Баба Люба. Вернуть СССР. Книга 3

Глава 3

Галка сидела у меня на кухне и рыдала. Плечи её мелко вздрагивали, а из горла вырывались только бессвязные звуки:

– И ыыыы! А я ыыыы! Ууууу! – захлёбывалась слезами она.

– Всё ясно, – сказала я, достала из буфета пузырёк с пустырником и накапала в стакан с водой. – Пей!

– Ых! – горестно сказала Галка и высморкалась в большой клетчатый платок, явно мужской.

– Пей! – уже более жёстко велела я.

– Мне это не поможет! Мне больше ничего уже не поможет! – опять заголосила Галка.

– Да выпей ты его уже, ипиегомать! – вызверилась я, – и объясни человеческими словами, что там у тебя стряслось!

От неожиданности Галка подавилась рыданиями, ошеломлённо икнула и торопливо выпила успокоительное.

Я подождала примерно полторы минуты и, когда её взгляд стал более осмысленный, велела:

– А теперь рассказывай! Только без подробностей! Кратко, чётко, ёмко!

– Угу, – кивнула Галка и выдала, – у меня деньги увели.

– В смысле? – не поняла я, – почему ты ко мне пришла? Почему заявление в поли… ой, в милицию не написала?

– Да что я могу! – опять приготовилась зарыдать Галка, – я же сама им деньги отнесла! А проценты они теперь не отдают!

– Куда отнесла? Кому отнесла? – я уже, в принципе, догадалась, о чем она, но надо было, чтобы она озвучила это.

– В «Хопёр-Инвест»! – всхлипнула Галка, – а денег они не отдают. А я мало того, что всю свою заначку потратила, так и у людей наодалживала. А им теперь отдавать надо. А у меня денег вообще нету. И я не знаю, что мне теперь делать.

Она зарыдала опять.

Пока процесс рыданий был в разгаре, я не мешала. Да, тут дело такое, что нужно выплакаться.

Я заварила крепкого черного чая, добавила побольше сахара и поставила чашку перед Галкой.

– Пей!

Галка схватилась за чашку, как за спасательный круг и надолго присосалась к ней.

– А ко мне почему не пришла? – спросила я, – мы же с тобой договорились, когда пойдем деньги забирать. Решили же, что вместе пойдём. А ты совсем пропала куда-то. Я к тебе домой пару раз заходила. Тебя не было. Вот я сама и пошла. Мне-то отдали.

– Пряталась я от тебя, – печально вздохнула Галка.

– Ну ничего себе! – я так удивилась, что аж зависла. – А чего пряталась-то?

– Ты оставила на меня Анжелику, – мучительно покраснела Галка, пряча глаза, – а я не уследила. А она с тем мужичком снюхалась и от меня сбежала. Я думала, ты меня прибьешь при встрече.

– Ещё чего! – покачала головой я, – ты ей не нянька. У неё свои мозги должны быть. Но там дело такое – гены. Причём с обеих сторон. Что мамочка, что папашка. Так что неудивительно. А к тебе какие претензии? Ты и так согласилась её у себя приютить. Забесплатно. А что вышло – дело другое. Так что я тебе всё равно благодарна.

– Правда? – робко переспросила Галка, неверующе глядя на меня.

– Абсолютная правда, – кивнула я, – так что зря ты пряталась. Сейчас была бы уже при деньгах.

– И что мне теперь делать? – заныла опять Галка.

– Что делать, что делать – надо идти в Хопёр этот ипиегомать Инвест и трясти их за шкирку.

– Я ходила, – всхлипнула Галка, – они не отдали, а меня выперли.

– Надо было со мной ходить, – сказала я, – тогда бы отдали.

– А пошли сейчас, – предложила Галка с надеждой глядя на меня.

– Сейчас? – задумалась я, – сейчас уже вряд ли получится.

– Я не представляю, где мне взять деньги, чтобы долги все отдать, – заплакала Галка, да так горько, что сердце моё не выдержало и я сказал:

– Ну пойдём. Но я сразу говорю – за результат не ручаюсь.

Пока мы дошли, я триста раз пожалела, что ввязалась во всё это. В прошлый раз, когда я ходила отжимать деньги для себя, я легко могла выудить заодно и Галкины. А вот теперь как – даже и не знаю.

Но ладно, что-нибудь, да и придумаю.

Моё появление в конторе «Хопёр-Инвест» служащая встретила с огромным воодушевлением:

– О! Это вы! – радостно всплеснула она руками, – а мы уже и не ждали.

– Ну почему же? – пожала я плечами с важным видом, – я же сказала, что скоро приду. Просто точная дата не от меня ведь зависит. Разве вы не помните, что мы об этом говорили?

– Помню! Помню! – защебетала женщина и все её три подбородка задрожали от восторга, – на какую сумму будем оформлять взносы в уставной фонд кампании? Мы вам 270 % сразу поставим! Как лучшему вип-клиенту!

– А какой у вас максимум есть? – сразу заважничала я.

– О! У нас просто огромный максимум, – подмигнула служащая.

– А можно поконкретнее? – проявила разумную осторожность я. – Старик заинтересовался и необычайно воодушевился. Сейчас вон поехал в Москву квартиру продавать. Трёхкомнатную. Возле метро. Мы подумали, что лучше не квартиру сдавать, а все деньги в «Хопёр-Инвест» вложить.

– И это абсолютно правильное решение! – подтвердила служащая, и, чтобы добавить веса своим словам, нагнулась ко мне и доверительным шепотом сообщила, – в калиновском представительстве почти миллиард рублей. Так что смело продавайте квартиры и вносите суммы в обмен на ваучеры «Хопра».

– Отлично! – обрадовалась я, и добавила, – мы со стариком в среду придём. Или, в крайнем случае – в четверг утром. Вы со скольки работаете?

– С десяти, – любезно пояснила служащая и торопливо протянула визитку, – здесь всё, даже телефон. Вдруг не сможете сами прийти, тогда позвоните. Мы приедем к вам. Я же понимаю, старик, в Москву, такая жара, и сердце прихватить может, давление там. Поэтому вам, как вип-клиенту мы пойдём во всём навстречу.

– Замечательно! – восхитилась я, незаметно бросила взгляд на часы, и тоже доверительным шепотом спросила, – слушайте, у меня родительский дом в деревне есть. Я его продать решила. Хочу деньги тоже в «Хопёр» вложить. Но есть один момент…

Я смущённо замялась.

– Что случилось? – встревожилась женщина, – я проконсультирую, говорите.

– А я могу вложить за дом деньги, но так, чтобы никто не узнал? Главное, чтобы старик не узнал, понимаете?

– Конечно! Конечно! – замахала руками женщина, – мы поддерживаем полную приватность! Никто и никогда не узнает! Нам наша репутация всего дороже. Не беспокойтесь!

– Ну слава Богу! – обрадовалась я, и тут открылась дверь и вошла Галка.

– Здравствуйте, – сухо поздоровалась она со служащей.

– О! Галка! – обрадовалась я, – Привет!

– Любаша? – сделала вид, что впервые увидела меня, Галка, – а ты что здесь делаешь?

– Да вот пришла о новом вкладе договариваться, – похвасталась я и вежливо спросила, – а ты?

– А я никак свои копейки забрать не могу.

– Да ладно! – не поверила я, – что ты такое говоришь?

– Женщина! – возмутилась служащая, – что вы такое говорите?!

– Как что?! – накинулась на неё Галка, – вы мне деньги не отдаете!

– Не может этого быть! – сказала я и с удивлением посмотрела на служащую.

Та побагровела и отвела глаза.

– Может! – упрямо сказала Галка.

– Возможно какая-то техническая накладка, – суетливо заверила Галку женщина и обратилась ко мне, – Любовь Васильевна, вы можете идти, мы вас ждём в среду. Или ваш звонок.

– Да нет, – с видом радостной дурочки наивно сказала я, – я Галку здесь подожду. А потом мы по магазинам пойдём.

– Но тайна вклада… – начала было выкручиваться служащая, но я её перебила с ещё более лучезарным видом:

– Да что я, Галкины копейки не знаю?!

– У нас нет секретов друг от друга! – сообщила ей Галка.

Я подтвердила, кивнув.

– Ну так что? – спросила Галка.

– Назовите номер ваучера и подпишите «Соглашение о выходе из состава учредителей ТОО"» – сдержав вздох, процедила женщина.

Галка назвала номер.

– Вот ваши деньги, – вытащила из сейфа и положила тощую пачку купюр служащая.

– А проценты? – напомнила Галка, торопливо пересчитывая свои кровные.

– Они в другом сейфе, – пояснила служащая, запирая этот сейф.

Мимоходом я заметила, что он буквально набит пачками денег. Эх, жаль, что я не домушник. Хотя даже если бы и была бы, то обворовывать простых людей – грех.

– Какие у тебя проценты? – спросила я Галку.

– Сто процентов, – похвасталась Галка.

– А у меня двести семьдесят, – тоже похвасталась я.

– А почему так? – расстроенно спросила Галка у служащей.

– Да это техническая ошибка, наверное, – выдавила улыбку та, – сейчас я вам принесу деньги.

И вышла из помещения в соседнюю комнату.

– Любаша! – радостно вскинулась Галка, но я зыркнула на неё с многозначительным видом и громко сказала, – мне с тобой про Анжелику ещё поговорить надо…

– Но мы же… – начала Галка, – но я её прервала (пришлось даже наступить на ногу). Слава богу, сообразила наконец-то.

– Поговорим и про Анжелику, и про Ричарда… Я тут дом продаю и хочу деньги вложить в «Хопёр-Инвест». Очень порядочная организация. И тебе советую.

Галка глянула на меня удивлённо, но потом, наконец, сообразила, что, может, здесь записывают.

– Вот ваши проценты, – в кабинет вернулась служащая и протянула ей пачку денег, уже поувесистей.

– Спасибо тебе, Любаша, – от души сказала Галка, – если бы не ты, даже не знаю, как бы я и выдрала из них свои деньги!

– Не выдрала бы, – устало ухмыльнулась я.

Мда, нелёгкая это работа, из болота тащить бегемота. То есть, я теперь считаю, что с бегемотом ситуация легче, чем отдрессировать простодушную Галку вовремя зайти в контору и сыграть эту маленькую сценку.

А ещё сложней будет отдрессировать Галку, чтобы она сыграла потом свою роль, когда я перейду ко второму пункту моего плана…

– Любовь Васильевна! Зайдите ко мне! – позвал меня старейшина, когда я забежала на хоздвор Дома молитв. Членам этой секты выдавали щедрый гуманитарный паёк от «старших братьев» из Бруклина. После моей удачной проделки с деньгами, я тоже получила доступ к этой кормушке и отказываться отнюдь не собиралась.

Я как раз положила увесистый пакет с какими-то иностранными продуктами питания (дома уже раскрою и гляну, стопудово там какая-то херня, типа консервированных персиков и ананасов, и собачьих галет, но хоть какое-то разнообразие на фоне стремительно пустеющих полок в магазинах) в сумку и сейчас собиралась заняться нелёгким, но необходимым выбором – нужно пересмотреть и отложить зимние куртки для Анжелики и Ричарда, и комбинезон для Изабеллы. И отвлечь меня от этого могло только землетрясение, цунами или Всемирный потоп. Ну или Всеволод.

И вот он меня сейчас и отвлёк.

– Сестра Инна, – попросила я, – мне бы для Анжелики что-нибудь поярче, чтобы молодёжное было.

– Не беспокойся, Любовь Васильевна, – сказала женщина, – я отложу всем твоим детишкам. Потом придёшь и спокойно посмотришь.

– Боюсь, что бабоньки налетят и смотреть уже будет нечего, – вздохнула я и попросила, – ты для Изабеллы на размер больше комбинезон отложи. Сама же знаешь, что у неё ножки.

– Бедный ребёнок, – закивала женщина, но я её уже не слышала, так как вошла в дом старейшины.

Сегодня, к моему удивлению, тут пахло крепким кофе. И ещё как бы не коньяком. Неужели старейшина употребляет? А я-то думала, что он должен пример подавать и сам ни-ни.

Ну да ладно.

– Проходи, Любовь Васильевна, – окликнул меня из библиотеки Всеволод и предложил, – ты капучино с лавандовым сиропом будешь? Из Бруклина с гуманитаркой передали.

Меня передёрнуло.

– Я бы побыстрее обсудила вопросы и ушла, – сказала я, – дел невпроворот.

– Да вот я таки хочу подробнее о твоей группе поговорить, – пояснил старейшина, – по твоему списку. Давай быстренько пройдёмся по всем, и я тебя отпущу.

– Что не так с кандидатурами? – удивилась я.

– Возможно, что всё так, – ответил Всеволод и пояснил, – просто по твоему примеру мы будем создавать и другие группы. И мне надо понимать принципы и мотивы, по которым ты людей подбирала.

Я мысленно усмехнулась. Если ты узнаешь о моих мотивах – ты будешь изрядно обескуражен. Но вслух я, естественно говорить об этом не собиралась.

И мы начали по списку.

– Первый номер, – прочитала с листочка я, – Пётр Кузьмич Пивоваров, пенсионер, юрист, всю жизнь проработал в Калиновской горадминистрации.

– Ну это понятно, – кивнул Всеволод, – вопросов нет. Хотя характер у него сердитый. Не сахар, в общем.

– Я помню, – усмехнулась я, вспомнив, как юристы меня взяли в оборот, когда я пыталась донести мою идею, как не дать администрации города отжать у общины дом.

– Дальше, – сказал Всеволод.

– Зинаида Петровна Рыбина, – дисциплинированно прочитала я.

– Мы её кандидатуру уже обсуждали, – вздохнул старейшина, – не передумала?

– Нет, – покачала головой я.

– Ладно. Но смотри, я предупредил, – сказал он, – давай дальше.

– Ефим Фомич Комиссаров, – прочитала я.

– Но он же обычный слесарь! – удивился Всеволод, – простой работяга. Грубый, курящий. Ещё и ругается, когда думает, что я не слышу. У него ни ума, ни фантазии, как говорится. Зачем он тебе?

– Он же слесарь, – сказала я, – этим всё сказано. Такие люди в любой команде на вес золота.

– Ну не знаю, – поморщился Всеволод, – надеюсь, тут есть какая-то логика, во всём этом.

Эх, сказала бы я, какая тут логика… но лучше промолчу.

– Четвёртый номер. Ксения Сергеевна Зыкова.

– А Зыкова тебе зачем?! К тому же молодая она ещё.

– Она работает наборщиком в типографии, – коротко сказала я.

– И что? Она – самого низкого разряда. Чем она тебе поможет? Я же так понимаю, что ты ещё всякие мероприятия проводить будешь?

– Буду! – кивнула я. – И свой человек в типографии мне очень нужен.

– Дальше, – вздохнул Всеволод, решив не заострять на этой теме.

– Ольга Ивановна Сиюткина.

– Тоже пенсионерка! – схватился за голову Всеволод.

– Она раньше работала агрономом, – сказала я.

– Картошку будешь выращивать? – съехидничал Всеволод.

– Надеюсь, до этого не дойдёт, – хмыкнула я и зачитала новую кандидатуру по списку, – Фёдор Степанович Кущ. Учитель физики.

– Толковый мужик, правильный, – кивнул Всеволод.

Ну хоть одна кандидатура у него не вызвала возражений.

– Ирина Александровна Белоконь, – огласила последнюю кандидатуру я.

– Вот! Белоконь! – взвился Всеволод.

– Что не так с Белоконь? – не поняла я.

– Ты меня в могилу раньше времени сведёшь!

– Почему это?

– Белоконь! Ну как можно додуматься включить в одну группу Рыбину и Белоконь?! – продолжал причитать Всеволод. – ты разве не знаешь, что они враги?

– Знаю, – пожала плечами я.

– И тем не менее ты их обоих включила в группу! Да ты пойми, мы их никогда даже на одну сторону не ставим, когда молебны идут. Они же поубивают друг друга, а потом разнесут всё остальное. И твою группу тоже!

– Потому я их и включила, – пояснила я.

– Они тебя замучают, Любовь Васильевна! Сожрут и выплюнут!

Всеволод продолжал кричать и возмущаться. Первые минут пять было интересно, но потом наскучило. Ну вот не объяснишь же ты ему, что тут расчет очень простой. И даже примитивный. Если я возьму в группу Зинаиду Петровну, то она действительно превратит моё существование в филиал ада. И то же самое будет, если я возьму, к примеру, только Белоконь. Более того, если я возьму в группу кого-то из их подруг (а община давно превратилась в два враждующих лагеря благодаря непримиримой «дружбе» Рыбиной и Белоконь, поэтому бери любого и не ошибёшься), то будет то же самое. Если не хуже. Поэтому самое умное, что я придумала – это взять их обеих. Пусть дерутся между собой. А я буду эдаким добрым миротворцем, на словах поддерживая то одну, то другую, а на самом деле исподтишка подкидывая дровишек в костёр их вражды. А чтобы они потом не объединились против меня, я чуть позже, когда они наиграются воевать между собой, найду им общего врага. И тогда не будет у меня более надёжных и верных союзников-соратников, чем эти бабоньки.

Вот такой был мой расчет.

– Я справлюсь, – сказала я Всеволоду и добавила, – утверждайте состав группы, и мы начнём первое мероприятие.

– Что за мероприятие? – насторожился старейшина.

Я чуть не засмеялась – чуйка у него работает, как надо, а вслух сказала:

– Это будет сюрприз.

Глава 4

Как говорил незабвенный Карлсон: «есть три способа – курощение, низведение и дураковаляние. И я думаю, что придется применить все три сразу!». По отношению к моей новосозданной и утверждённой Всеволодом группе из вышеперечисленных трёх способов годился разве что первый.

Я вошла в комнату, малый зал дома молитв (на самом деле небольшая комнатушка, которая скорее служила читальней и где проходили беседы с малым количеством людей, на пример, с молодёжью, или со вступающими в брак), и оглядела присутствующих.

Сейчас здесь собрались всей разношерстной компанией из моего списка: юрист Пётр Кузьмич Пивоваров, «светская львица» общины Зинаида Петровна Рыбина, слесарь Ефим Фомич Комиссаров, наборщик в типографии Ксения Сергеевна Зыкова, агроном Ольга Ивановна Сиюткина, учитель физики Фёдор Степанович Кущ и ещё одна «светская львица» Ирина Александровна Белоконь. Все такие разные и по образованию, и по профессии, и по возрасту. Зато вместе мы – сила. И то, что по моим расчётам должна сделать эта группа – изменит существующий миропорядок. Ну, и поможет мне вернуть СССР.