Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 13

© Сергей Саканский. Перевод с устной на письменную речь.

* * *

Как мы в Евпаторию выступили

На самом деле, мы выступили, кончено, в Гурзуф, но поезд был евпаторийский, и у меня даже был на него билет – аж до самой Евпатории.

Меня спросят:

– Как билет? Почему билет?

Более того: билет образовался и у Сереги. Трудно в это поверить, но факт. И не единственный в нашей жизни. Например, как-то раз мы ехали по билету в Таллинн и в Ригу, но это – другие истории.

А вышло всё вот как. Когда Еня Алини и его друзья окончили МАДИ и стали офицерами, родители решили их премировать поездкой к морю, и не нашли ничего более умного, чем всем им достать профсоюзные путевки в евпаторийский санаторий. Вернее, эти путевки достал один из родителей, тоже офицер. Вероятно, он рассуждал так: пусть ребята покрепче сдружаться, ведь им предстоит еще два года вместе служить. Он, конечно, не знал, офицер, что ребята и так уже сдружились за пять лет обучения в МАДИ: и бухали вместе, и фачились, а уж Джуманиязов понаделали столько, что этими Джуманиязами, думаю, можно было всю Евпаторийскую бухту залить.

И вот, решил я в их компанию втереться, и билет вместе с ними взял, несмотря на то, что Серега даже на уровне идеи от такой возмутительной жизни отказался. Он сказал:

– В Евпаторию? На этот детский курорт с маленькими трамваями? С лолитами? На три недели в дом отдыха? По билетам?

И я на все его вопросы пристыжено кивнул.

Серега сказал:

– Яша. Иди-ка ты в пелвис со своей Евпаторией.

Я сказал:

– Но ведь там сам Еня Алини будет, офицер.

Серега сказал:

– Вот что мне и удивительно. Что там он делать будет? В Евпатории.

Я сказал:

– В Евпатории Еня Алини будет бухать. Побухивая, он будет кататься на маленьких трамваях с лолитами. В мелком море Евпаторийского залива трудно утонуть, потому что Еня Алини никогда не дойдет до глубины. Каждый день он будет спать в постели с простынями…

И так далее. По мере того, как я рассказывал о том, что Еня Алини будет делать в Евпатории, мне становилось все скучнее и грустнее, как Лермонтову.

И тогда я сказал:

– Серега. А давай мы просто с Еней и его друзьями-офицерами до Евпатории доедем, там разбухаемся и дальше, через Севастополь – в Гурзуф вырвемся.

Серега сказал:

– Нет, Яша. Мы лучше с друзьями-офицерами до Джанкоя доедем, и уже из Джанкоя – в Гурзуф вырвемся. А Еня Алини пусть сам на детском курорте с лолитами на трамваях катается. И еще одно условие: я буду с вами не по билету до Джанкоя ехать, а стюпом.

Сказано – сделано. Хотя, конечно, сделать стюб евпаторийскому поезду до самого Джанкоя – акция почти невыполнимая. Скорее всего, придется мне с Серегой где-нибудь в Харькове зависнуть, и это мне не очень нравилось, потому что мой билет был до самой Евпатории. Вот если бы этот билет кому-нибудь по пути толкнуть, его половину, от места, где нам сделают стюп, до Евпатории, или, хотя бы сделать этому билету ченч на батл водки… Но это – вообще фантастическая идея.

Надо заметить, что это было еще до того, как сам Еня и его офицеры зависли на два года в Харькове. Они еще и не знали тогда, что их именно в Харьков служить назначат. А до тех пор Харьков – это был для нас всего лишь один из городов: тот, где в Русском музее был Мальчик в феске работы Борисова-Мусатова, и тот, где трудно, почти невозможно было пройти по улице Свердлова.

Итак, когда Серега умер, я еще долго соображал, лежа под кустом сирени в Измайловском парке, как бы нам научиться билеты вообще частично кому-нибудь сдавать? Может быть, как-нибудь подключить к этому делу проводниц? Или каких-нибудь командировочных? Не знаю. Так я ничего и не придумал, прошептал Нина и умер рядом с Серегой под сиреневым кустом.

Часть вторая

На другой день мы ненадолго расстались: Серега пошел домой за вещами, и я домой за вещами пошел. Мы встретились на Курском вокзале, в автомате, который мы называли – у Церкви. В этом пивняке мы всегда разбухивались перед тем, как куда-нибудь именно с Курского вокзала выступить. Оттуда был такой прямой туннель, и вел он прямо на перрон Курского вокзала. И вот, подошли мы к евпаторийскому поезду и встретили там Еню Алини и двух друзей его. Все они были нарядно одетые, с чемоданами и сумками, но цивильно не выглядели, ибо то, что все они офицеры, было видно по их коротким стрижкам и особому выражению лиц. Да и бухали они на перроне водку, прямо из горла, оглядываясь не только на ментов, но и на военный патруль. Мы тоже с ними слегка из горла водочки прибухнули, и Серега отправился поезду стюб делать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.