Приют для животных
Триллер
Александр Булахов

Иллюстратор Александр Анатольевич Булахов

© Александр Булахов, 2017

© Александр Анатольевич Булахов, иллюстрации, 2017

ISBN 978-5-4474-0768-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Родители…

Родителями стать очень легко,
Не нужно справок, сессий и зачётов.
Судьба скрывает суть у поворотов,
Рисуя всё у стен своим мелком.

Родителями БЫТЬ – вот это дар,
Воспитывать, любить и восхищаться,
Собою жертвовать, эффекта добиваться,
Играть смычком души, храня свой шарм.

Родители, как ангелы мальцам,
Есть добрые, а есть и очень злые
Которым деньги, как дети родные.
И банк для них священнее, чем храм.

Их дети без любви так и живут,
Кормясь соринками подкинутых реалий,
С чужими ближе родичей, в финале
Очнутся: воспитатели, приют.

01.01.2015

Анастасия Рибалка

Часть первая. В нескольких шагах от грани

Есть грань, ниже которой нельзя опускаться.

1

Раздалась трель дверного звонка. Витя тяжело вздохнул, закрыл учебник по философии и встал из-за стола. Всё – хватит! Чего не наелся, того не налижешься! Нет в этом учебнике ясных мыслей. Одна муть. Интересно, кому-нибудь в жизни весь этот бред пригодился?

Витя открыл дверь и впустил в квартиру Сергея Трусова – худого, высокого парня семнадцати лет, одетого очень бедно. В глаза сразу бросались: старая дерматиновая куртка и потёртые джинсы.

– Тебя мамка не учила, что надо спрашивать, кто там? Или хотя бы для приличия в глазок смотреть? – дыхнул перегаром вместо приветствия Трусов.

– Серёга, ты специально зашёл подышать на меня своей отмороженной свежестью? – скривился Витя.

Сергей снял ботинки и пошёл прямиком на кухню, на полпути остановился и обернулся:

– Похавать чего есть? – спросил он.

– Дорогу к холодильнику показать, или сам найдёшь? – буркнул в ответ Витя.

Дорогу Сергей нашёл сам. Наделав штук пять бутербродов с маслом и копчёной колбасой и залив в две кружки с заваркой крутой кипяток, он сел за стол напротив Витьки Корпагина и задал ради приличия вопрос, который его совершенно не беспокоил:

– Ты чего не в институте?

– К экзамену готовлюсь… Ещё вопросы будут?

Сергей кивнул и за несколько секунд утоптал все бутерброды.

– А пожрать ещё чё есть? – поинтересовался он.

– Хватит с тебя! Не привыкай к хорошему, – рявкнул на него Витя.

Сергей порылся руками, испачканными в масло, во внутреннем кармане куртки, достал из неё стопку каких-то открыток с изображением домашних животных.

– Тебе опять прислали эту ерунду? – удивился Витя.

– Как видишь! – кисло улыбнулся Сергей и протянул открытки Вите, – Только в прошлый раз они писали просто: приглашаем посетить приют для животных. Приезжайте по такому-то адресу, мы вас встретим и проведём экскурсию. А в этот раз пишут уже по-другому, как бы с угрозой: настойчиво приглашаем посетить приют для животных.

Витя посмотрел на домашних животных, изображённых на открытках. В глазах их отражалось тоскливое одиночество. Это сразу же запало ему в душу.

– И, главное, опять приглашают каждого члена вашей семьи персонально, – заметил он и стал вслух читать, что написано на обратной стороне одной из открыток, – Уважаемый Сергей Константинович Трусов, настойчиво приглашаем вас…

Витя отложил верхнюю открытку, взял следующие и продолжил читать:

– Уважаемый Константин Иванович Трусов… Уважаемая Ирина Петровна…

Сергей забрал открытки, сложил их в одну стопку и засунул во внутренний карман куртки:

– Вот такая хрень, вот, – развёл он руками.

– Это развлекаются какие-то дети, – сделал вывод Витя, – Надо съездить по указанному адресу, и надавать им по ушам.

– Ты не прав, – не согласился Сергей, – В открытках каждого из нас называют по имени, отчеству и фамилии. А это куда серьёзней, чем простая детская шутка.

2

Из двенадцатой квартиры на лестничную площадку третьего этажа выскочила Марина – девятнадцатилетняя умственно отсталая дочка Константина Ивановича и Ирины Петровны Трусовых. Вся голова Марины была в крови. Девушка бросилась к дверям одиннадцатой квартиры и застучала в неё кулаками. Дверь медленно приоткрылась и из неё выглянула недовольная пожилая женщина.

– Что тебе, дура, надо? – спросила она, – Что ты мне всё покоя не даёшь?!

– Елена Ивановна, лазлешите позвонить, – истерически закричала Марина, – Мне сколую вызвать надо… Мне дядька голову лазбил…

Марина сделала шаг вперёд, предполагая, что соседка её пропустит. Но Елена Ивановна оттолкнула девушку и покрутила головой:

– Нет, дорогая, вам только повод дай, так вы меня за день своими просьбами достанете…

– А сто мне делать? – широко раскрыв глаза, спросила Марина.

– Иди, посиди внизу на скамейке, я скорую сама вызову, – ответила ей соседка.

Марина спустилась вниз и села на скамейку. Весь воротник и шею залило кровью. Где же скорая? Её всё нет и нет. Марину затрясло – и девушка заплакала. Сквозь слёзы она посмотрела на людей, идущих мимо по улице. Они оглядывались на неё и ускоряли шаг.

– Девушка, вам скорую вызвать? – спросил, остановившийся возле Марины неравнодушный юноша.

Марина подняла на него свои несчастные глаза и ответила:

– Долзны были узе вызьвать.

– Кто должен? – поинтересовался юноша.

– Елена Ивановна.

Юноша почесал свой затылок и решил, что всё, что мог, он сделал. Совесть его чиста, и можно идти дальше. Правда, с таким толком, он мог бы и не останавливаться. Юноша был умным парнем, но он поленился вникнуть в ситуацию. Он, как и все торопился.

– Ну, ладно, я тогда пошёл.

Неравнодушный юноша отошёл от Марины на несколько шагов, обернулся и посмотрел на неё ещё раз. Раз скорую вызвали – значит всё будет в порядке, – сказал он себе и зашагал прочь.

Марина проводила юношу взглядом, и подумала о том, как хорошо бы сейчас увидеть дедушку, прижаться к его плечу и пожаловаться на маму с папой. В какую-то долю секунды она его увидела. Дедушка смотрел на неё печальными глазами. Марина улыбнулась ему, ожидая, что и он улыбнётся в ответ – но он этого не сделал… Она закрыла глаза и провалилась в темноту.

3

Участковый милиционер вошёл в квартиру Трусовых. Сделав три быстрых шага, он очутился в зале. На полу валялись пустые бутылки, пробки. В углу стояла мебель, похожая на письменный стол и стулья. На двух кроватях крепким сном спали муж и жена – Константин Иванович и Ирина Петровна – хозяева трёхкомнатной квартиры. Запах мочи, пота, перегара, затхлости – всё это разом ударило в нос участковому.

– О, господи, как здесь воняет! – не выдержал и заорал милиционер, – Вы, что здесь все разом в один момент обосрались?!

В ответ тишина. В зал заглянул любопытный взрослый питбуль, поднял ногу и помочился прямо на линолеум. Вслед за ним забежал щенок дворняжки, затявкал, влетел в лужу, и сел прямо в неё.

– Марсик, Марсик, иди сюда! – в зале появился мальчишка девяти лет по имени Сашка. Его участковый хорошо знал, впрочем, как и всех остальных членов неблагополучной семьи.

Сашка равнодушно посмотрел на милиционера.

– Здравствуйте! – произнёс он, поднял из лужи щенка и прижал его к груди. Щенок замахал хвостом и лизнул Сашкино лицо.

– Да, у вас тут столько животных. Целый зоопарк, – возмутился участковый.

Сашка ничего ему не ответил на это и, молча, вышел из зала.

– Эй, господа, просыпайтесь!

Участковый милиционер подошёл к Константину Ивановичу, схватил его за плечо и стал трясти.

– Костыль, просыпайся!

Константин Иванович открыл один глаз.

– О-ё! Что стряслось? – спросил он, сел в кровати и обнял грязные колени.

– Это я у вас хочу спросить, что опять стряслось. Кто вашей Маринке голову разбил?

Константин Иванович резко выпрямился и стал оправдываться:

– Да, блин, я тут ни при чём. Припёрлись каких-то два хмыря с пузырями, выпили, закусили. Я их не знаю, или плохо помню, кто они такие. Короче, одного переклинило, и он бутылкой по голове Маринке хрястнул.

– А чего ты в дом пускаешь всяких хмырей?

Константин Иванович посмотрел на участкового так, как будто тот его несправедливо обидел.

– Да, я их не пускал! Они сами зашли, – ответил он на несправедливый вопрос милиционера, – У нас ведь замок не работает: заползай, кто хочешь! Я проснулся, зашёл на кухню, а они уже там сидят… Ну и мне, конечно, чуток плеснули… Я ж не знал тогда, что один из них такой агрессивный.

– Да, задолбали вы все меня! – разозлился участковый, – Мне, если честно, уже надоело сюда бегать. Смотрите мне, ещё раз что-нибудь такое случится, всех до одного пересажаю в тюрьму.

– Хорошо-хорошо, Илья Маси… симович. Подобное не повторится, – произнёс свою коронную фразу Константин Иванович, – Я вам обещаю.

– И ещё: наведите здесь порядок, – добавил ко всему сказанному участковый, – У вас воняет жутко.

– Это всё тявки безмозглые виноваты! Суки! Срут и сцут, где попало! – пожаловался несчастный хозяин квартиры.

– Так выгоните вы их. Вам самим жрать нечего, так вы ещё и собак приютили, – ответил на жалобу Илья Максимович.

– Это вы моему старшему отпрыску скажите. Он меня убьёт, если я их хоть пальцем трону, – завыл Константин Иванович.

4

В красивой, обставленной с любовью, детской спальне у кровати восьмилетнего Вадима опустилась на колени Ольга – его мама.

– Спокойной ночи, сынок, – прошептала она и погладила ребёнка по голове.

– Мама, я не маленький, я сам засну, – ответило на ласку её взрослеющее чадо.

– Цыц, мне! Закрывай глаза, козявка! – среагировала Ольга на этот протест, – Дай маме на тебя налюбоваться.

– Завтра налюбуешься, козявкина мама, – сказал Вадим и захохотал из-за своего остроумия.

– Ладно…. Завтра так завтра, – произнесла Ольга, поцеловала сынишку в щёчку, встала и пошла к выходу. Она остановилась в проёме дверей, посмотрела на Вадима и выключила свет.

Зазвонил мобильный телефон. Ольга достала его из кармана вязаной кофточки, посмотрела, кто звонит, и поднесла к уху.

– Привет, милый. Что, уже, успел соскучиться?

– Нас развернули назад. Поэтому часов через девять я буду дома, – ответил её муж, водитель фуры.

– Ясно, за это время я успею выгнать любовника. Спасибо, что предупредил.

– Всегда, пожалуйста…

Ранним утром Ольга разлила горячий чай в две кружки и закричала:

– Вадим, вставай! Пора в школу собираться.

Она достала из холодильника две пачки творога и сметану, подошла к столу и выложила творог на тарелки, сверху полила сметаной и посыпала сахаром. Вообще-то сметане и сахару она предпочитала мёд или вишнёвый сироп, но было лень спускаться в сырой подвал. Сойдёт и так. Вадимке, как не приготовь, он всё равно будет ковыряться в тарелке и всё не доест. Такой уж товарищ, любит заставить её понервничать.

– Вадим, ты меня слышишь? – закричала Ольга ещё громче.

Вот же чертёнок! Молодая мама вытерла руки о полотенце и почувствовала, что начинает злиться.

– Вадим, вставай! – крикнула она и вышла в коридор.

Какое же у неё на лице появилось удивление, когда она зашла в спальню и увидела, что Вадима в постели нет. Одеяло лежало подозрительно ровно, подушка была взбита и поставлена сверху треугольником. Совсем не похоже на её сына. Обычно одеяло ей приходилось поднимать с пола. Подушки на кроватях ни она, ни муж так никогда не ставили. Странно всё это.

Две, казалось бы, незначительные детали. Точнее непривычные. Но она тут же почувствовала беду.

– Вадим, ты, что, уже поднялся? – растерянным голосом произнесла Ольга, – Ты где? Не пугай маму!

«Мама, я не маленький», вспомнила она слова сына и выскочила обратно в коридор, заглянула в свою спальню, в туалет, в ванную, в зал.

– Вадим! Боже мой, где же ты?! – заорала испуганная женщина.

5

Спальня Сергея и Сашки Трусовых поражала своей бедностью и отсутствием уюта: две железных кровати, две обшарпанные деревянные табуретки, куча старой одежды в углу и радиоприёмник на подоконнике. На стенах: грязные обои и несколько плакатов современных рок групп.

И всё-таки спальня братьев была не худшей в этой неблагополучной квартире. Сергей пытался сохранить в своём уголке остатки той цивилизации, которая давным-давно исчезла из других комнат. Но, правда, сегодня у него были дела и поважнее. Он поднялся очень рано, собираясь вместе с Витькой прокатиться по указанному на открытках адресу.

Он сидел в куртке на своей кровати и чистил ножом варёную картошку, на табуретке перед ним лежали ещё две картошки и несколько кусочков сала.

– Сашка, вставай! Давай позавтракаем, да я пойду, – крикнул он брату.

В спальню несмело заглянула Марина, у неё на голове красовалась повязка из бинтов.

– Кусать сто есть?

– На, жри! – гаркнул Сергей и бросил сестре картошку.

Марина словила её и стала есть прямо со шкуркой.

Сашка вылез из-под старой шубы, сел на кровати, дотянулся худыми руками до табуретки, взял кусочек сала и положил его в рот. Кусочек растаял во рту и оставил после себя солёный привкус. Сашка строго посмотрел на старшего брата и спросил:

– Ты на работу пойдёшь?

– Нет… Меня уволили.

– Опять, блин, уволили?

– Ешь, малой, и не трепи нервы.

Сергей проглотил картошку, взял кусочек сала и протянул Марине.

– Бери кусок сала и вали отсюда! – рявкнул он.

Марина осторожно взяла протянутый кусочек сала и закрыла за собой дверь.

Через десять минут после этого Сергей уже спускался по ступенькам с третьего этажа на второй. А ему навстречу поднимались трое мальчишек по возрасту ненамного старше Сашки.

– Эй, говноеды, расступитесь! – крикнул Сергей сорванцам и проскочил мимо них.

6

Витя начал нервничать. Сколько можно ждать! Он стоял на остановке и смотрел в сторону дома Трусовых. Сергей никогда не заставлял так долго себя ждать. Обычно, он появлялся раньше Вити, если они договаривались где-то встретиться. По дороге пролетел милицейский «уазик». Витя проводил его взглядом и заметил, что машина повернула к подъезду Сергея.

Витя, насвистывая какую-то мелодию, поплёлся в сторону дома Трусовых. Ему стало любопытно, что же дорогой милиции понадобилось в подъезде его друга. Из подъезда вывалила толпа людей. Они о чём-то громко, перебивая друг друга, разговаривали. Проходя мимо старушек, Витя услышал, как одна из них произнесла:

– Ну и звери, ну и животные! Среди бела дня вытворить такое!

Витя ускорил шаг и зашёл в подъезд. Он быстро поднялся на второй этаж и увидел между третьим и вторым этажом своего друга. Сергей лежал животом на ступеньках, лбом касаясь лестничной площадки. На него смотрели два милиционера, один из них показывал пальцем на страшную багровую кашу – кровавое мессиво – на затылке парня.

– Интересно, чем ему это зарядили?

Витя взглянул на голову Сергея, прислонился к стене и медленно сполз вниз.

– Серёга, кто ж тебя так? – прошептал он, всё ещё не веря своим глазам.

7

Андрей – старший брат Вити Корпагина – сидел за столом в их общей спальне и читал газету. В отличие от ботаника Витьки, он был спортивным парнем, и всё своё свободное время уделял тренировкам по рукопашному бою. Андрей никогда не выбивался из графика и относился к своему любимому занятию очень серьёзно. Однако в этот раз он специально пропустил тренировку и дождался Витьку. На то у него были серьёзные причины.

Витя вошёл в спальню с пакетом в руках, в котором просвечивалась бутылка водки. Он стал к Андрею спиной, достал из шкафчика пол-литровую бутылку пива «Очаково», и медленно опустил её в пакет. Раздался звон стекла: бутылка ударилась об бутылку. Витя вздрогнул и замер.

– Витёк, хорош водку жрать! Ты уже четвёртый день не просыхаешь.

Витя злобно оглянулся на Андрея и ответил ему:

– Отвали!

– Даже не подумаю! Мне мать сказала, чтоб я с тобой серьёзно поговорил по этому поводу.

– Считай, что поговорил!

Андрей встал из-за стола и кивнул:

– Не вопрос. Только я тебе ещё для верности твои бутылки поразбиваю и по шеи раза три наподдам.

Андрей с угрожающим видом шагнул к брату.

– Слово даю, водку пить не буду, – вскричал Витька и отступил на два шага назад.

– Тогда зачем берёшь её с собой? – не поверил ему Андрей.

– Для дела нужна.

– Для какого дела, Витёк?!

– Узнать хочу! Кто?! И с какой целью убил моего лучшего друга?!

– Тоже мне Шерлок Холмс нашёлся!

– А что тебе не нравится? – огрызнулся Витя.

– Хочешь услышать от меня правду?

– Ну, давай, выкладывай! – громко вздохнул Витя. – Всё равно ж, не отстанешь.

– Да, просто мне смешно на тебя смотреть, – произнёс с презрением Андрей. – Ты всегда за всё так рьяно хватаешься, только вот запала твоего на долго не хватает. Всё, за что ты серьёзно брался – ничего так и не довёл до ума. Скажешь, я не прав?

– Иди ты, умник нашёлся!

– Прав… ещё как прав! – захохотал Андрей – А вот ещё одна проблемка. Скажи мне, а если ты вдруг встретишься лицом к лицу с убийцей своего друга, что ты ему сделаешь? Буську в щёчку дашь? Ведь ты за всю жизнь ни разу никого толком кулаком по носу не ударил… А тут на тебе – решил убийцу друга самостоятельно вычислить и словить. Герой прям таки!

Витя почувствовал, как гнев приливает к его лицу. Он резко развернулся, вышел из комнаты и хлопнул дверью.

– Чё, сосунок, как запахло жареным, так ты сразу дёру? – закричал вдогонку Андрей. – Сидел бы ты лучше дома, да помогал бы мамке тарелки мыть.

8

Витя Корпагин несколько раз постучался в квартиру Трусовых. Дверь ему открыла Ирина Петровна. Она заметила в руках парня пакет с двумя бутылками и ещё с чем-то. Затуманенный взгляд Ирины Петровны сразу же стал проясняться, и она запыхтела как паровоз:

– О, Витечка, как я радая, что ты нас не забываешь.

– Здравствуйте, я вас проведать пришёл.

– Проходи, Витечка! Проходи, солнышко!

Ирина Петровна повернулась и шатающейся походкой двинулась на кухню. Витя закрыл входные двери и зашагал вслед за ней. Господи, когда ж она последний раз мылась? Неужели, помыться – это такая проблема? Даже, если воду горячую отключили за неуплату – есть же газ – и воду можно подогреть. Насколько надо себя не любить, чтоб так запустить?

Витя, подавил, надвигающуюся тошноту, понимая, что минут только через десять, он сможет спокойно дышать в этой квартире. В гости к Сергею он заходил редко, старался избегать подобного стресса. Ему всегда казалось, что обитающая здесь вонь моментально впитывалась в тело каждого, кто сюда заходил.

Витя достал из пакета бутылку водки, бутылку пива и небольшой кусок сала. Ирина Петровна при этом неотрывно смотрела на бутылку с водкой. Всё остальное интересовало её намного меньше.

– Хороший ты, мой мальчик, давай помянем нашего Сергея, – поторопила она Витю, – Как тяжело мне, матери, потерять взрослого сына.

В кухню зашла Марина.

– Я тозе буду с вами кусять.

– Мариночка, привет, – улыбнулся девушке Корпагин.

– Марина, брысь! Уйди! – совсем не обрадовалась появлению умственно отсталой дочери на кухне Ирина Петровна, – Пока не получила по голове чем-нибудь.

– Да не гоните вы её, она мне не мешает, – заступился за сестру Сергея Витя, – Знаю, что вам тяжело, поэтому и пришёл вас поддержать. А куда Светлана с Сашкой пропали?

Марина села на табуретку и с нежностью посмотрела на Витю, на лице её появилась радостная улыбка.

Ирина Петровна открыла бутылку с водкой, взяла со стола два грязных стакана и подошла к раковине, включила воду и сполоснула их.

– Светка в школе. Сашка на улице бегает, попрошайничает, бесстыдник, можно подумать, что не кормлю его, – ответила она на вопрос, – Сегодня опять в школу не пошёл, прогульщик.

Затем вернулась к столу и поставила на стол два недомытых стакана. Витя посмотрел на них и замотал головой.

– Я водку пить не буду. А то мне от мамки влетит по пятое число. Я у неё в последнее время на плохом счету.

Глаза Ирины Петровны радостно сверкнули, и на её лице появилась еле заметная улыбка.

– Правильно, Витька, рано тебе ещё горькую пить.

Витя достал нож из ящика стола и начал прямо на столе нарезать сало.

– Наливайте себе. А я пока сала нарежу. Хлеб у вас есть?

Ирина Петровна развела руками, и даже не стала смотреть, есть ли у неё хлеб.

– Ой, нету, наверное. Забыла вчера купить, – произнесла она и налила пол стакана водки.

Витя дорезал сало и этим же ножом открыл бутылку пива.

– Ничего страшного, – пробормотал он.

Ирина Петровна подняла свой стакан.

– Давай, сынок. Слёз уже не хватает, чтобы выплакать материнскую боль и утрату.

Ирина Петровна разом осушила стакан. А Витя проглотил комок, подступивший к горлу.

– Пусть ему будет там хорошо, – сказал он и почувствовал, как на глазах навернулись слёзы.

Витя сделал пару глотков пива. Ирина Петровна схватила со стола несколько кусочков сала, кинула себе их в рот и быстро заработала челюстями.

– Будет…. Бог – он есть там на небе, – брызгая слюной, заговорила она, – Он всё видел и всех накажет, кто сделал больно моему сыну… сыночку.

Витя протянул Марине несколько кусочков сала.

– Ешь, Маринка, а то мы сейчас всё съедим.

Марина взяла из рук Вити сало и стала молча есть. Ирина Петровна налила себе чуть меньше пол стакана водки и выпила, занюхав рукавом грязного халата. Витя сделал ещё несколько глотков пива.

– Ирина Петровна, расскажите что-нибудь о себе, о Серёжке. Может у вас фотографии какие есть?

Ирина Петровна вытерла руки об халат.

– Есть, радость моя, есть. Я тебе много чего могу рассказать, – ответила она и вышла из кухни.

Витя резко повернулся к Марине:

– Марина!

Умственно отсталая девушка испуганно посмотрела на него.

– Да? – отозвалась она.

– Марина, твоего брата кто-нибудь бил, обижал в последнее время?

– Никто не бил….

– Ясно, – прошептал Витя.

Ирина Петровна вернулась с кипой фотографий, положила все фотографии на грязный стол и показала первую сверху фотографию Вите.

– Вот это мой папа, он был хорошим хирургом, его очень уважали друзья по работе. Но умер он рано, подвело слабое сердечко. А это вот мама, – Ирина Петровна показала следующее фото, – она всю жизнь проработала в саду, детишек воспитывала. Когда умер папа, мать начала пить горькую и, чтобы она одна не спилась, я частенько составляла ей компанию.

Ирина Петровна достала из стопки ещё одну фотографию и с удовольствием погрузилась в воспоминания:

– Вот мой муж в молодости – очень интересная личность, работал преподавателем в университете. Кстати, про такую любовь, как у нас была, пишут книги. Такая бывает одна на миллион…

Ирина Петровна налила себе немного водки.

– Ну, давай ещё помянем Серёжку, – пьяным голосом предложила она.

Витя чокнулся бутылкой об её стакан.

– Давайте, – согласился он.

– Витя, когда пьют за покойников, то не чокаются, – сделала серьёзное замечание мать Сергея Трусова.

– Извините, я не знал.

Ирина Петровна выпила из стакана водку и в приступе пьяной нежности погладила Витю по голове.

– Ничего страшного, Витечка, – произнесла она заплетающимся языком.

– А где сейчас обитает дядя Костя – отец Серёжки? – спросил Витя, – Что-то его не видно.

Ирина Петровна пожала плечами.

– Пропал он… После похорон Серёжки я его только несколько раз видела. Забухал где-то по-чёрному. Теперь его не скоро жди.

Витя посмотрел на Ирину Петровну, подумал о чём-то.

– Скажите, Ирина Петровна, а Серёжка не жаловался на какие-нибудь проблемы? Ему никто не угрожал в последнее время?

– Да, нет. Всё было как обычно. А потом бац – и на тебе!

– Может с отцом какой конфликт был? Не ругались они в последнее время?

Ирина Петровна с грустью стала рассматривать дно пустого стакана, думая о чём-то.

– Они постоянно ругались. Серёжка неоднократно на батьку руку поднимал. Но я его не виню за это. Чаще батька сам был виноват. Получит пенсию по инвалидности, и через три дня её уже нет. А Сергей думай, где жрачку раздобывать!

Витя громко вздохнул.

– Не подскажите мне всё-таки, где мне можно попытаться найти дядю Костю? Хочу с ним поболтать о жизни, о Серёжке.

– Зайди в сорок четвёртую квартиру в доме, что напротив детского садика. К Рыжакову, его собутыльнику, – посоветовала мать Сергея Трусова, – У того никогда водка не кончается. Может быть он там.

– Ирина Петровна, можно я загляну в Серёжкину комнату, и в его вещах пороюсь? – спросил разрешение Корпагин.

– Да, сколько хочешь, – согласилась Ирина Петровна, – А я пойду посплю…. Что-то меня развезло.

9

Ольга Макарова договорилась встретиться с оперативником Максимом Ивашиным на стоянке возле отделения милиции.

– Максим, – произнесла Ольга, как только села к нему в машину, – я с ума сойду, если сегодня же не увижу своего ребёнка. Я больше не могу ждать и надеяться. Отец мне сказал, что вы обязательно поможете.

Ивашин побоялся даже посмотреть в глаза Ольги. Четыре дня поиска и никаких результатов. Говорить ей об этом не стоило, она и так была готова шлёпнуться в обморок при любом неосторожном слове. Руки у Ольги тряслись, лицо было белее мела. Достаточно на неё один раз взглянуть, чтоб понять: женщина на грани истерики. Ещё чуть-чуть и будет очередной нервный срыв.

– Вы не переживайте, – пробормотал Ивашин, – мы делаем всё необходимое.

– Максим, мой случай единичный или были в последнее время похожие?

– Да, вроде, нет.

– Может, это ради выкупа?

– Сейчас трудно делать какие-либо выводы. Одно хорошо: дело поручили Хмельницкому. А он толковый мужик, хоть и неприятный чуток.

– Он уже нам звонил, – сообщила Ольга. – Сказал, чтоб немедленно появились в его кабинете.

– Идите тогда к нему, – поторопил её Ивашин. – Он не любит ждать.

10

Витя сел на пол рядом с кроватью Сергея и вытянул из-под неё открытую картонную коробку. В этой коробке Серёга прятал всякие нужные вещи. Витя обратил внимание на уже знакомые открытки с изображением домашних животных – их было две стопки. Витя взял одну из стопок в руки и прочитал вслух, что написано на первой открытке:

– Уважаемый Константин Иванович, приглашаем вас, посетить приют для животных. Приезжайте по адресу: Озёрское шоссе, двенадцать. Мы вас встретим и проведём экскурсию.

Витя взял другую стопку открыток и перевернул верхнюю:

– Уважаемый Константин Иванович, настойчиво приглашаем вас, посетить приют для животных. Приезжайте по адресу: проспект Никитина, восемнадцать. Мы вас встретим и проведём экскурсию.

Заскрипела и слегка приоткрылась дверь. В спальню вошёл питбуль, приблизился к Вите. Тот погладил собаку по голове и поделился своими мыслями:

– Вот, что странно, Цезарь, адреса то совершенно разные.

Витя спрятал открытки во внутреннем кармане своей куртки и отправился к Рыжакову.

11

Хмельницкий – седой невысокий мужчина лет пятидесяти крепкого телосложения – что-то помечал в записной книге. И причём очень долго. Наконец-то он опять поднял на Ольгу въедливые серые глаза и задал очередной вопрос:

– Вы не ругали в последнее время своего сына, не били его?

– Да, что вы! – воскликнула женщина. – Он у нас тихий и спокойный мальчик.

Хмельницкий резко хлопнул кулаком по столу. Ольга аж подскочила на своём стуле, она не ожидала от оперативника такой реакции.

– Тихим и спокойным мальчикам, – прохрипел он, – тоже иногда достаётся от родителей.

– Нет. Всё у нас было хорошо, – затараторила женщина. – И спать он ложился счастливым. Я видела, что всё с ним в порядке.

– Не надо мне тут песни петь, мамочка! Просто так дети по ночам не исчезают.

Лицо Ольги перекосилось, она бросилась к столу и схватила Хмельницкого за руки.

– Помогите, я вас умоляю. Найдите мне моего сына. Я всё для вас сделаю. Денег дам столько, сколько попросите. Квартиру продам.

– Тихо мне! – разозлился Хмельницкий и вскочил со стула – Развылась!

– Только помогите!

– Все вы по началу так воете. А потом узнаются интересные детали.

– Я не понимаю о чём вы?! – растерялась Ольга.

Хмельницкий протянул Ольге чистый листок бумаги и ручку.

– Пишите мне заново адреса и фамилии всех ваших знакомых и родных. Друзей вашего ребёнка мне всех укажите.

– Я поняла… поняла.

– Не забудьте мне ни одного человечка…. И ещё: почему я до сих пор не вижу вашего мужа в своём кабинете?!

12

Витя поднялся по лестнице и подошёл к сорок четвёртой квартире. Дверь открылась прямо перед его носом, и из квартиры вышли Кирилл и Семён – парни лет семнадцати. Витя хорошо знал обоих. Они жили в его дворе.

– Рыжаков, гнида, на спирт цену поднял, – сообщил Вите Семён.

– Он знает, что всё равно никуда не денемся и купим, – вместо приветствия выкрикнул Кирилл.

Кирилл и Семён стали быстро спускаться по ступенькам вниз, а Витя осторожно заглянул в квартиру Рыжакова и увидел накаченного здорового мужика, который стоял в коридоре в семейных трусах и тельняшке, и пересчитывал полученные от продажи спирта деньги.

– Можно к вам зайти? – спросил у него Витя.

– Заходи, – разрешил Рыжаков, – Что интересует: спирт или самогон?

Витя смущённо улыбнулся:

– Ничего из этого не интересует. Если честно, то я по другому делу.

Рыжаков быстро спрятал деньги в карман.

– По какому другому? Травки у меня нет. С вами наркоманами дело иметь бесполезно. Сегодня купите, завтра ограбите.

– Что вы?! Я не наркоман! Разве похож?

– Тогда чего тебе надо? – поинтересовался Рыжаков.

– Я друг покойного Сергея Трусова, ищу его отца. Мне его помощь нужна. К вам он не заходил?

– Ты знаешь, дружок, ничем тебе помочь не могу, – сказал мужик в тельняшке, – Костыль пропал сразу же после похорон.

– Вы даже предположить не можете где он?

Рыжаков пожал плечами.

– Сдох где под забором…. Он никогда дальше нашего района не удалялся. Ко мне каждый день заходил….

Рыжаков почесал зад и продолжил:

– У него был простой маршрут: приёмный пункт стеклотары, квартира Рыжакова и домой – спать. Ну не мог же он заблудиться в собственном районе и потерять дорогу к точке, где ему дают на вексель….

– Спасибо, – поблагодарил Рыжакова за ответ Витя, – Я всё понял. У вас железная логика.

13

Сашка стоял возле входных дверей в магазин и с мольбой смотрел на прохожих. В его кепке лежало несколько мелких помятых купюр. Сашку сильно шатало, перед глазами всё было каким-то нереальным, расплывчатым. В желудке жгло, а денег, что лежали в кепке, не хватало даже на маленькую булочку.

– Подайте, пожалуйста, на хлеб. Очень кушать хочется, – закричал мальчишка, когда увидел приближающуюся к дверям магазина грузную женщину.

Она остановилась и с презрением посмотрела на Сашку:

– Верю, дорогой, что хочется. Всем людям хочется кушать. Иди домой к мамке, пускай тебя накормит.

Сашка виновато опустил взгляд в землю.

– Не накормит она меня, – прошептал он, – Если я ей денег не принесу – реально не накормит….

– Все вы так говорите, а потом деньги абы на что тратите, – повысила голос женщина – Работать надо, а не попрошайничать! Так своей мамке и скажи!

Сашка отвернулся и сжал свои тонкие пальчики в кулачки, глаза его налились кровью, стали злющими. Он вновь повернулся к женщине и выкрикнул:

– Иди в жопу, дура! Сама иди работай!

Женщина осуждающе повертела головой и вошла в магазин. Внезапно на лице Сашки появилась грустная улыбка. По ступенькам к магазину поднималось несколько человек, среди которых он увидел Витьку Корпагина. Вот у кого я попрошу денег на булку, – подумал голодный мальчишка, – Витька даст, он не жадина. Сашка сделал несколько шагов в сторону Вити.

– Привет, Сашка! – сказал Витя и пожал младшему брату Сергея Трусова руку.

Сашка шмыгнул носом.

– Привет, Витя!

– Как твои дела?

Сашка посмотрел на Витю.

– У меня, блин, всё хорошо, – ответил он, и его синие губы при этом скривились.

Сашка расклеился на глазах, по щеке побежало несколько слёз, и стало видно, какая сильная боль таится в его сердце.

– Эй-эй, Сашка, я к тебе по очень важному делу, а ты сразу в слёзы! – упрекнул его Витька.

Сашка вытер рукавом куртки слёзы.

– По какому делу? – спросил он.

Витя взял его за руку и потянул вниз по ступенькам.

– По очень серьёзному и мужскому делу. Обещай, что ты меня в этом деле никогда не подведёшь.

И всё-таки Сашка постеснялся попросить у Витьки денег на булку, хотя понимал, что он сойдёт ночью с ума от голода. Стало почему-то стыдно. К нему обратились по очень серьёзному делу, как к совершенно взрослому и уважаемому человеку, а он тут вдруг возьмёт и станет попрошайничать.

– А что за дело-то? – переспросил он, осознавая, что Витька забирает у него последние минуты, оставшиеся до закрытия магазина.

– Пошли ко мне домой, я всё тебе подробно объясню, – неожиданно предложил Витя, и у Сашки в душе затеплилась надежда, что друг Сергея напоет его хотя бы чаем.

14

Кирилл и Семён поставили перед диваном стол-книгу, раскрыли его, постелили скатерть и принесли из кухни нарезанную закуску, селёдку под шубой и картошку с котлетами в глубокой тарелке. Кирилл нарезал на доске хлеб, а Семён вылил спирт из полулитровой бутылки в трёхлитровую банку.

– Что-то пацаны задерживаются, – разволновался Кирилл.

– Твои родаки точно не надумают вернуться с дачи? – на всякий случай спросил Семён.

– Не бойся. Не надумают, – ответил Кирилл и раскинул хлеб на столе между тарелок.

Семён поставил пустую бутылку из-под спирта под стол и налил из графина в трёхлитровую банку обычную воду.

– Давай тогда по одной за мою денюху, – предложил он.

– Наливай! – согласился Кирилл.

– Подожди, сейчас реакция пройдёт, – сказал Семён и помешал спирт длинной деревянной ложкой.

Семён посмотрел на трёхлитровую банку, и муть в ней, словно по волшебству, пропала. Семён налил разбавленный спирт из банки в две рюмки до краёв. Кирилл и Семён взяли рюмки в руки и чокнулись.

– За тебя, мой друг! – выпятив вперёд грудь, важно произнёс Кирилл, – Желаю, чтобы все твои мечты сбылись….

Кирилл залпом выпил свою рюмку, поморщился и подавил рвотные позывы.

– Спасибо, дружище! – вскрикнул Семён, выпил свою рюмку, схватил со стола кусочек нарезанного огурца и закусил. – О, боже, какая гадость! Тебе не кажется, что спирт чем-то отдаёт… Фе! Фу! – скривился он, – Каким-то одеколоном…

– Ничего страшного, пить можно, – заверил его Кирилл.

15

Хмельницкий отодвинулся от стола и закурил сигарету. Сделал длинную затяжку, выпустил облако дыма и почувствовал, как неприятно запершило в горле. Он стряхнул пепел в пепельницу и взглянул на Игоря Макарова с нескрываемой злостью.

– Я когда вас попросил явиться ко мне?

– Как смог, так явился, – огрызнулся отец Вадима.

Оперативник чуть не подавился дымом от такого грубого ответа.

– Я попрошу впредь являться в точно назначенное мною время, – сказал он, и его лицо покрылось красными пятнами.

– Я не терял время: искал сына, – стал объяснять Игорь. – Ходил по его друзьям. В школу несколько раз заглянул. По подвалам близлежащих домов походил.

– И, что, нашли?

Игорь проглотил ком, подступивший к горлу.

– Нет. Но я не собираюсь сидеть, сложа руки. И на вас я тоже не надеюсь. Четыре дня прошло, а у вас никаких результатов.

– Это вы так думаете, – сказал с улыбкой Хмельницкий. – А результаты кое-какие есть.

– И какие же?

– Я нашёл дело, похожее на ваше.

16

На кухне Витя усадил Сашу за стол, а сам стал в сторонке у окна. Сашка сразу же набросился на горячий борщ со сметаной, он выцедил его из тарелки весь до капельки и проглотил весь хлеб, что лежал нарезанным на столе.

– Значит так, Санька, – произнёс Витька, – Твой брат, когда ещё был жив, оставил мне очень много денег….

Сашка медленно поднял голову от тарелки и неверящими глазами посмотрел на Корпагина.

– Но денег, пока ты не подрастёшь и не станешь взрослым, как я, сказал тебе не давать, – добавил к сказанному Витя.

– Почему? – удивился Сашка.

– Маленький ты ещё, потому что, – объяснил ему Витя, – Первое, что он попросил, чтобы ты это держал в секрете. Обещаешь?

– Обещаю.

– Второе, три раза в день, если ты не в школе, а если в школе, то после уроков и обязательно вечером, ты будешь приходить сюда, в этот дом, и кушать. И ни разу, ни меня, ни своего брата, в этом плане не подведёшь. Обещаешь?!

– Обещаю! – произнёс Сашка и заплакал. – Реально обещаю.

– И никого здесь, дружок мой, не стесняйся. Все, кто здесь живёт, всегда будут рады твоему приходу и всегда тебе откроют дверь.

– Хорошо, я не буду никого стесняться, – прошептал, глотая слёзы, Сашка, – И никогда тебя не подведу.

Витя подошёл к Сашке и погладил его по голове.

– Ну что ж. Пацан сказал, пацан сделал. Давай пять!

Витя выставил свою ладонь, и Сашка со всей силы хлопнул по ней своей.

17

– В чём схожесть этих дел? – поинтересовался Игорь у Хмельницкого.

– Ровно пол года назад пропал Антон Долатов, – поведал ему оперативник. – Мальчишка девяти лет. Он не вернулся домой со школы.

– Его так и не нашли?

– Не нашли, – вздохнул Хмельницкий.

– А по подробней можно? Чем исчезновение Вадима похоже на исчезновение Антона?

– Пропавшие дети одинакового возраста. Почти что. Разница не большая.

– И это всё? – удивился Игорь.

– Это не всё. Это уже кое-что. Пропавшие дети – мальчики.

– Это всего лишь тупые совпадения.

Хмельницкий грустно посмотрел на Игоря и кивнул.

– Может быть.

– Ладно, простите. Вы не могли бы дать адрес родителей этого Антона?

Хмельницкий взял со стола записную книжку, открыл её на последней записи.

– Записывайте, – сказал он.

18

– А теперь скажи мне, Сашка, где мне найти твою сестрёнку Свету? – неожиданно для Сашки задал серьёзный вопрос Витя.

– Я не знаю, – ответил Сашка и испуганно уставился на Витю, – Светы нету, она куда-то пропала.

– Как пропала? – вскрикнул Витя, – Мама твоя сказала мне сегодня, что Света в школе. Разве это не так?

– Мама всем так говорит, – стал объяснять Сашка, – Но на самом деле Света давно уже не ходит в школу. Когда она ходила в школу, то домой всегда приходила уроки делать.

Ошеломлённый известием Витя опустился на табуретку и внимательно посмотрел на Сашку.

– А сейчас не приходит?

– Давно, блин, уже не приходит. Я её с осени не видел, – пояснил Сашка.

– И, что, всё это время никто не интересовался её пропажей? Что даже со школы никто не приходил?

– Сначала много кто интересовался, но потом вдруг перестали интересоваться.

Витя скривился от удивления и замотал головой:

– Вот тебе номер. Пропал человек, и никто не волнуется по этому поводу.

19

Хмельницкий зашел в квартиру Макаровых без спроса: не позвонил, не постучал, а просто нажал на ручку и потянул на себя дверь. Ольга сидела за столом на кухне. Заплаканная, осунувшаяся. В раскрытой ладони у неё лежало несколько таблеток. Она словно застыла и смотрела в никуда.

– Это опять я, – обрадовал её Хмельницкий своим появлением.

Ольга бросила на него усталый измученный взгляд.

– Я вижу, – пробормотала она.

– Я хотел бы задать вам ещё пару вопросов.

Ольга положила таблетки в рот и запила водой. Как же достал её этот мерзкий опер. Если б за убийство людей не наказывали, она б его точно убила. Прямо тут – на кухне. Взяла бы острый нож и воткнула его в хриплую глотку.

– Я очень плохо себя чувствую, – вместо этого сквозь зубы сказала она.

Хмельницкий сел напротив неё.

– Ольга, объясните мне, как так получилось, что вы не услышали, как ушёл из дома ваш сын?

– С чего вы взяли, что он ушёл? – вскрикнула мать Вадима. – Может, его похитили?

Хмельницкий неприятно улыбнулся и уставился в её глаза. Она не выдержала и отвела взгляд.

– Чего вы так на меня смотрите? Я вас не понимаю.

– Хорошо, если вам так хочется, я поставлю вопрос по-другому, – повысил голос Хмельницкий. – Объясните, как это так получилось, что вы не услышали, как похищали вашего сына.

– Я спала.

– Вы на ночь пьёте снотворное?

– Нет же!

Хмельницкий встал из-за стола, понимая, что больше ничего интересного для себя не услышит.

– Знаете, мамаша, – произнёс он, – ищите своего сыночка сами. Не хотите мне рассказывать правду – ваши трудности!

– Что вы ко мне прицепились? – взвизгнула Ольга.

– Скажите мне прямо! У вас есть любовник! И вы не ночевали этой ночью дома.

– Да, как вы смеете: подозревать меня в таком?!

– Я не люблю, когда меня водят за нос. Вы утверждали, что уложили сына спать и сами легли. Утром проснулись – сына нет.

– Так оно и было.

Хмельницкий схватил Ольгу за подбородок и приподнял его, чтоб она смотрела прямо ему в глаза.

– Слушай, сучка! У тебя дитё пропало, а ты за свою шкуру волнуешься.

20

Сашка печальными глазами взглянул в сторону кухни. Там играла гармонь, и гремел голос матери. Она, надрываясь изо всех сил, вопила пьяным голосом: «как упоительны в России вечера…».

Сашка плюнул на пол и, опустив голову, поплёлся по коридору. А Ирина Петровна, сидя на обшарпанной табуретке по середине кухни в дырявых трусах и в лифчике, орала всё ту же песню. На неё пялились два полураздетых мужика с наколками на шее, плечах, груди и руках. На столе стояла початая литровая бутылка водки и рядом с ней лежали замусоленные карты. А так же на нём можно было увидеть остатки сала, которое принёс Витька, чтоб бедные Трусовы не голодали. Оно очень хорошо пошло в качестве закуски.

Дворник Лёша от души наяривал на гармони.

– Давай, хозяйка, давай! – подбадривал он.

Один из бывших зеков вставил пальцы в рот и засвистел.

Ирина Петровна под свист стянула с себя лифчик, запрыгнула на табуретку. И закрутила им над головой, хвастаясь своими обвисшими грудями.

Дворник Лёша резко перестал играть.

– Ну, как вам наша примадонна?! – закричал он. – Скоро пятьдесят стукнет, а она ещё та цыпочка.

Два бывших зека, совсем недавно освободившиеся, заржали и стали хлопать в ладоши.

Сашка, тем временем, в своей спальне достал из карманов три кусочка хлеба и три сосиски, и спрятал всё это под подушкой.

21

– Я вам клянусь, – зарыдала Ольга, – я спала!

– Сыну это будешь говорить, – продолжал давить на неё Хмельницкий, – когда через неделю найдёшь его мёртвым.

– Ваше дело – не верьте!

– Ладно! Закрыли тему! Мне надо осмотреть комнату вашего сына.

– Идите, осматривайте, – закричала в истерике Ольга, – кто вам не даёт?! Может, найдёте мои отпечатки пальцев на окровавленном топоре, которым я ему отрубала голову после того, как потрахалась с любовником.

– Очень смешно, – прохрипел Хмельницкий и вышел из кухни.

22

Голова у Витьки распухла от боли. Уже битых три часа он не вылезал из интернета и не давал брату спать. Андрей вздохнул, повернулся с одного бока на другой, затем не выдержал и сел в постели:

– Малой, хватит! Давай, закругляйся!

Витя что-то набрал на клавиатуре, и очень громко нажал клавишу «Ввод».

– Витька, я кому сказал! Мне, между прочим, завтра рано вставать! – повысил голос Андрей.

– Извини, Андрюха.

Витя щёлкнул правой кнопкой несколько раз, и монитор погас.

– Вить, я всё понимаю: у тебя друга убили. Но поверь мне, глупо пытаться самому в этом разбираться. Ведь у тебя же нет никаких зацепок.

Витя встал, подошёл к своей тахте и стал расстилать постель.

– Ты не прав, – грустно улыбнулся он, – У меня уже есть кое-какие зацепки.

– Слушай, а что этот Сашка теперь постоянно будет приходить к нам кушать? – поинтересовался Андрей, – И утром, и днём, и вечером?

Витя весь напрягся, ожидая подвоха со стороны брата. Он лёг на свою тахту и накрылся одеялом.

– А ты что-то против этого имеешь? – выдержав паузу, спросил он.

– Да, нет… Не имею… Меня просто прикалывает байка про брата, который оставил ему много денег. Ничего поумней, ты придумать не мог?

– Отстань, Андрюха, что придумал, то придумал, – стал закипать Витя, – Это мои трудности…

Андрей посмотрел на брата с каким-то высокомерием. И Витя почему-то вдруг почувствовал свою вину в том, что он ещё не зарабатывает денег.

– Ладно, не обижайся, кусок чёрствого хлеба для этого малого у нас всегда найдётся. Пускай приходит, – зевая, произнёс Андрей, – Только ты его приучи за собой тарелку мыть, а то он какой-то не от мира сего. Не приучен ни к чему житейскому.

– Не переживай, – огрызнулся Витя, – Приучу… Хотя он не животное, а человек. И сам догадается, что за собой необходимо убираться.

23

Семён лежал на диване и выпученными глазами смотрел в потолок. Над ним склонился милиционер-фотограф и сделал несколько снимков.

– Жаль мальчишек, недолго они веселились, – сказал он и переместился к Кириллу – тот лежал на полу. По нему было видно, что его перед смертью очень сильно скрючило от боли.

Милиционер-фотограф вздохнул и добавил к сказанному:

– Им, наверное, даже шестнадцати нет.

– Двумя алкашами на земле стало меньше, – прохрипел Хмельницкий, который мечтал побыстрее оказаться дома. Время уже давно перемахнуло за час ночи, а ему приходилось стоять тут у форточки, курить и изображать из себя старшего опергруппы.

– Скажешь тоже, – буркнул эксперт-криминалист Пыжиков, надел на руки перчатки, достал оставленную под столом полулитровую бутылку из-под спирта, махнул рукой над горлышком и принюхался. – Знакомая радость, – сделал вывод он, – Хит сезона: стеклоомыватель «Весёлое солнышко».

– Видно, что умерли в муках, – сказал Хмельницкий. – Минут пять точно корчились от боли, прежде чем ласты склеить.

Фотограф взглянул на Кирилла и сразу же представил своего сына, который запросто мог оказаться в компании этих двух мальчишек.

– И живёт же где-то эта гнида, – пробормотал он и покрутил головой, – которая продаёт глупым подросткам вот такую гадость.

– И знаешь, что самое главное обидно, – заметил Пыжиков, – что эта гнида свободно ходит по земле, здоровается за руки с нормальными людьми и улыбается им, как ни в чём не бывало.

Хмельницкий глубоко затянулся и выпустил струю дыма.

– Нет, обидно другое: то, что многие знают, чем занимается эта гнида, но не сдают его из-за каких-то ложных убеждений или из-за дружеских соседских отношений. А это животное, благодаря вот таким добрым законопослушным гражданам, наслаждается жизнью и творит свой беспредел.

24

Сашка Трусов встал очень рано, покормил хлебом Цезаря и Марсика. И благодарные собаки стали вылизывать ему руки.

Сашка достал из кармана кусочек хлеба и сырую сосиску.

– Так, всё, отстаньте! – прикрикнул он на собак, – Пойду ещё Маринку покормлю. Она тоже есть хочет.

Сашка прошёлся быстрым шагом по коридору с сосиской и кусочком хлеба в руках, открыл двери в спальню к Маринке и увидел, что там её нет. В спальне стояли две кровати, а на них лежали подушки без наволочек и тонкие покрывала.

– Мариночка, ты где? – закричал на всю квартиру Сашка, он знал, что сестра встаёт сама намного позже. От неприятных предчувствий у него защемило сердце.

За спиной Сашки появилась Ирина Петровна.

– Чего орёшь? – спросила со злостью в голосе она.

– Мам, а где Маринка?

– Я не знаю. Она вчера куда-то вечером вышла и домой ночевать не пришла.

На глазах Сашки заблестели слёзы.

– Мама, блин, где Маринка! – завыл он, – Она ж больше чем на пол часа из дома никогда не отлучается. И дальше нашего подъезда никуда не уходит….

Ирина Петровна тяжело вздохнула, вырвала из рук Сашки хлеб с сосиской, откусила сосиску и половину хлеба и всё это быстро прожевала.

– Что ты разорался? За вами разве уследишь! Хоть пару дней в хате одним голодным ртом меньше будет… Никуда не денется твоя Маринка. Рано или поздно дорогу домой найдёт…

Часть вторая. Грань

За этой гранью человек уже не человек…

1

Витька разложил на столе открытки с домашними животными. Мысли о них не давали ему покоя. Он чувствовал, что они помогут узнать того, кто убил Сергея. Ведь не просто так, от «делать нечего», кто-то отправлял их семье Трусовых.

Каждая домашняя зверюшка смотрела с открытки несчастными грустными глазками. Так и хотелось спросить: «Господи, ну что же ты такая невесёлая? Совсем что ли некому тебя пожалеть?»

Двери в спальню тихонечко приоткрылись, и Витя увидел улыбающееся лицо матери.

– О, лапулька, ты уже поднялся, – обрадовалась она. – Сгоняй-ка в магазин, а то твой дружок вчера весь батон утоптал. Чай не с чем попить.

– Хорошо, мамуль, я мигом.

Мама порылась в карманах халата и протянула Вите крупную купюру.

– Витя, только сдачу обязательно верни.

– Обижаешь мамка, – произнёс Витька и стал натягивать на себя шерстяной свитер, – Когда это я тебе сдачу не возвращал?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.