Уголовно-правовые и криминологические основы учения о потерпевшем
- -
- 100%
- +
Следует заметить, что даже основательная научная разработанность темы не гарантирует идеальной модели соответствия содержания и формы уголовного закона, единства «явление – понятие – термин». Такой идеал, наверное, недостижим. Но к идеалу стремиться необходимо. В процессе поиска оптимального соотношения между содержанием и формой уголовного закона можно уменьшить разночтения в его тексте, унифицировать применение его норм. Следовательно, исследование терминологии уголовного права, в том числе и о потерпевшем от преступления, не только полезно для теории уголовного права, но и необходимо для практики.
Терминологические требования в уголовном праве, как и в любой другой науке, имеют цель обосновать употребление конкретных терминов, обозначающих те или иные понятия. К ним относятся: ясность, однозначность, апробированность практикой, самообъяснимость, экономичность выражения, экспрессивная нейтральность, отсутствие коннотации (дополнительной смысловой нагрузки термина, вызванной социокультурными факторами). Существует правило «одно понятие – один термин». К сожалению, эти требования применительно к терминологии о потерпевшем от преступления в уголовном законе и в правовой литературе не всегда соблюдаются.
Термин (от лат. terminus – граница, предел) – это новое слово или словосочетание, употребляемое с оттенком специального научного знания[25]. Обязательным условием термина является его однозначность в рамках системы понятий данной области и родственных ей областей науки. Я. А. Климовицкий справедливо отмечает, что «термин, однозначный и не вызывающий никаких недоразумений сегодня, может стать многозначным словом завтра»[26].
В уголовном праве, в частности в Уголовном кодексе Российской Федерации, для обозначения субъектов отношений, охраняемых уголовным законом, которым причинен преступный вред или создана угроза его причинения, употребляется различная терминология. Эту терминологию можно условно разделить на следующие группы.
Первая группа – термины, обозначающие потерпевшего – физическое лицо: «человек» (ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 111 УК); «лицо» (п. «а» ч. 2 ст. 105; п. «а» ч. 2 ст. 117, п. «б» ч. 2 ст. 117 УК); «заложник» (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК); «несовершеннолетний» (ст. 151, ч. 2 ст. 121, п. «д» ч. 2 ст. 131 УК); «потерпевший» (п. «м» ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 107 УК); «ребенок» (ст. 106, 153 УК); «гражданин» (ч. 1 ст. 136, ст. 209 УК); «дети» (ст. 154, 157 УК), «государственный деятель» и «общественный деятель» (ст. 277 УК).
Вторая группа терминов обозначает потерпевшего, который не является физическим лицом: «избирательная комиссия» (ст. 141 УК); «банк» (ст. 176 УК); «коммерческая организация» (ч. 1 ст. 169 УК); «организация» (ст. 171, 172, 206, 209 УК); «государство» (ст. 171, 172, 201 УК); «Российская Федерация» (ст. 259, 275, 276, 280 УК).
Третья группа терминов используется для обозначения потерпевших как физических, так и юридических лиц: «собственник» (ст. 158, 165 УК); «кредитор» (ст. 177 УК).
Четвертая группа терминов обозначает вред или последствия, которые причинены или могут быть причинены потерпевшему в результате преступного посягательства: «крупный ущерб» (п. «б» ч. 2 ст. 161, п. «б» ч. 3 ст. 165, ч. 1 ст. 180 УК); «крупный размер» (ч. 1 ст. 168, ст. 198 УК); «значительный ущерб» (ст. 182, 207, 255 УК); «тяжкие последствия» (ч. 3 ст. 205, ч. 3 ст. 227, ч. 2 ст. 273 УК) и т. д.
Это не полный перечень терминов, употребляемых законодателем для обозначения потерпевшего от преступления.
В литературе по уголовному праву применяются разные слова для обозначения лиц, которым причинен преступный вред: «жертва», «пострадавший», «потерпевший».
Термин «жертва» большинством специалистов и судебной практикой используется применительно к определению потерпевшего – физического лица, а отдельные исследователи применяют этот термин и к потерпевшим – юридическим лицам. В научных исследованиях довольно часто используется слово «пострадавший» как синоним слова «потерпевший», когда речь идет о человеке, которому причинен вред преступлением. Конечно, в уголовном праве преимущественно употребляется термин «потерпевший» для обозначения субъектов отношений, охраняемых уголовным законом, хотя и его применение вызывает возражение у отдельных исследователей.
Так, Н. И. Коржанский считает, что термин «потерпевший» является процессуальным, и его использование в уголовном праве недопустимо[27]. Схожей позиции придерживаются также А. В. Сумачев[28], П. С. Яни[29] и А. А. Попов[30]. По их мнению, в материальном (уголовном) праве при определении лиц, которым причинен вред, использование термина «пострадавший» более предпочтительно. Существует также мнение, что термин «пострадавший» следует использовать в гражданском праве, а «потерпевший» – в уголовном праве.[31] Приведенные мнения не являются доминирующими в науке уголовного права. Возможно, в будущем сторонники таких позиций усилят свою аргументацию, что позволит им заручиться поддержкой большинства ученых, но сегодня их основные аргументы вызывают, по крайней мере, сомнения.
Большинство исследователей, в той или иной мере затрагивавших проблему уголовно-правового значения потерпевшего от преступления, совершенно справедливо считают, что в уголовном праве должен быть использован термин «потерпевший», так как он избран законодателем[32].
Представляется, что термин «потерпевший» является основным и наиболее стабильным для доктрины уголовного права. В отечественной истории законодательства он впервые был употреблен в Уставе уголовного судопроизводства от 24 ноября 1864 г.[33] В этом документе для обозначения лица, пострадавшего от преступления, используется производная форма глагола «потерпеть»: «потерпевший от преступного деяния» (ст. 609), «потерпевший вред и убытки» (ст. 974). С тех пор этот термин успешно используется в нормативном материале. Кроме того, термин «потерпевший» чаще других встречается в научных исследованиях и в уголовном законе. Семантика этого слова довольно точно передает сущность той реальности, которая им обозначается. Потерпевший – от слова «терпеть», т. е. испытывать что-нибудь неприятное, тяжелое[34].
Основной термин породил и некоторые производные термины: «специальный потерпевший», «согласие потерпевшего», «вина потерпевшего», «провокация потерпевшего», «содействующий потерпевший», «латентный потерпевший».
Так, признаки потерпевшего включаются в составы преступлений не во всех случаях, когда соответствующее преступление причиняет вред, а лишь тогда, когда нужно сузить круг потерпевших, ограничить его определенными условиями (аналогично положению со специальным субъектом преступления). Во всех остальных случаях о потерпевшем говорит характер ущерба, который причиняет соответствующее преступление. Поэтому в уголовном праве понятие «специальный потерпевший» отражает эту особенность[35].
«Согласие потерпевшего» (точнее, лица, которому причинен вред) обозначает, что «деяние не является противоправным, посягающим на охраняемый законом интерес (право), если оно осуществлено с согласия того лица, которому этот интерес принадлежит»[36]. Уголовная ответственность причинителя вреда исключается лишь при условии, что согласие касается интереса, находящегося в свободном распоряжении потерпевшего, дано в пределах свободного распоряжения личными и имущественными правами, не преследует общественно вредных целей и является действительным. В некоторых преступлениях «согласие потерпевшего» означает активную и настойчивую просьбу о причинении вреда (например, совершение криминального аборта).
В уголовно-правовой литературе довольно подробное освещение получило понятие «вина потерпевшего». Это понятие употребляется для обозначения «противоправного либо аморального поведения потерпевшего»[37], когда такое поведение «спровоцировало или обусловило совершение другим лицом деяния, причинившего вред потерпевшему, либо когда причинение другим лицом вреда стало возможным лишь в результате его (потерпевшего) неправомерного поведения»[38]. Необходимо четко различать общепринятый термин «вина» в уголовном праве и условный термин, используемый в научных исследованиях, когда словом «вина» дается оценка поведению потерпевшего.
В отдельных случаях в работах по уголовному праву встречаются понятия «провокация потерпевшего», «содействующий потерпевший» как крайние формы способствования со стороны потерпевшего преступному посягательству. Такие потерпевшие считаются исключительно виновными в совершенном на них посягательстве, их поведение расценивается как общественно опасное и противоправное[39].
«Латентный потерпевший» – скрытый (неизвестный) потерпевший, который в уголовно-правовом плане существует в связи с фактом совершения преступления, однако по объективным или субъективным причинам его существование неизвестно правоохранительным органам. Проблема латентного потерпевшего – часть более сложной проблемы латентных преступлений и латентной преступности в целом, которой определенное внимание уделяется в криминологии.
В свое время в научный оборот нами был введен термин «нефизическое лицо», поскольку законодательное определение потерпевших как физических и юридических лиц не охватывает всех субъектов уголовно-правовой охраны. В этом определении без внимания остаются государство, его субъекты, муниципальные образования, организации, выполняющие уставные задачи без образования юридического лица. Поэтому предлагалось при выработке определения потерпевшего в уголовном праве вместо термина «юридическое лицо» использовать термин «нефизическое лицо»[40].
Л. В. Франк отмечает, что «создание терминологии для любой науки или научной дисциплины, особенно когда она “вся в лесах”, – проблема весьма сложная»[41]. Решение ее требует осторожности, особенно при введении в научный оборот новых терминов. Однако новые научные направления неизбежно порождают новые понятия, а новые понятия – новые слова.
1.3. Место учения о потерпевшем в уголовно-правовой науке и в системе научного знания
Исследование теории о потерпевшем в уголовном праве требует уяснения его места в системе научного знания, анализа связей и отношений данного учения с другими институтами уголовного права, науками, непосредственно «сотрудничающими» с уголовным правом, а через них – и с науками, в той или иной мере от него отдаленными.
Учение о потерпевшем в уголовном праве как уголовно-правовая теория и наука уголовного права, которую оно представляет, соотносятся как часть и целое. Соответственно указанное учение имеет немало общего и тесно взаимодействует с рядом других теоретических построений уголовного права.
Теория о потерпевшем от преступления связана с предметом уголовного права и предметом науки уголовного права, с понятием преступления и состава преступления; с уголовной ответственностью и ее основанием; обстоятельствами, исключающими преступность и наказуемость деяния; наказанием и его целями; назначением наказания, освобождением от уголовной ответственности, уголовной ответственностью несовершеннолетних; с уголовным правом зарубежных стран; основными направлениями развития науки уголовного права и др. При этом внутри каждого из перечисленных институтов уголовного права обнаруживаются вопросы уголовно-правового значения потерпевшего от преступления, которые могут иметь теоретический или прикладной характер.
Например, признаки, характеризующие потерпевшего от преступления, в которые законодатель вкладывает соответствующий юридический смысл, находят отражение в многочисленных нормах уголовного права. Эти общеобязательные нормы, устанавливающие, какие общественно опасные деяния (действия или бездействие) признаются преступными и какое наказание применяется за их совершение, представляют собой расположенную в строго логической последовательности систему, образующую уголовное право как отрасль права. Таким образом, характеристика потерпевшего, его поведение и взаимоотношение с преступником, вред, причиненный ему, и другие вопросы занимают «существенное место в уголовном законодательстве, создавая тем самым широкую правовую основу учения о потерпевшем»[42].
Проблемы, связанные с потерпевшим от преступления, выявляются при анализе и другого теоретического построения – предмета уголовного права. В частности, уголовное право имеет свой круг регулируемых общественных отношений. Их содержание и субъектный состав в уголовно-правовой теории является спорным. В современной юридической литературе все настойчивее обосновывается необходимость определения статуса потерпевшего как участника уголовно-правовых отношений. Не вдаваясь в оценку этой проблемы[43], отметим, что от ее правильного решения зависят в определенной степени фундаментальные для науки уголовного права вопросы преступности и наказуемости деяния.
Учение о потерпевшем от преступления как область научного знания проявляет себя не только в предмете уголовного права и в предмете науки уголовного права, но и, как будет показано ниже, во многих других институтах уголовного права. При этом следует отметить, что теоретические понятия, практические рекомендации учения о потерпевшем оцениваются именно с позиций уголовного права и его принципов, что взаимно обогащает их.
Содержание теории о потерпевшем в уголовном праве, ее предмет определяют место этой уголовно-правовой теории в структуре науки уголовного права. Определяющим при этом является то, что изучение проблем потерпевшего от преступления направлено на оказание дополнительной помощи в более глубоком исследовании в уголовном праве фундаментальных вопросов преступления и наказания. Все это позволяет прийти к выводу, что учение о потерпевшем должно занять свое место именно в Общей части уголовного права.
На междисциплинарном уровне учение о потерпевшем в уголовном праве имеет проблемы, смежные с уголовным процессом, криминологией, криминалистикой, международным уголовным правом, судебной медициной, судебной психиатрией, судебной психологией, поскольку все они в той или иной мере связаны с изучением одного и того же объекта – потерпевшего от преступления.
Так, уголовное право (а соответственно, и учение о потерпевшем в уголовно-правовой науке как структурный элемент этой системы) интересует потерпевший от преступления (не только легитимированный, но и фактический) как субъект отношений, охраняемых уголовным законом, для более глубокого изучения вопросов преступления и наказания; для уголовного процесса объектом исследования являются потерпевшие от преступления (легитимированные) как участники уголовного судопроизводства, наделенные специфическими правами и обязанностями; для судебной медицины потерпевший – физическое лицо (или его труп) – объект исследования судебно-медицинской экспертизы; криминалистику интересует потерпевший в аспекте совершенствования тактики и методики расследования преступлений; для криминологии представляет интерес роль жертвы в создании криминогенной обстановки, использование данных о нем в профилактике преступности и т. д.
Следует согласиться с мнением В. И. Шиканова, что «при таком положении попытки “монополизировать” указанный объект, – как, впрочем, и любой другой, – представителями какой-либо одной науки совершенно несостоятельны»[44]. В связи с этим вызывает возражение утверждение, согласно которому виктимология как научное направление современной криминологии якобы призвана аккумулировать и интегрировать разрозненные данные о потерпевшем, которые содержатся в разных дисциплинах[45]. Наша позиция по этому вопросу вовсе не исключает, а предполагает тесное взаимодействие учения о потерпевшем в уголовном праве и виктимологического направления в различных юридических дисциплинах, особенно криминального цикла. Достижения этих дисциплин в изучении потерпевшего от преступления, как и многие другие «посторонние знания», используются в уголовном праве, и в частности, в учении о потерпевшем от преступления в нем на двух уровнях: теоретическом и фактологическом. На первом из них специалисты в области уголовного права заимствуют отдельные теоретические положения, частные научные теории, методы исследования, термины и некоторые структурные элементы научного знания; на втором – используются результаты конкретных исследований. Этот процесс носит двусторонний характер. Взаимопроникновение знаний способствует прогрессу в той и другой областях юридической науки, а это, в свою очередь, позволяет успешно решать многие практические вопросы, которые стоят перед дисциплинами криминального цикла.
В завершение первой главы работы можно сделать следующие выводы.
1. Учение о потерпевшем – одно из сравнительно молодых и новых научных направлений в уголовном праве России, нацеленных на разработку научно обоснованных рекомендаций по разрешению уголовно-правовых проблем потерпевшего от преступления, реализация которых призвана помочь решению задач, перечисленных в ст. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также повысить эффективность деятельности правоохранительных органов по применению норм УК.
2. Предметом уголовно-правового учения о потерпевшем является комплекс теоретических и прикладных вопросов, связанных с потерпевшим от преступления, отраженных в нормах УК (в историческом, современном, зарубежном уголовном законодательстве), в практике их применения, в исторической, современной отечественной и зарубежной юридической литературе, а также сравнительный анализ научно-практических проблем потерпевшего от преступления в уголовном праве с такими же проблемами юридических дисциплин, изучающих потерпевшего в соответствии с решаемыми ими задачами, который обогащает уголовно-правовую теорию о потерпевшем и в целом теорию потерпевших от правонарушений.
3. Учение о потерпевшем в уголовном праве как уголовно-правовая теория и наука уголовного права, которую оно представляет, соотносятся как часть и целое. Соответственно это учение имеет немало общего и тесно взаимодействует с рядом других теоретических построений уголовного права. Теория о потерпевшем от преступления связана с предметом уголовного права и предметом науки уголовного права, с понятием преступления и состава преступления; с уголовной ответственностью и ее основанием; обстоятельствами, исключающими преступность и наказуемость деяния; наказанием и его целями; назначением наказания, освобождением от уголовной ответственности, уголовной ответственностью несовершеннолетних; с уголовным правом зарубежных стран; основными направлениями развития науки уголовного права и др. При этом внутри каждого из перечисленных институтов уголовного права можно обнаружить вопросы уголовно-правового значения потерпевшего от преступления, которые могут иметь теоретический или прикладной характер.
Глава 2
Источники возникновения теории о потерпевшем в уголовно-правовой науке
2.1. Нормы уголовного законодательства в истории их развития
Важнейшим источником возникновения и развития учения о потерпевшем от преступления являются нормы уголовного законодательства в их историческом развитии.
В юридической литературе историко-правовой анализ отдельных норм уголовного законодательства зарубежных стран и их влияния на возникновение виктимологической теории предпринят в книге Л. В. Франка «Виктимология и виктимность (об одном новом направлении в теории и практике борьбы с преступностью)». В этой работе Л. В. Франк исследует нормы древнейших источников зарубежного права, в частности, законы Хаммурапи, царя Вавилона, законы Ману, законы XII таблиц, и показывает отражение в них личности и поведения потерпевшего, которое могло иметь уголовно-правовое значение[46]. В работах других исследователей также рассматриваются различные аспекты норм права, регулирующих положение потерпевшего от преступления, его права и обязанности, и решаются проблемы, не потерявшие своей актуальности до настоящего времени.
Так, М. А Чельцов-Бебутов изучил проблемы отражения потерпевшего в нормах обычного права в догосударственном обществе и вопросы защиты сородичей от враждебных родов или племен. При межродовых столкновениях средством ликвидации конфликта, т. е. обиды, нанесенной кому-либо из членов рода – потерпевшему, членом чужого рода, была кровная месть[47]. Автор показывает учет мнения потерпевшего при назначении наказания в племенах у отдельных народов[48].
И. Я. Фойницкий рассматривал уголовно-процессуальный аспект потерпевшего в истории уголовного процесса в своем известном «Курсе уголовного судопроизводства» 1902 г.[49] Как утверждал этот исследователь, уголовный процесс начинался по воле потерпевшего и протекал в виде состязания сторон (истца обвинителя и ответчика обвиняемого) перед пассивным судом. «История уголовного процесса начинается господством в нем частного начала… Мало-помалу выясняется и постепенно развивается публичное начало уголовного процесса; он становится делом общественным, государственным»[50].
Аспекты, связанные с оценкой личности и поведения потерпевшего в уголовном законодательстве России в дореволюционный период, рассмотрены в нашей работе «Некоторые вопросы оценки личности и поведения потерпевшего в истории уголовного законодательства России (дореволюционный период)»[51]. Принимая во внимание тему нашего исследования, представляется необходимым более подробно остановиться на вопросах оценки потерпевшего от преступления в нормах уголовного законодательства.
Современный этап развития уголовного права характеризуется тем, что личность потерпевшего охраняется от преступного посягательства независимо от возраста, т. е. начиная с момента рождения и заканчивая смертью, независимо от физического и психического развития, пола, национальности, общественного и государственного положения и т. д. Однако такое равенство охраны всех лиц уголовным правом было не всегда. До середины XVIII в. уголовное законодательство и уголовно-правовая доктрина знали «лиц, не пользовавшихся покровительством законов, так что посягательства на их благо не признавались преступными»[52].
Уголовное право России в своем развитии проходило последовательно различные этапы, и в границах этих этапов, в зависимости от социально-экономического развития общества и государства, в уголовном законодательстве находят отражение вопросы влияния личности и поведения потерпевшего на степень общественной опасности, юридической оценки содеянного, а также на границы уголовной ответственности виновного.
В истории уголовного законодательства России потерпевший и признаки, его характеризующие, не составляли определенного элемента состава преступления. Эти признаки, как правило, характеризовали различные элементы (стороны) состава: объект преступления, объективную сторону (обстановку преступления, преступное последствие). Признаки состава преступления, в том числе и признаки, относящиеся к потерпевшему, включенные в состав, определяли условия и рамки преступного и наказуемого. Первые примеры уголовно-правового значения потерпевшего от преступления представляют памятники русского права X в. – Краткая и Пространная редакции «Русской Правды», которые, закрепляя складывающиеся на Руси общественные отношения, устанавливали в области уголовного права основные принципы феодализма. Главным из них был открыто сословный подход к защите интересов потерпевших-феодалов и потерпевших-зависимых, при этом потерпевший – юридическое лицо отражения в законе не находил.
Так, в 18 (41, 86 %) из 43 статей «Правды Роськой»[53] (Краткая редакция по академическому списку) в составах преступлений признаки личности потерпевшего характеризуют объект посягательства. В одном случае это физические свойства потерпевшего: «мужь»-человек[54] (ст. 1, 10, 30); повреждение уса или бороды (ст. 8). В другом случае – социальные признаки личности: свободный человек (ст. 17); огнищанин, подъездной (ст. 19); тивун (ст. 22); рядович (ст. 25); смерд, холоп (ст. 26); роба (ст. 27) и т. д.
Объем уголовно-правовой охраны личности зависит от ее положения в обществе, поэтому законодатель, учитывая связь между личностью потерпевшего и реакцией виновного, принявшей общественно опасные формы, по-разному оценивает степень общественной опасности содеянного. Например, огнищанин, подъездной, тивун – это лица, имевшие высокий социальный статус в княжеском дворе. За посягательство на жизнь этих людей установлено самое суровое наказание – штраф в размере 80 гривен. Рядович, смерд, холоп относятся к ряду низших слоев общества, соответственно, за их убийство предусмотрен штраф в размере 5 гривен.
В отдельных составах преступлений к характеристике объекта посягательства относятся как физические, так и социальные свойства потерпевшего (потерпевшей). Например: «Аще роба кормилица либо кормилиць 12». Роба – лицо женского пола лично зависимое. Кормилец – дядька-воспитатель. Роба – кормилица и кормилец – являются холопами, однако их положение в обществе выше, чем других зависимых людей, поэтому, когда противоправно они лишаются жизни, законом устанавливается наказание в виде штрафа 12 гривен.