Подвиг заводов Том 13. Московский Вымпел 1916-1962

Перед началом осады юнкерам и кадетам предложили сдаться. Но защитники училища заявили, что лучше умрут, но не сдадутся и открыли огонь.

Вечером 29 октября начался штурм казарм Алексеевского военного училища. С ходу их взять не удалось.

В этом бою погиб командир санитарной команды П.П. Щербаков. В свои 26 лет он был революционером со стажем, успел побывать на каторге. (В его честь в 1922 году бывшая Михайловская улица была переименована в Щербаковскую, которая и поныне соседствует с заводом «Вымпел».)

Решили применить артиллерию, после чего Алексеевское военное училище капитулировало.

Взятием кадетских корпусов и военного училища закончилась борьба рабочих в Лефортовском районе, и главные события развернулись в центральных районах столицы. Здесь открылась наиболее памятная страница из жизни революционного «Мастяжарта», она оставила значительный след в истории государства, и никак нельзя на ней не остановиться.

На заводе в то время находилось на ремонте и в сборке около четырехсот орудий разного калибра. Свыше двадцати были использованы непосредственно в октябрьских боях в Москве.

Для захвата Кремля был отдан приказ о его артиллерийском обстреле. Эту задачу выполняли, в основном, солдаты-рабочие из «Мастяжарта».

Артиллерией «Мастяжарта» в это время командовал В.П. Демидов, фейерверкером был Н.С. Туляков.

После артиллерийского обстрела третьего ноября в четыре часа утра Кремль был взят. В настоящее время, по прошествии многих десятков лет, трудно без содрогания вспоминать о тех событиях, когда пушки стреляли по сокровищнице русской и мировой архитектуры — Кремлю. Но это — было.

Во время взятия Кремля погибло четырнадцать работников завода. Их похоронили у Кремлевской |стены, в братской могиле.

Н.С. Туляков стал первым комендантом Моссовета, выполняя эту обязанность до марта 1918 года.

В память о тех грозных и трагических событиях на территории завода была установлена пушка-памятник.

ГЛАВА II

В России начиналась новая историческая эпоха. Первое время ее сопровождали и голод, и холод, и всеобщая разруха, усугубившаяся началом жестокой гражданской войны.

Завод «Мастяжарт» выполнял военные заказы: поставлял пушки разного калибра, лафеты к

пушкам, походные армейские кухни, санитарные двуколки, снарядные ящики, осуществлял ремонт винтовок.

При этом пока еще не на многое мог рассчитывать коллектив военного завода, ведь в стране остро не хватало не только продовольствия, но и простейших орудий сельскохозяйственного производства, электроэнергии, сырья, цветных металлов, транспорта, стройматериалов.

Но руководством завода все же рассматривался вопрос о новом режиме работы цехов и их благоустройстве. Помещения цехов были мало пригодны для производства, не хватало складов, часть военной продукции находилась под открытым небом. На территории завода стояли чужие жилые дома, и проживавшим в них приходилось выдавать специальные пропуска. Было решено ходатайствовать перед правительством перебазировать завод на новое место.

От имени правительства Чрезвычайный уполномоченный по снабжению Красной Армии Л.Б. Красин, приняв делегацию завода и выслушав просьбу, выдал документ, согласно которому мастяжартовцам было разрешено подыскать в Москве подходящую для завода территорию.

В то время большинство предприятий были закрыты. Заводская комиссия (Семенов, Гаити, Карайченцев) после долгих поисков остановилась на бывшем заводе инженера Пэлка. В итоге, в 1918 году, вышло постановление Моссовета о перебазировании завода «Мастяжарт» на территорию завода Пэлка. Учитывая сложности периода гражданской войны, становление завода на новом месте осуществлялось очень долго. К работам здесь приступили в 1919 году, а закончили, в основном, только в 1921-м.

В январе 1919 года к «Мастяжарту» присоединился Мытищинский орудийный цех. В коллектив влилось до полусотни мытищинских рабочих, во главе с арттехником Дмитриевым. Летом 1919 года произошло слияние с фабрикой Бонакера. Объединение получило наименование — завод «Мастяжарт», в котором значились три отдела: 1-й — бывшая фабрика Бонакера, 2-й — бывший завод инженера Пэлка, 3-й — гальваническое отделение.

Таким образом, завод получил новый адрес, где находится по настоящее время. В связи с этим, уместно привести краткую историческую справку об организации завода Пэлки и фабрики Бонакера.

В 1885 году на Благуше (Николаевская улица, дом 4, - ныне улица Ткацкая) был основан небольшой котельный завод немца по происхождению Э.Э.Кудлинга (ныне помещения цеха №5 и цеха № 11). На этом заводе около трехсот рабочих изготавливали паровые и водогрейные котлы, баки, резервуары, дымовые трубы, приводы, шкивы. В 1916 году завод приобрел французский инженер Густав Пэлка. Он стал расширять производство и переименовал завод в котельно-механический.

К существующему производству здесь вскоре добавилось производство подков, походных кухонь, повозок для снарядов. После 1917 года номенклатура изделий резко сократилась, а летом 1918 года и вовсе встал вопрос о закрытии предприятия. Свыше ста рабочих были призваны на фронты гражданской войны, многие разошлись по домам.

В протоколе № 182 от 15 июня 1918 года на общем собрании отмечалось, что: «Мы, рабочие завода Пэлка, скрепя сердце, временно покидаем работу и надеемся скоро вернуться к своим станкам». Перед этим, 5 июня 1918 года Густав Пэлка выступил на объединенном заседании заводоуправления и завкома. Он сообщил, что сырья для изделий нет, топлива нет, промышленность переживает кризис и производство придется закрыть. Перед тем, как уйти, он предложил навести чистоту и порядок в цехах, произвести уборку территории и оборудования.

Для охраны завода были выделены средства и назначен сторож. Но уже в июле завод возобновил работу в составе «Мастяжарта». Бывший хозяин выехал из России на родину.

В составе «Мастяжарта» завод Пэлка был преобразован в цех № 2. Его руководителем был Г.Ф. Данковский.

Первое упоминание о фабрике Бонакера относится к 1880 году. Московский обер-полицмейстер выдал свидетельство № 7 от 26 мая 1880 года московскому купцу 2-й гильдии Вильгельму Бонакеру на производство масляных тертых красок. Производство Бонакера было кустарным: восемь человек трудились на одной машине для растирания красок.

В 1888 году дополнительно был выстроен небольшой корпус, где изготавливались мыло и самоварная мазь. Еще через два-три года здесь наладили производство ваксы и металлических коробок, и предприятие стало именоваться фабрикой.

Возле фабрики расположились жилые дома: по двум улицам -Михайловской (ныне Щербаковской) и Николаевской (ныне Ткацкой). Связывала фабрику с Москвой проселочная дорога, где господствовал гужевой транспорт.

В 1887 году полновластным хозяином фабрики стал старший сын Бонакера — Вилибальд. В то время он развернул производство жестяных изделий: пуговиц и пистонов для ботинок, шкатулок, подносов, сухарниц, консервных банок, спичечниц, бидонов, чайников, багетов, икон и церковных крестов.

Изделия фабриканта высоко ценились на ярмарках, в том числе и на Нижегородской, где даже удостоились медали. Фабрика стала именоваться «Акционерное общество металлических изделий». Число рабочих возросло до пятисот.

Официальным днем открытия нового металлического производства был праздник «Ильин день» 2 1 — 22 июля, по старому стилю. В этот день привозили икону, служили молебен, хозяин выдавал деньги на гулянье. Все рабочие и работницы уходили на поляну, около соседнего завода «Гном и Ром» (ныне «Салют») и гуляли в течение двух дней.

В 1907 году фабрика начала производить продукцию для армии: солдатские котелки и пороховницы. Количество рабочих возросло еще на двести пятьдесят человек. В 1911 году на месте трех старых корпусов Бонакер построил трехэтажный кирпичный корпус, он сохранился до настоящего времени.

После 1917 года семья Бонакера выехала за границу. Фабрика влилась в завод «Мастяжарт».

* * *

В 1920 году многие мастяжартовцы сражались на фронтах гражданской войны, в частности, на польском фронте. Но работа завода не останавливалась. В начале февраля 1920 года завод принял заказ на изготовление санитарных двуколок. Заказ был выполнен досрочно. Затем был получен заказ на изготовление 5 тысяч столбов-мачт для проводки трамвайных линий в Москве. И также с успехом выполнен.

На заводе не прекращалась агитационно-массовая работа. Организуются первые субботники и воскресники. Ставится вопрос о клубной работе, о мерах по внедрению новых форм организации труда, о дисциплине; насущным остается продовольственный вопрос. В резолюции заводского собрания от 20 марта 1920 года отмечалось, что благодаря победам Красной Армии на фронтах гражданской войны, настает время переходить к восстановлению народного хозяйства. «Мы заявляем во весь голос, что только настойчивая и упорная работа у станков, машин, спасает нас от голода, холода и болезней. Нет места среди нас лентяям, трусам и шкурникам» - взывал к коллективу актив предприятия.

В тяжелых условиях голода и разрухи оказался завод к окончанию гражданской войны.

В июле 1921 года на расширенном заседании завкома управляющий заводом Н.Ф. Розанов сделал доклад о постановлении Совета военной промышленности, из которого следовало, что завод нужно закрыть. Причина — тяжелое продовольственное и материальное положение, плохое снабжение, недостаток квалифицированных инженерных и рабочих кадров.

Далеко не каждый мог вынести тяжкий труд, не имея возможности сытно поесть и как следует отдохнуть. Если на 1 сентября завод насчитывал в своем штате 1272 человек, то два месяца спустя он сократился более чем в два раза — до 619 человек.

И все же необходимо отметить, что коллектив завода жил хотя и очень тяжелой, но по-своему полнокровной жизнью. Он ежедневно и ежечасно боролся за свое существование. В его рабочих рядах, в среде инженерно- технических работников и служащих было немало тех, кто искренне верил в будущее завода, как и в будущее новой России.

Все трудности ими воспринимались как явления временные. А потому актив завода принимал все возможные меры, чтобы не дать усомниться в необходимости и справедливости начатого на старый режим наступления, что новая, советская, власть так же борется за интересы заводчан, как и они сами. Только бы еще немного потерпеть. Будет и хлеб, и нормальное жилье, и будущее для их детей.

* * *

Свою заметную роль на заводе играла созданная в 1918 году профсоюзная организация, входившая в Профсоюз металлистов Республики.

Первым ее председателем (председателем завкома) стал Николай Николаевич Шумов — 31 -летний токарь, участник революции 1905 года. Политический каторжанин с 1907 по 1917 годы, в той обстановке он пользовался безграничным уважением. Вынеся на себе огромный груз испытаний, он был очень заботлив по отношению к простым людям и не боялся стучаться в двери высоких инстанций.

В апреле 1918 года завком обратился в Моссовет с просьбой о выдаче заводу дополнительного оборонного пайка — 200 граммов хлеба. Моссовет просьбу рабочих удовлетворил. Но уже в августе из-за ограниченного поступления продовольствия в Москву Правительство Республики по ходатайству Комиссариата продовольствия отказало заводу в городском пайке, составлявшем 100 граммов хлеба на человека, оставив один оборонный паек.

Завод обратился с ходатайством к уполномоченному по снабжению Красной Армии Л.Б. Красину: восстановить по

лучение двух пайков хлеба. Красин вынес этот вопрос на заседание Совнаркома. Председатель Совнаркома В.И. Ленин решил так: «Рабочим завода «Мастяжарт» оставить оборонный паек, как ранее получали, и в дополнение к нему оплачивать разницу до красноармейского пайка (400 граммов хлеба), т.е. за 200 граммов деньгами по рыночной цене за две недели вперед». Так у мастяжартовцев образовались «хлебные деньги» в дополнение к заработку. В то время эта награда не имела цены.

Поначалу завком занимался абсолютно всеми заводскими вопросами, но в феврале 19I9 года технические, хозяйственные и производственные функции были переданы заводоуправлению, оставив за общественной организацией функции рабочего контроля, решение просветительских, культурных и бытовых вопросов и, в особенности, вопроса продовольственного снабжения.

В октябре 1919 года Н.Н. Шумова мобилизовали политкомиссаром в латышскую дивизию. Председателем завкома был избран Н.А. Карайченцев. К этому времени Моссовет принял решение об уплотнении жилплощади. На фабриках и заводах составлялись списки рабочих, нуждающихся в жилье, устанавливалась очередность переселения. Первые шестнадцать семей рабочих «Мастяжарта» переехали в освободившиеся квартиры в доме № 31 по Ново-Басманной улице.

При завкоме был организован продовольственный отдел. Хлеб получали ежедневно прямо на рабочих местах, а в орудийном отделе был организован свой продовольственный стол, где хлеб развешивался штатным хлеборезчиком.

На заводе были организованы продовольственные отряды и сформированы делегации в целях закупки хлеба и других продуктов. Еще в декабре 1918 года четверо рабочих от завкома, получив аванс на сумму 50 тысяч рублей, ездили за продовольствием в Тамбовскую и Саратовскую губернии.

Отряд, в составе которого был рабочий Арапов, отправился в Сибирь, его миссия закончилась трагически.

В том районе, куда выехали мастяжартовцы, уже побывал другой продотряд. Обозленные на продразвёрстку и доведенные до отчаяния местные жители утопили Арапова в проруби реки Ишим. Несмотря на жестокость со стороны крестьян, хлеб в Москву все же привезли.

В январе 1919 года закупили хлеб в Орловской и Тамбовской губерниях.

Остро стоял вопрос и о правильном и честном распределении продуктов и товаров бытового обихода.

На Пленарном заседании фабрично-заводского комитета 1 февраля 1919 года постановили:

«1. Находим необходимым выдать продукты поровну «Мастяжарту» и Мытищинскому заводу (присоединенному к «Мастяжарту»), 2. Командировать в Черниговскую губернию 6 человек для закупки продовольствия». 25 марта на заседании завкома постановили: «за продукты деньги из зарплаты не удерживать, а расплачиваться наличными».