Маги криминала
- -
- 100%
- +
П. Барнум, талантливый мошенник, наживший этим ремеслом изрядное состояние, автор книги «История всемирного плутовства», однажды разрекламировал лошадь, у которой голова на месте хвоста, а хвост на месте головы. Люди стекались со всех сторон, чтобы посмотреть на это чудо природы и, уплатив за вход, видели обычную лошадь. Вместе с тем его изворотливость не защищала его от собратьев по ремеслу; он сам был неоднократно обманут, вкладывая, например, деньги в производство медвежьего жира, способствующего росту волос, или на изготовление часов, которых никогда не увидел.
Ловкач увидел гладкую колонну и сказал:
– Если мне дадут денег, я залезу на самый верх.
Ему дали денег и ждут, как же он заберется.
– Теперь принесите лестницу, – попросил мошенник.
Разини запротестовали:
– Разве мы договаривались о лестнице?
– Нет, но я вам и не обещал, что залезу туда без лестницы.
Классический пример мошенничества описан в книге Р. М. Гасанова «Бизнес и шпионаж». В феврале 1870 года в парижском Дворце Правосудия начался судебный процесс над мошенником Люком. Истцом на процессе выступала Академия наук, а ответчиком – крестьянин. Академик М. Шаль был обманут маленьким человечком жуликоватого вида. За 8 лет он сфабриковал и продал академику, страстному коллекционеру исторических автографов, около 30 000 фальшивок на сумму 140 000 франков (по тем временам большая сумма).
В их числе были: подложные письма Паскаля Ньютону, которые были вынесены на обсуждение Академии (в год написания писем Ньютону было 12 лет, а Паскаль пользуется формулами, открытыми 100 лет спустя);
письма Александра Македонского, Жанны д’Арк, святых апостолов (все на французском языке);
письмо Клеопатры к Цезарю и письмо Марии Магдалины к Лазарю (тоже на французском) и многое другое.
Врэн-Люк объяснял, что ему поручено обратить в деньги богатейшую коллекцию графа де Буажурдена, а это переводы и копии, сделанные в свое время самим Рабле (поэтому на французском языке). И академики ему верили!
История, в том числе и история мошенничеств, повторяется. Например, в XVIII веке образовалось общество мошенников Лондона и Парижа, которые пользовались предметами торговли этих городов. Общество имело агентов, определяющих жертвы и нападающих на транспорт. После нападения груз прятали и затем реализовывали его по всей Европе и в Америке.
Аналогичная, но более циничная ситуация сложилась на сегодняшнем рынке России и Европы. Мошенники используют различные приемы: от подложных документов, по которым получают товар у производителя, до простого грабежа на дороге, когда возможно все, вплоть до убийства экспедиторов. Далее товар оперативно, без вопросов, по заниженной цене находит сбыт у любого оптовика.
Когда подобным образом действует мошенник, руководствуясь преступными канонами своей профессии, это воспринимается как необходимое общественное зло. Но когда те же приемы используют государственные чины, приходится говорить уже о мошенничестве в масштабе страны, о мошенниках государственного уровня. В начале 90-х годов сердобольный Запад предоставил России бесконечные транспорты гуманитарной помощи. Распоряжались ею по прибытии чиновники, которые с благословения властей предержащих пускали эти бесплатные дары в торговлю, получая необлагаемый никакими налогами баснословный доход. Для государства он был незначителен, но для каждого, кто пользовался этой «манной небесной», составлял целое состояние. Грандиозным возможностям государственных чиновников, которые, не занимаясь грабежом караванов на дорогах, получают вместе с тем «тихие» доходы, выводящие их в разряд состоятельнейших граждан страны с солидными текущими счетами в зарубежных банках, могут позавидовать скромные профессионалы-уголовники.
Большим событием в мошенническом мире стал процесс над «преступником номер один» Германии, крупнейшим маклером недвижимости и подрядчиком Шнайдером, которому принадлежали самые роскошные дома и отели. Его долг банкам по кредитам составлял более 7 млрд марок. На уровне бюджета страны!
Кем же был Шнайдер – мошенником или неудачливым бизнесменом? Ответ был найден скоро. Кредиты, которые ему предоставили банки, во много раз превосходили стоимость всех его объектов. Для получения таких кредитов он нашел способы, которыми с успехом пользуются и российские аферисты.
Во-первых, раза в два завышалась общая площадь каждого реконструируемого им здания. Под эти объемы составляли смету и получали кредит, также в два раза превышающий реальные затраты.
Во-вторых, завышалась балансовая стоимость объектов. С этой целью Шнайдер многократно перепродавал одно и то же здание, каждый раз поднимая цену. Для этого у него было несколько десятков мелких фирм, которыми он руководил через подставных лиц. Купленные дома Шнайдер формально перегонял с баланса одной своей фирмы на баланс другой. Поскольку банки выдают кредиты, ориентируясь на балансовую стоимость здания, то объемы кредитов оказывались значительно выше стоимости зданий. Тем более что Шнайдер и при покупке сознательно завышал цену приобретаемых зданий, предлагая на 50 % больше остальных маклеров.
В-третьих, Шнайдер представлял банкам контракты на аренду реконструируемых зданий, подписанные иностранными партнерами, в которых арендная плата была многократно завышена. Тем самым он демонстрировал гарантированную возможность быстрого возврата кредита.
Комбинация этих трех способов позволила доктору Шнайдеру в течение нескольких лет сколотить громадное состояние. Неудачной, в отличие от других его предприятий, оказалась попытка скрыться.
В. Гюго в романе «Несчастные» пишет: «Бедность – удивительное и тяжкое испытание, из которого сильный выходит великим, а слабый – бесчестным». Эта красивая фраза опровергается в нашей богатой стране, граждан которой на протяжении десятилетий заставляли оставаться бедными. Вопреки всем идеологическим потугам правящей элиты, вопреки мерам юридического и морального подавления культивировалась «новая особь» – советский человек, действующий абсолютно рассогласованно с декларируемыми государством канонами. Отсюда на предприятиях и мелкие «несуны» рабочие и крупные расхитители-руководители; теневой бизнес и блатные места на базах и складах. Отсюда и эта книга, описывающая бесконечные способы и приемы обмана ближнего.
Лицемерные моральные истины привели российский народ к тому, что независимо от силы или слабости личности стало безразлично, каким способом достичь преуспевания. Вся жизнь или отдельные поступки личности, особенно на фоне всеобщего обнищания и разгула преступности, формируются под воздействием свойств человека и внешних социальных условий: воспитанием, генетической предрасположенностью к риску и авантюре, духовными запросами, неудовлетворенностью местом в жизни.
Социальная среда толкает человека на путь преступления. Начало 1990-х годов в России – яркая тому иллюстрация. Нестабильность политической системы, слабость власти, экономический и производственный кризис породили и возродили бесконечный ряд преступлений и способов обмана государства, фирм, граждан. Изъятие денег с государственных счетов по фальшивым авизо, сокрытие деятельности с целью неуплаты налогов, создание лжефирм и банков с целью получения вкладов населения – это почти узаконенные формы. По существу, на путь мошенничества встало все общество: от молодежи, промышляющей обманом, рэкетом и мелким жульничеством, до правительственных бонз, сделавших государственную собственность сферой своих интересов, а инструментом – политику. Этот феномен всеобщего жульничества требует еще своего исследования. Переход в мир иной (из социализма в капитализм) произошел слишком быстро, в ситуации, в которой мы сегодня живем, не разберешь, где кончается честность, а где начинается мошенничество. Социальные выбросы достигают огромных размеров.
Описанные в средневековых плутовских романах способы мошенничества восхищают своим изяществом и наивностью. Сегодняшние мошенники отличаются масштабами деятельности и жестокостью реализации замыслов, им ничего не стоит отнять последнее у старика, отобрать состояние и даже жизнь партнера по мошенническому диалогу.
Криминальные группировки, которые начинали свою деятельность с примитивного рэкета, совершенствуясь, переходят к изъятию целых транспортов товара по подложным документам. В связи с этим у них возникает необходимость создания собственных коммерческих фирм, занятых реализацией товаров, а также структур, занятых изготовлением подложных и фальшивых документов. Таким образом, криминал легализуется, приобретает видимую респектабельность, перемещаясь в разряд коммерческих структур.
Американский салун. Входит весь израненный ковбой и говорит:
– Сматывайтесь! Сюда идет Белый Джо! – падает и умирает. Через пару минут входит одетый во все белое джентльмен, бросает мешок и говорит:
– Деньги сюда!
Поднимает полный мешок, садится на лошадь и кричит:
– А теперь сматывайтесь! Сюда идет Белый Джо!
Технология мошенничества
К парикмахеру заходит мужчина с ребенком.
– Постричь, побрить? – спрашивает мастер.
– И то, и другое.
После того как парикмахер выполнил свою работу, мужчина поднимается и говорит:
– Постригите теперь моего мальчика, а я пока схожу за газетой.
Проходит полчаса, час, и мастер, потеряв терпение, кричит мальчику:
– Ну куда же провалился твой папаша?!
– Это не мой папа, – отвечает ребенок, – этот незнакомый дядя подошел ко мне на улице и предложил бесплатно постричься…
Неважно, что является целью мошенничества, – получить небольшую услугу или отобрать состояние, – главным инструментом является обман. В обман жертва должна поверить. И для этого жулику необходимо выполнить два условия.
Первое – придумать и воплотить в жизнь сценарий, который может казаться достоверным любому, или, по крайней мере, объекту внимания мошенника. Второе – артистически разыграть сцену обмана, чтобы заставить жертву поверить мошеннику.
Если сценарий и исполнение на высоте, то титулы и положение мошенника не имеют значения. Это может быть респектабельный высокообразованный джентльмен из хорошей семьи или опустившийся, ничтожный человек; он может быть простым крестьянином, а его жертвой может стать ученый и даже Академия наук, как в приведенном выше примере. Поэтому и мошенники прежних времен, и современные аферисты предлагают будущей жертве свой вариант обмана, сопровождая его соответствующей атрибутикой и декорациями: обходительные манеры, располагающая внешность, прекрасный офис и т. д. Большое значение имеет имидж главного героя: преуспевающий делец, фирма которого двести лет занимается коммерцией, генерал авиации в отставке или просто человек с очень большими связями. Число ролей бесконечно, так же как число возможных сценариев «спектаклей».
Один из профессионалов по фамилии Воронцов действовал просто и без затей. Обладая легким даром вхождения в доверие, он своим дружелюбием располагал жертву к такому откровению, что за время путевого общения становился истинным другом собеседника, узнавал все о семье, обменивался адресами. Когда расставались, он направлялся прямиком в ближайшее почтовое отделение и телеграфировал жене «друга» от его имени: «Радость моя зпт украли паспорт с деньгами тчк жду триста имя Воронцова до востребования страшно голоден твой…»
Схема мошеннической операции такова:
– подготовка;
– поиск и завлечение жертвы;
– исполнение приема и отвлечение жертвы;
– выход из игры.
Подготовка – это рождение идеи, вынашивание плана и проработка деталей.
Поиск жертвы начинается только после окончания подготовительного этапа. Зачастую будущая жертва мошенничества, демонстрируя свои не самые лучшие качества или неприспособленность к жизни, сама провоцирует жулика на обман. Мошенник, уверенный в успехе, не боится «работать» даже рядом с милицией.
В мрачных кулуарах следственного отдела милиции плачущая женщина, естественно, вызывает сочувствие: либо муж, либо сын попали в передрягу. И вдруг рядом внимательный человек, да еще с располагающей внешностью, который представляется адвокатом, способным оказать практическую помощь. Сценарий готов, а жертва только ждет сочувствия и обязательно расскажет свою историю в надежде выручить сыночка. Суть рассказа. Беседа со следователем довела ее до слез, а того привела в величайшее раздражение, хотя она ему и предлагала все что угодно, благо возможности позволяют.
Какая благодатная почва для действий «адвоката»! Выдерживая образ настоящего профессионала и доброжелательного человека: обходительность, внимательность, мягкий голос, заботливый взгляд, прекрасные манеры и одежда привлекают внимание женщины. Кроме того, он все может, со всеми знаком, а следователь этот просто зверь, к тому же недалекий человек. Клиентка согласна с оценкой и еще больше начинает верить «своему адвокату». Он приглашает отойти ее в сторонку, и она воспринимает это, как естественное начало делового диалога. Жертва готова.
Легкий разговор на вольные темы, когда, почувствовав надежду, клиентка начинает думать уже о своей внешности, постепенно переходит в обсуждение условий сотрудничества. Чтобы добиться успеха и помочь, необходимо повлиять на следователя через руководство. А они мало не берут. Надо приготовить вот такую сумму. Сумма, как правило, максимальная, поскольку «адвокат» очень рискует, работая в стенах милиции, где во второй раз уже не появишься. Кроме того, он знает, что любящая мамочка согласится на все.
На другой день мошенник и жертва встречаются у кабинета прокурора, и «адвокат», уложив сверток с деньгами в красивую папку, скрывается за дверью. Дача взятки – операция, как известно, сугубо конфиденциальная. Но не надо думать, что здесь «работа на па́ру» прокурор – адвокат. Мастерство мошенника должно быть настолько высоким, чтобы визит к прокурору был естественным, а повод для визита благовидным. Это уже заключительная стадия операции. Вся предыдущая обработка жертвы преследовала одну цель – получение денег от клиента.
Переговорив о чем-либо с прокурором, сравнительно скоро «адвокат» появляется сияющий и довольный.
– Порядок, дело будет прекращено. Если возникнут какие-либо вопросы, вот моя визитная карточка, обращайтесь.
Любезный «адвокат» раскланивается и, лучезарно улыбаясь, исчезает, чтобы никогда больше не встретиться с осчастливленной им женщиной. Та действительно счастлива еще неделю – до вынесения следствием обвинительного заключения.
Однако ситуация, когда жертва сама готова упасть к ногам мошенника, как в приведенном эпизоде, случается редко. Рядовая «работа» заключается в том, чтобы найти потенциального клиента, выдернуть его из толпы и «обработать», по существу, на виду у всех. Если говорить о мелком мошенничестве, поиск жертвы проводится методом психологического тестирования, или, говоря проще, путем выявления по облику человека его внутренних свойств и настроения. Например, цыганки ищут неустроенных, обиженных судьбой, больных людей, которые ждут психологической поддержки и легко могут поверить во все хорошее, что пообещает мошенник. Товарные «кидалы» выискивают самоуверенных, высокомерных субъектов, непомерная спесь которых открывает большие возможности для обмана. Валютный «кидала» работает методом «случайного поиска», обращаясь практически ко всем, кто попадает в сферу его действий.
Методы завлечения различны, но в основном все они построены на использовании не самых лучших человеческих качеств: корыстолюбии, сластолюбии, высокомерии.
Техника исполнения мошеннического приема разнообразна. Но всегда используется стандартный прием – накат, – когда сам исполнитель или его сообщники на короткое время, которого хватает на выполнение мошеннического действия, отвлекают внимание жертвы. Например, мошенник просит еще раз пересчитать деньги – и жертва пересчитывает, он демонстрирует опасение и озирается по сторонам, вследствие чего и клиент отвлекается от дела и начинает оглядываться. Мошенник может вас просто спросить о чем-либо, и вы в этот момент, посмотрев ему в лицо, отвлечетесь от наблюдения за его руками. Это может быть семейный скандал или бытовая ссора по соседству, вопль или громкий звук, которые заставят вас оглянуться. Разыгрываются эти эпизоды сообщниками преступника, и доли секунды достаточно, чтобы жулик совершил мгновенную манипуляцию по подмене одной вещи другой. В нормальной обстановке человек обязательно обратил бы внимание на те примитивные попытки отвлечения, которые мошенник предлагает в сценарии. Но в ситуации, связанной с финансовым или товарным ажиотажем, «мелочи» проходят мимо внимания простака, затуманенного жадностью или высокомерием.
В иерархии преступников мошенник не занимает ведущих позиций. Однако эта категория – наиболее интеллектуальная часть криминальной среды. Мошенники всегда считались среди уголовников «аристократами ума», поскольку именно интеллект, хитрость, находчивость, артистизм позволяют им реализовать идею.
В городе закрыты уже все магазины и рестораны, а один пьяница все бродит по улицам в поисках спиртного.
Наконец ему предлагают бутылку:
– Тридцать тысяч.
– Черт с тобой, давай.
– Если захочешь еще, вот тебе телефон, позвони.
Дома пьяница откупоривает бутылку и обнаруживает в ней чистую воду. В ярости он набирает номер телефона. Заспанный женский голос отвечает:
– Дежурный диспетчер городской водопроводной службы.
Разновидностей мелкого мошенничества чрезвычайно много. Среди уличных мошенников часто встречаются так называемые «кукольники», для которых инструментом обмана служит денежная или вещевая «кукла». Если вы на рынке приобретаете вещь, то вместо нее можете получить «вещевую куклу». Например, вы примерили сапоги и просите их завернуть. На ваших глазах покупку упаковывают, а дома вы обнаруживаете в свертке старые опорки. Как это случилось? Очень просто. Когда вы внимательно следите за тем, как вам заворачивают покупку, вас отвлекают приемом уже описанного «наката». В результате жулику удается подменить один пакет на другой, заранее приготовленный, где лежит ненужный хлам.
С большим успехом действовали мошенники в эпоху дефицита. Мы сохранили описание их приемов, поскольку цикличность исторических периодов, которые сами по себе являются мошенническим приемом властителей, очень высока.
В эпоху дефицита было распространено такое жульничество. Вы ищете на рынке необходимую вам вещь, но там ее нет. Всегда рядом окажется обходительный человек, предлагающий как раз эту вещь. Товар у него дома, а живет он поблизости и любезно приглашает зайти к нему домой. Собеседник подводит клиента к «сквозняку» – проходному двору, проходной парадной, проходной комнате, которые позволят ему исчезнуть с места события. В старых домах можно найти двери, ведущие на другие лестничные площадки, в соседний подъезд, на улицу. Внешне они не отличаются от квартирных дверей. Для правдоподобия, имитируя обжитость и представительность, жулики могут их облагородить: врезать замок, установить кнопку звонка.
Продавец вместе с покупателем заходят в подъезд. Попросив подождать покупателя на лестничной площадке, продавец открывает ключом дверь, заходит в «квартиру» и через минуту возвращается, находя благовидный предлог, чтобы не пустить гостя: ребенок спит, теща ругается и т. п. Далее он просит деньги, обещая через мгновение принести вещь. Не очень доверчивый, но деликатный и стеснительный покупатель отдает деньги и ждет… столько, сколько ему потребуется времени сообразить, что его обманули. Этот сценарий многие годы и очень талантливо разыгрывал профессионал, которого в уголовном мире знали под кличкой Игрок. Действовал он на многих «сценических площадках». Начинал в Киеве в 1960-х годах. Сюжет был таков.
Продается дефицитная в то время шуба. Посредники ищут покупательниц, которых, по сценарию Игрока, приводят во двор какого-либо респектабельного жилого дома. Игрок выходит во двор дома. Надо сказать, что дома в центре Киева отличаются особой атмосферой большой семьи, как будто это родная хата и все обо всем знают. Посредник заранее разыгрывает свою роль от имени «овдовевшего дипломата», который недавно вернулся из-за рубежа и, не ожидая печальных событий, привез нежно любимой супруге много вещей. Теперь, поскольку он просто не может видеть все эти вещи, распродает их очень дешево. Покупательница, совершенно растроганная этим, протягивает деньги в надежде получить не только шубу, но и составить счастье безутешному герою. Через четверть часа она начинает проявлять признаки беспокойства и интересоваться у посредника судьбой избранника и шубы. Третий участник событий, появляющийся «случайно» рядом, называет номер квартиры. Она поднимается туда. Затем, когда обнаруживает, что подъезд проходной, убеждается в исчезновении посредника.
В 1970-е годы, когда ожидалось скорое наступление эры коммунизма, торжественно обещанное руководителями страны, появилась возможность все скупать и продавать «из-под полы». Игрок появлялся во время обеденного перерыва в толпе жаждущих дефицита у дверей универмага и объявлял, что после обеда начинается продажа дефицитного товара. Покупатели, готовые вывезти к себе на периферию все, что продают в столице, становились в очередь, сдавали деньги, а взамен Игрок выдавал им кассовые чеки, объясняя, что их надо передать в определенном отделе в обмен на товар. Перед открытием универмага он исчезал.
В конце 1980-х годов дефицит мебели и желание граждан вложить деньги хотя бы во что-нибудь позволили Игроку реализовать другую идею. Изготовив печать и бланки, он объезжал мебельные магазины и собирал заявки и деньги у желающих приобрести мебель. Для обеспечения рентабельности деятельности «фирмы» и надежного «портфеля заказов» заявки принимались на ближайшие два месяца. За мебелью приезжать надо было по указанному на бланке адресу, по которому, естественно, фирмы не оказывалось.
В классическом исполнении мошеннического приема, особенно для нестойких женских особ, решающее значение имеют благородная внешность, представительность, мужская сексапильность героя. Эти качества являются важными, но не определяющими для исполнителя. Существует единая теория, которой руководствуется «профессионал-кукольник». Для совершения успешных действий с простаком необходимо иметь соответствующий антураж (представительность), хорошо подвешенный язык и небольшую ловкость рук. Теория рассчитана на сугубо «советские» условия, когда всего и всем не хватало, хотя с успехом «работает» и поныне. Исполняет роль представительный человек от торговли, «коммерческий директор» магазина, торгующего, например, меховыми изделиями. Антураж заключается в дорогой одежде, золотых перстнях на пальцах, общей вальяжности.
Если вы хотите приобрести бытовую технику, то не делайте это на рынке, не прельщайтесь заниженными ценами. Вам подсунут мастерски выполненный муляж, с вмонтированным в него таймером. Добейтесь, чтобы продавцы продемонстрировали устройство прежде, чем вы за него рассчитаетесь. Хотя вам вряд ли это удастся. Как не удалось звезде эстрады Филиппу Киркорову, и высокомерный, а вместе с тем наивный исполнитель привез с зарубежного рынка в Москву красивую «деревяшку».
Прежние времена. Клиент, ищущий например дорогую шубу, через посредника «выходит» на «коммерческого директора» магазина, который, напуская туман скрытности, соглашается, наконец, на уговоры посредника, очень близкого друга (только поэтому он и идет навстречу), называет цену и предлагает (в целях соблюдения той же секретности) положить деньги в конверт и запечатать. Сам он удаляется, чтобы окончательно согласовать операцию по продаже дефицита. Его долго нет, и посредник удаляется, чтобы прояснить ситуацию. «Коммерческий директор» сидит на заднем дворе и ждет посредника, чтобы подготовить похожий по объему конверт, но с нарезанной бумагой. Помощник, видевший деньги «клиента», сообщает: сотенных – десять, пятидесяток – шестнадцать и десяток – сто. Быстро подбирают нужное количество бумажек соответствующего формата и запечатывают в конверт. «Коммерческий директор», держа в руках дорогую тисненую папку, снизу которой он держит тот самый конверт, выходит к клиенту и, вытирая со лба пот, говорит, что все в порядке, конверт надо будет отдать кассиру Любе, она сидит вон там, в дальнем конце зала, но предварительно «разрешите мне поставить свою подпись на вашем конверте». Мошенник берет конверт с деньгами, достает ручку и… нечаянно роняет колпачок. Нагибаясь, он переворачивает папку – и наверху оказывается конверт с нарезанной бумагой, на котором он и ставит свою витиеватую подпись золотым пером. Все, «коммерческий директор» исчезает.