слово.- Ах да, совсем забыла! Я Нелли-Фориа Нерт. Друзья зовут меня Нелли.

Я посмотрела на протянутую ладонь, затем на её сияющее лицо. Вот так знакомство.

— Боюсь, я не смогу тебе помочь. У меня нет на это времени,- ответила я, забирая со стола сумку и закидывая её на плечо.

Нелли на мгновение замерла, явно не ожидая столь быстрого отказа. Однако уже в следующую секунду она поспешила следом за мной к выходу из библиотеки.

— Знаю, знаю! Я свалила на тебя всё это сразу. Надо было сначала познакомиться, поговорить о погоде, обсудить последние академические новости… Но у меня совершенно нет времени!- затараторила она, едва поспевая за моим шагом.- Завтра у меня создание артефактов, а профессор Дарион-Глейб Джофриент потребовал подготовить доклад на тему «Создание артефакта забвения». Я совершенно ничего в этом не понимаю! Если не сдам его, мне крышка!

Последние слова она произнесла особенно жалобно, драматично запрокинув голову и откинув с лица длинные рыжие кудри. Я невольно покосилась на неё. В её исполнении даже обычная просьба о помощи напоминала театральное представление.

— Послушай, мне действительно жаль, но мне пора спать. На такой доклад уйдёт не один час, а завтра у меня первое занятие по сражению в условиях ограниченной магии. Мне понадобятся силы, чтобы заниматься физически, поэтому…

Я не успела закончить.

Нелли резко остановилась, распахнула свою элегантную сумочку и принялась торопливо в ней рыться. На мгновение из-под её пальцев показалась золотистая застёжка, а затем на свет появилась стопка красных купюр. Я невольно задержала взгляд на знакомом логотипе «Римми». Сумка наверняка стоила целое состояние.

— Здесь сто двадцать симленов!- объявила Нелли, протягивая мне деньги.- Ты должна мне помочь! Без тебя я не справлюсь, профессор меня убьёт! Пожалуйста… Пожалуйста… Пожалуйста!

Последние слова она почти пропела, сложив руки перед грудью и глядя на меня такими умоляющими глазами, будто от моего ответа зависела её дальнейшая судьба. Сто двадцать симленов.

Я мысленно повторила сумму, пытаясь осознать, сколько именно мне предлагают за один доклад. Моя ежемесячная стипендия, которую для меня выбила тётушка Люция, составляла двести пятьдесят симленов. Этих денег хватало на оплату комнаты, обеды и ужины в течение месяца, а также на один платный факультатив в неделю. На дополнительные покупки оставалось совсем немного, и каждый раз, когда я заглядывала через окно своей комнаты на торговый бульвар возле академии, мне приходилось напоминать себе, что далеко не всё из увиденного мне действительно необходимо. А теперь передо мной стояла незнакомая девушка и предлагала почти половину моей месячной стипендии за один доклад. Более того, за такие деньги я вряд ли смогла бы заработать даже за месяц в родном городе.

Я потёрла переносицу, переводя взгляд с купюр на Нелли. Мне нужны были новые книги, тетради и кое-какие вещи, которые я пока откладывала на потом. Сто двадцать симленов позволили бы мне позволить себе гораздо больше, чем я могла рассчитывать в ближайшее время. В конце концов, подготовка доклада не казалась мне особенно сложной. Скорее всего, я даже узнала бы что-то новое. Я вздохнула и протянула руку за деньгами.

— Хорошо. Но мне понадобится учебник и все материалы по теме, которые ты смогла найти. И ещё: во сколько у тебя завтра лекция?

Нелли просияла так, словно я только что спасла её от неминуемой казни. Она тут же открыла сумку, вытащила оттуда книгу и несколько листов бумаги и вложила всё мне в руки.

— Вот! Это всё, что я нашла. А лекция завтра в двенадцать! Я зайду к тебе за час до начала. Спасибо! Спасибо! Спасибо!

Не успела я ничего ответить, как Нелли быстро наклонилась и чмокнула меня в щёку. Я застыла, чувствуя, как лицо заливает краска. От неожиданности я даже приподняла брови. Мы знакомы от силы несколько минут, а она уже ведёт себя так, словно мы давние подруги. Впрочем, Нелли, похоже, совершенно не замечала моего замешательства. Она уже радостно направлялась к выходу, едва ли не подпрыгивая на каждом шагу. Золотые украшения в её волосах покачивались при каждом движении, а каблуки звонко стучали по каменному полу, пока она не скрылась за высокими дверями.

— Но откуда ты знаешь, где я живу?- крикнула я ей вслед.

Двери библиотеки закрылись за рыжеволосой незнакомкой, а мой вопрос растворился в наступившей тишине. Ответа я так и не получила.

На подготовку доклада у меня ушло около двух часов. Признаюсь, работа оказалась куда интереснее, чем я ожидала. Книга и материалы, которые Нелли вручила мне, содержали немало новой информации. Я даже не подозревала, что создание артефакта забвения настолько сложный процесс, требующий не только точных расчётов, но и глубокого понимания того, как магия взаимодействует с человеческой памятью.

Я настолько увлеклась, что не сразу заметила, как за окном окончательно сгустилась темнота. Закончив последнюю страницу, я отложила перо и потянулась, разминая затёкшие плечи. Взгляд случайно упал на часы. Давно перевалило за полночь.

— Прекрасно, Джаслин,- пробормотала я себе под нос.- Первый полноценный день в академии, а ты уже работаешь до глубокой ночи на совершенно незнакомую девушку.

Я покачала головой, но невольно улыбнулась. Сто двадцать симленов были слишком хорошей платой, чтобы жалеть о потраченном времени. К тому же доклад действительно оказался полезным: теперь я знала немного больше, чем ещё несколько часов назад. Собрав бумаги и убрав их в сумку, я наконец отправилась спать. Завтра предстояло первое занятие по сражению в условиях ограниченной магии, и, судя по расписанию, выспаться мне было бы совсем не лишним.

Пунктуальность рыжеволосой бестии, признаюсь, приятно удивила меня. Видимо, Нелли была готова на многое ради желаемого, даже пожертвовать несколькими часами сна. Впрочем, судя по тому, как отчаянно она нуждалась в докладе, это было вполне объяснимо.

Ровно в одиннадцать утра, ни минутой позже, девушка уже стояла на пороге моей комнаты. Я встретила её в своей любимой хлопковой пижаме с вышитыми вручную веточками лаванды. Увидев меня, Нелли тут же одарила пижаму восторженным комплиментом, словно даже домашняя одежда заслуживала отдельного внимания, если была достаточно милой. Но стоило мне поднять взгляд на её лицо, как я поняла, что ночь выдалась для моей новой знакомой непростой. Нелли явно не сомкнула глаз до самого утра, и даже огромные солнцезащитные очки не могли полностью скрыть следы бессонницы. Она то и дело зевала, нисколько не заботясь о том, чтобы прикрывать рот ладонью, но при этом умудрялась сохранять на лице улыбку. Кажется, её энтузиазм был единственным, что удерживало девушку в вертикальном положении.

При этом выглядела она, как и во время нашей первой встречи, безупречно. Ни одна складка на тёмно-зелёной форме не нарушала её аккуратного вида, а золотые украшения, подобранные с привычным ей вкусом, поблёскивали при каждом движении. Даже после бессонной ночи Нелли умудрилась выглядеть так, будто собиралась не на лекцию, а на светский приём. Я невольно покачала головой. Удивительная девушка. Я вручила ей подготовленный доклад, а затем принялась объяснять основные моменты, на случай если профессор решит задать дополнительные вопросы. Нелли старательно изображала внимательную слушательницу: время от времени кивала, что-то бормотала в знак согласия и даже пыталась заглядывать в записи, которые я показывала ей на листах. Однако с каждой минутой мои сомнения в её способности запомнить хотя бы половину услышанного становились всё сильнее. За очередным зевком последовал такой выразительный кивок, словно она только что постигла величайшую тайну магического искусства. Я недовольно поморщилась и с подозрением прищурилась.

— Нелли, ты вообще меня слушаешь? - Конечно!- немедленно отозвалась она, выпрямившись так резко, будто её поймали за чем-то предосудительным.- Артефакт забвения, магическая связь с человеческой памятью, сложные расчёты… Всё предельно ясно!

Она произнесла это с такой уверенностью, что я невольно усмехнулась.

— Прекрасно. Тогда объясни мне, почему при создании такого артефакта нельзя пренебрегать точностью расчётов.

Нелли замерла. Всего на мгновение, но этого оказалось достаточно.

— Потому что…- протянула она, медленно поднимая палец, словно ответ вот-вот должен был снизойти на неё свыше.- Потому что профессор Дарион-Глейб Джофриент очень расстроится, если мы пренебрежём точностью расчётов?

Я прикрыла глаза рукой. Кажется, день обещал быть долгим.

Тем не менее я терпеливо объяснила ей всё ещё раз, стараясь выделить хотя бы несколько основных моментов, которые следовало запомнить. На этот раз Нелли действительно слушала внимательнее, хотя я всё равно не была уверена, что она сможет самостоятельно ответить на вопросы преподавателя. Когда я наконец закончила, девушка с таким облегчением выдохнула, словно только что выдержала сложнейший экзамен.

— Джаслин, ты лучшая!- воскликнула она, прижимая доклад к груди. Затем послала мне воздушный поцелуй, изящно проведя ладонью от губ в мою сторону.- Я твоя должница!

Не дожидаясь ответа, Нелли развернулась и оживлённо зашагала прочь, крепко сжимая бумаги в руках. Её каблуки быстро застучали по коридору, а рыжие кудри подпрыгивали при каждом шаге. Я проводила её взглядом и покачала головой, улыбаясь. Что ж, оставалось надеяться, что сегодня удача окажется на стороне Нелли, а профессор не станет задавать слишком много вопросов. А мне пора было собираться на собственное занятие. Я быстро переоделась в форму, проверила, всё ли необходимое лежит в сумке, и направилась в академический корпус. Впереди меня ждало первое занятие по сражению в условиях ограниченной магии, и, в отличие от Нелли, я собиралась встретить его во всеоружии.

Кабинет, хотя, если быть точнее, это вряд ли можно было назвать кабинетом. Скорее спортивный зал, совмещённый с тренажёрным. Он встретил меня запахом пота, кожи и металла. Вдоль стен тянулись стойки с гантелями, тяжёлые тренажёры и деревянные манекены для отработки ударов, а в центре возвышался боксёрский ринг. Никаких парт, досок и удобных стульев. Только пространство, в котором, судя по всему, собирались выбивать из студентов невежество вместе с зубами.

Все первокурсники выстроились в шеренгу, и вскоре в зал вошла высокая, спортивного телосложения женщина средних лет. Её короткие тёмно-синие волосы ещё блестели от влаги, словно она сама только что закончила тренировку. Острый, почти орлиный нос, тонкие брови домиком, высокие скулы и полноватые губы придавали её лицу суровое выражение. Тёмные глаза медленно прошлись по ряду студентов, задерживаясь на каждом чуть дольше, чем хотелось бы. Я невольно расправила плечи. На женщине был облегающий чёрный костюм без рукавов, подчёркивавший рельефные мышцы рук и плеч. Она стояла перед нами в боевой стойке, заложив руки за спину, и выглядела так, словно могла уложить половину зала на пол, не сбив дыхания.

— Рада приветствовать вас на занятиях по сражению в условиях ограниченной магии. Меня зовут Орланда-Милли Шорриент. Можете обращаться ко мне просто Орли. Без всяких «профессоров» и «преподавателей».

Голос у неё оказался низким, грубым, с лёгкой хрипотцой. Орли выдержала паузу и принялась расхаживать вдоль шеренги, высоко держа голову.

— Хочу, чтобы вы уяснили одну вещь. Здесь не будет поблажек. Это не уроки танцев и не кружок любителей интеллектуальных бесед. Каждый из вас однажды может оказаться без магии, в тылу врага, с оружием у горла. И тогда решать, останетесь вы в живых или нет, будут не ваши оценки и не красивые заклинания. Только физическая подготовка, реакция и сила. Забудьте всё то дерьмо, которому вас учат другие преподаватели. Здесь оно не имеет никакого значения. Жалость, слабость и нерешительность оставьте за дверью. Она остановилась напротив меня и медленно оглядела с головы до ног. Я выдержала её взгляд, хотя внутри неприятно похолодело.

— Сейчас отправитесь в раздевалку. В шкафчике с вашей фамилией найдёте форму. Переоденетесь и вернётесь сюда. У вас пять минут.

Орли резко щёлкнула пальцами.

— Время пошло.

Студенты сорвались с мест и ринулись к выходу. Я уже собиралась последовать за ними, когда заметила табличку над дверью раздевалки. Одну-единственную. Общую. Я остановилась.

Все остальные, кажется, даже не задумались. Парни спокойно направились внутрь, словно переодеваться в одном помещении с девушками было совершенно естественным делом. Возможно, для них так и было. Для меня же мысль о том, чтобы раздеваться перед незнакомыми мужчинами, казалась откровенно абсурдной. Я осталась стоять посреди зала, пока последний студент не скрылся за дверью.

— Вам нужно отдельное приглашение?- Орли вскинула бровь. - Нет… Просто переодеваться в одном помещении с парнями не совсем рационально и, если уж на то пошло, не слишком культурно,- растерянно пробормотала я. - Не рационально- не подчиниться приказу. А приказ я уже отдала. Четыре с половиной минуты, мисс. Поторапливайтесь.

Я сглотнула. Спорить с женщиной, которая выглядела так, словно могла переломить меня пополам и даже не вспотеть, было не лучшей идеей. Особенно в первый учебный день. Пришлось бежать. В раздевалке царил настоящий хаос. Парни, оставшись в одних боксерах, торопливо натягивали комбинезоны, переговаривались и толкались у шкафчиков. Я старательно отводила глаза, пробираясь между ними к ящику со своей фамилией. Вытащив форму, я сняла чулки и, не стягивая юбку, натянула штаны комбинезона, стараясь прикрыть себя тканью. С верхней частью проделала то же самое, мысленно поблагодарив всех богов за то, что комбинезон застёгивался спереди. Школьную форму я аккуратно сложила и убрала в шкафчик, обулась в лежавшие там кроссовки и выскочила обратно в зал. Разумеется, все уже стояли на местах.

— Двадцать три секунды,- отчеканила Орли, сверля меня взглядом.- Вы опоздали, мисс. Похоже, ваша заминка стоила вам драгоценных секунд. - Я сожалею. - Разумеется. Именно поэтому сегодня вы станете прекрасным примером того, чего делать не стоит.

Улыбка, появившаяся на её лице, была настолько сладкой, что я немедленно насторожилась.

— В соседнем помещении сейчас занимаются студенты пятого курса. Вы сразитесь с одним из старшекурсников, который на вашем примере покажет, чему можно научиться на моих занятиях. Я сжала кулаки.

— То есть я буду чем-то вроде боксерской груши? Это ведь первое занятие, и наверняка в регламенте академии… - Никакого регламента, мисс. Вы признали свою ошибку и сказали, что сожалеете. Я предоставляю вам возможность искупить вину и оставить случившееся в прошлом. Разве не этого вы хотели?

Я открыла рот, но Орли уже отвернулась.

— Фаркендли!

Фамилия прозвучало так громко, что я вздрогнула. Она была мне знакома, глава совета магов носил такую фамилию. Из соседнего помещения, через широкую арку, вышел парень. И первое, что я подумала, было совершенно неуместным: он чертовски красив.

Высокий- настолько, что мне пришлось бы запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Широкие плечи, спортивное телосложение, длинные ноги. На нём не было тренировочного комбинезона, только свободная белая рубашка, расстёгнутая у горла, и тёмные брюки. Он шёл босиком, будто даже не заметил, что на полу могут быть пыль, пот или чужая кровь. Рукава рубашки были закатаны до локтей, ткань прилипла к груди и спине от пота. Светлые, почти белоснежные волосы намокли после тренировки, коротко подстриженные по бокам и чуть длиннее сверху. Несколько прядей беспорядочно падали на лоб.

Тёмные брови резко контрастировали с белыми волосами, подчёркивая выразительные глаза. Высокие скулы, тонкие губы, лёгкая щетина. Красивое лицо, которому, судя по выражению, редко приходилось слышать слово «нет». Он остановился у арки, провёл ладонью по волосам и посмотрел на Орли. Его дыхание ещё не восстановилось после тренировки, грудь под мокрой рубашкой тяжело поднималась. На лице читалось такое откровенное раздражение, словно его оторвали не от занятия, а от чего-то куда более важного.

Впрочем, возможно, для него это было одно и то же.

— Фабиан, прошу вас,- Орли указала на центр ринга.- Покажите нашей юной студентке, чему можно научиться на моих занятиях. Кажется, она сомневается в их пользе.

Парень медленно перевёл взгляд на меня. И вот тогда я поняла, что красивое лицо ещё не означает приятного человека. Его взгляд скользнул по моей форме, задержался на лице и снова опустился ниже. Не пошло, не заинтересованно. Хуже. Так смотрят на вещь, которую по ошибке положили не на ту полку. В уголке его рта дрогнула усмешка.

— Серьёзно, Орли?- спросил он хрипловатым голосом.- Вы вытащили меня из тренировки ради этого?

Я почувствовала, как у меня вспыхнули щёки. Ради этого?

— Ради наглядного примера, Фабиан.-Парировала Орли.

Он шумно выдохнул, словно ему предстояло выполнить самое утомительное поручение в жизни, и направился к рингу. Ни приветствия, ни попытки узнать моё имя. Он даже не счёл нужным взглянуть на меня ещё раз, пока не оказался напротив.

Я вышла на ринг следом, стараясь не обращать внимания на то, как много он возвышался надо мной. При росте около ста шестидесяти пяти сантиметров я привыкла быть ниже большинства парней, но сейчас разница казалась особенно унизительной. Он был почти на тридцать сантиметров выше меня, и это без учёта того, что я никогда не занималась серьёзным боевым спортом. Фабиан размял шею, затем бросил быстрый взгляд на Орли.

— Если вы так настаиваете…

В его голосе было столько ленивого презрения, что мне захотелось немедленно доказать ему, насколько сильно он ошибается. Я приняла боевую стойку, как показывали в учебниках. Ноги на ширине плеч, руки подняты, вес распределён равномерно. По крайней мере, теоретически всё выглядело правильно. Фабиан посмотрел на мою стойку и усмехнулся.

— Очаровательно… - У вас есть что сказать? - Многое. Но боюсь, у нас всего пара минут. Ненавижу терять время.

Он не стал принимать стойку. Не поднял рук. Даже не перестал выглядеть так, словно происходящее его смертельно утомляет. Я едва успела нахмуриться, когда он сделал короткий шаг в сторону и лёгким движением подсёк мне ноги.

Мир качнулся. Я потеряла равновесие, взмахнула руками и уже приготовилась с грохотом рухнуть на пол, представляя, как все присутствующие запомнят меня как ту самую идиотку, которая умудрилась проиграть на первом же занятии. Но падения не последовало. Фабиан перехватил меня за локоть, удержал ровно настолько, чтобы я не ударилась, а затем спокойно опустил на пол. Всё произошло так быстро, что я даже не успела понять, в какой момент он оказался рядом. Он отпустил меня и отступил на шаг.

— В следующий раз хотя бы смотри под ноги,- посоветовал он.- Хотя, полагаю, тебе пока рано думать о следующем разе.

Я уставилась на него. Он улыбался. Не широко, не доброжелательно. Просто улыбался так, словно уже знал, что победил, и теперь ждал, когда я сама это признаю.

— Вам повезло, мисс,- подала голос Орли.- Фабиан проявил милосердие. Не рассчитывайте на такое отношение от каждого противника.

Я резко повернулась к преподавательнице.

— Глупо сравнивать мужскую физическую силу с женской!- выпалила я.- Если бы это была магическая дуэль, мы были бы на равных. А то, что происходит сейчас, не имеет ничего общего со справедливостью!

На несколько секунд в зале стало тихо. Фабиан медленно повернул голову ко мне. В его тёмных глазах мелькнуло что-то новое. До этого он смотрел на меня с раздражением и скукой, теперь же в его взгляде появилось любопытство- неприятное, насмешливое, словно я наконец-то сделала что-то, достойное его внимания.

— Магическая дуэль?- переспросил он.- Ты считаете, что твоя магия равна моей? - Несомненно.

Ответ вырвался раньше, чем я успела обдумать последствия. Его губы растянулись в улыбке.

— Как самоуверенно и глупо. - А вы боитесь проверить?

Я сама не узнала собственный голос. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели, но отступать теперь было поздно. Фабиан на мгновение замер. Затем рассмеялся- негромко, почти беззвучно, но так, что несколько студентов рядом обменялись взглядами.

— Боюсь?- Он наклонил голову набок.- Девочка, я не проигрывал ни одной дуэли с тех пор, как поступил в академию. - Значит, у вас будет прекрасная возможность начать.

Его улыбка исчезла на долю секунды. Совсем ненадолго, но я заметила.

Потом он снова усмехнулся и шагнул ближе. Теперь между нами оставалось совсем немного места. Мне пришлось поднять голову, чтобы встретить его взгляд, но я заставила себя не отступать. От него пахло потом, чистой тканью и чем-то терпким, дорогим. Я ненавидела себя за то, что вообще это заметила.

— Сегодня, восемнадцать ноль-ноль,- произнёс он негромко, но отчётливо.- Подвал центральной башни. Там и проверим, насколько хороша твоя магия. - Буду ждать. - Не сомневаюсь.

Он отступил, даже не дожидаясь моего ответа, и спрыгнул с ринга. На мгновение мне показалось, что он собирается сказать что-то ещё, но Фабиан лишь бросил на меня последний оценивающий взгляд и направился обратно к арке.

— И постарайтесь не опоздать, мисс Сверинг,- добавил он через плечо.- Не люблю тратить время на тех, кто не умеет держать слово.

Я застыла. Я не называла ему свою фамилию. Он, должно быть, услышал её на перекличке. Или узнал из списка первокурсников. Впрочем, откуда бы он ни знал, произнесённая им фамилия прозвучала так, словно он уже успел составить обо мне определённое мнение.

Фабиан исчез за аркой, оставив после себя мокрые следы босых ног на полу. И только тогда зал взорвался голосами.

— Она сумасшедшая!- донеслось справа. - Кто вообще бросает вызов самому Фабиану-Арчибальту Фаркендли? - Да он её уничтожит! - О, она точно не в себе,- согласился женский голос.

Я медленно повернулась к остальным студентам. Кажется, я только что совершила самую большую ошибку за всю свою жизнь.

Приняв горячую ванну и пообедав, я наконец-то навела порядок в своей комнате. Книги, которые понадобятся мне вечером, аккуратными стопками легли на стол в правильном порядке. Завтра меня ждали два занятия: с десяти до двенадцати- контрмагия, а с четырнадцати до шестнадцати- искусство заклинаний. Контрмагия вызывала у меня особый трепет. Пожалуй, это был единственный предмет, в котором я чувствовала себя по-настоящему неуверенно. Теорию я знала прекрасно, но вот практики в отражении чужих заклинаний мне катастрофически не хватало. Иногда отец соглашался устроить со мной небольшое магическое состязание, попутно давая ценные советы, однако такие вечера случались редко.

В последние годы он был слишком занят своей новой работой, которой, несмотря ни на что, по-настоящему дорожил. Отец трудился в шахтах нашего маленького городка. С помощью магии он укреплял балки, предотвращая обрушения и защищая жизни тех, кто спускался под землю. Многие из этих людей либо вовсе не обладали магией, либо могли похвастаться лишь её крохами. Для них отец был не просто рабочим, а человеком, от которого порой зависело, вернутся ли они домой к своим семьям. Работа отнимала у него огромное количество магических сил, но я ни разу не слышала от него жалоб. Я часто спрашивала, зачем он за неё держится. С его потенциалом он мог бы найти куда более престижное место, да и поближе к столице. Наверняка существовали десятки должностей, на которых его знания и способности ценили бы гораздо выше. Но отец всегда отвечал одинаково:

Любая работа имеет значение. Неважно, сидишь ли ты в кабинете совета или укрепляешь балки в шахте. Главное- то, что ты делаешь. Я спасаю жизни и не позволяю невинным людям погибать под завалами. И я горжусь своей работой.

Тогда я не всегда понимала его. Мне казалось несправедливым, что человек с таким магическим потенциалом вынужден тратить силы на тяжёлую физическую работу в маленьком городке. Теперь же, вспоминая его слова, я всё чаще задумывалась о том, что, возможно, именно в этом и заключалась настоящая сила отца. Он не измерял собственную ценность положением, деньгами или громким именем. Он просто делал то, что считал правильным.

Мать после нашего банкротства и вовсе с головой ушла в творчество. Не было дня, чтобы она не проводила на чердаке часы напролёт, с утра до позднего вечера работая над очередной картиной. Краски сопровождали её повсюду: яркие пятна украшали рукава платьев, испачканные пальцы и даже лицо. Казалось, она больше не могла представить свою жизнь без кистей и холстов. В отличие от отца, мама никогда не соглашалась заниматься со мной контрмагией. Она считала, что подобные занятия больше подходят мужчинам, а мне в академии следовало сосредоточиться на более женственных дисциплинах: зельеварении, зачаровании и создании артефактов. Сколько бы я ни пыталась переубедить её, она оставалась непреклонна.

Воспоминания о родителях нахлынули так неожиданно, что я почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Одна скупая слезинка всё-таки скатилась по щеке, но я тут же смахнула её тыльной стороной ладони.

Не время раскисать. Я бросила взгляд на часы и резко выпрямилась. Семнадцать тридцать. Вот же…

Я вскочила, схватила сумку и вылетела в коридор, едва не задев плечом дверной косяк. До магической дуэли оставалось всего полчаса, а мне ещё предстояло добраться до подвала центральной башни. Опоздать на поединок, на который я сама вызвала соперника, было бы верхом глупости. Особенно если учесть, что этим соперником оказался Фабиан-Арчибальт Фаркендли- человек, которого, судя по реакции окружающих, следовало бояться уже за одно произнесённое вслух имя.

Что ж, бояться я пока не собиралась. Но и заставлять его ждать не собиралась тоже. Не в этой жизни!

— Добравшись до места встречи, я остановилась перед массивными дверями и нервно сглотнула. Во рту пересохло, а сердце билось так громко, что на мгновение мне показалось, будто его стук услышат даже те, кто находился по ту сторону двери.

Я толкнула створку и замерла на пороге. Передо мной открылось огромное помещение, уходившее глубоко вниз. Вдоль стен полукругами располагались трибуны со старыми деревянными лавками, и, судя по количеству собравшихся студентов, свободных мест практически не осталось. Все они смотрели в одну сторону- туда, где в самом низу находилась просторная арена, огороженная канатами. К ней вела узкая лестница, у подножия которой начиналось пространство, предназначенное для поединков.

На меня тут же обратились десятки взглядов. Кто-то улыбался, кто-то перешёптывался с соседом, а некоторые даже не пытались скрыть веселья. Судя по всему, зрители собрались здесь не ради захватывающего магического состязания. Им хотелось посмотреть, как самоуверенная первокурсница получит урок от одного из лучших магов академии.

Что ж. Надеюсь, шоу им понравится. В самом низу меня уже ждал Фабиан. Вернее, слово «ждал» было бы слишком громким для того, что он делал. Мой противник вальяжно расположился в небольшом кресле, которое, судя по всему, притащил сюда специально для себя. Откинувшись на спинку, он с откровенно скучающим видом рассматривал собственные ногти, словно находился не на магической дуэли, а в гостиной собственного дома, где ему предстояло скоротать пару совершенно бессмысленных минут.

На нём был безупречный тёмный костюм-тройка, белоснежная рубашка и дорогие кожаные ботинки, начищенные до зеркального блеска. Белые волосы лежали идеально, ни одна прядь не выбивалась из причёски. Он выглядел так, будто только что сошёл с обложки какого-нибудь новомодного журнала для богатых и совершенно невыносимых мужчин. Я невольно задержала на нём взгляд, но тут же мысленно одёрнула себя. Разумеется, он выглядел безупречно. Некоторые люди, кажется, даже рождались с врождённой способностью раздражать окружающих одним своим существованием.

Подняв подбородок, я расправила плечи и начала спускаться по лестнице. Старалась идти грациозно, не торопиться и уж точно не показывать, насколько сильно меня нервировало всеобщее внимание. Пусть смотрят. Я не собиралась позволять незнакомым людям увидеть, что их насмешливые взгляды хоть сколько-нибудь меня задевают. Добравшись до арены, я аккуратно поставила сумку возле канатов, приподняла их и протиснулась внутрь.

Фабиан наконец соизволил обратить на меня внимание. Его тёмные глаза скользнули по моей фигуре с таким равнодушием, словно он пытался определить, сколько времени потребуется на то, чтобы отправить меня обратно к лестнице. Затем он взглянул на наручные часы.

— Семнадцать пятьдесят восемь,- протянул он.- Ты явилась вовремя.

В его голосе звучало искреннее удивление, будто до последнего момента он сомневался, что я вообще осмелюсь прийти. Я остановилась напротив него и сложила руки на груди.

— Тебе стоит подняться с этого кресла, если хочешь получить хоть какой-то шанс на победу.

Фабиан медленно поднял на меня глаза. Несколько секунд он молча смотрел на меня, а затем усмехнулся.

— Какая прелесть. Она ещё и шутить умеет.

Он неторопливо поднялся, словно решил оказать мне любезность, затем взял кресло за спинку и одним движением вынес его за пределы арены. Поставив мебель возле канатов, он вернулся на место, размял кисти рук и сцепил пальцы, негромко хрустнув суставами.

Всё это время он выглядел настолько расслабленным, что меня начинало трясти от раздражения.

— Обещаю, что не стану долго тебя мучить и задерживать,- произнёс он, приблизившись ко мне на шаг. Его голос стал тише, так что расслышать слова могла только я.- Знаешь, я поставил тысячу симленов на то, что ты продержишься не дольше двух минут. И мне совершенно не хочется терять свои деньги.

Я вскинула брови. Тысячу симленов? Для моего отца это была почти половина года тяжёлой работы в шахтах. Для Фабиана- сумма, которую он мог без малейших колебаний поставить на то, что незнакомая девушка не продержится против него и ста двадцати секунд. Я почувствовала, как внутри поднимается горячая волна возмущения.

— Ты либо слишком самоуверен, либо слишком глуп, раз готов ставить такие деньги на кон. - Победа уже лежит в моём кармане.

Он произнёс это с такой непринуждённостью, словно сообщал мне, что завтра будет дождь. Ну-ну. С трибун донёсся недовольный голос:

— Вы собираетесь болтать весь вечер или всё-таки начнёте драться?

Его тут же поддержали другие студенты. Кто-то засмеялся, кто-то принялся выкрикивать требования начинать, и вскоре гул голосов заполнил всё помещение.

Я уже собиралась отвернуться от толпы, когда среди незнакомых голосов услышала один, который узнала бы где угодно. Звонкий. Восторженный. И до невозможности громкий. Я обернулась, пытаясь отыскать его обладательницу. Рыжие локоны я заметила почти сразу. Они выделялись среди толпы, словно яркое пламя, а рядом с ними сверкали золотые украшения и безупречно подобранные детали наряда. Нелли стояла на деревянной скамье, чтобы её было лучше видно, и размахивала над головой самодельным плакатом. Я прищурилась, пытаясь разобрать надпись.

«ДАМЫ ВПЕРЁД! ДЖАСЛИН ФАБИАНУ ЗАД НАДЕРЁТ!»

Я застыла. Нет. Нет-нет-нет. Нелли не просто держала плакат. Она ещё и подпрыгивала на месте, размахивая им с таким энтузиазмом, словно именно ей предстояло выйти на арену и лично отправить Фабиана в нокаут.

— Давай, детка! Покажи ему, на что ты способна!- кричала она громче всех.- Джаслин! Джаслин! Джаслин!

Несколько студентов вокруг неё рассмеялись, но Нелли, похоже, восприняла это как дополнительное одобрение и принялась размахивать плакатом ещё активнее. Мои щёки вспыхнули. Я не знала, что было хуже: перспектива проиграть Фабиану на глазах у половины академии или тот факт, что в случае поражения мне придётся до конца учёбы смотреть на эту надпись в воспоминаниях Нелли.

Но, несмотря на смущение, внутри разлилось неожиданное тепло. Она пришла. Могла остаться в своей комнате, пойти ужинать или заняться сотней других дел, но вместо этого пришла сюда, чтобы поддержать меня. Пусть её поддержка и выглядела так, будто она готовилась к величайшему спортивному событию в истории академии. Я едва заметно улыбнулась ей. Фабиан проследил за моим взглядом и, увидев плакат, раздражённо фыркнул.

— Рыжая предательница,- пробормотал он себе под нос.

Я резко повернулась к нему.

— Вы знакомы? - К сожалению. - Тогда, возможно, тебе стоит задуматься, почему она решила поддержать именно меня.

Его взгляд медленно вернулся ко мне.

— Не обольщайся, Сверинг. Даже если весь зал будет скандировать твоё имя, это не поможет тебе выиграть. - А я и не собиралась полагаться на зрителей. - Прекрасно. Значит, когда проиграешь, хотя бы не сможешь обвинить их в недостаточной поддержке.

Я уже открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент на арену поднялась девушка. И, о боги, она была прекрасна. Высокая, стройная, длинноногая брюнетка с густыми кудрявыми волосами цвета горького шоколада, едва касавшимися плеч. Её кожа казалась почти фарфоровой, а большие небесно-голубые глаза выделялись на фоне тёмных ресниц. Выразительные губы были слегка приоткрыты в ленивой улыбке, а подбородок приподнят с такой естественной уверенностью, будто весь мир давно привык уступать ей дорогу.

Академическая форма сидела на ней безупречно. Несколько верхних пуговиц белой рубашки были расстёгнуты, открывая изящную линию шеи и соблазнительную ложбинку между грудей. На её запястьях поблёскивали тонкие золотые браслеты, а на пальцах переливались кольца. Она двигалась с непринуждённой грацией, которая казалась почти вызывающей. Даже через канаты она протиснулась так, словно это был не спортивный ринг, а парадный зал, где все взгляды принадлежали исключительно ей.

Девушка была невероятно хороша собой. И, судя по её выражению лица, прекрасно об этом знала. Она остановилась рядом с нами и мельком взглянула на меня. В её голубых глазах промелькнуло любопытство, но задерживаться на мне она не стала. Вместо этого девушка повернулась к Фабиану, который даже не попытался скрыть, что её появление его совершенно не удивило.

— Я традиционно отсчитаю до трёх, после чего поединок официально начнётся,- произнесла она. Её голос был мягким, почти ленивым, словно речь шла о какой-то скучной формальности.

Я кивнула и заставила себя снова сосредоточиться на противнике. Фабиан даже не взглянул на меня. Он продолжал наблюдать за девушкой с таким видом, будто именно она была здесь главной, а я- случайным препятствием, которое следовало устранить перед тем, как вернуться к привычным делам.

— Альба, начинай отсчёт,- приказал он.

Девушка едва заметно улыбнулась, опустила взгляд на свои ногти и неторопливо произнесла: — Один.

Я глубоко вдохнула. — Два.

Пальцы сами собой сжались в кулаки. — Три.

И в ту же секунду я поняла, что времени на сомнения больше нет. Собрав всю свою волю в кулак, я сосредоточила магию в ладонях. Она стремительной волной прокатилась по телу, от кончиков пальцев до самой груди, а затем сконцентрировалась в руках, отзываясь приятным покалыванием под кожей.

Фабиан, судя по всему, не собирался тратить ни одной из обещанных мне ста двадцати секунд впустую. Отсчёт начался, и он сразу перешёл в наступление. Ещё бы! Парень поставил тысячу симленов на моё поражение и явно не собирался так легко расставаться с деньгами.

Что ж, его спешка и совершенно неоправданная самоуверенность могли сыграть мне на руку.

Фабиан обрушил на меня серию быстрых, мощных ударов. Чёрные магические разряды срывались с его ладоней один за другим, рассекая воздух с таким свистом, что у меня невольно напрягались плечи. Каждый из них обладал достаточной силой, чтобы причинить серьёзный вред, а возможно, и отправить меня в лечебное крыло. Но я не собиралась проверять это на собственном опыте. Я уклонялась, парировала удары и изредка отражала их собственной магией, стараясь не тратить слишком много сил. Стратегия родилась в голове почти мгновенно.

Фабиан должен был продолжать атаковать. Чем больше мощных разрядов он выпустит, тем больше магической энергии потратит. А когда его силы начнут иссякать, я дождусь подходящего момента и нанесу один-единственный, максимально заряженный удар прямо в грудь. Достаточно сильный, чтобы сбить его с ног и закончить поединок. После чего я заберу свою победу, вернусь в комнату и наконец-то займусь книгами.

Превосходный план. Я даже позволила себе улыбнуться собственным мыслям, продолжая уворачиваться от очередного чёрного разряда. Правда, с каждой секундой становилось всё очевиднее, что Фабиан не собирается облегчать мне задачу. Его магия была пугающей. Чёрные вспышки срывались с пальцев, стремительно летели в мою сторону и с глухим грохотом врезались в защитные барьеры арены, когда я успевала увернуться. Они напоминали сгустки самой тьмы- плотные, тяжёлые, наполненные такой силой, что даже на расстоянии я чувствовала исходящую от них угрозу. Минуты сменяли друг друга. А вместе с ними растаяли и его шансы сохранить тысячу симленов. Похоже, Фабиан наконец осознал это. Его движения становились резче, удары- мощнее, а лицо всё сильнее искажалось от раздражения. Кажется, его выводило из себя не столько моё сопротивление, сколько то, с какой лёгкостью я раз за разом избегала поражения.

— Ты так и будешь убегать?!- проревел он, направляя в меня очередной разряд.- Или всё-таки покажешь, на что способна?!

Я резко ушла в сторону, и чёрная вспышка пронеслась мимо, ударившись о защитный барьер. Воспользовавшись короткой паузой, я поправила сползшие на нос очки и вновь взглянула на противника.

— Убегать?- переспросила я, не упуская его из виду.- А я полагала, что ты пригласил меня на танец. Мы, между прочим, уже несколько минут кружимся по арене!

С трибун донёсся чей-то смех. Фабиан прищурился. Прекрасно. Вывести его из себя. Заставить забыть об осторожности. Подтолкнуть к самому мощному удару, на который он только способен. А затем, когда он вложит в атаку слишком много сил и на мгновение потеряет контроль над ситуацией, нанести свой удар.

Оставалось лишь заставить его сыграть по моим правилам. Фабиан медленно улыбнулся. И мне совершенно не понравилось выражение его лица.

— Танец, значит?- переспросил он, растягивая слова.- Тогда позволь показать тебе несколько новых движений.

Он развёл руки в стороны, и воздух вокруг него словно изменился. Магия собиралась в его ладонях, сгущаясь в огромный чёрный сгусток. Тёмная энергия пульсировала, извивалась, словно состояла из жидкого дыма, и с каждой секундой становилась плотнее. Даже с моего места было видно, насколько мощным получался разряд.

На мгновение я усомнилась в собственном плане. Смогу ли я вообще от него увернуться? Фабиан не стал ждать ответа. С резким движением он направил всю накопленную силу прямо на меня.

В этот раз я не бросилась вправо, как делала до этого, и не попыталась отразить удар. Вместо этого резко присела, оттолкнулась ногами и скользнула по полу, уходя вниз и в сторону. Разряд пронёсся над самым моим лицом. Настолько близко, что я ощутила на коже его жар и едва не перестала дышать. Я замерла на долю секунды, провожая взглядом чёрную вспышку. Она выглядела почти живой- клубящийся сгусток тьмы, в котором переплетались дымные потоки магии. Смертоносная, опасная, прекрасная в своей разрушительной силе.

Вот, значит, какой ты, Фабиан.

Говорят, магия многое рассказывает о своём владельце. Она отражает то, что скрывается внутри, принимает форму его характера, его силы, а порой и самых тёмных сторон души.

Я не знала, насколько это правда. Но глядя на его магию, впервые подумала, что, возможно, в этих словах действительно что-то есть. Чёрный разряд миновал меня и с грохотом ударился о защиту арены.

Я мгновенно вскочила на ноги. Юбка задралась, обнажив бёдра, но сейчас меня это волновало меньше всего. Дыхание сбилось, мышцы горели от напряжения, а сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из груди. Зато Фабиан на мгновение остался беззащитным. Именно этого я и выжидала.

Я собрала всю оставшуюся магическую энергию в ладонях. Сила стремительно стекалась к пальцам, разгораясь ярким, почти солнечным светом. В отличие от тёмной магии Фабиана, моя казалась тёплой, золотистой, с огненными всполохами внутри. Она пульсировала между ладонями, обжигая кожу и требуя выхода. Я не стала медлить. Резко выбросив руки вперёд, я направила мощнейший заряд прямо в грудь своего противника. Светящийся шар сорвался с моих ладоней и преодолел разделявшее нас расстояние прежде, чем Фабиан успел восстановить защиту. Удар. Оглушительный грохот потряс арену.

Фабиана отбросило назад, и его спина с силой встретилась с полом. Он вскрикнул- то ли от боли, то ли от ярости. Впрочем, судя по выражению его лица, второе было гораздо вероятнее. Я запомню этот взгляд на всю жизнь.

Непонимание. Ошеломление. Недоверие. И неужели… страх? Нет. Не может быть.

Сам Фабиан-Арчибальт Фаркендли не мог испугаться какой-то первокурсницы. Хотя, признаюсь, выражение его лица было бесценным. В зале воцарилась тишина. Такая полная, оглушительная тишина, что я отчётливо слышала собственное тяжёлое дыхание. Казалось, сотни студентов одновременно забыли, как разговаривать. Я согнулась, уперев ладони в колени, и попыталась восстановить дыхание. Сердце бешено колотилось, по вискам стекали капли пота, а руки дрожали от перенапряжения. Чёрт возьми.

Это оказалось гораздо сложнее, чем я рассчитывала. Я подняла голову и посмотрела на часы, висевшие на стене. Восемнадцать часов семнадцать минут. Семнадцать минут. Семнадцать минут я уворачивалась, парировала и отражала его удары, пытаясь дождаться подходящего момента. Двадцать шесть минут Фабиан атаковал меня, а я старалась не позволить ему ни разу попасть точно в цель. Я никогда в жизни так не уставала. И никогда ещё не испытывала такого удовлетворения от собственного успеха. Первой тишину нарушила Альба. Она стояла возле канатов, разглядывая лежавшего на полу Фабиана так, словно перед ней произошло нечто совершенно невозможное.

— Похоже… девчонка победила,- неуверенно произнесла она.

Её голос прозвучал настолько растерянно, что я едва не рассмеялась. А затем зал взорвался. Студенты заговорили одновременно. Кто-то вскочил со своего места, кто-то принялся возмущённо спорить, а с верхних рядов внезапно донеслось моё имя.

— Джаслин! Джаслин! Джаслин!

Я ошеломлённо огляделась. Нелли стояла на своей скамье, размахивая плакатом с таким энтузиазмом, словно только что выиграла не я, а она лично одолела всех сильнейших магов академии.

— Я же говорила!- кричала она.- Я знала! Джаслин, ты лучшая!

Я невольно улыбнулась. Кажется, хотя бы один человек в этом зале не сомневался в моей победе. Тем временем к Фабиану подошёл высокий парень с аккуратно подстриженными усами. У него были такие же выразительные глаза, как у Альбы, а черты лица настолько напоминали её собственные, словно кто-то разделил одно лицо на две части и создал из них двух разных людей. Вероятно, они были родственниками. Возможно, даже близнецами. Парень протянул Фабиану руку, помогая подняться, но тот резко оттолкнул её.

— Не трогай меня.

Он поднялся самостоятельно, отряхнул пиджак и провёл ладонью по волосам, пытаясь вернуть себе привычный безупречный вид. На его одежде не было ни единой складки, но лицо… О, лицо у него было такое, что я предпочла бы оказаться на другом конце арены. Фабиан стремительно направился ко мне. Я выпрямилась, хотя каждая мышца в теле настойчиво требовала сесть на пол и больше никогда не вставать. Он остановился напротив, возвышаясь надо мной, и ткнул пальцем мне в грудь.

— Я требую реванша!- прорычал он.- Ты меня обманула! Тебе просто повезло!

Я посмотрела сначала на его палец, затем подняла глаза к его лицу. Вот это да. Он действительно не умел проигрывать. Я наклонилась, подняла сумку и закинула её на плечо. Затем посмотрела на него с таким скучающим выражением, какое только смогла изобразить после двадцати шести минут магического поединка.

— Все мужчины одинаковы. Пока побеждают, считают себя величайшими магами на свете. Но стоит женщине выиграть, как немедленно начинаются разговоры о везении, обмане и несправедливости.

Я поправила ремень сумки.

— Фабиан, ты уже большой мальчик. Пора научиться признавать, что ты просто облажался.

Его лицо побагровело. На мгновение мне показалось, что он сейчас снова атакует меня, и я невольно напряглась, готовая хотя бы попытаться защититься. Но Фабиан лишь сжал челюсти, прожигая меня взглядом. Я обошла его, направляясь к выходу с арены.

Мне не хотелось задерживаться здесь ни секундой дольше. Я устала, хотела пить, а мои книги наверняка заждались меня в комнате. У самого края ринга я остановилась и обернулась через плечо.

— И можешь даже не надеяться на реванш. У меня нет времени на то, чтобы снова доказывать тебе очевидные вещи.

Я спустилась с арены, оставив за спиной гул голосов и разъярённого Фабиана-Арчибальта Фаркендли. Тысячу симленов он, конечно, потерял. Но, судя по его лицу, намного дороже ему обошлась сама победа, которую он не смог мне помешать одержать.






Глава 5.


«В архивах Сверлингса хранятся тысячи заклинаний, способных исцелять, защищать и созидать. Но среди них есть и другие- те, что стирают память, ломают волю и превращают величайший дар в проклятие. Самое страшное заключается в том, что магия сама по себе не различает добро и зло. Это делает тот, кто держит её в руках». Из закрытого раздела академической библиотеки.

Контрмагия

Надпись на двери кабинета- «Контрмагия»- заставила меня засомневаться лишь на мгновение, прежде чем я всё-таки потянула за ручку. Вчерашний вечер я посвятила подготовке к этому предмету, перечитав учебник от корки до корки и выписав в тетрадь основные определения. В теоретической части я была уверена, но вот практическая вызывала беспокойство. Мне казалось, что одних книг недостаточно. Я хотела не просто разобраться в предмете, а действительно научиться противостоять чужой магии. И, если уж на то пошло, мне хотелось произвести хорошее впечатление на преподавателя. Не хотелось разочаровать ни его, ни саму себя.

В кабинет я пришла за двадцать минут до начала занятия и обнаружила, что оказалась первой. В помещении пахло старым деревом, пылью и чернилами. Высокие окна пропускали мягкий утренний свет, который ложился на ряды парт и многочисленные шкафы вдоль стен. На полках теснились толстые книги, некоторые из которых выглядели так, словно их не открывали последние несколько десятилетий. На доске сохранились бледные следы прежних записей, а возле преподавательского стола стояла небольшая металлическая подставка с несколькими незнакомыми артефактами.

Я выбрала место в первом ряду, достала учебник и раскрыла его на первой главе. Хотя я уже знала определения наизусть, всё равно принялась перечитывать их в очередной раз. «Контрмагия- это направление магического искусства, изучающее способы обнаружения, ослабления, нейтрализации и разрушения чужих заклинаний…»

Я беззвучно повторила определение, затем перешла к следующим абзацам. Контрмагия отличалась от обычной защиты тем, что не просто создавала преграду между магом и атакой. Она позволяла воздействовать непосредственно на чужое заклинание, нарушая его структуру или магический поток, который поддерживал его существование. По крайней мере, так утверждал учебник. На практике же всё наверняка оказывалось куда сложнее.

Я перевернула страницу и нахмурилась, встретив очередной термин, который уже успела забыть. Прекрасно. Я провела за книгами половину вечера, а теперь сомневалась даже в собственных знаниях.

— Ну же, Джаслин,- прошептала я себе под нос.- Ты справишься.

Дверь распахнулась так неожиданно, что я едва не уронила учебник.

В кабинет ввалился мужчина с непостижимо огромной стопкой книг в руках. Рыжие волосы торчали в разные стороны, словно их обладатель несколько раз провёл по ним ладонями и в конце концов решил, что дальнейшие попытки причёсываться бесполезны. На вид ему было около сорока лет, хотя определить точный возраст мешали многочисленные веснушки, разбросанные по лицу, и непривычно маленький рост. Он едва доставал мне до плеча, зато нёс столько книг, что за ними почти полностью скрылось его лицо.

Мужчина сделал два шага. На третьем носок его ботинка зацепился за слегка выступающую дощечку старого деревянного пола.

Всё произошло настолько быстро, что я не успела даже предупредить его. Рыжеволосый нелепо взмахнул локтями, попытался удержать равновесие, но тяжёлая стопка перевесила его. Раздался глухой удар, за которым последовал оглушительный грохот падающих книг.

— Проклятье!- выругался мужчина, оказавшись на полу.

Я вскочила с места.

— Вы в порядке?

Подбежав к нему, я опустилась на корточки и протянула руку. Мужчина сначала посмотрел на меня, затем на книги, разлетевшиеся по всему проходу, и наконец снова на меня.

— Да… Да, кажется, в порядке,- рассеянно ответил он, принимая мою помощь.- Хотя сейчас мне, вероятно, придётся убедить в этом собственную спину.

Он осторожно пошевелил плечами, словно проверяя, все ли части тела остались на своих местах, а затем посмотрел на меня с выражением человека, который только что пережил небольшую, но совершенно незапланированную катастрофу.

— Вы ударились головой?- уточнила я. - Нет, голову я, к счастью, берегу. В отличие от коленей.- Он поморщился, потирая ушибленную ногу.- Надо же было умудриться споткнуться именно сегодня. - Давайте я помогу вам собрать книги.

Не дожидаясь ответа, я принялась подбирать ближайшие тома. Они оказались тяжелее, чем выглядели, а некоторые были такими старыми, что я боялась случайно повредить потрескавшиеся переплёты. На обложках красовались названия, связанные с магическими потоками, защитными барьерами и разрушением заклинаний. Видимо, весь этот книжный арсенал предназначался для нашего занятия.

— Благодарю вас, юная леди,- произнёс мужчина, поднимая очередной том.- Вы спасли меня от необходимости ползать по полу до самого начала урока. - Думаю, вы бы справились и самостоятельно. - О, есомненно. Но тогда ваши однокурсники получили бы возможность познакомиться с преподавателем в весьма необычном положении.

Я невольно улыбнулась. К этому моменту в кабинет начали заходить студенты. Кто-то переступал через оставшиеся на полу книги, кто-то с любопытством поглядывал на мужчину, а несколько человек даже не пытались скрыть усмешек. Рыжеволосый, казалось, не замечал внимания. Он сосредоточенно расставлял книги на преподавательском столе, время от времени сверяясь с какими-то заметками. Я положила последние тома на край стола и вернулась на своё место.

Только теперь, когда мужчина выпрямился, я смогла рассмотреть его получше. У него было небольшое, почти карикатурное лицо с крупным носом, тонкими губами и множеством веснушек. Огромные зелёные глаза смотрели на мир с таким искренним удивлением, словно каждый новый день преподносил ему очередную загадку. Светлые брови почти терялись на фоне рыжих волос, а одна непослушная прядь упорно падала на лоб.

Он заметил, что я смотрю на него, и тут же выпрямился ещё сильнее. Плечи расправились, подбородок приподнялся. Мужчина явно пытался придать себе более внушительный вид. Получалось не слишком убедительно. Он прокашлялся в кулак и обвёл аудиторию взглядом.

— Доброе утро. Меня зовут Патрик-Влинд Жэн, и в этом году я буду преподавать вам контрмагию. Надеюсь, вы пришли сюда не только ради того, чтобы получить очередную оценку в зачётную ведомость, но и с намерением чему-нибудь научиться.

В его голосе неожиданно обнаружилась твёрдость, которой я не ожидала от такого рассеянного человека.

— На моих занятиях мы будем изучать теорию и практику противодействия чужим заклинаниям. Однако сразу предупреждаю: первые полгода мы посвятим исключительно теории. Практические занятия начнутся во втором полугодии, когда вы освоите необходимые основы.

Я медленно выдохнула. Первые полгода- только теория. Значит, мне не придётся сразу же демонстрировать свои навыки перед всей группой. У меня будет достаточно времени, чтобы разобраться в предмете, потренироваться самостоятельно и подготовиться к практической части. Идеальный план! К тому времени я смогу чувствовать себя гораздо увереннее.

— Простите, профессор,- раздался голос с заднего ряда.- Но разве контрмагия не относится к тем дисциплинам, где практика важнее теории? Какой смысл знать сотню способов разрушить заклинание, если в настоящем бою у тебя не будет времени вспомнить ни одного?

Несколько студентов одобрительно загудели. Я тоже невольно заинтересовалась ответом. Вопрос казался вполне разумным. Патрик-Влинд, однако, не выглядел ни раздражённым, ни удивлённым.

— Прекрасный вопрос, молодой человек. И именно поэтому я хочу, чтобы вы запомнили одну простую вещь: практика без понимания основ превращается в опасную лотерею. Вы можете знать, как разрушить простейший огненный шар, но что будете делать, если перед вами окажется заклинание, которое лишь внешне напоминает огненную магию? А если оно многослойное? Если в его структуру встроена ловушка, которая сработает в момент попытки нейтрализации?

В аудитории стало тише. Профессор обошёл стол и положил ладонь на один из раскрытых томов.

— Контрмагия требует не только быстрой реакции, но и понимания того, с чем вы имеете дело. Ошибка может стоить вам ожога, перелома, потери магического контроля, а в некоторых случаях- жизни. Поэтому сначала мы научимся распознавать структуру заклинаний, понимать принципы их формирования и находить уязвимые места. И только после этого перейдём к практике.

Он выдержал небольшую паузу, позволяя нам осмыслить сказанное.

— Вы ведь не пытаетесь читать книгу, не зная алфавита? Так вот, контрмагия- тот же язык. И прежде чем научиться на нём говорить, вам придётся выучить буквы.

Кто-то негромко рассмеялся. Даже студент, задавший вопрос, согласно кивнул.

— А теперь откройте первый том. Первая глава, параграф первый: «Основы и принципы контрмагии». Начнём с чтения вслух. По порядку, с первого ряда.

Я расправила плечи, приготовившись к чему-то гораздо более захватывающему, чем чтение учебника. Впрочем, уже через двадцать минут стало ясно, что моё воображение снова оказалось куда смелее действительности.

Мы читали по очереди, разбирали определения и записывали основные положения. Профессор время от времени останавливал нас, чтобы объяснить значение того или иного термина, приводил примеры из собственной практики и задавал вопросы. Когда один из студентов перепутал два близких по смыслу понятия, Патрик-Влинд не стал его высмеивать, а терпеливо объяснил разницу, пока тот не разобрался. Сам предмет казался интересным. По крайней мере, сама идея научиться разрушать чужие заклинания меня увлекала. Но сегодняшний урок был посвящён исключительно основам, и постепенно моё внимание начало рассеиваться. Я уже знала большую часть материала, а оставшиеся страницы не обещали никаких неожиданностей. В какой-то момент я поймала себя на том, что в третий раз перечитываю одну и ту же строчку. Вот и всё. Никаких магических дуэлей, никаких эффектных демонстраций, никаких попыток преподавателя проверить наши способности. Только книги, определения и конспекты.

Когда прозвенел сигнал об окончании занятия, я собрала вещи с чувством лёгкого разочарования. Кажется, я так сильно боялась опозориться на практическом занятии, что совершенно забыла: до практики ещё нужно дожить.

У страха глаза велики. Я мысленно усмехнулась, закинула сумку на плечо и направилась к выходу. Впрочем, лучше уж скучный урок, чем необходимость прямо сейчас доказывать незнакомым людям, на что я способна. Следующим по расписанию шло «Искусство заклинания». Вот это уже совсем другое дело.

Я любила заклинания. Мне нравилось чувствовать, как магия пробуждается внутри, отзывается на мысль и начинает двигаться по телу, наполняя ладони теплом. Нравилось мгновение перед произнесением заклинания, когда нужный образ уже сформировался в сознании, а магический поток только ждёт разрешения вырваться наружу. В такие моменты я ощущала, что действительно владею чем-то удивительным.

Если бы мне предложили выбрать один предмет, который я готова изучать даже без оценок и обязательных экзаменов, я бы не раздумывала ни секунды.

Искусство заклинания. В новый кабинет я вошла вместе с несколькими однокурсниками. Он оказался светлее предыдущего и просторнее. Здесь было меньше шкафов и больше свободного места между партами, а вдоль одной стены тянулась широкая доска, испещрённая тонкими линиями и магическими символами. В углах стояли небольшие металлические стойки с защитными кристаллами. Я заметила, что некоторые из них едва светились, словно их заранее подготовили к демонстрации заклинаний. Я заняла уже привычное для себя место в первом ряду возле окна. Пока студенты рассаживались, я достала тетрадь и перо. За соседней партой двое парней обсуждали предстоящие выходные, позади меня кто-то спорил о расписании, а у окна несколько девушек сравнивали новые учебники. Обычная суета перед началом занятия. А затем дверь распахнулась.

— Доброе утро, мои дорогие!

В кабинет впорхнула девушка, на первый взгляд едва ли старше нас. Она была невысокой, с изящной фигурой и настолько длинными волосами пшеничного цвета, что их кончики почти касались пола. Я невольно проводила их взглядом, пытаясь представить, сколько времени уходило на уход за такой шевелюрой. Мои собственные волосы были длинными, но до подобной роскоши им оставалось ещё очень далеко. Девушка двигалась легко, почти танцующей походкой. Её кукольное лицо украшали коричневые веснушки, крошечный вздёрнутый носик и полные губы. Ярко-синие глаза искрились весельем, а длинные ресницы делали взгляд ещё выразительнее. Она улыбалась так открыто, словно была рада видеть каждого из нас лично. В ней действительно было что-то притягательное. Не только красота- хотя её невозможно было не заметить,- но и какая-то удивительная способность мгновенно заполнять собой всё пространство. Едва переступив порог, она уже завладела вниманием аудитории.

— Для меня огромная честь приветствовать новые молодые и амбициозные умы академии!- объявила она и захлопала в ладоши.

Несколько студентов переглянулись, явно не ожидая подобного приветствия. Кто-то засмеялся, кто-то начал аплодировать, а через пару секунд хлопали уже почти все. Я тоже улыбнулась. После предыдущего занятия, прошедшего под аккомпанемент сухих определений, эта девушка казалась глотком свежего воздуха.

— Меня зовут Маргарита-Виелла Церкель, и я буду преподавать вам искусство заклинания!- продолжила она, дождалась, пока аплодисменты стихнут, и сложила ладони перед собой.- Вместе мы пройдём удивительный путь от крошечной магической искры до заклинаний, способных потрясти стены этой академии. Вы научитесь не просто высвобождать магию, но и придавать ей форму, направлять её, управлять ею. И я очень надеюсь, что в конце года каждый из вас сможет удивить меня чем-нибудь по-настоящему прекрасным!

Её воодушевление было настолько искренним, что я невольно выпрямилась. Вот это я понимала! Преподаватель, который не просто собирается отчитаться о пройденной программе, а действительно хочет увлечь нас своим предметом.

— Ну что, готовы начать? - Да!- отозвались несколько голосов. - Вот и замечательно! Тогда для начала проверим, с чем мы пришли в академию. Кто может назвать основные этапы создания заклинания?

Я подняла руку почти сразу. Ответ был мне знаком, и я не видела причин скрывать свои знания. Маргарита-Виелла заметила меня и просияла.

— Да, милая! Прошу тебя. И назови своё имя, пожалуйста. Мне хочется запомнить имя первой студентки, которая сегодня решилась ответить.

Я поднялась из-за парты.

— Джаслин-Сверинг. Создание заклинания начинается с задумки, то есть с чёткого понимания того, какого результата мы хотим добиться. Затем следует визуализация- мы представляем будущее заклинание и его действие, стараясь как можно точнее сформировать образ. После этого направляем магический поток, придаём ему нужную структуру и высвобождаем магию, превращая замысел в действующее заклинание.

Я замолчала, мысленно проверяя, ничего ли не пропустила. В учебнике этапы описывались чуть подробнее, но суть оставалась той же.

— Прекрасно!- Маргарита-Виелла снова захлопала в ладоши.- Замечательно, Джаслин! Очень чёткий ответ. Вы уже изучали эту тему самостоятельно? - Немного читала перед началом занятий,- призналась я. - И это замечательно! Но помни: теория помогает нам понять магию, а настоящая работа начинается тогда, когда мы учимся применять её на практике. Сегодня мы как раз поговорим о том, что отделяет хорошее заклинание от неудачного.

Она жестом предложила мне сесть, и я опустилась на место, чувствуя, как щёки слегка потеплели от внимания всей аудитории. Маргарита-Виелла не стала надолго задерживаться на моём ответе. Она подошла к доске и быстрым движением руки вывела на ней несколько слов. Буквы вспыхнули нежно-голубым светом, а затем медленно разошлись в стороны, освобождая место для следующих записей.

— Многие начинающие маги считают, что сила заклинания зависит исключительно от объёма магии, который они способны вложить в него,- начала она.- Но это не совсем так. Представьте, что перед вами сосуд с водой. Можно наполнить его до краёв, но если в дне есть трещина, вода всё равно вытечет. С магией происходит нечто похожее. Недостаточно иметь большой запас сил. Нужно понимать, как направить поток, как удержать структуру и как добиться нужного результата без лишних потерь.

Она щёлкнула пальцами, и над её ладонью вспыхнула маленькая искра. Сначала она была едва заметной, но постепенно превратилась в светящийся шар размером с яблоко. Его поверхность переливалась голубыми и золотистыми оттенками, а внутри двигались тонкие нити света.

— Вот простейший пример. С виду- обычная световая сфера. Но попробуйте заметить, сколько всего происходит внутри неё.

Я подалась вперёд. Магия преподавательницы не просто удерживала свет в заданной форме. Поток двигался по сложной траектории, словно невидимая рука непрерывно переплетала тончайшие нити, поддерживая равновесие между ними. Стоило бы нарушить хотя бы одну связь, и сфера, вероятно, потеряла бы устойчивость. Маргарита-Виелла закрыла ладонь. Свет исчез, оставив после себя несколько золотистых искорок.

— В этом и заключается искусство заклинания. Не в том, чтобы заставить магию подчиниться грубой силе, а в том, чтобы найти с ней общий язык.

На этот раз я даже не заметила, как начала улыбаться. Вот ради таких моментов я и хотела учиться в академии.

Оставшуюся часть занятия преподавательница посвятила вопросам. Она вызывала студентов по очереди, предлагала им объяснить различные этапы создания заклинаний и приводила примеры, когда ответы оказывались неполными. Если кто-то затруднялся, она не торопила его и не позволяла остальным смеяться. Вместо этого задавала наводящие вопросы, пока студент сам не находил правильный ответ.

При этом Маргарита-Виелла умудрялась находить для каждого что-нибудь хорошее. Одного юношу она похвалила за удивительно точную формулировку, хотя он путался в терминах. Девушке у окна сказала, что та обладает прекрасной памятью. Парня с последнего ряда назвала очаровательным спорщиком после того, как он попытался оспорить её объяснение и в итоге сам же нашёл ошибку в собственных рассуждениях.

— У вас великолепная способность замечать детали!- объявила она, когда тот наконец сел.- Главное, направлять её на пользу, а не только на поиск поводов поспорить с преподавателем.

Аудитория рассмеялась, и даже сам юноша не смог сдержать улыбку. Я наблюдала за ней с растущим восхищением. Маргарита-Виелла не делала вид, будто все студенты одинаково талантливы, и не раздавала похвалы совершенно бессмысленно. Она словно искала в каждом то, на что можно было опереться, чтобы помочь ему двигаться дальше.

Когда прозвучал сигнал об окончании занятия, я обнаружила, что время пролетело гораздо быстрее, чем мне казалось.

— На сегодня всё, мои дорогие!- объявила преподавательница, закрывая журнал.- Отдыхайте, набирайтесь сил и обязательно уделите немного времени самостоятельной практике. И не забывайте: магия любит любопытных! Она пожелала нам хорошего дня и счастливых выходных, после чего направилась к двери. Несколько студентов успели поблагодарить её за занятие, а кто-то даже попросил порекомендовать дополнительную литературу. Я тоже собрала вещи, всё ещё ощущая внутри приятное тепло.

Завтра был последний учебный день перед тремя выходными. Мысль о небольшом отдыхе после насыщенной недели казалась почти роскошью. Можно будет выспаться, разобрать конспекты, сходить в библиотеку и, наконец, заняться собственной практикой без необходимости каждую минуту поглядывать на часы. Но прежде мне предстоял ещё один учебный день. И, если все преподаватели окажутся хотя бы наполовину такими же интересными, как Маргарита-Виелла, я, пожалуй, действительно смогу полюбить академию.




Глава 6.


«В мире магии существует множество способов добиться желаемого. Сила заставляет подчиниться, власть лишает права голоса, а золото убеждает человека продать то, что он никогда не собирался продавать. Но страшнее всего тот, кто искренне верит, что всему на свете можно назначить цену». Из трактата о природе человеческих пороков.

Отобедав, я направилась в библиотеку. Завтра по расписанию стояли зачарование и зельеварение, а точнее, практика по добыванию ресурсов. В последнем предмете я чувствовала себя уверенно, но вот с зачарованиями всё обстояло несколько хуже. Я знала теорию, помнила основные принципы и могла без запинки перечислить необходимые этапы, однако мне не хотелось довольствоваться простым знанием материала. Вдруг на практике выяснится, что я упустила какую-нибудь важную деталь? Нет уж. Лучше потратить лишний час на подготовку, чем потом стоять перед преподавателем с глупым видом. К тому же в библиотеке наверняка найдётся что-нибудь интересное, чего я ещё не читала.

Коридоры академии выглядели непривычно пустынными. Обычно в это время здесь было не протолкнуться: студенты спешили из одного кабинета в другой, громко переговаривались, смеялись и жаловались на бесконечные задания. Сегодня же большинство, похоже, решило расслабиться перед предстоящими выходными. Кто-то уже разошёлся по общежитиям, кто-то отправился в город, а самые предусмотрительные, вероятно, заняли места в местных кафе. Мне же предстояло провести остаток дня за книгами. Я шла по знакомому маршруту, погрузившись в мысли о завтрашних занятиях, когда позади раздались быстрые, тяжёлые шаги.

— Сверинг!

Мужской голос прозвучал настолько резко, что я невольно остановилась. В нём было столько раздражения, будто я совершила нечто ужасное, просто посмев оказаться в одном коридоре с его обладателем. Я медленно выдохнула и обернулась. Ну Разумеется. Кто же ещё? Фабиан-Арчибальт Фаркендли. Он приближался ко мне быстрым шагом, и на его красивом лице не было ни следа приветливости. Светлые волосы, тёмные брови, выразительные глаза, безупречно сидящий пиджак- всё в нём по-прежнему выглядело так, словно сам мир старался угодить его тщеславию. Даже злость не портила его внешности. К сожалению.

Вот только я уже знала, что за этой красивой оболочкой скрывается нечто куда менее привлекательное.

Вспомнив наш поединок, я невольно стиснула зубы. Семнадцать минут я уворачивалась от его атак, стараясь не поддаваться панике и не тратить магию впустую. А когда он наконец решил покончить со всем одним мощнейшим ударом, я едва успела уклониться. Ещё немного- и последствия могли оказаться куда серьёзнее, чем несколько синяков. Я до сих пор не знала, намеревался ли он действительно причинить мне серьёзный вред или просто настолько привык к собственному превосходству, что перестал задумываться о последствиях. Но, честно говоря, разница была невелика. Его последний удар мог меня покалечить. И всё ради чего? Чтобы не проиграть первокурснице? Фабиан оказался не просто самоуверенным кретином. Он был опасным самоуверенным кретином, который не умел вовремя остановиться.

— Что тебе нужно?- спросила я, вскинув подбородок.- Мне казалось, мы не друзья. Поэтому, если ты ищешь компанию для приятной беседы, советую обратиться к кому-нибудь другому. У меня полно дел.

Он остановился прямо передо мной. Настолько близко, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза. Кажется, понятия личного пространства для этого мужчины просто не существовало.

— Конечно, мы не друзья!- рявкнул он.- Ещё чего. Мне нужен реванш.

Вот так сразу. Ни приветствия, ни попытки хотя бы притвориться воспитанным человеком. Не то чтобы я ожидала от него любезностей, но его прямолинейность всё равно вызывала желание закатить глаза. Я скрестила руки на груди и изобразила задумчивость.

— Здорово, Фабиан. Я рада, что ты наконец определился со своими желаниями.

На его лице мелькнуло что-то похожее на облегчение. Совсем крошечное, но я успела заметить. Видимо, он решил, что я согласилась, и теперь мысленно праздновал возвращение утраченной чести. Что ж, пусть порадуется хотя бы несколько секунд.

— Вот только…- Я нарочно сделала паузу.

Его брови сошлись.

— Вот только что? - Ты его не получишь.

Улыбка, которой у него, собственно, и не было, исчезла окончательно.

— Что? - Реванша не будет,- терпеливо повторила я, словно разговаривала с ребенком, которому требовалось объяснять очевидные вещи несколько раз.- А теперь, если позволишь, я пойду. В отличие от некоторых, у меня есть дела поважнее. Я развернулась и сделала несколько шагов.

— Эй!

Я не остановилась. В следующую секунду чья-то рука крепко обхватила моё предплечье и рывком развернула меня обратно. От неожиданности я пошатнулась, едва удержав равновесие. Пальцы Фабиана сжались достаточно сильно, чтобы я почувствовала боль. Всё раздражение, которое я до сих пор сдерживала, вспыхнуло с новой силой.

— Ты не поняла?- процедил он, глядя на меня сверху вниз.- Мне нужен реванш!

Я резко дёрнула рукой.

— А ты не понял? Отпусти меня!

Он не сразу разжал пальцы. На мгновение мы замерли, глядя друг на друга, и я с неприятным удивлением осознала, что он действительно привык получать желаемое. Возможно, другие студенты позволяли ему подобное. Возможно, никто не осмеливался перечить ему настолько открыто. Но я не собиралась становиться очередной покорной дурочкой, которая исполняет его желания только потому, что он громче всех кричит. Я с силой оттолкнула его руку. Фабиан наконец отпустил меня, и я тут же отступила на шаг, потирая предплечье.

— Пошёл ты!- огрызнулась я.- Никакого реванша не будет. Я не собираюсь тратить на тебя своё время.

Его лицо потемнело.

— Я заплачу тебе две тысячи симленов за реванш.

Я даже не сразу поняла, что он сказал. Фабиан сунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил увесистую стопку купюр. Перебрал их пальцами, словно хотел убедиться, что сумма достаточно внушительная, а затем продемонстрировал мне деньги. Я посмотрела сначала на купюры, потом на него. Серьёзно? Он решил, что может купить моё согласие?

— Мне не нужны твои деньги, Фабиан. - Две тысячи симленов,- повторил он медленнее, словно я была не в состоянии понять простую арифметику.- За один поединок. Сумма вполне достойная. - Какая щедрость. Может, тебе ещё и медаль вручить за столь великодушное предложение? - Не кривляйся, Сверинг. - А ты не размахивай передо мной деньгами, будто перед голодной собакой.

Его пальцы сильнее сжали купюры. Я заметила, как напряглась челюсть, а в тёмных глазах вспыхнуло раздражение. По всей видимости, он не привык к тому, что его предложения отвергают. Особенно когда к предложению прилагается сумма, способная заставить многих студентов забыть о гордости.

И всё же меня задело не само предложение. Деньги были деньгами. Две тысячи симленов могли бы значительно облегчить мою жизнь, позволить купить необходимые учебники или отложить немного на будущее. Я не жила в роскоши и не могла позволить себе разбрасываться такими суммами. Но принять их от Фабиана означало бы согласиться с тем, что он имел право распоряжаться моим временем, а возможно, и мной самой, если цена окажется достаточно высокой. Я не собиралась давать ему такое удовольствие.

— Не нужны деньги Сверинг?- презренно переспросил он, и его взгляд скользнул по моей форме, словно на ней была написана вся история моей жизни.- Тогда объясни мне, в чём дело. Ты живёшь на третьем уровне. Сомневаюсь, что у тебя достаточно денег, чтобы отказываться от такой суммы. Две тысячи за один реванш, Сверинг. Подумай хорошенько.

На мгновение я потеряла дар речи. Не потому, что он ошибся. Напротив, он попал именно туда, куда целился. Я действительно считала деньги. Действительно проверяла цены, прежде чем покупать что-то необязательное. Действительно знала, сколько могу потратить, а сколько должна оставить на следующий месяц. Но слышать всё это из его уст, произнесённое с таким презрительным превосходством, было отвратительно. Он даже не пытался скрыть, что считает меня нищей девчонкой, которую можно заставить плясать под свою дудку, если предложить достаточно денег. Я медленно подняла на него глаза.

— Тебя не должно волновать, где и как я живу. И уж точно не тебе решать, сколько стоит моё время. - Я предлагаю тебе деньги за поединок, а не прошу продать душу. - Правда? А по твоему поведению этого не скажешь. Ты сначала хватаешь меня за руку, потому что я отказываюсь выполнять твои требования, а теперь пытаешься купить моё согласие. У тебя вообще есть хоть малейшее представление о том, как разговаривать с людьми?

Он открыл рот, но я не позволила ему вставить ни слова.

— И если ты действительно хочешь реванша, начни с того, чтобы научиться проигрывать.

Я не стала ждать ответа. Развернувшись, я быстрым шагом направилась к библиотеке. Мне хотелось уйти как можно скорее, пока я не сказала ещё чего-нибудь, за что потом пришлось бы расплачиваться. Сердце колотилось, ладонь неприятно покалывало от напряжения, а на предплечье всё ещё чувствовались следы его пальцев.

Я злилась. На него- за самоуверенность, за высокомерие, за попытку унизить меня деньгами. И на себя- за то, что позволила ему настолько сильно вывести меня из равновесия. Позади раздался глухой удар. Я невольно вздрогнула, но не обернулась. За первым ударом последовал второй, ещё более резкий, и звук эхом прокатился по пустому коридору. Похоже, Фабиан всё-таки нашёл способ выпустить злость. Жаль только, что под руку ему попалась стена, а не собственная гордость. Я прибавила шаг, почти переходя на бег. Мне предстояло найти книгу по зачарованию, подготовиться к завтрашним занятиям и провести остаток дня за учёбой. А Фабиан-Арчибальт Фаркендли мог хоть весь коридор разнести. Реванша он от меня не получит.




Глава 7.


«Запретные арены собирают тех, кому недостаточно признания, славы и побед, одержанных по правилам. Здесь магия становится оружием, чужая боль- развлечением, а человеческая жизнь- ставкой, которую не каждый способен оценить по достоинству. И если однажды ты окажешься среди зрителей, помни: самый страшный на арене не тот, кто наносит удар. А тот, кто не остановится, даже тогда, когда победа уже принадлежит ему». Из донесения королевского магического надзора.

Занятия четверга пролетели на удивление быстро. Правда, начались они не совсем так, как я ожидала: первое занятие по зачарованию отменили. Как выяснилось, преподавателю срочно пришлось вернуться в родной город из-за каких-то непредвиденных обстоятельств. Причём ситуация оказалась настолько серьёзной, что отменился и мой пятничный факультатив. Оба занятия вёл один и тот же человек, так что теперь у меня неожиданно освободилось несколько часов.

Я не знала, радоваться этому или огорчаться. С одной стороны, дополнительное время для отдыха перед выходными было приятным подарком. С другой- я как раз собиралась наверстать упущенное и разобраться с зачарованиями. Что ж, придётся отложить это до следующей недели. Зато зельеварение: практики добывания ресурсов прошло спокойно и даже приятно. Доннаэлла Ривс отвела нашу группу в академическую теплицу, где выращивали редкие растения, используемые в приготовлении зелий. Стоило нам переступить порог, как лицо преподавательницы заметно преобразилось. Исчезла привычная сосредоточенность, а в голосе появились мягкие, почти ласковые нотки.

Теплица оказалась огромной. Под высоким стеклянным куполом тянулись длинные ряды грядок, разделённых узкими каменными дорожками. Одни растения росли в широких кадках с влажной чёрной землёй, другие оплетали металлические опоры, поднимаясь почти до потолка. На отдельных участках листья переливались серебром, а некоторые цветы источали слабое свечение, словно внутри каждого пряталась крошечная звезда. Воздух был тёплым и влажным, наполненным ароматами земли, трав и чего-то сладковатого, едва уловимого.

— Не подходите слишком близко к этому ряду,- предупредила Доннаэлла, заметив, как один из студентов потянулся к необычному растению с фиолетовыми листьями.- Это сумеречная лоза. Она реагирует на магическую энергию и может выбросить парализующий сок, если почувствует угрозу. Парень тут же отдёрнул руку.

— Но выглядит она совершенно безобидно, профессор. - Большинство опасных вещей выглядят безобидными, пока вы не совершите ошибку,- невозмутимо ответила Доннаэлла.- Особенно если речь идёт о растениях, которые вы собираетесь использовать в зельеварении.

Она говорила о каждом экземпляре с таким трепетом, словно перед нами были не просто ингредиенты для будущих зелий, а полноценные обитатели этого мира, заслуживающие уважения и заботы. Рассказывала, сколько света требовалось серебряной мяте, почему корни лунного вереска нельзя тревожить в полдень и как определить, что магический папоротник готов к сбору. Даже самые неприметные растения в её исполнении обретали собственный характер. Я слушала внимательно, стараясь запомнить каждую деталь. Мне нравилось, когда преподаватели не просто пересказывали учебник, а действительно любили то, чему учили. В такие моменты знания переставали быть сухими строчками на страницах и превращались в нечто живое, осязаемое. К концу занятия моя тетрадь заполнилась заметками, а голова- новыми сведениями. Я даже успела задать Доннаэлле пару вопросов о том, как правильно собирать некоторые редкие корни, чтобы не повредить их магические свойства. Преподавательница ответила с таким воодушевлением, что я едва не задержалась в теплице ещё на полчаса.

Но, покинув её, я обнаружила, что меня уже кто-то ищет.

— Джаслин!

Я едва успела повернуть голову, как на меня налетела рыжеволосая вихрем. Нелли обхватила меня руками и крепко прижала к себе, едва не заставив выронить тетрадь.

— Дорогая, ты выглядишь потрясающе!- выпалила она, отстраняясь ровно настолько, чтобы рассмотреть моё лицо.- А то, как ты разделалась с Фабианом на поединке, было просто великолепно! Я ведь ни секунды не сомневалась в твоей победе! - Правда?- Я недоверчиво приподняла бровь. - Разумеется! Дамы вперёд!

Последние слова она прокричала на весь коридор, вскинув руку так, словно собиралась возглавить революцию. Несколько проходивших мимо студентов обернулись. Один из них узнал нас, толкнул приятеля локтем, и оба принялись с любопытством рассматривать меня. Я почувствовала, как щёки предательски вспыхнули.

— Нелли! Необязательно сообщать всей академии о моих успехах! - Почему? Ты заслужила признание! - Я заслужила возможность спокойно дойти до общежития, не чувствуя на себе десятки взглядов.

Нелли звонко рассмеялась, совершенно не испытывая угрызений совести.

— Ох, Джаслин, ты неисправима. Ладно, больше не буду кричать. По крайней мере, ближайшие пять минут.

Я покачала головой, но не смогла сдержать улыбку.

— Мне было приятно видеть тебя на поединке,- призналась я.- Честно говоря, я не ожидала, что ты придёшь меня поддержать.

Нелли округлила глаза так, словно я сказала нечто совершенно возмутительное.

— Как это не ожидала? Ты спасла меня от позора, когда написала тот доклад по артефактам! Профессор поставил мне высокий балл! Правда, если бы я ещё не забыла ответы на его вопросы…

Она внезапно замерла, уставившись в пространство, а затем скорчила такое лицо, что я невольно прыснула. Нелли с поразительной точностью изобразила собственное выражение во время ответа у доски, а после переключилась на профессора, в точности воспроизведя его недовольный взгляд и поджатые губы.

— «Мисс Нерт, неужели вы полагаете, что артефакт сам по себе способен объяснить принцип своего действия?»- передразнила она его низким голосом.- А я стою и думаю: «Нет, профессор, но если вы позволите мне приложить его к голове, возможно, знания чудесным образом проникнут внутрь!»

Я не выдержала и рассмеялась.

— Ты невозможна. - Зато очаровательна. И вообще, это неважно!- Нелли внезапно хлопнула в ладоши, словно вспомнила о чём-то чрезвычайно важном.- Я искала тебя совсем по другому поводу.

По её лицу расползлась заговорщическая улыбка.

И вот тут я насторожилась.

— По какому ещё поводу? - Сегодня состоится открытие сезона запрещённых магических состязаний!

Она произнесла это так торжественно, словно объявляла о коронации нового короля. Я нахмурилась.

— Запрещённых? - Именно!- Нелли довольно кивнула.- Арена находится совсем недалеко от академии. Полчаса на машине- и мы на месте. Там будут лучшие бойцы, зрители со всего города, ставки, азарт… О, Джаслин, это будет потрясающе! Ты обязана поехать со мной!

Я невольно вспомнила собственный поединок с Фабианом. Семнадцать минут, наполненных вспышками магии, напряжением и страхом допустить ошибку. Я до сих пор помнила, как его последний удар пронёсся совсем рядом, и от одной мысли о том, что на подобных состязаниях люди сражаются не ради учебной оценки, у меня неприятно сжался желудок.

— Нелли, я не уверена, что это хорошая идея. Я вообще не любительница подобных зрелищ. Думаю, мне лучше остаться в академии.

Я постаралась произнести это мягко, чтобы не обидеть её. Нелли выглядела настолько воодушевлённой, что отказывать ей было почти неловко. Но одно дело- случайно оказаться зрителем учебного поединка, и совсем другое- добровольно отправиться смотреть на запрещённые бои, где, судя по названию, правила могли быть весьма условными.

— Да брось!- Она махнула рукой.- Запрещёнными они называются только потому, что официальная магическая комиссия не признаёт эти состязания. На самом деле о них знают все, включая некоторых весьма уважаемых людей. - Это должно меня успокоить? - Безусловно! - Нелли… - Послушай, ты ведь сама участвовала в поединке! Да, это было в академии и поединок проходил по правилам, но ты уже знаешь, каково это- наблюдать за магической схваткой. А здесь всё гораздо масштабнее. К тому же мы не собираемся выходить на арену. Просто посмотрим, повеселимся и вернёмся обратно.

Она сцепила руки перед грудью и посмотрела на меня с такой мольбой, что я сразу поняла: просто так она не отстанет.

— Пожалуйста-а-а…

Нелли вытянула губы, округлила глаза и даже слегка наклонила голову, изображая самое умоляющее выражение лица из всех, какие я когда-либо видела. Если бы она решила использовать эту способность на экзаменах, уверена, преподаватели начали бы ставить ей высшие оценки из чистого сострадания.

Я вздохнула. Вообще-то, у меня были планы. Я собиралась закончить конспекты, повторить материалы к завтрашним занятиям и лечь спать пораньше. Но, если быть честной, мне самой было любопытно посмотреть, что скрывается за словами «запрещённые магические состязания». И после нескольких дней, проведённых между лекциями, учебниками и библиотекой, небольшое приключение, возможно, не повредило бы.

— Ладно,- сдалась я.- Но только ненадолго. И если мне не понравится, мы сразу уедем.

Нелли просияла так, словно я только что подарила ей целое королевство.

— Договорились!

Она снова сгребла меня в объятия и звонко поцеловала в щёку.

— Ты не пожалеешь, обещаю! Приходи ко мне сегодня к половине шестого. Я живу на первом уровне, комната сорок три. И, пожалуйста, не опаздывай. У нас будет слишком мало времени, чтобы подготовиться! - Подготовиться к чему?- успела спросить я, но Нелли уже отступала, пятясь по коридору. - Увидишь!

Она подмигнула и умчалась, оставив меня с очень неприятным предчувствием. Когда Нелли говорила «увидишь», это вряд-ли означало что-нибудь простое.

Закончив дела в библиотеке, я вернулась в общежитие, занесла учебники в комнату и взглянула на часы. До назначенного времени оставалось достаточно, чтобы немного отдохнуть, но я решила не растягивать сборы. Чем быстрее разберусь с затеей Нелли, тем скорее смогу понять, во что именно ввязалась.

На первый уровень я спустилась без четверти шесть.

Разница между уровнями общежития ощущалась буквально во всём. Если на третьем этаже коридоры были узкими, а двери- простыми и одинаковыми, то здесь пространство казалось просторнее и светлее. Под ногами лежали мягкие ковровые дорожки, стены украшали картины в золочёных рамах, а из-за некоторых дверей доносились мелодичная музыка и приглушённый смех. Даже воздух пах иначе- не просто чистотой, а дорогими ароматическими маслами и свежими цветами.

Я быстро нашла комнату сорок три. Дверь была новой, из тёмного дерева, с изящными резными узорами вдоль краёв. Я невольно провела пальцами по одному из них, рассматривая тонкую работу мастера. Такие двери, вероятно, стоили больше, чем всё содержимое моей комнаты на третьем уровне.

Я уже собиралась постучать, когда дверь распахнулась.

— Джаслин! Заходи, дорогая!

Нелли словно почувствовала моё приближение. Она схватила меня за руку и потянула внутрь, не оставляя времени даже на приветствие.

Я переступила порог и на мгновение замерла. Это была не просто комната. Передо мной оказались настоящие апартаменты. Просторная гостиная с высокими потолками, мягкими диванами и дорогой мебелью занимала большую часть помещения. Огромные окна почти от пола до потолка пропускали последние лучи дневного света, а на низком столике стояла ваза с живыми цветами. Несколько дверей вели, судя по всему, в спальню, ванную и небольшую кухню. Всё выглядело безупречно: ни разбросанных вещей, ни стопок книг, ни даже случайной пылинки на полках.

Я невольно огляделась. Вот как жили студенты первого уровня. Неудивительно, что некоторые из них смотрели на нас, обитателей третьего, так, словно мы приехали в академию из совершенно другого мира.

— Ну что, готова?- спросила Нелли и окинула меня оценивающим взглядом.

Я посмотрела на неё в ответ. И только теперь заметила, что сама выгляжу совершенно неуместно.

На мне по-прежнему была академическая форма. Зелёная клетчатая юбка, белая блузка, пиджак и удобные ботинки- одежда, в которой я провела большую часть дня. На фоне Нелли я чувствовала себя школьницей, случайно забредшей на светский приём. Моя подруга, напротив, выглядела так, словно собиралась покорять публику, а заодно и несколько мужских сердец.

На ней было короткое шёлковое платье насыщенного красного цвета с открытыми плечами и туго затянутым корсетом. Нижний слой ткани слегка приподнимался при каждом движении, открывая белоснежные шёлковые шортики, которые защищали её от неловких ситуаций. Ноги подчёркивали белые полупрозрачные чулки, а на ступнях красовались высокие туфли глубокого бордового оттенка. Образ дополняли многочисленные украшения, тонкие белые перчатки и массивная красная шляпка, сидевшая на её голове с такой уверенностью, словно именно ради неё и был создан весь наряд.

Нелли выглядела ярко, смело и совершенно неотразимо. Причём, судя по её довольному выражению лица, она прекрасно это знала.

— Я так и предполагала, что ты решишь пойти в форме,- наконец произнесла она.- И должна признать, это мой недосмотр. Я совершенно забыла предупредить тебя о дресс-коде. Я моргнула.

— О каком ещё дресс-коде? - На состязаниях принято выглядеть прилично. Там собираются не только любители боёв, но и весьма состоятельные господа, влиятельные семьи и прочие интересные личности. Не говоря уже о том, что я не позволю тебе отправиться туда в академической форме! - Нелли, мы едем смотреть на драки, а не на королевский бал. - И что? Разве это мешает нам выглядеть великолепно?

Я открыла рот, собираясь возразить, но она уже схватила меня за руку и повела к дивану. На нём лежал аккуратно разложенный наряд. Я остановилась.

— Нет. Даже не думай. - Я ещё ничего не сказала! - Тебе и не нужно. Я уже вижу, к чему всё идёт.

Нелли улыбнулась с невинностью человека, который заранее продумал все аргументы и теперь собирается использовать их без малейшего сожаления.

— Я подобрала тебе платье. Оно должно подойти по размеру, а если что-то окажется не так, мы быстро исправим. Обещаю, ты будешь выглядеть потрясающе.

Я посмотрела на наряд, затем на неё. Платье действительно было красивым. И, судя по качеству ткани, стоило немалых денег.

— Нелли, я не могу надеть чужие вещи. К тому же это наверняка очень дорого. - Во-первых, это мои вещи, и я сама решаю, кому их одалживать. Во-вторых, платье уже несколько месяцев висит в шкафу без дела. А в-третьих,- она упёрла руки в бока,- ты собираешься провести вечер в компании своей подруги, которая очень хочет, чтобы ты чувствовала себя красивой. Неужели ты откажешь мне в таком пустяке?

Я прикусила нижнюю губу. С одной стороны, мне было неловко принимать от неё вещи, особенно настолько дорогие. Я и так прекрасно понимала, насколько разными были наши возможности. С другой- в её словах не чувствовалось ни жалости, ни желания подчеркнуть разницу между нами. Нелли просто хотела, чтобы я выглядела нарядно и не чувствовала себя чужой среди остальных.

И, наверное, именно поэтому отказать ей оказалось сложнее всего.

— Я верну платье в идеальном состоянии,- пробормотала я. - Вот и чудесно! - И если я что-нибудь порву… - Джаслин, ради всего святого, перестань искать причины отказаться! Иди переодевайся.

Она буквально подтолкнула меня к двери, за которой, как выяснилось, находилась просторная спальня с большим зеркалом и шкафом, способным вместить гардероб целой небольшой семьи. Через несколько минут я вышла обратно. Нелли обернулась и замерла.

— О-о-оу…- протянула она.

Я невольно напряглась.

— Что? Оно плохо сидит? - Молчи. Просто стой и дай мне насладиться результатом.

Я посмотрела на себя в зеркало, которое Нелли торжественно развернула передо мной. На мне было платье насыщенного сливового оттенка, длиной чуть выше колен. Оно оказалось без рукавов, с аккуратным вырезом и корсетом, который плотно облегал талию. Я никогда раньше не носила ничего подобного, поэтому поначалу чувствовала себя скованно. Но стоило мне выпрямиться, как ткань легла по фигуре, подчёркивая изгибы, о существовании которых я в повседневной одежде почти забывала. Корсет делал талию визуально уже, а грудь казалась заметно пышнее. Я повернулась боком, затем снова посмотрела на отражение. Неужели это действительно я?

— Нелли, я не уверена, что смогу нормально дышать. - Сможешь. Я не затягивала корсет настолько, чтобы ты потеряла сознание до начала вечера. Это было бы крайне неудобно. - Очень смешно. - Я знаю.

Она поправила складку на юбке и отошла, оценивая результат с видом художника, закончившего работу над шедевром.

— А теперь обувь.

Когда я увидела туфли, моё воодушевление заметно поубавилось. Высокие каблуки выглядели так, словно были созданы исключительно для того, чтобы ломать лодыжки неосторожным девушкам.

— Нет. Ни за что. Я не умею ходить на таких. - Они зачарованные, дорогая. В них ходить примерно так же удобно, как в твоих лоферах. - Ты серьёзно? - Абсолютно.

Я недоверчиво посмотрела на неё, но всё-таки надела туфли. К моему удивлению, подошвы мягко отозвались на прикосновение, а магическое зачарование словно подстроилось под мою походку. Я осторожно сделала несколько шагов, ожидая, что сейчас непременно споткнусь, но обувь удерживала равновесие так естественно, будто я и правда была в привычных ботинках.

— Ладно, это впечатляет,- признала я. - Разумеется. У меня безупречный вкус.

Пока я осваивалась в новом наряде, Нелли усадила меня перед зеркалом и принялась за волосы. Мои длинные прямые каштановые пряди она разделила на несколько частей, ловко накрутила и обработала каким-то ароматным средством из стеклянного флакона. Оно пахло цветами и свежими фруктами, а волосы после него приобрели заметный блеск. Я с подозрением посмотрела на бутылочку.

— Что это? - Спрей для блеска и фиксации. Не переживай, он не превратит твои волосы в металлические проволоки. По крайней мере, у меня такого ещё не случалось. - Обнадёживает.

Нелли рассмеялась и продолжила укладку. Вскоре мои прямые волосы превратились в мягкие локоны, обрамляющие лицо и спускающиеся по спине. Затем она подобрала мне жемчужные серьги, тонкое ожерелье и браслет. Украшения не выглядели чрезмерно броскими, но прекрасно сочетались с платьем и подчёркивали его глубокий оттенок. Когда Нелли наконец отступила, я снова посмотрела в зеркало. И на этот раз улыбнулась. Я действительно выглядела великолепно.

Не как студентка, которая пытается казаться богаче, чем есть на самом деле, а как девушка, которая просто надела красивое платье и позволила себе немного нарядиться. Впервые за долгое время я смотрела на собственное отражение не с привычным желанием поправить что-нибудь или найти недостаток, а с искренним удовольствием.

— Спасибо,- тихо сказала я.

Нелли встретилась со мной взглядом в зеркале. На мгновение её обычная игривость сменилась мягкой улыбкой.

— Не за что, дорогая. Тебе очень идёт.

А затем она снова хлопнула в ладоши.

— Всё! Мы опаздываем!

Я посмотрела на часы и ахнула.

К семи вечера мы наконец спустились на парковку академии. Нелли уверенно шла впереди, постукивая каблуками по каменному покрытию, а я старалась не отставать, придерживая подол платья.

— Надеюсь, арена не слишком далеко?- спросила я.- Иначе нам придётся возвращаться глубокой ночью. - Полчаса на машине, если не попадём в пробку. Но не переживай, я прекрасно знаю дорогу.

Она остановилась возле ярко-бордового кабриолета новой модели «Ринен 245Ф».

Я застыла. Машина выглядела так, словно сошла со страниц дорогого журнала. Гладкий корпус отливал глубоким винным оттенком, хромированные детали поблёскивали в свете фонарей, а низкий спортивный силуэт обещал такую скорость, что у меня невольно перехватило дыхание. Я медленно подошла и провела ладонью по капоту.

— Ты шутишь?

Нелли довольно улыбнулась, явно наслаждаясь моей реакцией.

— Родители подарили мне её, когда я перешла на четвёртый курс. Правда, красота? - Это же мечта!

Я видела подобные автомобили только в журналах и на рекламных плакатах. Такие машины обсуждали девушки в общежитии, восхищённо перечисляя их достоинства и мечтая однажды сесть за руль. Но одно дело- рассматривать фотографии, и совсем другое- стоять рядом с настоящим кабриолетом, до которого можно дотронуться.

— Красная, красивая, спортивная и невероятно резвая,- торжественно перечислила Нелли, загибая свои пальцы.- И это только пять процентов её достоинств. - Ты хотя бы умеешь на ней управлять?

Она прищурилась.

— Джаслин, я вожу машину уже два года. - Это не ответ на мой вопрос. - Садись, дорогая. И пристегнись.

Я предпочла не уточнять, почему она сказала это с такой подозрительно довольной улыбкой.

Нелли села за руль, включила двигатель, и кабриолет отозвался низким, уверенным рычанием. Я устроилась на пассажирском сиденье, пристегнула ремень и ещё раз оглядела салон. Всё здесь выглядело дорого: гладкая кожа, блестящие панели, сенсорная приборная доска и небольшие магические индикаторы, мерцающие мягким светом.

— Готова?- спросила Нелли. - Кажется… - Тогда поехали!

Машина плавно выехала с парковки, и вскоре здания академии остались позади. Вечерний город постепенно зажигал огни. По широким улицам двигались автомобили, над тротуарами светились вывески магазинов, а прохожие спешили по своим делам, наслаждаясь последними часами перед выходными.

Нелли, разумеется, не могла позволить дороге оставаться скучной. Она включила музыку, и салон тут же наполнился бойкой, озорной мелодией. Барабаны задавали ритм, басы отдавались в груди, а певец с таким надрывом рассказывал о несчастной любви, что я невольно повернула голову к приборной панели. Несколько секунд я прислушивалась, пытаясь понять, не ослышалась ли. Затем медленно потянулась к регулятору громкости и убавила звук.

— Нелли, только не говори мне, что ты слушаешь шансон.

Она бросила на меня быстрый взгляд, после чего возмущённо фыркнула.

— Дорогуша, это классика! - Классика чего? Душевных страданий? - Не вижу ничего плохого в хорошей музыке! - Это шансон, Нелли. Самый настоящий шансон!

Она возмущённо покачала головой, не отрывая взгляда от дороги.

— Ты просто ничего не понимаешь в искусстве. - А ты, похоже, слишком много времени проводишь в компании сомнительных личностей.- Подмечала я.

Нелли расхохоталась и снова прибавила громкость.

— Вот увидишь, через пару недель будешь подпевать вместе со мной!- Заверяла меня рыжеволосая. - Скорее я выпрыгну из машины. - Только не на ходу, дорогая. Платье испортишь.

Я закатила глаза, но не удержалась от смеха. Мелодия снова заполнила салон, смешиваясь с шумом двигателя и вечерним ветром. Нелли постукивала пальцами по рулю, временами подпевая особенно драматичным строчкам, а я смотрела на мелькающие за окном огни и постепенно расслаблялась. Возможно, вечер действительно окажется не таким уж плохим. В конце концов, я ехала не одна, а рядом со мной сидела девушка, которая умела превращать даже обычную поездку в маленькое приключение.

Правда, меня всё ещё беспокоило одно обстоятельство. Мы направлялись на запрещённые магические состязания, о которых я почти ничего не знала, а моя спутница вела машину так, словно собиралась не просто посмотреть на бойцов, а лично выйти на арену и победить их всех. Что-то подсказывало мне, что спокойный вечер в библиотеке был бы куда более предсказуемым вариантом. Но было уже поздно. И, судя по довольной улыбке Нелли, самое интересное только начиналось.

Машина наконец остановилась на почти полностью заполненной парковке перед огромным зданием, которое больше напоминало заброшенный монастырь, чем место проведения магических состязаний. Высокие каменные стены потемнели от времени, узкие окна напоминали пустые глазницы, а остроконечные башни терялись в сгущающихся вечерних сумерках. Над центральным входом возвышалась массивная арка, украшенная выщербленными каменными символами. Если бы не десятки дорогих автомобилей и толпы людей, направлявшихся к зданию, я бы решила, что оно давно заброшено.

Мы едва нашли свободное место. Нелли несколько раз объехала парковку, недовольно цокая языком при виде очередного автомобиля, занявшего последние свободные метры, пока наконец не обнаружила узкий промежуток между чёрным внедорожником и серебристым спортивным купе.

— Вот! Я же говорила, что место найдётся! - Ты сказала, что прекрасно знаешь дорогу, а не что умеешь находить парковочные места в условиях войны,- заметила я, отстёгивая ремень безопасности. - Одно другому не мешает, дорогая.

Нелли выключила двигатель, порылась в сумочке и достала небольшую металлическую фляжку. Отвинтив крышку, она протянула её мне. Я подозрительно посмотрела на содержимое.

— Это алкоголь? - Виски с соком,- беззаботно ответила она.- Не смотри на меня так, будто я предлагаю тебе выпить яд.

Я покачала головой, возвращая фляжку.

— Я раньше никогда не пила алкоголь…

Нелли замерла. На её лице появилось такое неподдельное изумление, словно я только что призналась, что никогда в жизни не видела магии.

— Вообще никогда? - Вообще. - Даже на праздниках? На семейных торжествах? На чьём-нибудь дне рождения? - Нелли, я поняла вопрос с первого раза.

Она прищурилась, изучая меня, а затем внезапно просияла.

— Ну, значит, сегодня твой счастливый день! С чего-то же нужно начинать! - Я не уверена, что это хорошая идея. - Джаслин, мы собираемся провести вечер на магических состязаниях, а не отправляемся сдавать экзамен перед советом магов. Немного расслабиться никому не повредит. - А если мне станет плохо? - У меня есть трезвительные таблетки.

Нелли с торжествующим видом достала из сумочки маленькую баночку, наполненную розоватыми таблетками, и покрутила ею перед моим носом.

— Смотри. Если мне понадобится ясная голова, я кладу одну под язык, держу две минуты, и вуаля! Снова трезвая. Магия- удивительная вещь, не правда ли?

Я с сомнением посмотрела на баночку.

— И ты уверена, что они работают? - Разумеется! Я же не первый год посещаю подобные мероприятия.

В её голосе звучала такая убеждённость, что я почти поверила. Почти. Нелли вложила фляжку мне в руку, а две таблетки спрятала в потайной кармашек моего платья, не оставив мне возможности даже возразить.

— На всякий случай. И не выпивай всё сразу.

Я поднесла фляжку к губам и сделала осторожный глоток. По крайней мере, я собиралась сделать осторожный глоток. Жидкость оказалась сладкой, с выраженным фруктовым привкусом, который почти полностью скрывал жгучую горечь алкоголя. Я не ожидала этого и по инерции сделала ещё один глоток, куда более крупный. Тепло мгновенно обожгло горло. Я закашлялась, едва не подавившись, и отняла фляжку от губ.

Нелли расхохоталась так громко, что мужчина в соседней машине повернул голову в нашу сторону.

— Осторожнее!- сквозь смех выговорила она.- Оно зачарованное. Поэтому действует гораздо сильнее обычного виски.

Я посмотрела на неё с искренним возмущением.

— И ты решила сообщить об этом после того, как я выпила? - Я думала, ты догадаешься по вкусу! - По вкусу оно напоминает сок! - Вот именно. Очень коварный напиток.

Она снова рассмеялась, отобрала фляжку и сама сделала несколько глотков. Я неодобрительно покачала головой, хотя губы предательски дрогнули в улыбке. Нелли умела превращать даже самые сомнительные решения в нечто совершенно естественное. И, судя по всему, сегодня мне предстояло привыкать к её методам.

Мы выбрались из машины. Я поправила подол сливового платья и уже собиралась направиться к входу, когда Нелли вдруг остановила меня.

— Погоди. Очки. - Что с ними? - Сними на минутку.

Я послушно сняла очки и протянула ей. Нелли спрятала их в бардачок, затем приблизилась и провела ладонью перед моими глазами, тихо произнося несколько незнакомых слов. Между её пальцами мелькнула едва заметная серебристая искра.

Я моргнула. Мир вокруг словно обрёл дополнительную чёткость. Контуры машин стали яснее, мелкие царапины на ближайшем капоте- отчётливее, а вывеска над входом, которую раньше я могла бы прочитать только прищурившись, теперь казалась расположенной прямо перед моим лицом. Я удивлённо огляделась.

— Нелли! Я вижу! - Я заметила, дорогая. Обычно люди не сообщают об этом с таким восторгом, если только до этого не ходили с закрытыми глазами. - Очень смешно. Я серьёзно! Я вижу даже лучше, чем в очках. - Так и должно быть. Я наложила на твои глаза небольшое заклинание. Оно временно корректирует зрение. Эффекта хватит примерно на три часа, может, немного дольше. Но вряд ли мы задержимся здесь настолько надолго.

Я несколько раз моргнула, проверяя, не исчезнет ли чёткость. Не исчезла. В груди разлилось неожиданное тепло. Я прекрасно знала, что магия способна на удивительные вещи, но одно дело- читать о них в книгах, и совсем другое- почувствовать на себе.

— Это невероятно!- Я обернулась к Нелли и широко улыбнулась.- Спасибо! - Не за что. А теперь пойдём, пока ты не решила провести весь вечер, разглядывая парковку.

Она взяла меня под руку, и мы направились к массивному входу. Чем ближе мы подходили, тем отчётливее становились звуки, доносившиеся изнутри. Гул голосов, смех, свист, глухие удары и отдалённые выкрики сливались в единый грохот, который постепенно перекрывал даже шум машин. У входа толпились люди. Большинство были одеты так, словно собирались на дорогой вечерний приём: мужчины в безупречных костюмах, женщины в роскошных платьях, украшенных драгоценностями. Однако среди них встречались и те, чей внешний вид совершенно не соответствовал светской обстановке: широкоплечие мужчины в кожаных куртках, люди с татуировками на шее и руках, молодые парни с разбитыми костяшками пальцев.

Я невольно замедлила шаг.

— Нелли, ты уверена, что мы пришли по адресу? - Разумеется!- Она даже не обернулась.- А что тебя смущает?

Я окинула взглядом ближайшую группу мужчин, один из которых с громким смехом демонстрировал приятелю огромный синяк под глазом.

— Атмосфера. - Привыкай. Это только начало!

Внутри здание оказалось куда больше, чем представлялось снаружи. За массивными дверями открывался просторный зал, освещённый десятками магических светильников. Каменные стены были покрыты защитными рунами, а под высоким сводчатым потолком тянулись металлические балки. В центре находилась арена, окружённая несколькими ярусами трибун. По её периметру мерцал полупрозрачный защитный барьер, от которого исходило слабое голубоватое свечение.

Трибуны были почти полностью заполнены. Люди переговаривались, смеялись, выкрикивали имена бойцов и спорили о предстоящих поединках. Отовсюду доносился гул голосов, время от времени перекрываемый громкими возгласами. В воздухе пахло алкоголем, дорогими духами, разогретым камнем и магией.

Нелли уверенно провела меня к лестнице, ведущей на верхний ярус.

— Нам сюда. Я заранее позаботилась о местах. - Ты заранее купила билеты? - Конечно. Неужели ты думала, что я собираюсь приехать сюда и надеяться на удачу? - После того, как ты едва нашла парковку, я уже ничему не удивлюсь. - Джаслин, ты ранишь меня в самое сердце.

Она театрально прижала ладонь к груди, но тут же рассмеялась и потянула меня дальше.

Наши места оказались почти на самом верху. Оттуда открывался прекрасный вид на арену, хотя лица людей внизу без дополнительной магии было бы трудно рассмотреть. Нелли достала из сумочки два небольших магических бинокля и протянула один мне.

— Держи. Без него ты половину интересного пропустишь.

Я взяла бинокль и посмотрела через линзы на арену. Изображение мгновенно приблизилось, и я смогла разглядеть даже тонкие линии рун на защитном барьере.

— Удобная штука. - Ещё бы. А теперь смотри внимательно. Сейчас выйдут наши мальчики.

Я опустила бинокль и повернулась к ней.

— Наши? - Белая команда, разумеется. Мы за них болеем. - А кто решил, что я вообще за кого-то болею? - Ты приехала со мной. Следовательно, сегодня ты болеешь за тех, за кого болею я.

Я открыла рот, но Нелли уже продолжила, словно вопрос был решён окончательно.

— Всего две команды, в каждой по три бойца. Белые- наши, из академии Сверлингс. А чёрные- из академии «Фрон». Она находится на севере столицы и принимает исключительно юношей. Там готовят сильных боевых магов, так что наши ребята не могут позволить себе расслабиться. - А почему они называются белыми и чёрными? - Цвет командной формы. Хотя на таких состязаниях форма- понятие довольно условное. Скорее, просто отличительный знак.

Нелли повернулась ко мне и заговорщически улыбнулась.

— И ещё. Как бы безупречно красив ни был командир чёрных, мы всё равно болеем за белых.

Я приподняла бровь.

— То есть ты заранее предупреждаешь меня, что у тебя есть любимчик в чужой команде? - Я предупреждаю тебя, что у меня есть глаза.

Она произнесла это с такой невозмутимостью, что я невольно рассмеялась.

— Ладно. Посмотрим, насколько он красив.

Нелли довольно потёрла ладони.

— Вот это правильный настрой!

Внезапно свет над ареной потускнел. Несколько магических светильников погасли, оставив в центре зала лишь круг яркого белого сияния. Гул зрителей постепенно стих, а затем сменился оглушительным рёвом.

— А вот и они!- завизжала Нелли, вскакивая с места.

Я едва успела поднести бинокль к глазам. Из бокового прохода на арену вышли трое мужчин. И, кажется, я впервые в жизни забыла, как дышать.

Все трое были высокими, широкоплечими и мускулистыми. Их тёмные волосы поблёскивали в свете магических светильников, а на обнажённых торсах темнели многочисленные татуировки- сложные узоры, переплетённые символы и линии, которые, судя по слабому свечению некоторых из них, были не просто украшением. На них были только чёрные брюки, заправленные в высокие боевые ботинки. Никаких рубашек, жилетов или пиджаков. Кажется, в академии «Фрон» совершенно не считали необходимым скрывать результаты физических тренировок своих студентов.

Зрители встретили команду оглушительными криками. Кто-то свистел, кто-то выкрикивал имена бойцов, а несколько девушек на соседнем ряду буквально подпрыгивали на местах.

Я не могла их осуждать. Особенно когда мой взгляд остановился на командире чёрных. Боги всемогущие. Я никогда не видела настолько красивого мужчину. Его тёмно-коричневые волосы были слегка растрёпаны, словно он провёл ладонью по голове незадолго до выхода. Голубые глаза казались почти прозрачными на фоне смугловатой кожи, а лёгкая щетина подчёркивала резкую линию челюсти. Высокие скулы, прямой нос, широкие плечи и узкая талия создавали впечатление, будто его внешность тщательно продумали, прежде чем воплотить в жизнь. Но больше всего поражал рост. Он заметно возвышался даже над собственными товарищами, и рядом с ним оба бойца казались чуть ниже и менее массивными.

Мужчина двигался спокойно, без лишней бравады. Он не размахивал руками, не пытался привлечь к себе внимание и не кричал вместе с толпой. Просто шёл вперёд, слегка улыбаясь, словно прекрасно знал, какой эффект производит на окружающих, и не видел необходимости что-либо доказывать.

Команда остановилась в центре арены и приветственно подняла руки. Трибуны ответили новой волной аплодисментов. Я медленно опустила бинокль.

— Нелли… - Я знаю,- мечтательно протянула она. - Нет, ты не понимаешь. Он… - Великолепен. Прекрасен. Неприлично красив. Продолжай, я слушаю. Я покосилась на неё.

— Ты уже видела его раньше? - Несколько раз. Но каждый раз он выглядит так, будто боги кго лично спустились с небес, чтобы проверить, достаточно ли у нас самообладания.

Я фыркнула, снова поднесла бинокль к глазам и невольно задержала взгляд на командире.

Именно в этот момент он повернул голову в сторону трибун.

На долю секунды мне показалось, что его взгляд скользнул прямо по нашему ряду, но я тут же отогнала эту мысль. С такой высоты он вряд ли мог разглядеть отдельного человека.

Да и с чего бы ему обращать внимание на меня? Я была всего лишь зрительницей, впервые оказавшейся на подобных состязаниях. Следом раздался новый гул, на этот раз более резкий и пронзительный. В боковом проходе появились бойцы белой команды.

— Вот они!- Нелли снова вскочила на ноги.- Давай, мальчики! Покажите им! Я направила бинокль на арену и едва не выронила его.

Нет. Нет, нет, нет. Только не он. В центре белой команды шёл Фабиан-Арчибальт Фаркендли. Мой личный кошмар в безупречно красивой оболочке. Он двигался уверенно, с привычной самодовольной улыбкой, словно уже знал исход предстоящего поединка. На нём тоже были только боевые брюки, а обнажённый торс пересекали тонкие линии татуировок, которые я раньше видела лишь мельком. Рядом с ним шли ещё двое мужчин. Одного я узнала сразу: это был тот самый высокий юноша с усами, который после моего поединка предлагал Фабиану руку помощи. Его звали Гредди-Лютер Совацки. А вот третьего я знала только в лицо, но не могла вспомнить, где именно видела его раньше. Нелли завизжала так громко, что мне пришлось отодвинуться от неё.

— Гредди! Фабиан! Браин! Давайте! Белые, белые, белые!

Она хлопала в ладоши, подпрыгивала и размахивала руками, совершенно забыв о том, что вокруг сидели люди. Я же осталась на месте. Не хлопала. Не кричала. Даже не пыталась изобразить радость.

Потому что из всех возможных людей, которых я могла встретить этим вечером, последним, кого я хотела видеть, был Фабиан.

Казалось, сама судьба решила надо мной поиздеваться.

Я приехала сюда ради развлечения, надеясь хотя бы на один вечер забыть об академии, занятиях и высокомерном пятом курсе, который считал, что весь мир обязан подстраиваться под его желания.

И вот он снова здесь. В нескольких десятках метров от меня. Полуобнажённый, самодовольный и, судя по выражению лица, совершенно довольный собой.

— Ты не поверишь, кто здесь,- пробормотала я. Нелли наконец перестала кричать и повернулась ко мне.

— Кто?

Я медленно опустила бинокль.

— Твой любимый Фабиан. Она проследила за моим взглядом, а затем её глаза округлились.

— О боги! Ты права! Как же я сразу не заметила? - Возможно, потому что ты только что чуть не сорвала голос, выкрикивая имя Гредди? - Не придирайся к мелочам, дорогая. Главное, что наши мальчики в сборе!

Наши мальчики. Я едва удержалась от тяжёлого вздоха. Кажется, мне следовало остаться в библиотеке.

Третий гул разорвал зал, возвещая о начале поединка. Оба капитана обменялись короткими взглядами, после чего команды разошлись по своим позициям. Защитный барьер вокруг арены вспыхнул голубым светом, и по его поверхности пробежала сеть тонких магических линий. Несколько секунд всё замерло в напряжённом ожидании.

Затем прозвучал сигнал. Бойцы сорвались с места. Я не ожидала, что всё начнётся настолько стремительно.

Первый магический заряд ударил в барьер с оглушительным грохотом, рассыпавшись на десятки чёрных искр. Почти одновременно с противоположной стороны прилетела ответная атака, и воздух над ареной дрогнул от столкновения двух потоков магии.

Белые и чёрные двигались так быстро, что мне приходилось постоянно следить за ними через бинокль. Одни заклинания рассыпались о защитные щиты, другие меняли траекторию прямо в воздухе, третьи оставляли за собой шлейфы разноцветных искр. Магия грохотала, вспыхивала и переплеталась над каменным полом, а зрители отвечали на каждое удачное попадание восторженными криками.

Это было совершенно не похоже на учебные занятия.

Здесь никто не останавливался, чтобы объяснить ошибку. Никто не давал времени восстановить дыхание или повторить заклинание. Стоило одному бойцу на мгновение потерять концентрацию, как противник тут же использовал это преимущество.

Я крепче сжала бинокль. Первым выбыл незнакомый мне участник белой команды. Он попытался создать защитный купол, но противник пробил его мощным зарядом, и удар отбросил юношу к краю арены. Защитный барьер вспыхнул, смягчая столкновение, после чего над бойцом загорелся красный знак, обозначающий выбывание.

Почти одновременно один из чёрных получил удар в бок и рухнул на колено. Он попытался подняться, но защитная система арены уже отметила его поражение.

Всё произошло так быстро, что я даже не успела осознать, что только что увидела.

— Вот это да…- выдохнула я. - Подожди, дальше будет ещё интереснее!- восторженно отозвалась Нелли. Она оказалась права.

Оставшиеся бойцы продолжили сражение, не давая противникам ни секунды передышки. Магические заряды летели один за другим. Гредди уверенно держал оборону, несколько раз перехватив атаки противника и перенаправив их в защитный барьер. Его движения были точными и экономными, без лишних жестов. Он явно умел рассчитывать силы и не тратил магию впустую.

Вскоре выбыл и второй участник чёрной команды. Он пропустил удар, потерял равновесие и рухнул на спину, а защитная система тут же погасила остатки его магического потока.

Теперь на арене остались только двое. Фабиан-Арчибальт Фаркендли и командир чёрной команды. Я невольно задержала дыхание. Они двигались совершенно по-разному. Фабиан атаковал резко и напористо, словно стремился задавить противника силой и скоростью. Его заклинания вспыхивали чёрными разрядами, оставляя в воздухе рваные следы. Он не давал сопернику передышки, заставляя того постоянно менять позицию.

Командир чёрных, напротив, казался удивительно спокойным. Он не пытался отвечать на каждый удар, а словно выжидал подходящий момент. Уклонялся, отводил заклинания в сторону и иногда наносил короткие, точные атаки, вынуждая Фабиана перестраиваться.

В какой-то момент они одновременно выпустили мощные заряды. Две волны магии столкнулись в центре арены.

Грохот был таким сильным, что я почувствовала вибрацию даже на верхнем ярусе. Защитный барьер вспыхнул ослепительно-белым светом, а зрители разом вскочили со своих мест.

Я невольно вцепилась в край сиденья.

— Они собираются убить друг друга?! - Нет, конечно!- крикнула Нелли, перекрывая шум.- Для этого и существует защита!

Я покосилась на неё.

— Тогда почему мне кажется, что ещё немного- и от арены останется одна большая дыра? - Потому что они лучшие бойцы своих академий!

Она сказала это так гордо, словно лично тренировала каждого из них.

Поединок продолжался. Я уже не замечала ни толпы, ни музыки, ни запаха алкоголя. Всё моё внимание было приковано к двум мужчинам в центре арены. Они обменивались ударами, от которых дрожал воздух, и ни один не собирался уступать.

Фабиан несколько раз пытался пробить защиту соперника мощными прямыми атаками, но тот каждый раз находил способ уйти с линии удара. В ответ командир чёрных использовал заклинания, которые заставляли Фабиана менять позицию и тратить силы на защиту. Время тянулось мучительно медленно.

На стене над ареной светился таймер. Минуты сменяли друг друга, пока наконец цифры не остановились на одиннадцати.

— Ни один из них не уступит,- крикнула Нелли мне на ухо.- Поэтому у поединка есть ограничение по времени. Если за отведённые минуты никто не одержит победу, объявляют ничью.

Я быстро посмотрела на таймер. Одиннадцать минут. Столько времени эти двое сражались практически без остановки, и ни один не выглядел готовым признать поражение.

Впрочем, слово «готовым» здесь было явно неуместным. Фабиан скорее позволил бы себе упасть замертво, чем добровольно уступил противнику.

Я невольно вспомнила наш поединок и то, как он требовал реванша, не желая мириться с тем, что проиграл первокурснице. Теперь я понимала, что его самоуверенность не была исключительно позой. Он действительно обладал огромной силой и умел сражаться. Просто это не делало его менее невыносимым человеком.

Последние секунды таймера сменялись одна за другой. Оба бойца одновременно начали формировать новые заклинания. Магия собралась вокруг их ладоней, становясь всё ярче и плотнее. На трибунах воцарилась напряжённая тишина, которую нарушали лишь редкие выкрики.

Я подалась вперёд. Ещё немного… Но прежде чем кто-то успел нанести решающий удар, раздался протяжный сигнал. Поединок окончен. На табло вспыхнули слова: «НИЧЬЯ». Несколько секунд зрители молчали, словно не могли поверить увиденному. Затем зал взорвался аплодисментами и разочарованными возгласами одновременно. Кто-то требовал продолжения, кто-то кричал имя командира чёрных, а кто-то скандировал имя Фабиана.

Сами бойцы остались на арене ещё на несколько мгновений. Фабиан тяжело дышал, его грудь быстро поднималась и опускалась, а по виску стекала капля пота. Командир чёрных выглядел не менее уставшим, но на его лице по-прежнему сохранялась лёгкая улыбка. Они обменялись короткими взглядами, после чего разошлись в разные стороны.

— Ничья!- Нелли разочарованно надула губы.- Я надеялась, что Фабиан его одолеет. - А разве ты не говорила, что командир чёрных великолепен? - Он великолепен. Но это не значит, что я обязана за него болеть.

Я рассмеялась.

— Кажется, у тебя весьма сложные отношения с собственными симпатиями. - Не усложняй. Я просто ценю красивых мужчин.

Она подмигнула и поднялась с места.

— Пойдём. Во время перерыва можно спуститься вниз. Хочу поприветствовать Гредди.

Я посмотрела на неё с подозрением.

— Ты ведь понимаешь, что он может тебя даже не заметить?

Нелли застыла на ступеньке, медленно повернулась ко мне и приложила ладонь к груди.

— Джаслин, ты жестока. - Я реалистична. - А я верю в лучшее.

И с этими словами она потянула меня вниз.

На нижнем уровне всё оказалось ещё шумнее, чем на трибунах. Зрители заполняли проходы, обсуждали поединок, спорили о результатах и пытались пробраться поближе к бойцам. У стены стояли несколько автомобилей, выставленных, вероятно, в качестве дополнительного развлечения для посетителей. Их полированные корпуса блестели под магическими светильниками, привлекая внимание не меньше, чем сами участники состязаний.

Но Нелли не интересовали ни машины, ни разговоры о поединке. Она целеустремлённо пробиралась сквозь толпу, то и дело привставая на носки, чтобы разглядеть кого-то впереди.

— Там!- наконец выдохнула она.

Возле ограждения собралась небольшая группа поклонников. В центре стоял Гредди-Лютер Совацки, всё ещё раздававший автографы. Рядом с ним находились несколько молодых мужчин, которые оживлённо обсуждали бой. Гредди сменил боевые брюки на тёмные штаны, но рубашку пока не надел. Его короткие тёмные волосы были влажными после поединка, а на лбу блестели капли пота. Нелли тут же помахала ему рукой.

— Гредди! Он даже не повернул головы.

— Гредди!- повторила она громче, протискиваясь между двумя девушками.

Ничего. Он продолжал подписывать карточки, время от времени отвечая на вопросы поклонников. Нелли остановилась рядом с ограждением и принялась энергично размахивать рукой. Я медленно прикрыла глаза. Боги, дай мне терпения.

Моя подруга была красивой, обаятельной, умной, когда хотела, и обладала таким количеством достоинств, что мне иногда казалось несправедливым, как мало она сама об этом задумывалась. И вот она стояла здесь, пытаясь привлечь внимание мужчины, который даже не удосужился взглянуть в её сторону. Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение. Не на Нелли- на него. Как вообще можно не заметить настолько яркую девушку? Она буквально сияла, стоя посреди толпы, и при этом Гредди словно смотрел сквозь неё.

— Он тебя слышит?- спросила я, наклоняясь к подруге. - Конечно, слышит!- прошипела она, не отрывая от него взгляда.- Просто занят.

Нелли бросила на меня предупреждающий взгляд и снова улыбнулась Гредди, когда тот наконец поднял голову.

Но он посмотрел не на неё. Его внимание привлёк какой-то мужчина за её спиной, и Гредди тут же переключился на него, протягивая руку для приветствия. Нелли медленно опустила руку. Я стиснула зубы. Всё. Достаточно. Если бы Гредди не хотел разговаривать с ней, это было бы одно. Но даже не взглянуть на человека, который столько раз пытался привлечь твоё внимание, казалось мне откровенно невежливым. Я уже собиралась предложить Нелли уйти, когда за моей спиной раздался знакомый голос:

— Ты решила испортить мне вечер, явившись сюда?

Я замерла. Только не снова. Медленно обернувшись, я увидела Фабиана.

Он стоял возле стены, прислонившись к ней плечом. На нём по-прежнему не было рубашки, а обнажённый торс блестел от пота после поединка. Несколько влажных прядей прилипли ко лбу, грудь тяжело поднималась после физической нагрузки. Вблизи он выглядел ещё внушительнее, чем на арене, и от этого его самодовольное выражение лица раздражало меня вдвойне. Я заставила себя не задерживать взгляд на его теле.

— Не знала, что ты здесь будешь,- равнодушно ответила я и отвернулась. - И всё же ты здесь. - Удивительно, правда? Оказывается, мир не вращается вокруг тебя, Фабиан. Я услышала, как он тихо усмехнулся.

— А ты всё такая же дерзкая. - А ты всё такой же невыносимый. - Ты должна мне реванш.- Заявил Фабиан. Я медленно закрыла глаза. Вот опять. Неужели он способен говорить только об этом? Я повернулась к нему, уже не скрывая нарастающего во мне раздражения.

— Мы снова начинаем? Я ведь ясно сказала тебе, что никакого реванша не будет. - А я ясно дал понять, что он состоится. - Ты, кажется, путаешь собственные желания с моими обязанностями. Он нахмурился и сделал шаг ко мне.

— Сверинг… - Нет, Фабиан. Я не собираюсь повторять это в десятый раз. Ты проиграл. Смирись.

Я отвернулась, намереваясь вернуться к Нелли, но он положил руку мне на плечо и развернул к себе. Я резко вскинула голову.

— Что ты делаешь?

Фабиан скользнул взглядом по моему лицу, затем медленно опустил глаза, рассматривая платье. Его взгляд задержался на сливовой ткани, на линии талии, на жемчужном ожерелье, а затем вернулся к моим глазам. В уголке его рта появилась едва заметная усмешка.

— Непривычно видеть тебя не в академической форме, Сверинг. Я насторожилась.

— И что? Он чуть склонил голову, словно обдумывая ответ.

— Платье тебе идёт. Я замерла. На мгновение мне показалось, что шум вокруг стих. Я даже забыла, что собиралась сказать, и просто смотрела на него, пытаясь понять, не ослышалась ли. Это был комплимент? Настоящий комплимент от Фабиана-Арчибальта Фаркендли? Того самого мужчины, который ещё вчера пытался купить моё согласие на реванш, а затем едва не проломил стену от злости? Я моргнула.

— Что? Он приподнял бровь.

— Ты оглохла? - Нет. Просто пытаюсь понять, не послышалось ли мне. Фабиан усмехнулся шире.

— Не льсти себе. Я всего лишь сказал, что платье тебе идёт. Не каждый день вижу тебя в чём-то, кроме академической формы.

Я почувствовала, как щёки предательски потеплели, и тут же разозлилась на себя за эту реакцию. Нет. Нет уж. Я не собиралась краснеть из-за того, что высокомерный придурок решил на секунду вспомнить о хороших манерах.

— Какое облегчение,- сухо ответила я.- А я уж подумала, что ты научился говорить что-то приятное людям без необходимости получать за это какую либо выгоду.

Его улыбка на мгновение исчезла. Я воспользовалась этим, чтобы отступить на шаг и освободиться от его руки.

— Наслаждайся своим вечером, Фабиан. И постарайся не требовать реванша у каждого встречного. Вдруг кто-нибудь решит, что ты не умеешь проигрывать.

Я развернулась и направилась к Нелли, не дожидаясь ответа. Сердце всё ещё билось быстрее обычного, и я ненавидела себя за то, что не могла до конца объяснить причину. Наверное, потому, что его слова застали меня врасплох. Наверное, потому, что я привыкла ждать от него очередной колкости и совершенно не ожидала услышать что-то другое. Но это ничего не меняло. Один случайный комплимент не делал Фабиана хорошим человеком. И уж точно не означал, что я собиралась давать ему реванш. Кажется, я слишком остро на всё реагирую из-за выпитого алкоголя. Нужно срочно с этим что-то делать.




Глава 8.


«Академия Фрон воспитывает тех, кто не привык проигрывать. Их учат выдерживать боль, противостоять сильнейшим и побеждать там, где другие отступают. Но даже самая суровая подготовка не способна сделать человека неуязвимым. Особенно, когда его противником становится не другой маг, а собственное сердце». Из закрытого наставления курсантам «Фрона».

Голова начинала неприятно кружиться, а шум арены постепенно превращался в сплошной гул, от которого хотелось спрятаться подальше. Решив не отвлекать Нелли от начавшегося боя, я направилась в уборную. Мне требовалось побыть одной хотя бы несколько минут, прийти в себя и собрать мысли в кучу. К счастью, очереди не оказалось. Я облегчённо выдохнула, зашла внутрь и прислонилась ладонями к раковине. Закрыв глаза, я несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки. Всё хорошо. Нужно просто немного успокоиться, дождаться Нелли, забрать очки и забыть об этой дурацкой ситуации.

Вот только стоило мне открыть глаза, как я поняла, что неприятности ещё не закончились. Магически подаренное зрение, похоже, решило, что на сегодня с него достаточно. Очертания предметов расплывались, стены теряли форму, а лица, если бы здесь кто-то находился, наверняка превратились бы в бесформенные пятна. Я несколько раз моргнула, сощурилась, даже потерла глаза, но ничего не изменилось.

— Да чтоб тебя…

Осторожно нащупывая стену, я добралась до раковины и умылась холодной водой. Несколько капель скатились по щекам за ворот платья. Я выругалась ещё раз, на этот раз совершенно искренне.

Паника подбиралась медленно, но уверенно. Мне нужно было найти Нелли, однако вернуться в переполненный зал, а затем самостоятельно пересечь арену и добраться до парковки, практически ничего не видя, казалось безумной затеей. Здесь находились сотни людей, и далеко не все из них внушали доверие. Я даже не была уверена, что смогу отыскать выход, не врезавшись в кого-нибудь по дороге.

Оставался другой вариант- громко позвать на помощь. Правда, учитывая, где я находилась, не факт, что это было хорошей идеей. Я нащупала в кармане таблетку трезвости и сунула её под язык. Возможно, хотя бы это поможет мне быстрее прийти в себя. Хотя в данный момент я была готова принять любое средство, способное вернуть мне зрение. За спиной послышался шорох, а затем раздался мужской голос- низкий, бархатистый и до неприличия привлекательный:

— Вообще-то это мужской туалет.

Я замерла, после чего медленно повернула голову на звук. Передо мной маячил высокий силуэт. Тёмные волосы, белая рубашка, тёмные брюки. На этом мои познания о незнакомце заканчивались. Рассмотреть его лицо я не могла, как ни старалась. Прекрасно. Просто замечательно. Мало того что я ослепла посреди вечера, так ещё и умудрилась забрести не туда.

— Должно быть, я выгляжу глупо, стоя здесь,- пробормотала я.- Хотя, если честно, сейчас я не вижу разницы между мужским и женским туалетом. - Ты в порядке?- поинтересовался незнакомец.

В его голосе не было насмешки, и это немного успокаивало.

— Не совсем. История долгая, но в итоге я оказалась в мужской уборной и совершенно ничего не вижу.

На несколько секунд повисла тишина. Я уже решила, что мужчина сочтёт меня сумасшедшей и уйдёт, не желая связываться с незнакомой девушкой, которая посреди вечера внезапно ослепла. Однако вместо удаляющихся шагов услышала тихий смешок.

— Ничего себе. Кажется, у меня как раз освободилось время для очень долгой истории.

Он подошёл ближе и, судя по негромкому стуку, уселся на одну из раковин. Я чувствовала на себе его взгляд, хотя не могла разглядеть даже выражения лица. Пришлось рассказать о произошедшем. О магии, временно заменившей мне очки, о вечере на арене, о том, как зрение внезапно исчезло в самый неподходящий момент. Я старалась не преувеличивать и не жаловаться, хотя сама ситуация казалась мне всё более нелепой с каждой произнесённой фразой. Незнакомец слушал внимательно, не перебивая. Иногда я слышала, как он негромко усмехается, но он не торопил меня и не пытался вставить очередную шутку. Это было неожиданно приятно. Я не привыкла рассказывать о своих проблемах людям, которых знала от силы пару минут, однако сейчас мне почему-то становилось легче от одного его присутствия.

Когда я закончила, мужчина ненадолго замолчал.

— Значит, тебе нужно добраться до машины подруги и забрать очки из бардачка? - Именно. Это самый разумный из всех доступных вариантов. - Тогда я помогу.

Он произнёс это так спокойно и уверенно, словно речь шла о сущей мелочи.

— Правда? Но как?..

Договорить я не успела. Незнакомец шагнул ко мне, подхватил одной рукой под коленями, а другой придержал за талию и легко поднял на руки. Я ахнула и инстинктивно вцепилась в его плечи.

— Что ты делаешь?- спросила я, стараясь говорить спокойно, хотя голос всё-таки предательски дрогнул. - Отнесу тебя к машине. Не думаю, что тебе понравится идея добираться до парковки на ощупь через переполненную арену. - А тебе не кажется, что доверять незнакомцу, когда я ничего не вижу и к тому же выпила, не самая разумная идея?

Мужчина тихо рассмеялся.

— Насчёт алкоголя ты ошибаешься. Таблетка, которую ты положила под язык, уже должна была подействовать. А что касается незнакомца… Меня зовут Нейт. Теперь мы хотя бы представились друг другу.

В его голосе послышались смешинки. Я невольно улыбнулась и немного расслабилась, хотя рук с его плеч не убрала. Всё-таки здравый смысл никто не отменял, даже если незнакомец обладал приятным голосом и, судя по лёгкости, с которой поднял меня, недюжинной силой.

— Джаслин,- представилась я. - Рад знакомству, Джаслин.

Почему-то собственное имя, произнесённое его голосом, прозвучало совершенно иначе, чем обычно. Я решила не задумываться об этом. У меня и без того хватало проблем. Вскоре лицо коснулся прохладный вечерний ветер. Мы вышли из здания. Вдалеке всё ещё гремела музыка, а из открытых дверей доносились крики болельщиков. Нейт продолжал уверенно нести меня, и я старалась не думать о том, насколько странно выгляжу со стороны.

— Ты говорила, машина красная? Кабриолет? - Да. Ярко-красный, его сложно перепутать с чем-то другим.

Шаги замедлились, а затем остановились. Даже сквозь мутную пелену я различила яркое красное пятно.

— Кажется, нашли.

Нейт осторожно опустил меня на пассажирское сиденье. Я нащупала край кресла и устроилась поудобнее, стараясь не задеть его случайно ногой. Через мгновение послышался щелчок дверной ручки, затем негромкое ругательство.

— Что случилось? - Бардачок заперт.

Он попробовал ещё раз, но, судя по звуку, безуспешно.

— Я найду твою подругу и приведу её сюда. Посиди пока в машине.

Я услышала шорох ткани, а затем почувствовала, как ветер стал слабее. Нейт поднял крышу кабриолета, укрывая меня от прохлады. Он проделал это настолько быстро и ловко, что я невольно подумала: либо он часто имеет дело с подобными машинами, либо ему просто всё удаётся с первого раза.

— Спасибо, Нейт. Ты меня очень выручил. - Пустяки. Главное, чтобы с тобой всё было в порядке.

Его шаги постепенно стихли. Я осталась одна, окружённая непривычной темнотой и приглушёнными звуками парковки. Теперь, когда рядом никого не было, я наконец позволила себе выдохнуть. Вечер определённо пошёл не по плану. Сначала алкоголь, потом магия, которая решила закончить работу раньше времени, а теперь ещё и незнакомец, который носил меня на руках, словно я весила не больше перышка.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я услышала быстрые шаги и знакомый голос.

— Джаслин!

Каблуки Нелли звонко стучали по асфальту. Судя по звукам, она бежала изо всех сил. Дверь со стороны водителя распахнулась.

— Дорогая, прости меня! Это была несусветная глупость- оставлять тебя без очков. Какая же я дура! Нелли говорила так быстро, что слова едва успевали складываться в предложения. Она принялась шарить в сумочке в почках ключа от бардачка, затем отперла его и достав очки, осторожно надела мне их на переносицу и поправила выбившиеся из причёски пряди. Мир постепенно обрёл чёткость. Сначала я увидела расплывчатые очертания её лица, потом знакомые рыжеватые волосы, широко распахнутые глаза и виноватое выражение, которое совершенно ей не шло. Я облегчённо выдохнула.

— Могло быть и хуже. Ты не виновата. Просто в следующий раз я не стану доверять магии вещь, без которой не могу нормально видеть. Нелли прижала ладонь к груди и покачала головой.

— Всё равно я должна была подумать об этом заранее. - Нелли, я в порядке.

Я мягко коснулась её руки, и только тогда она наконец немного успокоилась.

До академии мы добрались без приключений, под аккомпанемент громкой музыки Нелли. И, что удивительно, на этот раз её шансон мне даже понравился. Возможно, дело было в пережитом вечере, а возможно, вкус к сомнительной музыке приходил вместе с отголосками ранее выпитого алкоголя. Впрочем, проверять эту теорию я не собиралась. Выбравшись из кабриолета, я дождалась, пока Нелли обойдёт машину, и спросила:

— Слушай, мне помог один парень. Он отнёс меня к твоей машине, а потом отправился за тобой. Ты его знаешь? - О нет, дорогая. Я видела его всего пару раз, да и то мельком. Кажется, он из академии «Фрон».

Академия «Фрон». Я невольно улыбнулась. Похоже, в академии для парней всё-таки учили хорошим манерам. Жаль, что в нашей подобные занятия, судя по всему, считались необязательными. Особенно для некоторых высокомерных самодовольных магов.




Глава 9.


«В Сверлингсе говорят, что магия меняет человека. Но иногда достаточно одного дня, одного лишь доброго слова или одной случайной встречи, чтобы мир, прежде казавшийся чужим, впервые стал похож на место, которому ты можешь принадлежать». Из воспоминаний выпускницы «Сверлингса».

Субботнее утро

Суббота началась для меня непривычно приятно. Впервые за последние дни мне не нужно было спешить на занятия, проверять расписание или лихорадочно вспоминать, какой материал следует повторить к следующей лекции. Я позволила себе понежиться в горячей ванне чуть дольше обычного, затем оделась в академическую форму, собрала волосы и пересчитала свои сбережения. Сто двадцать симленов. Моя первая честно заработанная сумма за пределами академических оценок. Пусть деньги я получила за доклад, написанный для Нелли, но от этого они не становились менее ценными. Я сама заработала каждую монету и теперь могла потратить их на то, что действительно мне необходимо. Я спрятала деньги в карман, прихватила заранее составленный список покупок и направилась к торговому бульвару.

Из маленького окна моей комнаты открывался вид на аккуратные улочки, застроенные невысокими магазинчиками. Каждый раз, когда я смотрела туда, мне казалось, что они нарочно дразнят меня своими яркими вывесками и витринами. Я уже несколько дней читала об этом месте, изучала названия магазинов и запоминала, где что находится. В моей голове даже сложилась небольшая карта бульвара, хотя до сегодняшнего утра я ни разу не видела его вблизи.

Я невольно вспомнила раздел из книги «Сведения об академии», который перечитывала накануне.

«На территории академии расположен небольшой торговый бульвар, где студенты могут приобрести всё необходимое для учёбы, отдыха и повседневной жизни.

Магазин «Зелье» предлагает широкий выбор принадлежностей для зельеварения: от котлов и колб до редких кореньев, семян, минералов и других ингредиентов.

Ателье «Мисс Совершенство» специализируется на ремонте и пошиве одежды. Здесь можно подлатать повреждённую академическую форму, заказать новый фасон или приобрести чулки, нижнее бельё, корсеты и наряды для торжественных мероприятий.

В магазине «Сладость или гадость» продаются разнообразные угощения, продукты и всевозможные приспособления для шалостей. Последние пользуются особенной популярностью среди студентов, хотя администрация академии настоятельно рекомендует пользоваться ими с осторожностью.

Бар «У Скотти» считается самым известным заведением бульвара. Здесь студенты собираются после занятий, чтобы отдохнуть и выпить знаменитого Академического пива. Впрочем, посетителям предлагают и другие напитки, хотя именно пиво остаётся наиболее доступным вариантом для тех, чьи средства ограничены.

Наконец, магазин «Всякая всячина» предлагает широкий ассортимент учебных принадлежностей: книги, тетради, зачарованные перья, чернила и многое другое».

Я знала эти строки почти наизусть. Но одно дело- читать о месте в книге, и совсем другое- оказаться среди его улочек, услышать голоса прохожих, почувствовать запахи из открытых дверей и увидеть всё собственными глазами.

Я расправила список покупок и ещё раз пробежалась по нему взглядом. Накануне я тщательно обдумала каждую покупку, стараясь отделить действительно необходимое от того, что хотелось бы приобрести при наличии лишних денег. Последнего, к слову, набралось бы на целое состояние.

Но сто двадцать симленов не позволяли разбрасываться средствами. Я глубоко вдохнула, убрала список в карман и наконец отправилась за покупками. Первым пунктом значилась «Всякая всячина». Магазинчик оказался небольшим, но уютным. Над входом покачивалась скромная вывеска, по краям которой мерцали крошечные магические огоньки. Через широкие витринные окна можно было рассмотреть стеллажи, заставленные книгами, коробками и всевозможными учебными принадлежностями. За стеклом переливались зачарованные перья, а на подоконнике стоял ряд крошечных чернильниц, внутри которых медленно кружились разноцветные искорки. Я толкнула дверь, и над головой тихо звякнул колокольчик.

Из-за прилавка выглянула пожилая женщина. Её длинные пепельно-серые волосы были заплетены в аккуратную косу, перекинутую через плечо. Лицо покрывали глубокие морщинки, но мягкие черты и ясные фиалковые глаза придавали ей удивительно добродушный вид.

— Доброе утро, дорогая. Чем могу помочь?

Я достала список и протянула ей.

— Здравствуйте. Я хотела бы приобрести вот это. Если всё есть в наличии.

Женщина надела очки, внимательно изучила записи и понимающе кивнула.

— Первый курс? - Да. Джаслин Сверинг. - Очень приятно, Джаслин. А я миссис Элворд. Давай посмотрим, что тебе понадобится. Она вышла из-за прилавка и повела меня вдоль стеллажей, попутно объясняя, чем отличаются разные виды зачарованных перьев и почему некоторые из них совершенно не подходят для конспектов. Я слушала внимательно, задавала вопросы и старалась не отвлекаться на бесконечное множество интересных вещей вокруг.

В итоге я приобрела несколько новых ежедневников, запасное зачарованное перо и факультативный учебник по дрессировке фамильяров и других магических существ. Последняя покупка была для меня особенно важна. После окончания академии каждый маг получал право приобрести собственного фамильяра- магического питомца, способного передавать письма и сообщения, помогать с несложными поручениями и даже выполнять некоторые бытовые задачи. Но выбрать такого спутника было не так просто, как купить обычное животное. Нужно было учитывать характер существа, его способности и совместимость с будущим хозяином.

Я мечтала о собственном фамильяре ещё до поступления в академию. Именно поэтому не собиралась ждать, пока соответствующий предмет появится в обязательной программе. Мне хотелось изучить всё заранее, чтобы однажды сделать правильный выбор. Когда я расплатилась, миссис Элворд аккуратно сложила покупки в бумажный пакет.

— Удачи тебе в учёбе, Джаслин. И не забывай, что даже самая хорошая книга не заменит собственного опыта. - Обязательно запомню. Спасибо вам за помощь!

Я попрощалась с хозяйкой и вышла на улицу.

Солнечный свет приятно согревал лицо, а бульвар постепенно наполнялся людьми. Кто-то спешил по своим делам, кто-то останавливался у витрин, рассматривая товары, а неподалёку несколько студентов оживлённо спорили о чём-то, размахивая руками.

Я устроилась на свободной скамье возле магазина, достала список и вычеркнула первые покупки. Остаток: 60 симленов. Я невольно улыбнулась. Пока всё шло по плану.

Следующим пунктом значилось зельеварение. Магазин «Зелье» я узнала сразу. Над дверью висела вывеска с изображением небольшого котла, из которого поднимались разноцветные клубы дыма. За витриной стояли колбы с жидкостями самых разных оттенков, а на полках теснились баночки с высушенными растениями, минералами и странными порошками. За прилавком находился молодой мужчина со светлыми волосами, закатанными рукавами рубашки и небольшим пятном зелёного порошка на щеке. Он как раз раскладывал по полкам небольшие флаконы, но, заметив меня, отложил работу и улыбнулся.

— Доброе утро. Ищете что-то определённое? - Да. Мне нужен небольшой котёл для практики в комнате, а ещё вот эти ингредиенты и минералы.

Я показала список. Продавец внимательно изучил его и одобрительно хмыкнул.

— Неплохой набор для начала. Хотя с некоторыми ингредиентами стоит быть осторожне




Конец ознакомительного фрагмента.


Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/selene-dusk-34113939/sverlings-akademiia-izbrannykh-chast-1-74656139/) на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.