Алекс Норк
Ноль часов по московскому времени. Новелла III

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

* * *

Шел к концу 92-й.

Кроме двух предыдущих дел нам с Алексеем удалось недели за три размотать нехитрое заказное убийство одного торгового бизнесмена, и помощника моего утвердили старлейем – так что мы два дня всем Отделом отмечали сначала оное событие, а потом, во второй день, «обмывали» медаль Михалыча, так как Отдел вышел на отличные показатели к концу года.

В общем, радостно обстояло.

Но с другой стороны, вышло мне легкое огорчение – отцу с братом досталось крупное дело на весь, как минимум, январь, так что отдых в Египте пока накрылся.

Хотя он бы и так накрылся, потому что перед самым Новым годом нам с Лешей поручили новое расследование.

Интересное было дельце.

Однако сначала не о нем, так как есть должок: обещано было в двух предыдущих новеллах подробнее рассказать о ментовской системе вообще, а это опять тянет за собой тему – «Кто мы такие и почему?»

Не ответим, разумеется, до конца, но кусочек к уже сказанному добавим.

Помните у Горького: «Человек Запада еще в раннем детстве, только что встав на задние лапы, видит всюду вокруг себя монументальные результаты труда его предков…»

Вот тут сейчас обратим внимание вроде как не на главное: «…только что встав на задние лапы…»

Царская Россия сильно отставала от Запада, и хотя в предвоенные годы темпы развития были высокими, промышленное и научно-техническое отставание можно охарактеризовать одной фразой писателя и высококлассного инженера-путейца Гарина-Михайловского: «Чуть гайка посложнее, и надо уже везти из Германии».

И перспектива у России не была радужной. Научно-технические кадры в процентном отношении к населению в разы уступали западноевропейским странам, а в процессе и после Гражданской войны страну покинуло около 2 миллионов человек, среди них тысячи ученых и инженерно-технических работников; в том числе, среди ушедших офицеров Белой Армии было немало военных строителей, инженеров-оружейников и т. п. Россия потеряла (сюда еще надо добавить просто умерших от голода), таким образом, основной корпус научно-технических и культурных кадров. А культура, кстати сказать, есть духовная пища научной интеллигенции, мозг без нее так же плохо работает, как физически плохо – голодное тело.

«… на задние лапы…» – а вставали ли мы вообще на них?

Наши Петербургский и Московский университеты начали работать только через 600 лет после уже десятка западноевропейских и почти через сто восемьдесят лет после открытия университета здесь на Кальяри – каком-то острове в Средиземном море, а на Корсике и в Сицилии высшее образование стартовало еще раньше. На островах! – подчеркнем, – а на континенте высшее образование и научно-информационный обмен достигли высокого очень уровня уже к XIV веку, и для межнациональных научных контактов использовался общий для всех культурных людей язык – латынь.

Важно отметить, что отдельные гении, являвшиеся и в России, не создают науку, они создают прорывы в науке, а сама наука создается «рядовой» профессурой и доцентурой, без которой гениям не от чего отталкиваться и не из чего прорываться. Наука – это, прежде всего, среда, которая для своего роста по вертикали и горизонтали требует кадров, кадров и еще раз кадров. Современная Америка, например, не только активно растит их у себя, но и собирает по всему миру. Кто-нибудь слышал хоть один там призыв сократить расходы на науку?.. И не услышите. Причем у них прекрасно себя чувствуют и ученые среднего класса, те самые «рядовые». Никакой агроном не вырастет и не соберет урожай сам без коллектива работников, и чем сильнее-благополучнее эти работники, тем большим будет и урожай. Вполне в истории России это понимали только три человека: Петр I, Екатерина II и «послевоенный» Иосиф Сталин.

Только не спешите с подозрениями в моих симпатиях к Сталину – кровопийца и людоед, разумеется. Гитлер ни чем не был лучше, но как управленец, стратег признается выдающимся всеми историками мира. Берия, между прочим, был превосходным просто организатором-управленцем. То есть – не будем путать цвет с температурой.

Так вот, Сталин и до войны вполне оценивал науку, но думал, что ученых можно шерстить как всех прочих, и ему «бабы новых нарожают». Война показала, что наличие сильных голов «здесь и сейчас» слишком многое означает. Следовательно, бережнее с ними надо, а главное – надо их культивировать. И в 1949 г., когда кругом еще зияли раны войны, принимаются тарифные ставки для работников Вузов и НИИ, которые сохранились неизменными!! вплоть до перестроечных 90-х годов. Во второй половине 80-х водитель автобуса уже зарабатывал почти как доктор наук, бухгалтера крупных заводов, вместе с премиями, имели еще больше и т. п. То есть на протяжении всех послесталинских лет (Хрущев-Брежнев-Горбачев) шла нивелировка качества труда, и прежде всего, труда научного. Впрочем, и инженер с зарплатой рабочего очень средней квалификации, представлялся абсурдом везде, кроме СССР.

А тогда, при Сталине, доцент получал в три раза больше, чем, например, метростроевец.

И с культурой Сталин поступил таким же примерно образом. В том числе: уже с 1948 г. разворачивается широкая программа по переводу иностранной литературы, выпуску иностранных и отечественных авторских собраний сочинений; цены на книжную продукцию устанавливаются крайне низкие; и даже создается новая профессия – «агент по распространению книг» с функцией хождения по домам и навязывания гражданам подписок на различные собрания сочинений.

Да, гад был Иосиф редкий, но не дурак.

А вот дурак Хрущев, решивший за 30 лет привести страну к коммунизму, о росте зарплат ученых не думал, наоборот – пусть всё выравнивается, ведь скоро – при коммунизме – каждый будет и так получать по потребностям, и деньги уже исчезнут, зачем они? – приходи и бери с прилавка что и сколько тебе захочется.

Ну а Брежневу вообще всё было до фонаря, кроме собственных наград и любимой забавы – охоты. Еще на машинке покататься, в связи с чем имел небольшой автопарк. Пока здоровье позволяло, не прочь был выпить и любил покурить. А в последние совсем уже маразматические годы целовал всех подряд мужиков взасос. И еще такая мелочь: афганскую войну нам устроил – 30 тысяч убитых, около 100 тысяч раненых (многие с увечьями на всю жизнь). Это человекообразное существо правило страной 18 лет, и народ его тепло вспоминает. А при жизни про Брежнева рассказывали незлобные анекдоты, а на всесоюзных партийных мероприятиях встречали бурными аплодисментами, даже когда он с трудом стоял на трибуне и иногда путал слова. Ерунду, которую он городил, обычно комментировали так: «Простые, но по-ленински мудрые, слова Леонида Ильича». Еще при нем была дешевая водка и дешевый портвейн. Так когда это мы «встали на задние лапы»?

Вот по поводу афганской войны еще – сейчас, когда «по ящику» 24 часа рассказывают про «крымнаш» и «новороссию», очень уместно напомнить, что при объявлении о вводе наших войск в Афганистан в 1979-м народ тоже пришел в восторг. Отец говорит: даже многие его хорошо образованные коллеги радовались, что «вот мы какие» и что «вставили» американцам. А особенно и повально радовался простой народ… ну-да, пока не начали приходить с их детьми гробы или те возвращались домой инвалидами. Сейчас «простые» орут от счастья: «крымнаш» и «танки на Киев»; а особенно счастливы те, кто по материальной недостаточности в Крыму не был и без шансов, что когда-нибудь туда попадет. Какие тут «задние лапы»? Тут все четыре и звериный оскал.

А у тех, кто всё же научился ходить «на задних», чемоданные настроения либо не рабочий или близкий к нему возраст. Угадайте, что лет через десять в России будет?

Однако наша четвероногость – опять посмотрим назад в историю – не от сегодняшнего дня, который всего лишь пятки ног, растущих из большой исторической… как бы назвать… впрочем, не в названиях дело.

А дело, прежде всего, в том, что Россия всегда жила под самодержавием – царей, генсеков, ельципутиных вот теперь. Проще говоря, человек находился в той или иной форме рабства – физической, экономической, морально-психологической – и в их сочетаниях. А формы человеческой жизни приобретают способность наследственной передачи, зафиксируем, поэтому, относительно новую категорию – «генетический раб».

И вновь обратимся к истории, теперь к древнеримской. Кто там на низовом уровне выполнял функции надсмотрщиков над рабами, трудившимися в каменоломнях и прочих приятных местах?

Рабы.

Рабы, получившие привилегированный статус этих самых надсмотрщиков и льготные условия жизни. И по ретивости и жестокости они значительно превосходили любого солдата Римской Империи.

Кто у нас в деревнях при крепостном праве жестче всего крестьян давил?.. Нет, не помещики, а деревенские старосты, – тоже крепостные, но на привилегированном положении. Прочитайте в «Записках охотника» И. С. Тургенева рассказ «Бурмистр» – волосы зашевелятся.

Что вытекает?

Раб, ставший начальником, приобретает худшие черты рабовладельца.

А теперь вспомним советское время, которое я вполне успел захватить.

Сейчас любят говорить, что коммунистический период был тоталитарным, и с этаким внутренним взглядом наверх – дескать, оно шло оттуда.

Ну, прежде всего, там «наверху» сидели всегда довольно простые ребята, дети народа, и почти никто – из интеллигенции. То есть тоталитаризм они принесли с собой, став привилегированными рабами. Почему шло снизу? А вспомним, например, нашу сферу социального обслуживания: продавцов, таксистов, сантехников, мелких чиновников, перед дверями которых люди томились в очередях.

Кто они были, все перечисленные?

Хозяева своих социальных наделов.

Не всегда, но как правило, хамы.

Гуляй душа – я здесь хозяин!

А почему душа при этом тяготела именно к хамским выходкам?

«Генетический» или фактический раб и не мыслит себя кем-то другим. Как же ему быть, чтобы наслаждаться случившимся вдруг превосходством?

«Сделать ниже» ему доступных.

Попросту говоря, унизить.

А практический механизм – нахамить.

Что и было.

Сейчас, когда в конкурентных условиях надо продать товар или приманить клиента, они вежливо улыбаются.

А изменились внутри?

И тут нельзя никого выносить за скобки: среди людей науки (реже), искусства (чаще) встречается та же психологическая доминанта: «Я здесь хозяин!»

Как же быть и что делать?

Только одно – критически смотреть на себя.

Национально-критически.

Разумеется, это общая максима, без деталей и механизмов.

Но сразу же возразят – развиваться надо на положительных примерах.

И лично я сразу же соглашусь.

Только с некоторым уточнением: развитие – это та же учеба, а в школе ставят не только четверки-пятерки, но и вкатывают пары, то есть развитие подразумевает и то и другое.

И «положительное» тоже требует уточнения.

«Вся земля не стоит одной бесполезно пролитой капли крови» – Сахаров, мать Тереза?.. Нет, Александр Васильевич Суворов.

«Одна человеческая душа дороже царств и миров» – Николай Александрович Бердяев.

Последуем мыслям великих русских людей? Положительному их примеру, когда снова захочется отхватить кусок чужой территории или затеять интригу против собственного или другого народа?…

…однако отсюда далеко до России, наверное поэтому, не вижу поднятых рук.

Тогда еще немножко о рабстве.

Раб знает, что во всем ограничен, и единственный способ улучшить свое состояние – угодить хозяину. Поэтому «генетический», хотя и формально свободный, раб по психологии жизнеустройства – холуй. (Это к обещанному в первой новелле сказать – почему у нас в них нет недостатка). Он просто не понимает, как это можно не угождать власти, а тех немногих, кто так не делает, либо искренне считает злыми уродами, либо (кто совсем поумнее) ненавидит за контраст к своему ничтожному поведению.

Сделаем паузу для маленького замечания.

Может сложиться впечатление, что сказанное продиктовано ненавистью или презрением к русскому народу. Это совсем не так – нельзя осуждать человека исторического, то есть сформированный многими поколениями тип. Но можно осуждать современного: за то, что, поплевывая на свою историю, берет из нее для себя только приятное. Проще говоря, ведет себя как тот кот. Но что можно коту, человеку нельзя – если он не из разряда четвероногих.

Впрочем, и тут надо кое-что уточнить.

Современного нечуткого к себе и своему будущему российского человека, винить-упрекать аккуратно нужно, как маленького еще ученика: давить на него не «наказания для», а восполняя непройденное в исторической школе. Многие законы природы универсальны, и не обидно будет сказать, что также как стадо животных не может улучшить свою породу – это должен делать кто-то извне, человеческое «стадо» почти не умеет совершенствоваться само по себе – масса всегда очень инертна. Такое совершенствование возможно лишь средствами государственных и общественных институтов. В Европе данную функцию выполняла знать, просто разбогатевшие люди (особенно в итальянских городах-государствах), римско-католическая, а затем и протестантские церкви. Но если животноводам выгодно укреплять, а не терять породу, власть имущим иногда оно очень не выгодно: окрепнут, поумнеют, и ну как начнут бодать! А паршивым-слабым не до того. Им не только до власти – им до друг друга дела нет. Здесь только одна цифра всё поясняет: за одну десятую затрат на Сочинскую олимпиаду можно было пролечить заграницей 100 тысяч больных детей, непосильных отечественной медицине либо дожидающих очереди, когда болезни их совсем добивают. Однако этому и многому другому необходимому предпочли игры. А теперь предпочитают футбол и «крымнаш». Как такое возможно? И какая тут еще «духовность», если даже на несчастных мучеников-детей наплевать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.