- -
- 100%
- +
Глава 6. ПЕРВАЯ МЕЖЗВЁЗДНАЯ.
Виктор хорошо помнил тот день, когда провожал к звездам своих лучших друзей Ульфа и Рону. На верфях расположившихся в поясе астероидов, поближе к источникам сырья, собралось огромное количество провожающих.
Десять процентов астероидов пояса были класса «М», железо никелевые. Астероид Психея стал настоящей кладовой человечества.
До последнего момента не был исключен риск аннигиляции всей антиматерии, загруженной на улетающие корабли. Если бы это произошло, то вспышку было бы видно на Земле как второе солнце. От провожающих и верфей, естественно, остались бы одни воспоминания. Тем не менее народа собралось безумное количество.
Это была великолепная пятерка первых и как оказалось, последних в истории человечества, гигантских фотонных звездолетов. Для многих это был знаменательный день, а кто-то прилетел поддавшись всеобщему веянию. Так что Виктор видел всё с борта доставившего его сюда космолета. На рейде висел целый флот. Люди собрались со всей солнечной системы посмотреть своими глазами на эпохальное событие.
Для Виктора это событие происходило совсем не так, как он представлял себе это в детстве. Для многих людей полёт к звёздам был вековой мечтой, но для взрослого Виктора он стал торжественным, но немного мучительным днём, как на чужой свадьбе.
В здании небольшого архаичного космопорта на Церере, где собрались все первейшие и главнейшие лица для торжественной церемонии, Виктору места не хватило. Под первый межзвёздный космопорт приспособили бывшую промежуточную ресурсную базу, с подземными резервуарами под древнее горючее. Здесь раньше была база подскока пролетающих космолётов.
Возводить что-то новое было дорого. И на время строительства звездолётов на заброшенной базе возникла целая столица астероидного пояса, со своей сложной инфраструктурой. Впрочем, после старта экспедиции она быстро опустела и обслуживалась в режиме консервации командой универсальных роботов.
Активно велись лишь работы на Психее и то периодически. Лишь в случае аварии на ближайших межпланетных маршрутах тут появлялись космолёты и люди. Слишком маленькая гравитация Цереры была людям опасна.
Практически всё человечество напрягалось несколько лет ради этого межзвёздного проекта. Во многом ограничивало себя. Много лет, ресурсов и энергии ушло на производство необходимого количества антиматерии.
Виктор здорово расстроился в тот день из-за того, что не смог лично попрощаться с улетающими навсегда друзьями. Впрочем, обняться и похлопать по спине все равно не получилось бы из-за жесткого карантина.
Улетающие были за герметичной прозрачной перегородкой. Они все же передали друзьям прощальный привет в коммуникаторах.
Виктор с замиранием сердца смотрел на улетающую Рону, на её ладненькую фигурку в эпатажном ярко желтом скафандре. Смотрел на её милое улыбающееся лицо. В ее прекрасных любимых глазах сверкнули слезы, когда она оглянулась напоследок. А может показалось. Все знали её железный характер.
Мысль, что он последний раз видит любимую женщину сводила его с ума. Виктор боялся что в отчаянии совершит какую-то отчаянную и бесполезную глупость, опозорится в глазах едва не всего человечества.
О, как завидовал он Ульфу в тот момент. Виктор ничего бы не пожалел для того чтобы поменяться с ним местами. Он как сейчас чувствовал то щемящее чувство разлуки и одновременно гордости за друзей и все человеческое сообщество.
Это был феерический момент, когда поочередно устремились вдаль гигантские корабли, ослепляя провожающих всплесками гигантской энергии маршевых двигателей. Все что попалось бы в сноп ослепительного света стартующего звездолета испарилось бы в доли секунды.
Поэтому введены были ограничения полетов в зоне старта до самого Марса, до которого едва не дотянулись гигантские факелы двигателей звездолетов. До орбиты Плутона караван сопровождали военные крейсера.
Улетели навсегда первые лица «волчьей стаи», учредители всех компаний их команды. Именно они владели и распоряжались всем имуществом после гибели Фета.
Старшим остался сгинувший на Земле Петрос. Теперь вряд ли это имело какое-то значение. После справедливого раздела Виктору тоже досталась часть пакета акций, которые должны были обеспечить его безбедную старость. Но всё пропало где-то там на далёкой Земле вместе с уничтоженным «Юниверс» банком.
Виктор в день после старта межзвездной экспедиции, не вылезал из тесного корабельного бара. Глушил боль разлуки алкоголем.
Его тогда по прибытии в бесчувственном состоянии выгрузили в космопорте Марса. Его ждала работа в «D-Wave Systems» и выгодный контракт на два года. Если бы такое случилось на Земле, то его бы с треском вышибли с работы.
На Марсе же на многое смотрели сквозь пальцы. Не так много хороших специалистов изъявляло желание рискнуть здоровьем, да порой и жизнью, вдалеке от метрополии.
Как оказалось, это была работа всей его жизни. А может быть просто последняя его работа.
В красавицу же Рону он был тайно и безответно влюблен, как и многие в их юношеской компании. Виктор даже не пытался конкурировать с её избранником, аполлоном Фетом. После же трагической гибели Фета, при разгроме путчистской клики киборгов, больше повезло Ульфу.
А они с Виктором были похожи как братья. Высокие и крепкие белокурые викинги.
И вот счастливая пара несётся где-то в межзвездном пространстве с огромной скоростью к разведанной землеподобной планете. Долететь они должны были еще не старыми.
Предполагалось что обнаруженные там примитивные флора и фауна малосовместимы с земной. Были даже предложения стерилизовать планету перед заселением. Что вызывало бурные дискуссии.
Корабли их экспедиции везут всё для будущей колонии землян. Отряд терраформирования и «Ноев» ковчег с зародышами людей, флоры и фауны. Все надежно защищено от межзвездной радиации генераторами полей и обшивкой звездолетов из уплотненной материи.
Все человечество гордилось колоссальным совместным проектом по освоению далёкого космоса. Они летят и ещё не подозревают что произошло на их родной планете. А может так никогда и не узнают.
Центр управления полетами, державший с ними связь уничтожен. Наладить с ними связь теперь задача Виктора. Но это только Квант сможет помочь, вычислить код их квантового канала.
Обычная радиосвязь достигнет их не скоро и не факт, что проникнет сквозь силовые защитные поля.
В это смутное время канула в лету память о первой межзвёздной, а ведь при плохом раскладе это будет все что останется от сумасбродного человечества. Быть может это и к лучшему, что нет связи. Каково астронавтам висеть в пустоте десятки лет зная, что ты один на весь космос. Всё равно вернуться они не имели возможности, затормозить они могли лишь раз у цели. Топлива разогнаться еще раз не было, они навсегда покинули Землю.
Но о Роне Виктор никогда не забудет. Как мучительно это чувство любви. То ли сладкий дар божий, то ли нечистого проклятие. Не так легла карта в его жизни. Он не мог кривить душой с другими женщинами, да они и чувствовали эту печать на нем.
Виктор мог только гадать о том, как проходил полёт его друзей, как они управляли самым дорогим за всю историю проектом человечества. Как говорится, нам бы ваши трудности.
«Spas – х» во главе с сэром Ирвином Маском достигла вершины своего могущества. Половина человечества были его акционерами. Ульф пару раз пожал руку великому лорду на стадии предполетной подготовки. Тот посетил их группу дублеров, и кандидат в пилоты звездолёта был невероятно счастлив. В день старта он пристально смотрел в глаза Ульфу и выразил ему личное доверие. И ненавязчиво напомнил о громадной ответственности перед всей цивилизацией и им лично. Взгляд его при этом был суров. Ульф всё время ощущал на своих плечах эту придавливающую ответственность перед серьёзными людьми.
Полёт, в принципе проходил без особых проблем и астронавтам было временами даже немного скучно томиться в громадных стальных звездолётах.
Ульф напряженно сидел за пультом флагманского звездолета Аустерия и сверял данные полученные квантовым бортовым центром от роя далеко впереди летящих мини разведчиков.
На пульте находилась шикарная голограмма их юношеской компании запечатлевшая навсегда момент их веселого озорства. Её поставила Рона. Мгновение было прекрасным и юные лукавые лица вселяли весёлый настрой. Но Ульфа подспудно стали тяготить изображения двух погибших друзей. Ему казалось от них веяло чем-то потусторонним.
Полученные им новые сверхспособности не всегда радовали. Он старался бороться с этим ощущением, но убрать голограмму не решался. Одним из погибших был его лучший друг и первая любовь Роны, Фет. И только благодаря его гибели Рона теперь была с ним. Но казалось он до сих пор стоял между ними. Ульф и так порой донимал её своей ревностью и не хотел нового скандала на этой почве.
Впереди корабля Ульфа друг за другом, вслед за мини разведчиками, летели два звездолета со вспомогательным оборудованием. Цепочка из пяти ярких звездочек, выстроенных с небольшим уступом, казалось неподвижно зависла в пустоте.
Отвлекался он только для того чтобы хлебнуть апельсинового сока для свежести восприятия. Предстоял самый ответственный момент. Звёздный караван заканчивал прохождение облака Оорта. Последней гравитационной границы Солнечной системы – сферы Хилла. Риск напороться на что-то был очень велик.
Поэтому они уже почти два года ползли на средней скорости. Были готовы в любой момент изменить курс, прибегнуть к ударному разрушению встречного объекта. И если ничего из этого не могло помочь, то оставалось только надеяться на защитные поля и молить бога.
Мелкие повреждения уже заставляли проводить наружный ремонт обшивки с помощью штатных бортовых роботов. Они как бронированные черепахи без конца ползали снаружи и наплавляли броню, поврежденную мелким встречным мусором и молекулами межзвёздного газа. Было очень хлопотно проходить остатки протопланетного облака.
Ульфу было необходимо определить момент набора маршевой скорости. Это было рискованно, но сильно сокращало время полета к планете Клер.
Ульф был в постоянном напряжении. Первый год был мучительным. Сначала проползли за Плутоном облако Койпера. Потом выбрались из тороидального облака. Следующей опасной зоной был внутренний диск облака Оорта.
Там в вечной тьме неприкаянно болталась еще одна большая планета Тюхе, газовый гигант. Так же подстерегала темная звезда Немезида, маленькая спутница Солнца. Это были последние объекты, возле которых крутились исследовательские роботы Земли.
Наконец караван вышел в пространство сферического облака Оорта, более разреженного. Хорошо ещё что курс лежал не совсем в области эклиптики Солнечной системы и удалось миновать другие сюрпризы.
Ульф часто любовался потрясающей картиной каравана из пятерки фотонных звездолётов, посверкивающих маневровыми двигателями на фоне угольно чёрной бездны, с редкими россыпями застывших звёзд. Обзорную картинку передавали мини разведчики, ведущие непрерывный контроль ситуации.
Ульф стал пилотом командором, ещё совсем мальчишкой, в двадцать один год. Утвердили его кандидатуру, их пару. Хоть чуть не отсеяли. Были кандидаты и моложе, но им не хватило квалификации и хорошей рекомендации. Заслуги же Ульфа с друзьями, в деле свержения клики киборгов весили не мало. Это тоже было важно для информационной компании вокруг звездолётов и сбора средств. Да и личные знакомства с соратниками, занимавшими теперь солидные посты, сыграли свою роль.
Ульф был благодарен судьбе что из него не сделали какого-то полу монстра, способного жить в широком диапазоне температур, давлений, радиации и атмосфер. Ходили слухи о таких опытах. Но видимо возможный родоначальник новой расы должен был отвечать лучшим критериям человеческого совершенства.
Ульф же всё время опасался перспективе включения в состав экипажа таких суперменов. Мало ли чего могут решить бонзы для повышения выживаемости экспедиции. Но не было полной уверенности, что в каком-то из звездолётов не спит в состоянии гибернации такой мощный дублёр. На случай выхода из строя основного экипажа.
Во время редких плановых инспекций звездолётов Ульф внимательно присматривался к любым отклонениям от проекта. Хотел понять, что от него могли скрыть и с какой целью. Что-то его настораживало, а своей интуиции он привык доверять.
По всем данным микрозондов путь впереди был чист и головной центр рекомендовал начать ускорение. Ульфа даже бросило в пот, вот он момент «Х». Сейчас надо было дать маршевым двигателям максимальную нагрузку и уйти в ускорение. Ответственность за принятие данного решения лежала на нём. Все звездолеты повторят его маневр.
Ульф мечтательно вытянулся в кресле, прищурился и расслабился. Решение должно было вызреть и отстояться по всем канонам психологии. Он запустил отчет микро зондов разведчиков о планете Клер и долго любовался целью своего полёта, манящей голубой планетой. Ульф с детства грезил космосом, полётами к звёздам. Сердцем он уже был там и вершил судьбы нового мира.
Началась автоматическая загрузка антиматерии со склада внешнего базирования и Ульф не прекратил операцию. Сидящая в соседнем кресле второго пилота Рона не разделяла его тревоги.
–Давай, капитан, дерзай. Ты сверх осторожен. Само по себе это не страшно. Главное то, что флуктуации кварковых и глюонных полей на участке разгона имеют среднее значение.
Капитан звездолёта только кивнул и выложил свои соображения.
–Через 15 минут наш центр сам разовьет ускорение, согласно своего алгоритма. И это будет правильное развитие событий, при отсутствии связи с центром. Тревожит меня другое, поле Хиггса, ведёт оно себя не стандартно. Центр мудрит, бормочет о чем-то теоретическом, о реликтовых струнах, трещинах пространства. Бич божий, ёлки-палки! Если не повезёт, то мы даже не поймем куда делись.
Рона решила, по-своему, подбодрить супруга.
–Ты любитель всё занаучить. У нас нет других вариантов. Надо рисковать. Предупредим Землю и стартуй. Я надеюсь, что ты зря беспокоишься. В любом случае заднюю давать поздно.
Рона улыбнулась. Конечно и она готова была немного подстраховаться, управляя караваном, стоящим триллионы кредитов. Но люди могли лишь вмешиваться в полностью автоматизированный процесс. Если бы они погибли по каким-то причинам, то караван долетел бы до цели и без них. И программу свою выполнил бы.
Не смотря на напряженную работу по управлению экспедицией Рона с Ульфом были счастливы. Это скрашивало тяготы космического путешествия. Иногда Рона любила пошутить над патологически ревнивым мужем, изводившем её на Земле. Здесь, шутила лукавая красавица, наконец нет причин её ревновать и Ульф лишь довольно щурился. Ему нравился её вкрадчивый юмор и хищные повадки большой и плавной в движениях пантеры.
–Центр, начинаем плановое импульсное ускорение, время достижения маршевой скорости 120 часов.
Ульф отправил доклад на Землю и отдал команду задействовать энергетическую защиту кораблей и индивидуальных спасательных, компенсаторных кабин. Рона успела махнуть ему рукой и послать воздушный поцелуй, перед тем как её кресло превратилось в изолированный энергетический кокон.
Наконец они ложатся на заданный курс и наберут максимальную скорость. Здравствуйте звёзды! Прощай Земля! Больше они никогда не будут иметь возможности вернуться.
Лёгкая грусть охватила Ульфа, перед глазами стали всплывать лица дорогих ему людей, которых он уже никогда не увидит. Лишь сейчас Ульф склонил голову и стал прощаться с родной планетой. Со всем тем, что составляло смысл его жизни. Ульф напряг внутреннюю энергию и послал всем последний привет. Попросил у всех прощения, у тех кому его отлёт навсегда причинил боль.
Он верил в свои новые возможности, но в ответ он почувствовал тот самый потусторонний холодок с редкими тёплыми вкраплениями. Стало жутко.
–Чертов ты экстрасенс. Хватит волхвовать, -пробурчал он недовольно сквозь стиснутые зубы.
Ускорение плавно вдавило в кресло. Звездолёт завибрировал от проснувшейся чудовищной силы. Небывалой силы двигатели всех пяти звездолётов работали синхронно, на всю свою мощность. Всё шло штатно. Центр исправно выводил на командорский экран и дублирующие интерфейсы множество информации. Ничто не выходило за рамки статистической погрешности. Но Ульф готов был перейти на ручное управление в любой момент.
Несколько дней, пока работают двигатели, им придется провести в своих креслах. В любую секунду могло что-то пойти не так. Стабильность процесса могла разбалансироваться, и тогда только немедленная эвакуация могла их спасти. Все пять звездолётов сразу погибнуть не имели права.
Разгонный участок космоса был исследован. Вакуум был стабилен и посторонних полей не обнаруживалось. Ну а встречный поток темной материи не должен был нарушить сложных энергетических полей двигателей, управляющих самым мощным топливом на Земле.
Наступило время, когда экипаж превратился в статистов, вдавленный в противоперегрузочные кресла и едва шевелившийся. Несколько суток они будут лишь следить за параметрами полёта и работой оборудования.
Глава 7. Волчья стая.
Старик не соврал. На последнем полузаброшенном этаже Суперполиса они нашли свою легенду. Здесь было царство машин и механизмов, энергетических установок и неизвестных им работающих устройств. Оно простиралось на десятки километров. Воздух пах подгоревшей пылью, техническими маслами. Гигантские пространства были скудно освещены. Их пронизывало разномастное гудение и вой, вплоть до исчезающего на самых высоких нотах визга.
Они знали, что нельзя приближаться к устройствам возле которых даже окружающий воздух светился от гигантских энергий. Здесь было опасно. Очень опасно. Сюда было запрещено проникать и все входы охранялись. Но им удалось нащупать сканером старое монтажное, плохо заделанное, отверстие о котором помнил престарелый строитель полиса. Мальчишки не раз выручали его. И вот они здесь.
Стайка ещё глупых мальчишек сорванцов. Они ещё не научились бояться смерти. Жилеты для магнитного транспорта и нехитрые приспособления помогли им достигнуть высокого грубого каменного потолка. Он скрывался за иллюзорной плоскостью фальшпотолка, схемой этого царства машин. Фальшпотолок оказался теперь под ними, а они примагнитились к старому заржавленному люку. Витька Вергун колдовал с шифрами и блоками этой волшебной двери уже с полчаса. Изнывающий загорелый и шустрый как ртуть Фет отвесил ему подзатыльник.
–Давай быстрее, спалимся, -шёпотом потребовал он.
Как вожак их группы он незамысловато руководил ими и стимулировал к действию как умел. Витька, не отрываясь от кодовой панели, наугад лягнул ногой в направлении агрессии. По кому-то попал, судя по шипению.
–Заткнитесь придурки. Тут военные системы слежения надо отключить. Иначе точно задницу надерут.
В братовом великоватом кибершлеме и подключенных к нему электронных перчатках он в полутьме упорно сражался с запорами. Похожий в этих аксессуарах на жука, он стал главным препятствием к цели для нетерпеливых мальчишек. Но его ценили за почти гениальные хакерские способности и многое прощали.
Наконец ржавый люк мигнул призрачным светом и отъехал в сторону. На еле удержавшихся за обрамляющую люк раму нарушителей посыпалась ржавчина и целый поток пыли. Чихая и отфыркиваясь они проскочили толстое перекрытие и вывалились на следующий совсем тёмный этаж. Технический чердак служил защитным демпфером суперполиса.
–Зараза, а где же крыша, -парнишки разочаровано выражали своё неудовольствие.
Утыканный толстыми колоннами лабиринт терялся в темноте. Тут было очень тихо. И ребятам стало жутковато. Они пробирались по щиколотки в тёплой и противно ласковой пыли в поисках заветного лаза. Натыкались на непонятные сооружения. Обходили отгороженные сплошными стенами пространства.
Здесь можно было блуждать, в этом забытом пустом городе, неделями. Но им повезло. Они наткнулись на аппарель, ведущую к крыше. Взбежав по ней оказались перед массивными воротами. Их защищало гудящее поле. Усталые и грязные парнишки уселись на корточки и стали терпеливо ждать пока их хакер мудрил с последним препятствием.
Квест затягивался. Они устали и проголодались, а прихватить что-то для перекуса забыли. Да и дома их могли хватиться. Но они полны были решимости пройти это испытание. Они должны были совершить что-то необычное и смелое. Тогда бы старшие группировки признали бы их пока неофициальной командой. А там уже можно было укрупняться и добиваться официального полисного статуса. Отчаянным мальчишкам очень хотелось признания и уважения.
Вдруг ворота ушли в стену и на нахохлившихся беглецов рванулся мощный порыв ветра. Он опрокинул их, и они чуть не покатились вниз. Смеясь они преодолели тугую струю воздуха и вышли наконец на открытое солнечное пространство. Ворота встали на место.
Это запретное место оказалось настоящей заоблачной страной Оз. Среди многочисленных торчащих оголовков, скрывающих от взоров внутреннее устройство, росли кусты и деревья. Зеленела трава на нанесённом за десятилетия ветром грунте. Попадались пустынные каменные плеши со стоянками законсервированных флаеров.
Но дикий восторг захватил их, когда они взобрались на высокий парапет и заглянули вниз. Многокилометровая пропасть открывала далёкие горизонты планеты. Барашки облаков летели далеко внизу под ними. Ветер грозил сорвать и унести вниз вцепившиеся в решётки руками и ногами фигурки. Развевал их волосы. Врывался в кричащие, оскаленные от адреналина рты.
В этот день они состоялись как команда. В инфосети много народа наблюдало за их трансляцией. Такого давно не видели. Их проделка не осталась незамеченной службами города. Влетело им по первое число. Родители были оштрафованы на кругленькую сумму за проникновение на стратегически важный объект. Но власти учли народный порыв и сделали на крыше прекрасный парк. Организовали легальный поток желающих там безопасно отдохнуть и полюбоваться прекрасными видами.
Оказывается, на покрытие выходило много вертикальных транспортных колодцев. Пришло время разблокировать шапку суперполиса. А Фет со своей командой впервые попал во внимание властей как многообещающий юный лидер. И официальное становление их команды хоть и было не простым, но началось именно тогда.
Это было начало большого пути. Это был момент истины с которого они упорно трудились, совершенствуя себя, продвигаясь к своей мечте. Ужасную и жестокую конкуренцию им пришлось преодолеть в жизненной гонке с детства. Едва они подросли и осмелились оторваться от маминой юбки.
Детство у них было не простое. Родились и выросли многие из них в Западном суперполисе. В гигантском городе крепости. Наружные стены которого достигали почти километровой толщины из литой скальной породы. Верхушка упиралась в облака. Вес этого монументального сооружения даже немного продавливал континентальную плиту. Не все хотели ради безопасности зарыться под землю и на планете выросло несколько национальных суперполисов.
Целый горный хребет был разрушен и переплавлен в циклопическое сооружение пятидесяти километров в диаметре. Слегка конусовидная вавилонская башня исчезала в облаках. Очертания её даже в ясный день казались размытыми. Мощные защитные поля готовы были отразить любое нападение. В суперполисе находились сплошные жилые массивы со своими источниками энергии, мощными генераторами защитных полей. Это были сверхгорода-государства с полным закрытым жизненным циклом и всеми атрибутами государственного образования.
Не смотря на запреты на исследования и синтезирование биологических и комбинированных организмов по планете прокатывались пандемии искусственно создаваемых бактерий, вирусов и микробиотов. Избавиться от некоторых было невозможно в неконтролируемой среде. Ежегодно вымирало большое количество населения. Спецслужбы искали и уничтожали создателей опасных созданий, но это помогало мало.
Не просто было стать гражданами суперполисов. Даже не просто было посетить его. На входах кроме установления личности производился бактериологический, радиологический, кибер и химконтроль, обеззараживание. Транспортные средства, робототехника, гаджеты и одежда сдавались на склад и в пользование выдавались внутригосударственные.
Порождения неконтролируемых противозаконных экспериментов порой пытались заполонить планету, нарушая сложившиеся экосистемы и биологическое равновесие. Усилия спецслужб мирового правительства по стабилизации биосистемы планеты были явно недостаточны.
Всё же Ульф с теплотой вспоминал своё дошкольное детство.
Едва Ульф научился разговаривать, его стали «отправлять» в виртуальную школу Клинтервуда. Самое массовое и патентованное педагогическое учреждение, позволяющее безопасно получить первые необходимые знания и навыки общения, выживания в дикой природе, не подвергаясь опасностям реального мира. Вся обстановка и тактильные ощущения были крайне реалистичны и порой дети первое время с трудом отличали свою реальную жизнь и то что с ними происходило в виртуальном мире.