Войд Асайлум. Анамнез

40+1

Огромный центральный зал собора разделен на несколько секций. Под старинными готическими сводами подвешены сотни софитов. На каждой площадке выстроены свои декорации. От пыточных до душевых. И везде свой мир, своя порода тел. Стоны, хлопки и команды режиссеров.

Красная Королева двигается вдоль вереницы сцен размашистым, деловым шагом. Она на ходу раздает четкие указания.

- Тентакли на пятой. Больше экспрессии, - бросает приказ не оборачиваясь, - Не бабулю обнимаешь.

За ней по пятам следует Клерк, с планшетом в руках и портфелем через плечо. Он преданно записывает каждое ее слово.

- Свет теплее на жопу Смоки. Этот мертвечиной отдает, - Королева не ждет ответов. Ей нужно делать работу, - И где страсть в глазах? Все дерьмо в городе закончилось?

Она резко останавливается, разглядывая суету у лестницы, ведущей на съемочный этаж.

Клерк отворачивается от созерцания совершенства. Видит, как двое охранников Собора ведут под руки девушку. На ней грязный комбинезон, размазанная косметика и лицо человека, видевшего в Мезополе абсолютно все. И у нее раздутые щеки, будто набрала воды.

Такое происходит не впервые, и Клерк знает, что надо делать. Пока огромные парни из охраны утвердительно кивают на взмах идеально очерченных бровей Королевы, он подвигает кресло и достает из портфеля большую стеклянную банку с широким горлом.

На секунду он замирает. Переводит взгляд с безупречного образа своего босса на потасканное, испачканное лицо гостьи, от которой так ужасно воняет канализацией.

Она же смотрит на него. На банку.

Со сдавленным, влажным звуком девка выплевывает изо рта густое мутное семя.

Королева разглядывает содержимое и недовольно кривит губы.

- Слабо, - ее лицо остается равнодушным, - Слабо и мало.

Руки Клерка дрожат. Он говорит негромко.

- Сейчас все получилось быстрее и чище, - старается звучать убедительно, но не получается, - За прошлые четыре раза так не получалось.

Ее восхитительный взгляд выжигает до костей. Затем она поворачивается к охране.

- Отмойте и переоденьте, - отдает сухой приказ, - Накиньте ей сверху. Она хорошо постаралась.

Красная Королева садится в кресло поудобнее и раздвигает ноги. Окунает два пальца в банку, зачерпывая вязкую жидкость, и уверенным движением сует их себе глубоко под юбку.

Клерк отворачивается на секунду позже, чем нужно. Пересыхает горло.

- Надеюсь, ты прав. Попробуем и так, и так, - она вытирает пальцы салфеткой, - Я уже устала собирать месячные.

Встает, расправляет ткань и буднично продолжает вышагивать по залу, раздавая указания.

Съемки продолжаются, не сбиваясь с ритма.

- Ты знаешь, что делать с остальным, - бросает она через плечо.

Клерк кивает.

Он идет вглубь помещений Собора, в свой рабочий закуток. Там плотно запирает дверь и открывает стерильный холодильник. Внутри четыре криопробирки с датой забора материала.

Его взгляд задерживается на них слишком долго.

Поставив теплую банку на рабочий стол и достав пипетку, Клерк поднимает голову. На стене висит огромное фото Красной Королевы. Она на той же площадке, смеется в кадре, не зная, что ее снимают.

Переводит взгляд с нее на пробирки. На банку…

Клерк еще раз проверяет дверь.

Потом бросает пипетку под стол и выключает свет.

Девять месяцев, как один бесконечный рабочий день. Сменилось несколько операторов, сыграли пару свадеб и заработали десяток травм на производстве. Клерк сменил восемь блокнотов для записей.

Живот Красной Королевы достиг таких размеров, что приходится обходить декорации. Отказавшись от корсета, она в тяжелом, бархатном халате все так же на работе. Живот не мешает давать указания.

Клерк помогает ей сесть в кресло.

К ним подбегает взмыленный режиссер.

- У него ничего не поднимается! – он нервно размахивает руками, - Полчаса бьемся. Кадр горит.

Подходит здоровый, накачанный парень, виновато опустив глаза.

- Мне… Мне надо услышать голос мамы перед съемкой, - бормочет он, - Без этого я не могу…

Королева закатывает глаза.

- О, великие Архонты. Пожалуйста, не продолжай.

- Связь не работает. Станфоны на вечной загрузке, - пытается оправдать актера режиссер.

Взгляд Королевы рыщет в толпе. Находит. Она подает знак подойти.

- Я знаю. У нас же очередное нашествие из потустороннего мира.

К ним подходит охранник.

- Отвезите этого к мамочке на поболтать, - палец с красным маникюром показывает кого, - И чтобы через полчаса был здесь со стояком.

Актера быстро уводят. Королева снова оглядывает свои владения.

Внезапно гаснет свет.

Гаснет разом. По всему залу.

Только один прожектор остается ярко светить прямо над ней.

И резко стало холодно. Клерк чувствует мурашки. Видит дыхание своей госпожи.

Площадки замолкают. Кто-то было начинает возмущаться.

Но все крики быстро затихают.

В круг света выходит мужчина с приторной улыбкой. Густой, белый дым расползается за ним по полу. В полумраке остается стоять его свита.

- Рад приветствовать тебя, моя красная красавица, - его голос вычурно-нежный. Обволакивающий, - Как у тебя дела? Как животик?

- И тебе привет, мой любимый патриций, - Королева опускает руки на живот, - Все замечательно. Только вот стало немного прохладно. Это нехорошо для малыша.

Мужчина делает шаг ближе и склоняет голову набок.

- Прости, но по городу ползут слухи, - голос становится еще более сладким, - Говорят, что твой пузожитель может занять место в совете. Это правда?

- А до меня доносились слухи, что кто-то из совета платит большие деньги за секс с редкими животными, - она щурится от яркого света, - И если контакт пассивный, то он приплачивает. Это тоже ведь слухи?

Улыбка на лице мужчины становится еще шире.

- Не совсем.

Королева усмехается, прикрывая глаза ладонью.

- Прошу, Тинг. Можешь не включать свет, но сделай потеплее.

После щелчка его пальцев под сводами Собора проносится гул.

Клерк слышит щелчки высоко в трубах. У него теплеют руки. Он фиксирует в блокноте очередной пример магии Архонтов.

- Слышал, что папашей выступил Каос, - шепчет мужчина, - Но как? Мы же все про него знаем.

Но в ответ Королева только пожимает плечами.

- Прости, дорогой. Прямо сейчас я не могу тебе это ни подтвердить, ни опровергнуть.

- Ты ведь понимаешь, что мы не любим бастардов, - говорит он самую чуточку серьезнее, - Что до меня, то твой ход отличный. Но остальные…

Тинг заходит Королеве за спину. Кладет руки на плечи и наклоняется к самому уху. Меда в его голосе уже не остается.

- Для них достаточно слухов. Учитывая, что сейчас творится в городе, могут и по старинке все сейчас решить.

Его рука опускается и поглаживает ее живот.

- Помни только, что я всегда буду на твоей стороне, Коко.

Красная Королева мягко убирает его руку и тяжело встает.

- Спасибо и на этом, Тинг.

Ее лицо перекашивает гримаса. Она замирает. С глухим хлюпаньем из-под платья выливается поток воды.

- Отойди, если хочешь посмотреть, - у нее такой же ровный голос, - Тут все сейчас будет в крови, дерьме и околоплодных водах.

Мужчина еле заметно морщится. Потом делает шаг назад и скрывается в темноте.

Тут же включается свет.

Все спешат помочь Королеве.

Клерк первый. Он помогает ей сесть в кресло-каталку. Толкает через весь зал в переоборудованную гримерку.

Все ждали этого дня. Готовились.

Рыча от боли, Красная Королева дает дополнительные указания.

- Охрану усилить. Всем дать оружие. Самим не начинать.

Последние слова прозвучали уже из коридора. Каталку у него отобрали повитухи. Еще час назад они работали в кадре, а сейчас держат наготове полотенца и инструменты.

Опытные в своем ремесле.

Клерк остается за дверью. Прислушивается к голосам.

Крик.

Еще один. Настоящий. Рвущий горло.

Он закрывает глаза.

Первый удар приходит снизу.

Вибрация. Пол под ногами вздрагивает. Софиты качаются на тросах.

Клерк выглядывает в зал.

Лестница перекрыта декорациями, реквизитом, тяжелыми стойками прожекторов и самими прожекторами.

Актеры, техники, съемочные группы расположились по позициям. Кто-то быстро и нервно курит. Кто-то проверяет оружие. Кто-то выглядывает через высокие окна на улицу.

- Эй, извращенцы. Мы никого не хотим убивать, - раздается грубый голос снизу, - Выдайте нам вашу красную суку с ее ублюдком, и сегодня все здесь останутся живы.

Клерк оглядывает зал, но никто не шевелится. Королеву никто и не думает сдавать нападающим.

Низкие гортанные крики раздаются из гримерки.

А голос снизу продолжает:

- Я даю время до…

Разбиваются высокие окна-розы. Красные осколки стекла сыплются на пол. На Собор нападают с двух сторон.

И сразу становится очень громко.

Первым начал станковый пулемет. На вершине сваленных в кучу кроватей, актриса в сверкающем пеньюаре проводит очередь по штурмовикам, зашедшим через окна.

К обычному запаху порностудии из пота и смазки, добавился порох.

До конца еще не стерев лубрикант с конечностей, осьминог обвивает шею троим. Еще одного вышибает обратно на улицу.

Съемочный зал Собора превращается в кровавый грайндхаус. Солдаты в черной униформе сражаются против накаченных мужчин с эрегированными членами. Девушки в коже и сетке палят сверху вниз по наступающим, а реквизитные фаллосы размером с бревно сбивают противников с ног.

Фанера декораций разлетается в щепки.

Все заволакивает дымом от стрельбы.

Внезапно открывается дверь бывшей гримерки. Красная Королева, в окровавленной рубахе, держит автомат. Она бледна. Волосы прилипли к влажному лбу. По ногам еще струится кровь…

Но взгляд суров.

- Сейчас я им покажу, почем тут у нас фунт лиха.

Широким шагом идет в самую гущу. Клерку не стоит даже пытаться ее сейчас остановить.

- Подержи малого, - раздается голос за спиной.

Он испуганно оборачивается. Женщины зло улыбаются, проверяя автоматическое оружие.

Ему протягивают свернутую лиловую пеленку. Фиолетовый и весь в слизи ребенок заходится криком, который почти не слышно.

- Присмотри за ним, - они спешат за Королевой в самую гущу.

Клерк остается сидеть в коридоре.

И тут он видит крыс.

Их сотни и тысячи. Они ползут по полу, по стенам и по потолку. Обтекая его, серый поток вливается в бой.

Проламывается кафель. Из проема выпрыгивают огромные псы. Без глаз, с влажной черной шкурой. Они принюхиваются и уносятся за грызунами.

За ними наверх выползает влажная масса, покрытая ракушками. Заполнив собой почти все пространство коридора, она двигается, выставив вперед длинные шипы.

Потом появляется что-то еще.

И еще.

Но никто не трогает Клерка. Никто не трогает защитников Собора.

Они здесь, чтобы уничтожить солдат архонтов.

Крысы заползают под черную броню. Челюсти отрывают конечности. Только чавканье, визг и хруст костей.

Стрельба стихает. Дым развеивается.

Свет уцелевших софитов освещает бойню. Тела штурмовиков лежат вповалку. Кто-то еще живой, но захлебывается собственной кровью. Мертвых же тащат под выдранные чугунные решетки куда-то вниз.

Красная Королева и ее люди оглядываются по сторонам.

И Собор снова тяжело вздрагивает.

Что-то очень большое и тяжелое начинает подниматься из глубины. Здание заметно вибрирует, а пол в центре зала ломается.

Куски камня отваливаются в стороны, давая появиться на этаже ржавой платформе. С нее стекает грязная вода, в щелях клубится густой туман.

В середине стоит высокое, тяжелое существо. Огромный воротник мокрого плаща и цилиндр скрывают лицо. Только два болотных огонька светятся в глубине черепа.

Канализационное воинство замирает. Взгляды собравшихся направлены на него.

А его взгляд останавливается на Клерке.

На лиловой пеленке в его руках.

- Мой? – голос его негромкий, но услышали все.

Красная Королева выходит вперед. Ее подбородок высоко поднят, хотя она немного и качается.

- Возможно.

Существо поворачивается к младенцу. Его руки, и без того длинные, неестественно растут и вытягиваются.

- Мы можем договориться, Каос, - быстро говорит Королева, - Полгода он живет у тебя, а полгода у меня.

Рост рук остановился. Из-под полей шляпы видны только зеленые глаза.

Потом раздается щелчок пальцев.

И крыса, самая юркая и быстрая, заскакивает ей в рот.

От неожиданности та отшатывается, давится. Бросает автомат и пытается вытащить грызуна. Всем, кто пытается ей помочь, псы преграждают дорогу.

Руки у Клерка разжимаются сами, когда фаланги пальцев архонта касаются его.

Каос нежно берет сверток, подносит к себе и осторожно снимает пеленку с лица.

Младенец не кричит. Он тихо сопит, глядя на отца.

С шипением и скрежетом платформа начинает опускаться. В густом тумане пропадает существо. За ним в пролом спешит вся его армия.

С тихим рычанием Красная Королева откусывает крысе голову. Выплевывает ошметки. Кровь течет по подбородку, по шее.

- Сука! Сучье племя! – Королева подбегает к дыре, вытирая рот ладонью.

Ее исступленный крик летит в зияющую яму. После чего она запрокидывает голову и закатывает глаза.

Клерку показалась слезинка на ее безупречном лице.

Королева стоит еще секунду. Потом тяжело опускает голову и садится на пол, свешивая ноги вниз.

Прикрыв ее плечи бархатным халатом, Клерк замирает рядом. Он никогда не видел ее такой раньше.

- Как остальные? – тихо спрашивает она, не открывая глаз.

- Не пострадали, - отвечает он.

Королева кивает.

- Ни хрена у них не выйдет, - по ее лицу промелькнула слабая улыбка.

Вдруг что-то почувствовав, распахивает окровавленную рубашку. Кроме красных, на ткани появились еще два влажных, теплых пятна.

Красная Королева цокает, прикрывая глаза ладонью.

- Займись ремонтом и уборкой, - роняет она сухим голосом.

- Да, моя Королева, - он подает ей полотенце, которое ему сунули в руки.

- Не затягивай. Нам надо вернуться к работе, как можно скорее, - Королева тяжело встает, - Но сегодня у всех выходной.

Дойдя до ближайшего кресла, она тяжело валится в него.

- А мне нужен душ и сон, - говорит она спокойно, - И принесите выпить. Молоко ведь уже никому не нужно.

В Соборе начался ремонт.

Запах свежей краски, пленка вместо витражей, замена расколотого мрамора посередине пола на нескольких этажах.

Съемки начались уже на второй день. Скоро город захлестнет порно про чувственных строителей и развратных прорабщиц.

В кабинете Красной Королевы идет совещание. Главбух не хочет подписывать смету, арт-директор умоляет перенести сроки, а маркетолог плачет о недостаточном росте продаж.

Королева сидит во главе полированного стола и утопает в бумажной рутине.

Клерк стоит у нее за спиной, восхищаясь ее самоотдачей.

Вдруг на стол выпрыгивает жирная крыса.

С визгом начальники своих отделов отшатываются, опрокидывая стулья. Они с ужасом вжимаются в стены, наслышанные про события недельной давности.

Но Королева даже не вздрагивает. Она медленно переводит взгляд с документов на непрошеную гостью. Смотрит на нее исподлобья.

Судорожно выгнув спину, крыса выблевывает на свежий отчет скомканный клочок бумаги. Уже через пару секунд она пропадает.

Двумя пальцами Королева разворачивает записку.

Читает.

Секунду молчит.

А после кабинет оглашается ее громким, искренним, заливистым смехом.

- На сегодня все. Свободны, - она швыряет послание в направлении мусорки.

В растерянности ее подчиненные семенят к двери.

Но та резко открывается. Огромное, влажное, покрытое илом существо то ли втекает, то ли заходит в кабинет. На пол течет грязная вода. Девять желтых глаз смотрят во все стороны одновременно.

Оно занимает собой весь проем. Люди снова замирают у стен.

Красная Королева поднимается и идет монстру навстречу. И тогда черные, мокрые руки протягивают ей идеально чистый, лиловый сверток, внутри которого посапывает малыш.

Так осторожно и нежно Королева не обращается ни с чем. Она гладит его пальцем по щечке. Улыбается.

Не обращая внимания ни на кого, молодая мама садится в кресло, расстегивает верхние пуговицы платья и прикладывает дитя к груди.

Существо перемещается к ней за спину, оттесняя Клерка. До него доходит, что это теперь будет рядом с малышом всегда.

Украдкой подняв с пола записку, он с трудом разбирает корявый, смазанный почерк.

«Громко орет. Не могу работать. Поговорим потом. Не звони. К.»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.