Вне кадра Мира Вельская Она знает о чужих тайнах больше, чем самые близкие люди. Но у неё самой есть то, о чём никто не должен узнать. Каждый день на экране её ноутбука появляются новые лица. Измены, предательства, несбывшиеся надежды, неожиданные признания. Люди доверяют ей самое сокровенное, а она помогает им находить выход даже из самых запутанных ситуаций. Ей немного за пятьдесят. Она любит красивую одежду, танцы, море, умеет смеяться над собой и совершенно не собирается отказываться от удовольствий жизни. Но стоит выключить камеру, как начинается её собственная история. Та, в которой профессиональные знания не помогают, привычные ответы не работают, а один неверный шаг может изменить слишком многое. Впереди жаркое лето, Сочи, любовь, неожиданные повороты и разговор, которого она боится больше всего. «Вне кадра» - живой, ироничный психологический роман о тайнах, желаниях и человеческих отношениях. О том, как непросто бывает услышать себя, даже если всю жизнь учишься слышать других. Мира Вельская Вне кадра Глава первая. Она боялась морщин Я боялась старости. Не смерти, заметьте. Со смертью у меня пока не было личных отношений, и я предпочитала их не заводить. А вот старость уже довольно давно проявляла совершенно нездоровую инициативу. Особенно по утрам. Иногда мне казалось, что производители фронтальных камер заключили тайное соглашение с пластическими хирургами. Невозможно случайно открыть телефон, увидеть собственное лицо под определённым углом и не задуматься о хирургическом вмешательстве. Хотя бы в деятельность производителя. Сегодня утром я обнаружила новую морщину. Она располагалась возле рта и выглядела так, словно появилась здесь задолго до меня, просто раньше мы не были знакомы. Я наклонила голову вправо. Морщина осталась. Влево. Тоже. Растянула кожу пальцами и убедилась, что проблему в принципе можно решить. Правда, для этого пришлось бы до конца жизни ходить с двумя пальцами возле рта. Не самый удобный способ общения с клиентами. Я отпустила кожу. Морщина немедленно вернулась на своё место. Уверенная в себе женщина. Я подошла к ноутбуку и включила камеру. На экране появилась вполне приличная дама лет пятидесяти с небольшим. Ухоженная, с хорошей причёской, в кремовой блузке. Если не приближать изображение, даже симпатичная. Приближать я не собиралась. За последние годы работа онлайн существенно изменила моё представление о собственной внешности. Раньше я любила платья, красивые юбки, туфли на каблуках. Могла долго выбирать украшения, примерять серьги, менять сумочки. Теперь клиенты видели исключительно верхнюю половину моего тела. Нижняя довольно быстро воспользовалась предоставленной свободой. Мой профессиональный гардероб заканчивался приблизительно на уровне груди. Дальше начиналась территория мягкого трикотажа, не подлежащая международному наблюдению. Брюки на резинке победили цивилизацию. Иногда я открывала шкаф и смотрела на свои платья с чувством лёгкой вины. Они висели там нарядные, красивые, совершенно невостребованные. Как выпускницы института благородных девиц, которых никто не пригласил на бал. Я обещала им, что всё ещё впереди. Платья молчали. Вообще, в последнее время я довольно часто давала обещания, выполнять которые не торопилась. До консультации оставалось одиннадцать минут. Я поправила волосы, подлила кофе, проверила, чтобы на заднем плане не оказалось ничего лишнего. За моей спиной стоял книжный шкаф. Книги были настоящие, что я считала некоторым преимуществом перед коллегами, предпочитавшими виртуальные интерьеры. Я посмотрела на часы. Десять пятьдесят семь. Новый клиент должен был подключиться в одиннадцать. В короткой анкете, которую он заполнил при записи, было всего несколько строк. Пятьдесят два года. В графе семейного положения значилось «женат». Собственный бизнес. В графе «Причина обращения» стояло: Умерла жена. Не понимаю, как жить дальше. Я перечитала эту фразу ещё раз, хотя уже знала её наизусть. Затем отодвинула кофе. В одиннадцать ровно на экране появилось его лицо. * * * Он сидел слишком близко к камере. Так часто делают люди, не привыкшие к видеосвязи: они придвигаются к экрану, словно собеседник находится где-то внутри ноутбука и нужно помочь ему расслышать. Я видела лоб, глаза, часть носа и край тёмной футболки. За его спиной была стена. Обычная светлая стена без картин, полок и фотографий. Он поздоровался и сразу спросил, хорошо ли его слышно. Я ответила, что хорошо. Он немного отодвинулся. Теперь он поместился в кадре почти целиком. Крупный мужчина. Коротко стриженные волосы. Лицо, которое, вероятно, ещё недавно выглядело значительно моложе. Этот мужчина не улыбался. «Я похоронил жену», — сказал он. «Когда были похороны?» «Позавчера». Он посмотрел куда-то в сторону. «Я сам не понимаю, зачем записался. Мне знакомая сказала, что надо с кем-нибудь поговорить. А с кем тут говорить?» Я не стала убеждать его в пользе психологической помощи. Он только что похоронил жену; советы о том, как правильно горевать, ему уже наверняка давали. «Можем пока просто поговорить о том, что с Вами происходит», — сказала я. «Ничего со мной не происходит». Он потёр лицо ладонями. «Вот именно. Ничего. Я утром встал. Позавтракать не смог. Потом кто-то позвонил по работе. Я ответил. Потом ещё раз позвонили. А я сидел и думал, зачем они все мне звонят». Он замолчал. «Мы вместе работали». Я кивнула. «У нас было общее дело. Она занималась одной частью, я другой. Мы почти всегда были рядом. Дома, на работе, в поездках. Все говорили, что так жить нельзя, что люди должны отдыхать друг от друга». Он впервые посмотрел прямо в камеру. «А мы не хотели». Я спросила, как звали жену. Он произнёс её имя. Очень тихо. И повторил уже увереннее, словно хотел, чтобы я правильно его запомнила. Потом рассказал, что они прожили вместе много лет. Не просто жили в одном доме, а фактически существовали в общем пространстве, где решения, дела и планы редко принадлежали только одному из них. «Она знала про меня всё», — сказал он. «Что именно?» «Да вообще всё. Что я люблю, чего не люблю, когда у меня настроение плохое. Когда я вру, что всё нормально. Я мог с ней ничего не объяснять». Он задумался. «Иногда она меня бесила, конечно». Я ничего не сказала. «Извините». «За что?» «Ну... Я же про неё так говорю». «Вы можете рассказывать о ней по-разному». Он посмотрел на меня настороженно. «Я её любил. Очень». «Я Вас слышу». «Просто она была сложная». «Расскажите». Он чуть заметно усмехнулся. «Это надолго». «У нас есть время». Он опустил голову. И вдруг заплакал. Без звука, почти неподвижно. Слёзы просто текли по лицу. Он не пытался отвернуться, но выглядел человеком, который совершенно не ожидал от себя подобного поведения. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «Литрес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/mira-vel-skaia-34118618/vne-kadra-74674978/) на Литрес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.