Олег Шеин
Россия сегодня. Через 100-летие великих революций

Россия, которую мы потеряли

Может ли великая революция быть случайной

2017 год – год столетия Великой Русской революции. Она является великой безотносительно оценок позитивности ее результатов. Революция 1917 года является великой, потому что она была масштабной:

– территориально, охватив крупнейшую страну миру и стимулировав движения аналогичной направленности по всему миру;

– во времени, пройдя через весь XX век;

– по глубине социальных перемен.

Совершенно неисторичными выглядят заявления, что в основе события подобного размаха могут лежать «заговор», «пропаганда», «политические манипуляции» и т. п.

Советская историческая школа имела свои сложности, связанные с цензурными ограничениями. Не обо всем можно было писать. Но фундаментально подход советской исторической школы исходил из поиска причинно-следственных связей, из приоритета экономики над политикой и поиска объективных предпосылок при объяснении глобальных явлений.

Сейчас нам предлагают поверить в иное. Нам предлагают поверить, что люди нелогичны в своих поступках, что они манипулируемы, что ими можно бесконечно управлять с помощью церкви, листовок или телевидения и что никакой объективной стороны в истории человечества нет.

Примечательно, что данный подход применяется по отношению к российскому народу. Не выпущено ни одной книги, в которой бы восстание Кромвеля, война за независимость США или Великая Французская революция объяснялись работой шпионов или масонским заговором.

Отчасти это объясняется тем, что российские охранители просто профессионально непригодны и не способы вести дискуссию по всемирной истории. Но в не меньшей степени в основе подобной избирательности лежит реальная русофобия отечественных консерваторов.

В девяностые годы они утверждали, что демократии надо учиться двести лет и поэтому примерно до XXIII века в России общество к ней не будет способно. Сегодня маски отброшены, и консерваторы прямо заявляют, что если россияне получат свободу, то прямым результатом станет распад России.

Вдумаемся, с каким презрением и высокомерием относятся охранители к народу. Они не смеют спорить о возможности честных выборов, свободных СМИ и неподконтрольных властям судов в Европе, Латинской Америке, Азии и Африке. Они приветствуют референдумы в Шотландии и Каталонии, переживают за избирательные кампании Трампа и Ле Пен, азартно обсуждают протестные демонстрации в Европе.

Они делают лишь одно исключение для выборов, референдумов и митингов – Россию. Они открыто заявляют, что из всех народов планеты Земля русские самые глупые, бестолковые и управляемые.

Между тем планета Земля сделала большой шаг к демократии. Само понятие демократии рождено в древних Афинах. И означает оно не что иное, как коллективный способ принятия решений с равными правами всех участников.

На протяжении трех тысяч лет эта демократия была цензовой. То есть далеко не все имели право участвовать в принятии решений. Основных ограничений было три – по возрасту, по полу и по имуществу. Если первое вполне логично и можно спорить только о возрастной планке, то два вторых исключали из принятия решений 98 % взрослого населения. Женщин вообще не считали за людей, а наемных работников полагали людьми зависимыми от хозяев и априори несамостоятельными.

Все это изменилось только в XXI веке.

Великая Русская революция

В истории человечества есть серьезные поворотные вехи.

К ним относятся фундаментальные изобретения: освоение огня, изобретение колеса, возникновение земледелия, появление плавильных печей, гончарного круга, бумаги, пороха, стремян, компаса, ветряных мельниц, ткацких станков, железных дорог, авиации и интернета.

Но изобретения могут внедряться, а могут и притормаживаться. Они влекут за собой экономические перемены и перемены политические. Внедрение механизации разоряло ремесленников, и движение генерала Лудда громило ткацкие станки. Галилео Галилей, Джордано Бруно и Чарльз Дарвин испытывали всем известные сложности с духовными отцами. Работорговцы на протяжении веков убедительно рассказывали, почему рабство полезно, а Никита Михалков рассказывает это и сегодня.

Часть общества и особенно правящий класс всегда боятся перемен. Но остановить их он не может. Максимум, на что он способен, так это приостановить развитие собственной страны, обращаясь к традициям и опираясь на наиболее необразованную часть населения. Обычно это заканчивается поражением в международном соревновании наций. Именно так превратились в полуколонии Османская империя и Цинский Китай, стали отсталой периферией великие ранее Испания и Португалия.

Вперед вырвались страны, где народы путем революции смогли снять со своей дороги обветшалые барьеры: Англия, Голландия, Франция. Именно они выступили в роли ледокола передовой экономики, технической революции и внедрения научных открытий. Остальные страны, включая царскую Россию, следовали в пробитом ими фарватере.

Царская Россия была периферийной в экономическом смысле этого слова страной. ВВП в последние годы империи демонстрировал энергичный рост, но это был рост низкого старта, и мы хорошо знаем, что в догоняющих экономиках он всегда выше, чем в передовых.

Страна была зависима от иностранного капитала и обременена архаикой. Именно такие, слабые государства не выдерживали первыми в условиях тех глобальных кризисов, что бушевали сто лет назад ввиду роста социальных и политических противоречий.

Не передовой, а именно архаичный характер российской экономики и политической системы вступил в противоречие с потребностями дня и не смог, естественно, выдержать этого противоречия.

Владимир Ленин не испытывал иллюзий в предпосылках событий 1917 года. Он подчеркивал: «надо понимать, что по заказу революции не делаются. Мы сознаем, что положение Российской республики создалось такое, что русскому рабочему классу удалось первым свергнуть иго капитала и буржуазии, и мы сознаем, что удалось это не потому, что он более развит и идеален, а потому, что наша страна наиболее отсталая»[1].

Но были ли альтернативы? Что бы произошло с Россией, исчезни субъективный фактор в лице Ленина и Троцкого? Был ли построен в нашей стране социализм? Что такое вообще социализм? Почему советский опыт рухнул и был ли он советским? Кто непосредственно разрушил Советский Союз и выиграл от такого разрушения? Что строится сегодня на обломках прежней страны? Насколько вызовы столетней давности актуальны сегодня в России и мире?

Обсудим это.

Чего хотели большевики и что у них получилось

Программа РСДРП, принятая в результате ожесточенных дискуссий на II съезде партии, состояла из двух блоков.

Первый был политическим, и очевидно, что именно он и не был реализован.

Почему получилось именно так, мы обсудим несколько позже. Но политическую часть программы стоит воспроизвести, чтобы понять, за что же боролись эти люди и почему они были готовы идти в тюрьмы и на каторгу. Да и эмиграция представляла собой шаг в бедность, а вовсе не к спокойной зажиточности.

Читаем о задачах большевистской партии:

1) самодержавие народа, т. е. сосредоточение всей верховной государственной власти в руках законодательного собрания, составленного из представителей народа и образующего одну палату;

2) всеобщее, равное и прямое избирательное право при выборах как в законодательное собрание, так и во все местные органы самоуправления для всех граждан и гражданок, достигших 20 лет; тайное голосование при выборах; право каждого избирателя быть избранным во все представительные учреждения; двухгодичные парламенты; жалование народным представителям;

3) широкое местное самоуправление; областное самоуправление для тех местностей, которые отличаются особыми бытовыми условиями и составом населения;

4) неприкосновенность личности и жилища;

5) неограниченная свобода совести, слова, печати, собраний, стачек и союзов;

6) свобода передвижения и промыслов;

7) право каждого лица преследовать в обычном порядке перед судом присяжных всякого чиновника;

8) выборность судей народом.

Реализация значительной части программы оказалась абсолютно формальна. Было провозглашено всеобщее избирательное право, но выбирать люди могли лишь из числа отобранных партийным аппаратом кандидатов. Декларировалась неприкосновенность жилища, однако это никогда не создавало препятствий для органов безопасности. Формально страной руководило Законодательное собрание, но фактически оно являло собой декоративную ширму, за которой даже и не пыталось скрываться массивное здание партийного всевластия.

И все же в определенной части, где речь шла об отрицании докапиталистических пережитков, программа была реализована. Все люди стали равны независимо от пола, религии, расы и национальности. Кроме того, произошло отделение церкви от школы и государства. В национальных окраинах людям было дано право использовать свой язык наряду с государственным во всех государственных учреждениях.

Из экономических требований стоит также упомянуть введение прогрессивного налога на доходы и наследство. Сегодня это требование входит в программы обеих ведущих левых партий страны – «Справедливой России» и КПРФ.

Тезис о праве наций на самоопределение, вызывающий сегодня столь много споров, также присутствовал в программе большевиков, но в нем не было ничего необычного. Это право легло в основу предложений Вудро Вильсона и Версальского мира в 1918 году. В Европе и Азии оно позволило сформировать национальные государства, а в России, как ни парадоксально это прозвучит, продлить единство страны еще на 70 лет.

Социальный блок программы РСДРП гораздо интереснее, чем политический. Политические инструменты служат реализации социальных задач. И важно вспомнить, какие же социальные задачи видели перед собой сторонники Ленина:

1) право населения получать образование на родном языке;

2) бесплатное и обязательное общее и профессиональное образование для всех детей обоего пола до 16 лет; снабжение бедных детей пищей, одеждой и учебными пособиями за счет государства;

3) введение восьмичасового рабочего дня;

4) ограничение сверхурочных работ и работ в ночное время;

5) запрет детского труда;

6) ограничение труда женщин на тяжелых и вредных профессиях;

7) предоставление женщинам оплачиваемого отпуска по беременности и родам продолжительностью 10 недель;

8) организация яслей и детсадов;

9) установление еженедельных выходных продолжительностью не менее 42 часов;

10) право на пенсию;

11) уголовная ответственность руководителей за нарушение правил охраны труда;

12) запрет штрафов и выдачи зарплаты в натуральной форме;

13) создание государственной инспекции труда и трудового арбитража.

Кто может сказать, что в части рабочей программы большевики обманули народ? Нет, эта программа была полностью выполнена. Сегодня она кажется чем-то обыденным и естественным. Но сто лет назад за эти требования наших соотечественников арестовывали и судили.

В. И. Ленин, 7 ноября 1918 г.

Программа, обращенная к крестьянам, была короче. Это естественно. Марксисты рассматривали крестьян в качестве естественного капиталистического резервуара, из которого пополняется армия работников по найму и отходит небольшой ручеек, комплектующий крупных сельских фермеров.

Тезисов было пять:

1) отмена выкупа и оброка в пользу бывших крепостников, возврат ранее уплаченных денег за счет конфискации земель Николая Романова, его родственников и РПЦ;

2) право крестьян самостоятельно распоряжаться своей землей;

3) обложение особым налогом землевладельцев-дворян и создание за счет этого особого фонда для нужд села;

4) учреждение крестьянских комитетов для изъятия помещичьих земель;

5) предоставление судам права понижать непомерно высокую арендную плату и объявлять недействительными сделки, имеющие кабальный характер.

Скромная, предельно короткая программа. Она тоже была выполнена, но уже с началом принудительной коллективизации крестьяне получили уже совершенно иную повестку.

Так что же вышло не так с реализацией победившей партией ее программных целей?

Начнем издалека: что представляла собой Россия в начале XX века.

Романовы: святое немецкое семейство

В 2018 году великая скорбь разольется по лицам бывших членов Коммунистической партии Советского Союза, нынче прекрасно чувствующих себя в руководстве «Единой России». Столетие революции у них вызывает смешанные чувства: глубокую неприязнь к восстаниям нельзя демонстрировать слишком открыто, есть риск получить обратную реакцию. Зато «казнь последнего русского царя» можно подать за событие, когда народу можно предложить покаяться.

Как на это реагировать? Это же не исторический диспут, а прошлое, обращенное в настоящее.

Начнем с того, что никакого царя в России не казнили. Был убит гражданин Романов Николай Александрович, 50 лет от роду, без определенного места жительства. Ранее, до февраля 1917 года, этот гражданин работал царем, но написал заявление об увольнении по собственному желанию.

В 2016 году в центре Москвы был убит другой человек – Борис Немцов. Но никто не скажет, что он был убит как вице-премьер российского правительства. К этому трагическому моменту Борис Ефимович был политиком, оппозиционером, кем угодно, но только не членом российского правительства. К Романову Н. А. сказанное относится в той же мере, так что никакого царя в 1917 году в России не убивали.

Был ли Романов Н. А. русским?

С точки зрения автора национальность имеет весьма второстепенное значение. Но поскольку почитатели Николая Александровича не устают подчеркивать его принадлежность к русскому народу и даже рассматривают его как некий морально-нравственный эталон для русских людей, тему национального происхождения Романова необходимо затронуть. Для самого Николая II затронутая тема тоже была важна, поскольку ряд этносов он от всего сердца ненавидел, особенно евреев.

В официальной «Истории Дома Романовых», изданной в 1913 году, родоначальником будущей династии назван некто Гланда-Камбила Дивонович, прусско-литовского происхождения, эмигрант, прибывший в Московское княжество в 1283 году. В сталинское время, когда западное происхождение стало порицаться, истоки Романовых стали искать в Новгороде, но, повторимся, в официальной родословной дерево данной династии вырастало откуда-то из Пруссии. Так что не будем спорить с официальной версией, это непатриотично.

Гланда-Камбала был крещен и по созвучию стал Андреем Кобылой. От него пошли роды «Жеребцов», «Елок» и «Кошек» (это фамилии). Одному из Кошкиных при рождении дали имя Роман. Кошкиным повезло оказаться в родственниках с одной из жен Ивана Грозного, так что вместо родового прозвища они стали экспериментировать, выбирая фамилию по именам мужчин своего рода. Дело долго не давалось. Вначале была выбрана фамилия «Юрьин», потом «Захарьин», и лишь в разгар

Великой смуты выбор остановился на «Романовых» в честь упомянутого выше Романа. Иначе основной претендент на опустевший к 1612 году престол так и звался бы «Кошкин», и в России правила бы династия Кошкиных.

Теперь о национальном вопросе.

Первые сто лет Романовы были действительно вполне русской династией.

Все изменилось после того, как Петр Алексеевич Романов вернулся из Голландии. Вскоре он расстался с первой русской женой и взял в жены Марту Скавронскую, латышку или эстонку, здесь историки во мнениях расходятся. Марта Скавронская нам хорошо известна как Екатерина I.

После смерти Петра I к власти приходили разные императоры и императрицы. Каждый раз возникал вопрос о престолонаследии, так как мальчики не рождались. Поэтому возникали самые неожиданные завещания, пока одно из них не пришлось на некоего Карла Петера Ульриха из города Киль, Голштиния. Петру I он приходился внуком, и он был женат на Софии Ангальт из Померании.

В историю эти немцы вошли как Петр III и Екатерина Великая.

Их сын, коронованный как Павел I, был женат дважды, и оба раза на немках (из Гессена и Вюртемберга).

Павлу I унаследовал его сын, Александр I. Он тоже был женат на немке, но уже из Бадена.

У Александра I родились три дочери, и поэтому его сменил брат, Николай I. Тот тоже не вносил разнообразия в семью и женился на немке из Пруссии.

Александр II был женат на немке из Гессена, а когда она умерла от туберкулеза, взял в жены Екатерину Долгорукову, с которой встречался предыдущие 25 лет. Это был единственный случай со времен Петра I, когда Романовы взяли замуж русскую. Но после его смерти наследником стал сын от первого, немецкого брака – Александр III.

Александр III был женат на датчанке.

Николай II был женат на немке опять из Гессена.

Так что доля русской крови у Николая II была 1/256, а у его наследников 1/516.

Но, может быть, эта семья была носителем высоких этических ценностей и прививала русскому народу культуру, человеколюбие и гуманизм?

Романовы взошли на престол, убив ребенка. Ребенку исполнилось три годика, и он был убит абсолютно осознанно. Его повесили в 1614 году в центре Москвы у Серпуховских ворот. Поскольку мальчик был маленький, петля под его весом не затянулась, и ребенок просто насмерть замерз. Мальчика звали Иван, и вместе с матерью Марией Мнишек он оказался соперником Михаила Романова во время выборов нового царя. Конечно, время было мрачное, и соперники Романовых толерантностью тоже не отличались.

По легенде, умершая в тюремном каменном мешке Мария Мнишек прокляла род Романовых.

Из десяти детей приказавшего повесить трехлетнего ребенка Михаила Романова шестеро умерли во младенчестве, а три дочери так и не вышли замуж, хотя были дочерями царя. Конечно, детская смертность в то время была явлением обычным, однако спустя полвека современники вспомнили легенду о Мнишек: роль первой семьи в стране не приносила Романовым личного счастья.

Алексей Михайлович процарствовал 30 лет. Зато его детей, исключая Петра, преследовал тяжелый рок. Иван умер в 27 лет от паралича, Софья, Евдокия, Марфа и Феодосия скончались в монастырях, Екатерину до смерти держали под домашним арестом, Марию бросили в Шлиссельбургскую крепость.

В монастырь была отправлена и первая русская супруга нового царя Петра I Евдокия Лопухина. Когда спустя много лет Евдокия сблизилась с майором Глебовым, Глебова посадили на кол, заставив Евдокию смотреть на его мучения.

Алексей, сын Петра I от Евдокии Лопухиной, уходить в монастырь не захотел. Он сбежал в Неаполь. Дипломаты Петра Великого убедили Алексея вернуться в Россию, где тот был арестован, подвергнут пыткам и умер в тюрьме.

После смерти Петра I сильно укрепилась немецкая партия, десятки тысяч людей отправили в Сибирь и даже на Камчатку, но члены семьи Романовых временно вышли из зоны риска. Отчасти это было связано с тем, что прямых наследников не имелось, и имперская бюрократия могла выбирать наиболее удобных для себя кандидатов, не прибегая к прямому насилию.

В 1740 году умерла Анна I. Императором был объявлен ее двухмесячный родственник Иван (он был сыном ее племянницы, то есть практически посторонним человеком). Иван «процарствовал» год, после чего в результате переворота к власти пришла дочь Петра I Елизавета. Ребенка отправили в тюрьму, где тот провел всю свою жизнь и был убит спустя 24 года.

У победившей таким образом Елизаветы детей не было, и она завещала трон племяннику, Карлу Петеру Ульриху из города Киль, Голштиния. Петру I он приходился внуком и был коронован как Петр III.

Спустя шесть месяцев Петр III был свергнут своей женой Софьей Ангальт из Померании (Екатерина Великая). В 1762 году он был убит.

Екатерине II наследовал ее сын Павел I. Он начал было ограничивать крепостничество ив 1801 году тоже был убит в результате переворота. Переворот поддержал его собственный сын Александр, который и стал новым императором.

Святое семейство, правда? Отец убивает сына, сын – отца, жена – мужа. Нам скажут: нравы, мол, такие. Но если такие нравы царили между родственниками в этой семье и Русская православная церковь их не осуждает, то возникает вопрос: почему остальные жители страны не могли взять пример со столь достойных людей?

Почетный член «Союза русского народа»

В 1894 году на престол взошел Николай II, которому есть смысл уделить отдельное внимание. В современной пропаганде его стараются представить как мягкого и доброго человека, просто совершенно не способного к управленческой работе.

Насколько же Николай Романов был мягок и добр?

В 1891 году, как уже отмечалось, Россию поразил серьезный голод. За помощь голодающим взялся наследник престола, который возглавил специальную комиссию. Комиссия не преуспела. Граф Владимир Ламсдорф, занимавший должность министра иностранных дел, с разочарованием писал в своем дневнике, что «великий князь, который только что потратил, не стесняясь, миллионы на веселое путешествие (в Азию), не может теперь добыть несколько миллионов для серьезного дела, которое ему поручено. Нет никакого контроля за распределением собранных сумм и в ряде мест совершены серьезные растраты»[2]. Проще говоря, мобилизацией средств наследник не занимался, а те деньги, что были собраны, оказались в определенной части разворованы.

Еще ярче черты Николая Романова проявились после смерти его отца. Была объявлена коронация. По этому случаю на Ходынском поле в Москве организовали народные гуляния. Из-за скверной организации утром случилась давка. В давке погибло 1389 человек – и это по официальным данным. Еще несколько тысяч были искалечены.

Ходынка

Трагедии из-за плохой организации случаются. Даже сейчас. Власти приспускают флаги, объявляют траур, помогают семьям погибших.

Но Николай Романов просто продолжил празднества. В дневнике он описал, как днем участвовал в гуляниях на Ходынке. Играла музыка. В воздух поднимались ракеты салюта. На другом конце поля сгребали сотни трупов. Затем новый царь поехал праздновать дальше к французскому послу, а оттуда на бал. Бал закончился в два часа ночи. У императора было хорошее, приподнятое настроение.

Через день, когда сотни людей хоронили близких, состоялся еще один бал. Его дал дядя молодого царя великий князь Сергей Александрович. Сергей Александрович был не только дядей Николая II, но и московским генерал-губернатором. Именно он отвечал за организацию торжеств на Ходынке и проявил халатность, погубившую почти полторы тысячи человек. Следствия не было. Наоборот, Николай Романов публично выразил благодарность дяде за организацию торжеств.

Спустя три недели, когда высшее общество устало пить, остатки спиртного были розданы по госпиталям. Каждый искалеченный получил целую бутылку портвейна.

По городу пошли нехорошие разговоры. Под их давлением царь решил оказать семьям погибших помощь. Его официальный ежегодный доход составлял 20 млн руб. Из этой суммы было щедро выделено целых 0,09 млн рублей. Часть денег забрали городские власти Москвы в качестве затрат на похороны. Выплаты собственно семьям погибших составили порядка 55 рублей на семью. Эта сумма равнялась примерно двухмесячной зарплате рабочего или шестимесячной зарплате кухарки. Поначалу Николай II хотел выдать каждой семье по целой тысяче рублей. Но когда стало́ понятно, что так уйдет полтора миллиона, было решено лишних денег не тратить, а просто перераспределить те же средства между бо́льшим числом жертв.

По итогам событий Николай II записал в дневнике: «Дай Бог, чтобы следующий 1897 год прошел так же благополучно, как этот».

В целом, конечно, дневник Николая II малоинтересен. Он бытовой и отличается от других дневников той эпохи разве что тщательной фиксацией убитых руководителем великой империи ворон, собак и кошек. Счет им шел на тысячи.

Но кроме дневника сохранились иные документы. Николай II ставил визы на деловых донесениях. Эти резолюции публиковались и служили самым настоящим источником для понимания российским народом, с каким именно царем тот встретился.

К примеру, Государственный Совет предложил отменить телесные наказания в России. Николай ответил: «Отменю, когда захочу». Семьдесят восемь виднейших литераторов обратились к царю с жалобой на произвол цензуры и попросили «защитить литературу с помощью закона». Виза Николая: «Оставить без последствий». Предложен закон о черте оседлости для евреев. Николай Романов пишет: «Евреи, покидающие черту оседлости, ежегодно наполняют города Сибири своими мерзкими физиономиями. Эту нетерпимую ситуацию необходимо изменить». В Белостоке при поддержке жандармерии произошел еврейский погром, людей убивали и разоряли только по признаку их национальности. Император сделал пометку: «Какое мне до этого дело?». Поступили доклады о пытках в тюрьмах и убийствах заключенных. Резолюция: «Царское спасибо этим славным ребятам». На рапорте о появлении агитаторов в казармах царь начертал: «Надеюсь, их тут же расстреляли»[3].

Прошло несколько лет такого управления. В декабре 1904 года на Путиловском заводе было уволено несколько членов Собрания русских фабрично-заводских рабочих (как бы мы сейчас сказали, профсоюзных активистов). Коллеги решили заступиться за товарищей, и 3 января 1905 года вспыхнула стачка. Вскоре к ней присоединились работники других предприятий. Объединяющим стало требование восьмичасового рабочего дня. В забастовке приняли участие 150 тысяч человек, при том что все население города составляло тогда 1,5 млн человек. Переговоры с работодателями и властями зашли в тупик, и тогда популярный в массах священник Гапон предложил пойти к царю как к арбитру. В то время Гапон был обычным демократическим деятелем, его сотрудничество с охранкой началось позже, и считать его умышленным провокатором совершенно неверно.

9 января 1905 года рабочие Санкт-Петербурга вышли к Зимнему дворцу. Они шли несколькими колоннами через весь город. В руках держали государственные флаги и портреты батюшки-царя. Демонстрация была расстреляна. Казаки преследовали бегущих людей и рубили их шашками. Сейчас можно встретить утверждения, что Гапон готовился поставить Николаю II ультиматум, и в случае отказа началось бы вооруженное восстание. Это чушь, и она легко опровергается сведениями о жертвах 9 января. Погибло минимум 120 гражданских, еще два полицейских стали жертвами «дружественного огня» армии, а среди военных убитых не оказалось вообще. Это означает, что 150 тысяч рабочих, пришедших в центр своего города, не были вооружены, и никакой подготовки к захвату власти не было.

Среди погибших оказалось минимум двенадцать несовершеннолетних детей и подростков – конторский мальчик Павел Ежов (15 лет), ученик Карл Кула (14 лет), безработная Мария Белова (16 лет), конторский мальчик Андрей Курочкин (15 лет), трактирный слуга Иван Бибичин (16 лет), токарь Федор Мухин (16 лет), экспедитор Герасим Родионов (16 лет), бакалейщик Евдоким Прокофьев (16 лет), безработный Иван Федоров (17 лет), ученик слесаря Михаил Кириллов (17 лет), корабельщик Павел Медников (17 лет) и неопознанный подросток.

Стоит специально привести фамилии этих убитых детей, расстрелянных и зарубленных царскими войсками. Они столь же невинно убиты, как и дети Николая Романова. И справедливо помнить о них не меньше, чем об Алексее Николаевиче Романове, который погиб лишь потому, что его отец был палачом детей, убитых 9 января 1905 года, и множества других людей.

Сам Николай II, впрочем, в день расстрела петербуржцев отсутствовал. Он сбежал из столицы еще 7 января, а когда вернулся, издал манифест, в котором написал: «Я верю в честные чувства рабочих людей и в непоколебимую преданность их Мне, а потому прощаю им вину их».

Вчитаемся. Люди пришли к руководителю своей страны со своими бедами. Их расстреляли. И человек, к которому они шли с надеждой на справедливость, сказал им, что прощает их. Вина русских заключалась в том, что они осмеливались просить главу государства поддержать их требования. И если раньше их просто штрафовали за письма к царю, то теперь убивали.

Через месяц бастовало полмиллиона человек, а потом начались и баррикадные бои.

В ответ правительство объявило террор.

Резолюция Николая II от 8 июля 1906 года гласит: «Напоминаю Главному Военно-судному управлению мое мнение относительно смертных приговоров. Я признаю их правильными, когда они приводятся в исполнение через 48 часов после свершения преступления».

Это был не единичный случай. Николай Романов был щедр на подобные резолюции.

Вновь, как и 9 января, убивали детей. 8 января 1906 года в Вольмаре расстреляли 15-летних Рудольфа Альфреда и Петра Дийка. Их убили за песни. За революционные песни. 22 сентября 1906 года расстреляли четырех несовершеннолетних в Ченстохове. Такие же расстрелы были отмечены в Митаве, Люблине, Риге и Ревеле. В Рижском уезде, например, подростка расстреляли за отказ выдать отца. Палачи получали награды и поощрения[4].

Расстреливали и солдат, отказывавшихся участвовать в карательных мероприятиях. В 55-м Сибирском полку по приказанию начальника 14-й Сибирской дивизии генерал-лейтенанта К.Р. Довбор-Мусницкого без суда было казнено 13 нижних чинов. На его рапорте имеется резолюция императора Николая II: «Правильный пример». Или еще запись: «Для примера, необходимо было бы, арестовав зачинщиков-вольноопределяющихся, предать их военно-полевому суду и расстрелять. Действие будет потрясающее».

Спустя десять лет примерно такой же трибунал вынесет приговор самому Николаю Романову. Правда, этот трибунал будет называться не «военно-полевым судом», а Исполкомом Уральского Совета рабочих. Но в нем точно так же не будет адвоката, прений сторон и присяжных заседателей. Николай Романов вкусит плоды с собственного дерева, хотя вряд ли он оценил такой иронический поворот собственной политической практики.

Впрочем, при подавлении первой русской революции часто обходились и без военных трибуналов. Такие формальности по отношению к «черни» считались ненужными. В феврале 1906 года генерал Меллер-Закомельский энергично докладывал Николаю II: «Я прибыл на станцию Иланскую. Мне доложили, что рабочие собрались в депо на сходку. На станции стоял эшелон Терско-Кубанского полка, я распорядился взять полсотни этого эшелона и с частью своего отряда и ротой охраны станции Иланской послал оцепить депо, где была сходка. Когда нижние чины вошли в депо, по ним открыли огонь. Они ответили тем же и в один миг всех разогнали, причем, как оказалось впоследствии, из числа застигнутых в депо были 19 убито, 70 ранено и 70 человек арестовано», «части вверенного мне отряда пошли в депо для ареста собравшихся там на митинг рабочих»[5].

Как обычно в таких случаях, в результате «открытого бунтовщиками огня» ни один каратель не пострадал. То есть не было никакого огня.

Генерал Куропаткин записывал в дневнике беседу со своим коллегой, военным губернатором Забайкалья генералом Соболевским: «Меллер засекал шомполами чуть не насмерть. Одновременно били 4 солдата шомполами, и это считалось за один удар. По словам Сычевского, буквально срывали мягкие части тела. Но главное зверство произведено на станции Иланской. Там манифестантов с красными флагами, 400 человек почти, окружили солдаты и начали расстреливать. Только 60 человек оказались ранеными. Остальные были убиты».

К 1908 году революция была уже подавлена, но репрессивная машина не останавливалась. Ведущий эксперт в области смертной казни Михаил Гернет заметил, что за год в России официально было казнено 1340 человек, в то время как в 37 странах Европы и Америки всего 971. Число казней в России более чем в 21 раз превысило число казненных во всех европейских государствах[6].

Помилования были, но их доля не шла в сравнение с другими странами. В Австрии было помиловано 100 % приговоренных к смертной казни, в Испании – 96 %, во Франции – 85 %, в России – 32 %.

О шестистах повешенных и миллионах запоротых

Вроде бы полторы тысячи казненных в 1908 году на фоне сталинского маховика репрессий – незначительная цифра. Это число сегодня приводится как абсолютный аргумент в пользу гуманности царизма. В качестве источника называются исследования юриста Михаила Гернета, который был противником смертной казни и тщательно исследовал историю высшей меры наказания в России.

В 1906 году Гернет обнародовал «Поименный список приговоренных к смертной казни русскими судами в период с 1826-го по 1906 год». В списке значилось 612 человек. Действительно, исходя из этих данных, число казненных в среднем составляло пять-шесть человек в год.

Но сам Гернет писал о неполноте списка: «Проникшие же в печать случайно цифры приговоренных к казни или казненных отличаются удивительным разнообразием и часто совершенно не сходятся между собою, хотя и относятся к одним и тем же годам. Значительная часть приговоренных к смертной казни в последние годы была казнена посредством повешения. Так как казнь исполняется непублично, то в русскую печать почти не проникает сведений об них»[7].

В отношении бунтующих русских крестьян, а также повстанцев на Кавказе и в Центральной Азии, казнь в виде виселицы применялась без всякого суда.

Но тысячи и тысячи людей были просто замучены до смерти. Лев Толстой в статье «Николай Палкин» описывал быт и смерть русского воина:

«Мы ночевали у 95-летнего солдата. Он служил при Александре I и Николае.

– Что, умереть хочешь?

– Умереть? Еще как хочу. Прежде боялся, а теперь об одном Бога прошу: только бы покаяться, причаститься привел Бог. А то грехов много.

– Какие же грехи?

– Как какие? Ведь я когда служил? При Николае; тогда разве такая, как нынче, служба была! Тогда что было? У! Вспоминать, так ужасть берет. Я еще Александра застал. Александра того хвалили солдаты, говорили – милостив был.

Я вспомнил последние времена царствования Александра, когда из 100 – 20 человек забивали насмерть. Хорош же был Николай, когда в сравнении с ним Александр казался милостивым.

– А мне довелось при Николае служить, – сказал старик. И тотчас же оживился и стал рассказывать. – Тогда что было, – заговорил он. – Тогда на 50 палок и порток не снимали; а 150, 200, 300… насмерть запарывали. – Говорил он и с отвращением, и с ужасом, и не без гордости о прежнем молодечестве. – А уж палками – недели не проходило, чтобы не забивали насмерть человека или двух из полка».

Николай I наложил на одном из рапортов резолюцию: «Виновных прогнать сквозь тысячу человек двенадцать раз. Слава Богу, смертной казни у нас не бывало и не мне ее вводить»[8].

Это была самая что ни на есть смертная казнь, но намного хуже, чем расстрел или виселица. Процитируем еще раз Толстого: «Солдат рассказывал, как они (приговоренные) просят смерти и им не дают ее сразу, а вылечивают и бьют другой, иногда третий раз. И он живет и лечится в госпитале, ожидая новых мучений, которые доведут его до смерти. И его ведут во второй или третий раз и тогда уже добивают насмерть».

Современники писали: «При расстрелянии преступника или при отсечении ему головы на эшафоте он чувствует мгновенное страдание, тогда как, напротив, при назначении ему 6 тысяч ударов шпицрутенами тело его разрывается на куски, удары касаются костей, и он всегда или почти всегда умирает чрез несколько часов и иногда только чрез несколько дней в ужасных и невыразимых страданиях. Таким образом, смертная казнь заменена другою, далеко ужаснейшею, и, следовательно, человеколюбивая цель Государя не только не достигнута, но, напротив, усугублена самым варварским образом»[9].

Сколько же было таких людей? По свидетельству артиллерийского офицера Льва Николаевича Толстого, под кнутом погибла пятая часть русской армии. Запарывали насмерть и крестьян. Так продолжалось не год и не два, а два столетия. За время управления Романовых счет шел на миллионы уничтоженных людских жизней.

К истокам сталинских репрессий

В истории не бывает неожиданных перемен. Историю делают люди, а люди в целом не склонны к необъяснимым поступкам. Люди склонны к традиции, осторожно относятся к переменам, и только серьезные причины побуждают их к решительной смене образа своей жизни. Сказанное относится не к отдельным личностям, разумеется, а к обществам.

В середине 1-го тысячелетия новой эры Римская империя столкнулась с массовым нашествием варваров, пришедших из азиатских глубин в южную Европу. Эти люди преодолели тысячи километров вовсе не из-за внезапно проявившейся тяги к путешествиям. Их гнал голод. На планету пришло похолодание, причины которого объясняются ростом вулканической активности или падением крупного метеорита. И целые народы покинули места своего традиционного обитания, чтобы выжить. На их пути оказалась прошедшая пик своего могущества империя, и империя была сметена.

Спустя полторы тысячи лет многие удивились, как в культурной, образованной Германии к власти смог прийти расист и шовинист Адольф Гитлер. Но победа нацистской партии произошла на основе уже созданного ранее антигуманистического пласта. Ей предшествовал заложенный многолетний фундамент культа военной силы, расового превосходства и приоритета государства, сформированный в Германии еще в XIX веке. Ярким проявлением этой предыстории стал геноцид гереро и готтентотов в Юго-Западной Африке в 1905–1907 годах, проведенный под откровенно расистскими лозунгами, так что нацисты пришли на уже подготовленную почву.

Сталинская тоталитарная политика произросла не на пустом месте. Она не являла собой некое внезапное помрачение народного рассудка. В ее репрессивное многообразие легла практика эпохи Романовых. Русский человек смотрел на то, что делало государство, и считал это возможным. И когда прежнее государство ушло, насаждавшаяся им культура насилия и архетипы жестокости никуда не делась. Культура вообще меняется очень медленно. И русский человек применил данный ему царями опыт масштабно и решительно, как и свойственно обычным людям.

Выше мы писали про внесудебные казни. Но список управленческих новелл семьи Романовых намного шире.

Депортации

Депортации по национальному признаку – метод, известный в истории человечества очень давно. Его впервые применили ассирийцы, переселив, по разным оценкам, от полутора до четырех миллионов человек. Учитывая малочисленность населения в тот период, сложно даже представить себе масштаб этих мероприятий. Затем римляне депортировали евреев, испанцы и португальцы – арабов и марранов, англичане – франко-аккадцев, турки – армян.

Практиковались депортации народов и Романовыми. Наибольший масштаб был достигнут на Кавказе в середине XIX века.

В 1862 году было издано постановление «О переселении горцев». Те кавказские этносы, что очень не хотели входить в состав Российской империи, было решено переселить на равнины, а особенно упорных – за море, в Турцию. Чиновники обеих стран заботы о переселенцах не проявляли. Российским бюрократам была безразлична судьба собственного народа, не говоря уже о черкесах. А разъедаемый коррупцией турецкий аппарат легко мог сослаться на форс-мажор и отсутствие возможностей.

Вот как описывает происходившее по нашу сторону границы офицер русской армии Иван Дроздов: «В конце февраля отряд двинулся к речке Мартэ, чтобы наблюдать за выселением горцев, а если понадобится, так и силою выгонять их…. Поразительное зрелище представилось глазам нашим по пути: разбросанные трупы детей, женщин, стариков, растерзанные, полуобъеденные собаками; изможденные голодом и болезнями переселенцы, едва поднимавшие ноги от слабости, падавшие от изнеможения и еще заживо сделавшиеся добычей голодных собак. Весь северо-западный берег Черного моря был усеян трупами и умирающими, между которыми сохранялись небольшие оазисы еле живых, ожидавших своей очереди отправления в Турцию»[10].

Но особенностью царизма стало проведение депортаций в Европе. Это было новшеством. Мало кто среди обычных российских горожан понимал, где находится Кавказ и кто там живет, а вот евреев знали все.

В 1891 году депортация была проведена прямо в Москве. Великий князь Сергей Александрович Романов заявил, что намерен «оградить Москву от евреев». По загадочным причинам особую опасность для государства представляли ремесленники. Их выслали первыми. Потом выслали отставных солдат и членов их семей. То есть выслали людей, отдавших 25 лет своей жизни Родине. Вид их, видимо, раздражал взор Романовых.

За короткий срок из Москвы было изгнано около 30 тысяч евреев, многих из которых выслали по этапу зимой, вместе с уголовными преступниками, что привело к многочисленным смертям[11].

Из 14 еврейских молельных домов Романовы закрыли восемь. Если кто-то сможет объяснить, чем такое решение отличается от закрытия церквей в тридцатые годы, автор будет искренне признателен.

В 1900 году настала очередь китайцев. В это время в Поднебесной вспыхнуло восстание ихэтуаней. Как и свойственно крестьянским войнам, оно сопровождалось жестокостями, и погибло много христиан. В Маньчжурии восставших поддержали китайские генералы, и начались обстрелы русской территории. Никакого вреда они не причиняли, но власти встревожились. В Благовещенске было принято решение выселить всех китайцев за Амур. При этом лодок китайцам не предоставили из опасения, что они будут потом использованы для совершения терактов на российской территории. Поэтому китайцам предложили переплыть Амур. Плавать они в массе своей не умели, и их просто порубили. Было дело и у Амурского казачьего войска: 5 июля в станице

Поярково собрали 85 китайцев, которых по приказу председателя войскового правления полковника Волковинского расстреляли[12].

В 1914 году началась Первая мировая война.

Еще до официального вступления России в войну начались аресты и высылки подданных Германии и Австро-Венгрии. В общей сложности они затронули 350 тысяч человек, живших в Санкт-Петербурге, Москве, в Польше, южной Украине и Балтии. Их выселяли в Сибирь, Вятку, Вологду и Оренбург. Вслед за немцами стали выселять евреев. Летом 1915 года, когда царская армия стала терпеть неудачи и оставила Польшу, в Сибирь отправили все немецкое население Волыни.

На юге депортации подверглись подданные Османской империи, включая часть крымских татар. Из Крыма и Кавказа их выселяли в Карелию, Ярославль, Воронеж и Тамбов. Был создан пересыльный лагерь в Баку, где погибло несколько сот человек.

В 1914–1916 годах было депортировано порядка 250–350 тысяч евреев, переселенных из Польши и Литвы во внутренние губернии. На сборы давалось 24 часа, зачастую выселение проводилось в зимний период и сопровождалось гибелью неспособных к таким перемещениям детей, женщин и стариков. При этом мужчин активно призывали в армию, и в то время, когда призывник сражался в окопах, его мать и младшая сестра под плеткой следовали пешком по раскисшей дороге в импровизированный лагерь под Гатчиной.

Особого внимания заслуживает ситуация с женами «врагов народа». То, что высылали русских жен подданных Германии и Австро-Венгрии, объяснимо. Но высылке подверглись и те женщины, которые расторгли брак. По словам сенатора Н. П. Харламова, их вина заключалась в том, что эти женщины «приняли в себя немецкое семя»[13].

Так что у сталинских депортаций была предыстория.

Заложники

Практика взятия заложников тоже не была новой. Ее вовсю использовали во время войн на Кавказе, и заложники назывались по-арабски аманатами.

Институт заложников был применен в период первой русской революции. Генерал Ренненкампф, возвращавшийся после поражения в японской войне, извещал население сибирских городов, что «в случае покушения на лиц, меня сопровождающих, жандармских чинов и железнодорожной охраны, через час покушения все арестованные и сданные в тюрьму, как заложники, будут подвергнуты смертной казни»[14].

В период Первой мировой войны этот опыт был перенесен на европейские фронты. Во второй половине июня 1915 г. главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта ген. Николай Иванов дал распоряжение главному начальнику Киевского военного округа взять из числа немцев-колонистов заложников, большей частью учителей и пасторов, заключив их до конца войны в тюрьмы (соотношение: один заложник на 1000 человек населения). Также предписывалось реквизировать у населения колоний все продовольствие, оставив лишь небольшую часть до нового урожая, а в места компактного проживания немцев поселить беженцев. За отказ выполнить это распоряжение заложникам угрожала смертная казнь. Это редчайший в истории пример, когда заложников брали из числа собственного населения[15].

Заградотряды

Заградотряды придумал тоже не Иосиф Сталин.

Из приказа командующего 8-й армией А. А. Брусилова от 15 июня 1915 года: «…Сзади нужно иметь особо надежных людей и пулеметы, чтобы, если понадобится, заставить идти вперед и слабодушных. Не следует задумываться перед поголовным расстрелом целых частей за попытку повернуть назад или, что еще хуже, сдаться в плен»[16].

А Петр Врангель в июле 1917 года просто приказал открыть огонь по отступавшим бойцам Кавказского пехотного полка… из артиллерии. Процитируем: «я увидел, что на всем фронте кавказского полка цепи отступают. В бинокль видно было, как люди бегут, обгоняя друг друга; отступление обращалось в общее бегство. Я находился на батарее и отдал приказание командиру открыть по бегущим беглый огонь. Батарея дала очередь, попадания были ясно видны. Но люди не только не остановились, но как будто еще быстрее двинулись в тыл. Я поскакал к Ольвиопольским уланам, стоящим в резерве, и приказал командиру полка полковнику Семенову остановить бегущих и пиками гнать их обратно. Семенов развернул полк, и лава улан стала гнать пиками отступающую пехоту, собирая людей, как стадо баранов»[17].

Можно много что рассказывать про децимацию в РККА при Льве Троцком, но из артиллерии отступавшие части в Красной армии не расстреливали. Не хватало духовных скреп.

Исследовавший эти особенности романовского «гуманизма» Сергей Фомин справедливо отмечает: «Знакомясь со всеми этими вопиющими фактами, нельзя не прийти к выводу, что всем тем шокирующим нормального человека безобразиям и преступлениям русского человека (в том числе и «человека с ружьем») к 1917 году уже научили. Заложники, реквизиции, доносы, грабежи, высылки, конфискации частных предприятий с последующей передачей их под государственный контроль, переименования населенных пунктов, – все это впоследствии уже проделывалось привычно и на вполне „законных“ основаниях».

Как мы «кормили Европу»

Еще один известный тезис – о «России, которая кормила всю Европу».

Доля царской России в чистом мировом экспорте пяти основных зерновых культур (пшеница, рожь, ячмень, овес и кукуруза) составляла 25 %[18].

При этом в России в 1913 году жило 170 млн человек, а в Аргентине – восемь. Площадь царской России составляла 21,8 млн кв. м, а Аргентины (включая холодную Патагонию) – 2,8 млн кв. км. То есть огромная страна с весьма приличным населением поставляла на рынок такой же объем зерновых, как и одна из двадцати бывших испанских колоний, вдобавок расположенная в ином полушарии.

Что там Аргентина! Обратим внимание на Румынию. В тот период Румыния была существенно меньше, так как не включала в себя Трансильванию. Ее площадь составляла 0,14 млн кв. км, а население – 7,5 млн человек. То есть Румыния уступала царской России по территории в 150 раз, а по числу жителей в 23 раза. Между тем доля Румынии на рынке зерна составляла треть от доли России. И вряд ли у кого-то возникнет на этом основании мысль о высоком экономическом подъеме в этой абсолютно нищей на тот период балканской стране.

Пойдем чуть глубже и сравним урожайность по зерновым. В России после столыпинской реформы она составляла 8 центнеров с гектара, в то время как во Франции и США – 12.4 центнера, в дождливой Англии – 20 центнеров, в Нидерландах – 22 центнера.

Еще контрастнее урожайность в расчете на душу населения (1913). В России было собрано 30,3 пуда, в Аргентине – 87.4 пуда, в Канаде – 121 пуд.

Чем объясняется такое различие? Разумеется, роль играл климат. Но в не меньшей степени следует упомянуть и развитие химической промышленности. В Европе активно использовали удобрения, применяя их даже в малоразвитых Испании и Венгрии. В России собственное производство удобрений сводилось преимущественно к навозу. Сравнение результатов весьма показательно[19]:

Но ведь не хлебом единым жив человек. Европейцы в своем мягком климате отводили землю под многие иные культуры – виноград, картофель, оливковые деревья. Зачем же им нужно было распахивать поля под пшеницу, выращивать ее на экспорт? Зачем им нужно было полностью обеспечивать внутреннее потребление за счет собственного производства, когда можно было недорого купить?

Поэтому Европа ввозила зерновые. Не очень много, на самом деле. Франция, Бельгия и Германия покрывали импортом всего 10 % потребления, а Австро-Венгрия вообще была экспортером.

В 1913 году зарубежная Европа потребила 8336,8 млн пудов пяти основных зерновых культур, из которых собственный сбор составил 6755,2 млн пудов (81 %), а чистый ввоз зерна – 1581,6 млн пудов (19 %).[20]

Доля России составляла от европейского импорта 24,7 % пшеницы, 37,1 % ржи, 42,3 % овса. То есть примерно 6 % потребляемых европейцами зерновых поступало из России. Французы и итальянцы на фоне резкого роста рождаемости испытывали потребность в твердых сортах пшеницы для пиццы и макаронных изделий, а предпочитающие свинину немцы покупали ячмень для кормовых нужд.

За счет чего Россия завоевывала европейский рынок? Посмотрим еще одну таблицу, из Statistisches Jahrbuch fur das Deutsche Reich, которая приводится в «Тетрадях по империализму». Это потребление зерновых на одного жителя в килограммах (данные за 1893–1897 годы)[21]:

Мы видим таблицу только по зерновым. Без мяса, фруктов, овощей. Из нее совершенно ясно видно, что даже по углеводам русские сильно проигрывали не только немцам, англичанам и французам, но даже жителям отсталой Австро-Венгрии.

При этом, по оценкам самого правительства, минимальная потребность оценивалась в 13 пудов (200 кг) на душу; а кроме этого, еще было нужно зерно для корма скота и засева полей (дополнительно 80–90 кг на душу).

За первое десятилетие XX века потребление зерновых на одного жителя империи сократилось с 22,8 пудов до 18,3 пудов в год. Было ли это достигнуто за счет увеличения потребления жиров и белков? Обратимся к Европе с ее традиционно разнообразной благодаря климату кухне. В 1910 году потребление зерновых составило в Англии 22,0 пуда на человека, в Австро-Венгрии и Франции – 23 пуда, в Германии – 28 пудов[22]. Даже в Румынии потребление составляло 25,1 пуда[23]. Таким образом, по потреблению хлеба Россия отставала.

По иным видам продуктов ситуация выглядела гораздо хуже. Потребление масла, например, на душу населения в России составляло 71 % от Австро-Венгрии, 62 % от Германии, 33 % от Голландии и 25 % от Великобритании. Объем урожая картофеля в России на душу населения был в три раза меньше, чем в Германии. Про мясо и говорить не приходится. Новосельский писал, что сельское население России вынужденно ведет преимущественно вегетарианский образ жизни[24]. Европейцы могли себе позволить мясо, рыбу, фрукты и овощи. В России потребление мяса в год составляло 66 кг в городах и всего 5 кг в селах[25].

Малоизвестно, но в 1900–1913 годах поголовье крупного скота в России осталось неизменным. А население выросло. В результате за указанный период число крупного скота на сто человек населения снизилось с 60 до 53[26].

При этом ежегодно Россия экспортировала 9 млн тонн зерна при собственном производстве в 70 млн тонн (средние урожаи 1910–1913 годов).

Так за счет чего же Россия вывозила зерно? За счет недоедания собственного населения.

Министр финансов России Иван Вышнеградский произнес весной 1891 года: «Недоедим, но вывезем!». Это вовсе не легенда, а абсолютный исторический факт, подтверждаемый коллегами Вышнеградского по царскому правительству.

Крестьянин разбирает соломенную крышу для прокорма скота

В том же году в России случился неурожай, следствием которого стал самый реальный голод. На фоне недоедания вспыхнули эпидемии тифа и холеры. В хлеб стали добавлять желуди и лебеду. На избах исчезли соломенные крыши – их скормили скоту. При этом вплоть до 3 ноября правительство продолжало вывозить пшеницу за рубеж. Число умерших в 1891 году возросло на 400 000 человек[27].

Лев Толстой отмечал: «Если под голодом разуметь недоедание, не такое, от которого тотчас умирают люди, а такое, при котором люди живут, но живут плохо, преждевременно умирая, уродуясь, не плодясь и вырождаясь, то такой голод уже около 20 лет существует для большинства черноземного центра и в нынешнем году особенно силен»[28].

Известный агроном Александр Энгельгардт отмечал: «Пшеницу, хорошую чистую рожь мы отправляем за границу, к немцам, которые не станут есть всякую дрянь. Лучшую, чистую рожь мы пережигаем на вино, а самую что ни на есть плохую рожь, с пухом, костерем, сивцом и всяким отбоем, получаемым при очистке ржи для винокурен, – вот это ест уж мужик. Но мало того, что мужик ест самый худший хлеб, он еще недоедает. Если довольно хлеба в деревнях – едят по три раза; стало в хлебе умаление, хлебы коротки – едят по два раза, налегают больше на яровину, картофель, конопляную жмаку в хлеб прибавляют. Конечно, желудок набит, но от плохой пищи народ худеет, болеет, ребята растут туже, совершенно подобно тому, как бывает с дурносодержимым скотом… »[29].

Вслед за 1891 годом были и другие периоды бескормицы.

В 1897 году голод случился в 13 губерниях и двух областях. В 1898 году – в 18 губерниях. Всего голод затронул в этот период 27 млн человек.

В 1901 году засуха и пожары оставили без хлеба 24 губернии.

В 1905 году неурожай охватил 16 губерний.

В 1906 году дождливое холодное лето вместе с нашествием саранчи привело к перебоям с продовольствием в 49 губерниях.

В 1907 году – еще 19 губерний.

В 1908 году – двадцать губерний.

Понятно, что картина была пестрая и отличалась даже от уезда к уезду. Но, как мы видели выше, урожаи даже в обильные годы в России были низкими по причине скверного климата, усугубленного низкой культурой производства (удобрения, механизация и генетика тогда отсутствовали). Поэтому относительно легкие по нынешним временам температурные колебания влекли за собой самые глубокие последствия.

В 1911 году голод охватил 20 миллионов человек в 60 губерниях. Урожаи в пострадавших районах составили треть от обычных.

И все эти годы из России продовольствие уходило на Запад. 1911 год был рекордным по экспорту (млн пудов)[30]:

Российские предприятия нуждались в машинах и оборудовании. Правящий класс испытывал потребность в предметах роскоши. Поскольку собственная экономика империи была откровенно слаба, все это – станки, оптику, качественную сталь, электрокабели, мебель и прочее – покупали за границей. В обмен расплачивались зерном. Доля зерновых в российском экспорте была стабильна и составляла порядка 55–60 %, еще 30 % приходилось на иное сырье, а доля машин и оборудования к началу Первой мировой войны не превышала 6 %. Картина очень знакомая нам по нынешним временам, если заменить пшеницу на газ и нефть. Такая экономика, с низкой прибавочной стоимостью, была крайне уязвима.

Выводы:

– на долю царской России приходилось лишь 6 % потребляемых зерновых и не более 2 % от общего потребления Европой продуктов питания;

– эти поставки продовольствия достигались за счет постоянного недоедания собственного народа, и в первую очередь самих крестьян.

О производстве и технологиях

В начале XX века до России добралась промышленная революция, которая прошла по Европе в середине XIX века. Разумеется, имелись отличия, вызванные в первую очередь возможностью пройти по проторенной дороге и энергичным участием иностранного капитала.

Все догоняющие экономики имеют более высокие темпы развития, чем средние по планете. Если вместо одного станка будет собрано два, то мы увидим удвоение производства. Но если вместо тысячи станков будет производиться тысяча сто, то производство увеличится лишь на 10 %.

В чем была особенность российской промышленности в начале века?

Для начала, в том, что эта промышленность не принадлежала России. Удельный вес иностранного капитала в основном капитале ведущих коммерческих банков составлял на 1 января 1917 года 47 %, а в таких банках, как Русско-А-зиатский, – 79 %, Петроградский частный Коммерческий банк – 58, Соединенный банк – 50 % и т. д.[31]

В производственном секторе иностранцам принадлежало порядка 20 %. Однако в ведущих отраслях доля иностранного капитала была гораздо выше, достигая в горнорудной промышленности, металлургии и машиностроении 48 %.

Иностранцам принадлежало 70 % добычи донбасского угля, половина нефтедобычи и % нефтепереработки, 67 % южно-русского чугуна и т. д.

Затем, в целом российское производство было низкотехнологичным. На 24 472 завода имелось 24 140 двигателей. То есть число двигателей было меньше, чем число заводов. По энерговооруженности и механовооруженности Россия отставала от США в 10 раз, от Англии – в 5, от Германии, Бельгии, Новой Зеландии в 4 раза[32].

Разумеется, пропорционально отставала производительность труда: от немецкой в 4 раза, от британской в 5 раз, от американской в 9 раз.

Производство было, говоря современным языком, сборочным. Все высокотехнологичное оборудование ввозилось из-за рубежа. Ввозили всю оптику, манометры, кабели, электрику, качественную сталь, веялки, двигатели и даже уголь. Но если бы дело ограничивалось манометрами!

Чтобы понять, на какой «высоте» находилась промышленность в царской России, есть смысл привести перечень товаров, импортированных из Германии в предвоенном 1911 году[33]:

♦ рыболовные крючки, вязальные спицы, шпильки для волос – 359 тонн;

♦ швейные иглы – 17 тонн;

♦ ломы и молоты – 302 тонны;

♦ мотыги, лопаты, заступы и сковороды – 1230 тонн;

♦ вилы, косы, серпы – 31 тонна;

♦ подковы – 141 тонна;

♦ гвозди – 33 тонны;

♦ плуги – 1,2 млн тонн;

♦ камень для мостовых – 815 тонн;

♦ оконное стекло – 60 тонн.

♦ Также ввозили сало, хрен, лук и лапти.

Список очень обширен. Но уже приведенных выше примеров достаточно, чтобы сделать вывод: промышленность России была неспособна обеспечить нужды страны даже в лопатах и серпах.

Кстати, страна ввозила и хлеб – в 1913 году за рубежом было куплено примерно 0,4 млн тонн качественной муки и хлебобулочных изделий[34].

Об РПЦ

Иисус Христос – наверное, один из самых привлекательных образов в истории человечества за последние две тысячи лет. Аскет, бессребреник, обличитель алчности и лицемерия, смело споривший с авторитетными раввинами и выгонявший торговцев из храма. Он был категорическим противником насилия и отвергал богоизбранность одного народа, провозглашая: «нет ни иудея, ни эллина».

Нелепость, парадокс – массовый снос храмов Христа. Никакой террор не может обеспечить поддержку таких мероприятий. Да и какой смысл в сносе, если «всякая власть от Бога»[35] и гораздо проще было договориться с руководством РПЦ. Оно ведь вполне договороспособно, как показала история СССР и новейшей России. А ведь массовое разрушение храмов означало, что оно было востребовано в самих народных массах. Востребовано, соответствовало желаниям народа, и использовалось довоенным Сталиным для укрепления своего авторитета и популярности. Как такое оказалось возможно?

Обратимся к своду законов Российской империи.

С детства, если ребенку везло, его отправляли в церковно-приходскую школу. Если он путался в Пятикнижии Моисеевом и в Требнике, бородатый преподаватель его порол розгами. Вы вообще можете представить себе, чтобы ценности гуманизма вбивались порками? Не очень, правда? А чтобы к чему-то привлечь любовь с помощью побоев? То-то же.

Дальше дети взрослели и выясняли для себя, что хотят они того или нет, но они должны жертвовать на церковь. Земледелие было рискованным, долгая зима или дождливое лето могли обрушить и так небогатые урожаи, по разным районам России за право заниматься землепашеством крестьяне даже к 1914 году отдавали владельцам земли 21–68 % урожая.

На протяжении почти трехсот лет РПЦ принадлежали рабы – крепостные крестьяне. Можно ли представить, чтобы Иисус владел рабом? Просто немыслимо. А у русской православной церкви их было два миллиона. Отношение к ним отличалось от отношения помещиков. Оно было более жестким. В 1730-1750-е годы крепостные монастырей бунтовали 57 раз, а крепостные помещиков – всего 37[36]. В результате Екатерина Великая изъяла церковных рабов в пользу государства, написав дословно: «управление столь великого числа деревень духовными властями происходило тягостное, а временем, или за расхищением служками, или и за незнанием прямого хозяйства деревенского, беспорядочное и самим крестьянам разорительное»[37]. Впрочем, рабы продолжали трудиться на РПЦ, просто не напрямую, а опосредовано, через Священный Синод.

В 1861 году крепостное право было отменено, но еще 50 лет селяне должны были платить выкуп, который шел в том числе и в доход РПЦ.

Однако просто налогом отделаться было нельзя. Человек был обязан ходить в церковь. Обязан ходить и исповедоваться. То есть рассказывать о своих мыслях священнику, который зачастую водил дружбу с барином и полицейским приставом. Если человека что-то не устраивало, выбор был небольшой – или донести на самого себя, или лгать. Уклониться от собеседования со священником было нельзя – за это предусматривалась особая статья царского уголовного кодекса, называемого Уложением о наказаниях.

В Уложении о наказаниях защите интересов Русской православной церкви был посвящен целый раздел. Он весьма интересен.

Ст. 182 – богохульство в церкви каралось лишением всего имущества и ссылкой на рудники на срок минимум 12 лет, а также клеймением человека как скотины раскаленным железом. Учитывая продолжительность жизни в то время и полное отсутствие охраны труда, это означало не что иное, как убийство в особо жестокой форме. За слова – смерть. Очевидно, что если бы Иисус родился на 19 столетий позже и на пару тысяч километров севернее, после первой же речи в храме его бы отправили в Сибирь.

Ст. 183 – богохульство, но при паре свидетелей (или лжесвидетелей). Наказание – лишение всего имущества и ссылка в Сибирь.

Ст. 184 – публичное порицание РПЦ. Это то, в чем провинился Лев Николаевич Толстой, и лишь великое имя и ветер революционных перемен избавили писателя от восьми лет каторги. Кстати, непубличное порицание РПЦ тоже каралось – вечным поселением в тайге или тундре.

Ст. 185 – если кто-то услышал крамольные речи Л. Н. Толстого, но донес властям об этом позже соседей, то ему полагалось полгода тюрьмы.

Ст. 191 – у русских, переставших ходить в церковь или исповедоваться, отбирали имущество и детей. Причем наказание касалось и жен (мужей), сохранившись верность православию. У них тоже отбирались и дети, и имущество.

Учитывая затруднительность разводов в то время, калечили жизни и судьбы даже тех, кто сохранил полную лояльность.

Ст. 190 и ст. 196 – у православных, перешедших в иные христианские (!) церкви, а также в ислам или иудаизм, отбирали детей и имущество. При этом православие не было добровольным выбором. Если родители носили крест, они были обязаны, без всякого выбора, крестить своих детей. Католических и исламских миссионеров, вздумавших сокращать паству РПЦ, ссылали в Томск. Туда вообще ссылали очень многих, и нынче этот город имеет славу культурной столицы Сибири.

Ст. 206 – старообрядцев, молокан и духоборцев уже не сжигали на кострах, но ссылали в Сибирь или Закавказье.

Вот так «христианство» выглядело в царской России. Я буду очень признателен, если кто-нибудь сможет объяснить, какое отношение весь этот концлагерь имел к человечному проповеднику из Палестины.

Из поколения в поколение детей секли розгами за плохую зубрежку сложных преданий Ветхого Завета. Когда они взрослели, их заставляли отдавать пожертвования, поскольку десятина просуществовала вплоть до конца XIX века. Их приручали к лжи на исповеди, потому что говорить правду было себе дороже. Из этих правил можно было выбраться, но только потеряв своих детей и все имущество. Вопрос: если сегодня вернуть все эти правила в жизнь, сколько людей останется в РПЦ? Правильно: никого.

Так что же удивляться, что в тридцатые годы Сталин зарабатывал популярность на сносе церквей по всей России? Он шел не вопреки общественным желаниям, а на волне их. Да, в отдельных местах выходили массы людей и защищали церкви, но надо всегда говорить не про отдельные места, а про общее правило. А оно было очевидным: практика РПЦ породила огромное неприятие официальной версии христианства.

На закате Советского Союза никто не вдавался в детали, соответствуют ли идеи Маркса тому, что было построено в СССР. Точно так же пятью поколениями раньше масса обычных людей не вдавалась в подробности соответствия проповеди Христа тому, что несла дореволюционная РПЦ.

В 1905 году Петр Столыпин писал жене из Саратова: «Вчера в селе Малиновка осквернили божий храм, в котором зарезали корову и испражнялись на образе Николая Чудотворца»[38]. Малиновка – маленькая деревня чуть южнее Балаково. Никаких революционеров там и близко не было. Но была ненависть, накопившаяся за столетия. Ненависть слепая, темная, порожденная безысходностью и полным бесправием, которые светские и духовные власти считали основой своего личного благополучия. Кстати, в том же письме Столыпин описывает как в соседней деревне, недалеко от Петровска, казаки зарубили двадцать крестьян, разгоняя бунтовщиков.

Напоследок стоит сказать несколько слов и об изъятии церквей под светские нужды, а также о сносе храмов.

Сносом храмов в царской России никого не удивляли, равно как и передачей их под государственные учреждения. В Астрахани, к примеру, старейшей церковью был Троицкий собор, возведенный в местном Кремле в XVII веке. В ведении собора был крупный монастырь, построенный за пределами Кремля.

Уже в 1721 году Сретенский Долбилов монастырь, бывший подворьем Троицкой обители, указом Петра I был совершенно уничтожен, и на его месте построили здание адмиралтейства. В 1765 году священников попросили и из основного храма, после чего здесь была размещена гарнизонная школа. Затем в здание переехали банк, типография и госпиталь. В 1788 году почти все монастырские строения были отданы на слом с использованием кирпича для возведения Главного Народного училища.

После этого в монастыре остались лишь два храма – Троицкий и Введенский, под которыми в двух кладовых хранились денежные суммы, состоящие в ведомстве коменданта, и двухэтажный каменный флигель, в котором с 1800 года находилась городская тюрьма. Наконец, и сами храмы решили разобрать. Астраханский губернатор князь Тенишев в 1806 году писал к министру внутренних дел, что «оставшееся (от Троицкого монастыря) строение по древней архитектуре своей делает одно токмо безобразие в городе, а по совершенной ветхости близко к разрушению, не принося при том никакой пользы Приказу общественного призрения, на котором числится долгу более осьмнадцати тысяч рублей; посему для приращения капитала Приказа полагаю: означенное церковное строение с пристройками разобрать, годный кирпич из оного употребить на строение в Астрахани казарм»[39]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ленин В. И. ПСС. Т. 36. С. 531.

Вернуться

2

Ламсдорф В. Н. Дневники. М.-Л., 1934. С. 207–208.

Вернуться

3

Чернов В. М. Великая русская революция. Воспоминания председателя Учредительного собрания. 1905–1920. М., 2007. С. 9.

Вернуться

4

См.: Ушерович С. С. Смертные казни в царской России. К истории казней по политическим процессам с 1824 по 1917 год. Харьков, 1933.

Вернуться

5

Былое. 1917. № 3. Сентябрь. С. 140, 148.

Вернуться

6

Гернет М. Н. Смертная казнь. М., 1913. С. 100–101.

Вернуться

7

Гернет М. Н. Смертная казнь. М., 1913. С. 95, 115.

Вернуться

8

Русская старина. 1883. Т. 40. С. 660.

Вернуться

9

Нравственно-политический отчет за 1843 год // Россия под надзором: Отчеты III отделения 1827–1869. М., 2006. С. 337.

Вернуться

10

Дроздов И. Последняя борьба с горцами на Западном Кавказе //

Кавказский сборник. 1877. Т. 2. С. 548.

Вернуться

11

Кандель Ф. С. Евреи России. Времена и события. История евреев Российской империи // URL: https://history.wikireading.ru/

202190.

Вернуться

12

Дятлов В. Благовещенская трагедия – историческая память

и историческая ответственность // Дружба народов. – 2012, № 10.

Вернуться

13

Российский Императорский Дом. М., 1992. С. 178.

Вернуться

14

Из воспоминаний И. К. Окунцова // Былое. 1908. № 7.

Вернуться

15

Генерал от инфантерии Н. Н. Янушкевич заявил: «Немецкую пакость уволить, и без нежностей…».

см.: Депортации в России 1914–1918 гг. С. 48.

Вернуться

16

Цит. по: Яковлев Н.Н. Последняя война старой России. М., 1994. С. 78.

Вернуться

17

Врангель П. Н. Записки. Книга 1.

Вернуться

18

Пыхалов И. Кормила ли Россия пол-Европы? // URL: http://scisne.net/a-199

Вернуться

19

Россия, 1913. Статистико-документальный справочник. СПб.: Институт Российской истории РАН, 1995. С. 80–81.

Вернуться

20

Сборник статистико-экономических сведений по сельскому хозяйству России и иностранных государств. Год десятый. Петроград, 1917. С. 114–116.

Вернуться

21

Цит. по: Ленин В. И. ПСС. Т. 28. С. 458.

Вернуться

22

Сравнительная статистика России в мировом хозяйстве и в ряду великих держав в первое десятилетие царствования императора Николая II 1894–1904 гг. СПб., 1907.

Вернуться

23

Россия, 1913. Статистико-документальный справочник. СПб.: Институт Российской истории РАН, 1995. С. 79.

Вернуться

24

Новосельский С. Обзор главнейших данных по демографии и санитарной статистике. 1916. С. 164–165.

Вернуться

25

Россия, 1913. Статистико-документальный справочник. СПб.: Институт Российской истории РАН, 2005.

URL: http://istmat.info/node/236.

Вернуться

26

Россия, 1913. Статистико-документальный справочник. СПб.: Институт Российской истории РАН, 1995. С. 91.

Вернуться

27

Книга М. Д. История голода в России 1891–1892 гг. Дисс… к. и. н. Воронеж, 1997. URL: http://cheloveknauka.com/istoriya-goloda-1891-1892-gg-v-rossii.

Вернуться

28

Толстой Л. Н. Голод или не голод? // Полное собрание сочинений в 90 т. М.: ГИЗ, 1954. Т. 29.

Вернуться

29

Энгельгардт А. М. Письма из деревни. 1872–1887. М., 1999. С. 105.

Вернуться

30

Лященко П. И. Зерновое хозяйство и хлеботорговые отношения России и Германии в связи с таможенным обложением. Пг., 1915. С. 55.

Вернуться

31

Хромов П. А. Экономическое развитие России в XIX–XX веках (1800–1917 гг.). С. 385.

Вернуться

32

Там же.

Вернуться

33

Купцов А. П. Миф о красном терроре. М., 2008. С. 194–196; Внешняя торговля России в 1907–1917 годах и цены на товары на внутреннем рынке // URL: http://istmat.info/files/uploads/10505/ stat_sbornik_l 913-17_vneshtorg.pdf.

Вернуться

34

Россия, 1913. Статистико-документальный справочник. СПб.: Институт Российской истории РАН, 1995. С. 212.

Вернуться

35

«Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение» (Послание к римлянам апостола Павла. 13:1, 2).

Вернуться

36

Шацкий Е. Православная церковь и крепостные. URL: https:// scisne.net/a-740.

Вернуться

37

Из Указа об обращении государством церковной собственности в светскую (1764 г.)

Вернуться

38

Письма П. Столыпина жене; 30 октября 1905 года // URL: http://oldserdobsk.ru/1000/002/1002003.html.

Вернуться

39

Астраханский Троицкий собор // Астраханские Епархиальные Ведомости. 1880. № 5. С. 88.

Вернуться