Я приду с дождём

«Кое-кто покроется пятнами, либо обчихается. Но если это поможет сбежать от самовлюбленного айдола…» – подумала Минна и дрожащей рукой взяла чашку, но Хо Юри неожиданно повернула поднос.

– Возьми с лаймом. У господина Ли Хёна живот крутит с самого утра. Ромашка – для него.

Минна выдохнула с облегчением и сделала глоток, но горло словно стянуло нитками изнутри. Незримый душитель сшивал его, пока язык не онемел. Она упала, содрогаясь и открывая рот, как выброшенная на сушу рыба.

– Юри, звони в неотложку! – Ли Хён склонился над Минной и посмотрел сквозь жалюзи в коридор, где нетерпеливо подергивал ногой Ли Юнхо. – Нет, лучше в клинику, забронируй вип-палату!

Отдав распоряжение, блондин внезапно потянулся скрюченными пальцами к собственному горлу, повалился на бок и разразился приступом кашля.

Юри испуганно вскрикнула и заметалась в поисках телефона. Обнаружив его за ширмой, она сделала звонок и выскочила в коридор:

– Мне жаль, но встреча отменяется. Господину Ли Хёну и девушке стало плохо, скорая уже в пути.

– А у него здесь насыщенная жизнь. Целое представление разыграл, – с прохладцей произнес Мистер Совершенство.

– Простите?

– Не берите в голову. Он всегда таким был.

– Вы близко знакомы с господином Ли Хёном? – поинтересовалась менеджер, а когда парень шепнул ей на ухо, кто он, забеспокоилась. – Почему же вы не сказали сразу, господин Ли Юнхо?

– Во-первых, вы приказали охранникам не пропускать меня. Во-вторых, к дураку нужен дурацкий подход.

– Я передам, что вы приходили! Лишь бы все обошлось…

– С ним все будет хорошо. Я навещу его позже.

Минну и Ли Хёна доставили в элитную клинику, где провели быстрый осмотр и поставили капельницы. Около часа процедурная сотрясалась от квакающих и рычащих звуков. И лишь около трех дня их, разделенных синей шторкой, оставили в покое в вип-палате с двухметровой плазмой и климат-контролем.

– После того, что ты видела…

– Давайте сделаем вид, будто мы оба ослепли и оглохли, – обрубила Минна, вспоминая, как ее вырвало на айдола в машине неотложки. – Стоило забыть о совести и продать оба билета кому-нибудь из той очереди.

– Если серьезно… Почему Су Мирэ не пришла? Ты ее подруга?

– Я понятия не имею, о ком вы.

– Без шуток, кто мог потерять выигранные вип-билеты в Ихва-доне? Такие вещи хранят у самого сердца.

– А я не говорила вам, что нашла их в Ихва-доне…

– Ляпнул наугад. Не веришь – пощупай пульс. – Айдол отодвинул шторку и взял Минну за руку. Сердцебиение действительно было ровным. Ладонь что-то кольнуло, будто к коже приложили тлеющую спичку – это оказался маленький воспаленный шрам. – Ты поранилась. Медсестра должна обработать его и… красные пятна на твоем лице. Наберу Хо Юри.

– Не стоит, скоро пройдет. Я впервые попробовала лайм.

– Да, но дело в другом. Существуют две ненавистные мне вещи: тотальный контроль и изъяны на коже.

– Это поправимо, – парировала Минна и задвинула шторку между ними.

За дверью послышалось бормотание, и в палату вломился человек с огромным объективом. Юри с трудом вытолкала его и сползла по стенке.

– Вот проныра! Куда смотрит охрана? Ноготь сломала…

Но Ли Хёна заботило совсем иное. Наморщив лоб, он напряженно переваривал какую-то информацию.

– Хо Юри, я только что опомнился, – проворчал айдол. – Почему звезда и фанатка в одной палате?

– Господин Ли Хён, вы сами отдали распоряжение.

– Что же… Быть ближе к поклонницам – часть имиджа.

– А я не ваша поклонница, – добавила Минна. Она зажмурилась и чуть слышно пробормотала себе под нос: – Мистер Совершенство оказался прав – он пустышка.

Молчание за шторкой сменил громкий вздох.

– Пять минут в моем обществе, и ты изменишь мнение. Не существует той, которая бы не восхищалась моей внешностью, обаянием, остроумием, талантом и…

– Существует, и не одна.

– Сколько? Три, шесть, десять?

– Речь о миллионах. А еще у вас что-то синее под глазом.

– Тональный крем смазался! Хо Юри, Хо Юри! – завопил Ли Хён.

Менеджер давно сняла туфли, облокотилась на подоконник и увлеченно считала птиц на ветках.

– Хуже ребенка! – Помощница собрала шелковое полотно волос в пучок, достала из сумочки косметичку и припудрила проступающий синяк. Ли Хён терпел со страдальческим видом. Потом она принесла воды, и парень жадно выхлебал все до дна. – Вот к чему приводят ваши ночные похождения!

– Хо Юри, свет от окна не загораживай! – Айдол снова застонал, пытаясь найти наиболее выгодный ракурс для фото. – Я сделаю селфи из больницы и опубликую в соцсетях. Лучше опередить СМИ. Что там врач написал в анамнезе?

– Не торопитесь и успокойтесь. Я встретила старшего инспектора Дон Юля в холле. Чуть позже вас опросят как свидетеля.

– Свидетеля чего?

– Прошлым вечером пропала фанатка, с которой у вас вчера состоялась встреча. Ее ник – Чаньми Уайт. Белая роза.

– Не умничай. Я могу это перевести…

– Я объяснила, что Су Мирэ возглавляла ваш фан-клуб и пришла забрать выигранные вип-билеты. Серебристых было всего два – именно их нашла Со Минна. Су Мирэ покинула здание нашего офиса при свидетелях. Как минимум десять человек из охраны и администрации могут это подтвердить. И если бы вы не шлялись где попало… – Хо Юри задержала дыхание. – Ваш брат внизу пытается уладить шумиху среди репортеров.

– Ли Юнхо уже здесь?

– Уже? Стоило предупредить, что ждете родственника. Тогда ему не пришлось бы унижаться перед охраной и выкупать вип-билет. Продюсер сделал мне выговор за то, что я проигнорировала известного адвоката.

– Сходи вниз. Если Ли Юнхо там, скажи, что я крепко сплю. А лучше, что впал в кому на неопределенный срок.

Менеджер вышла, и медсестра принесла два файла с медицинскими заключениями. Юри вернулась и всучила Минне синюю папку.

– Со Минна, возьмите! – она сымитировала дружелюбие, обнажив выдающиеся клыки. – Договор о неразглашении информации. Нужно подписать вот здесь, внизу. Ваше имя, телефон и прочее…

– Что именно держать в секрете?

– Все, начиная с момента, как вошли в кабинет господина Ли Хёна. В противном случае, мы встретимся в суде.

Не успела Минна довести подпись, как Юри вырвала из ее рук бумаги и спрятала в ящик тумбочки айдола. Тот оживился:

– Ее зовут Минна? Не Джиён? Кому я оставлял автограф?

– Господин Ли Хён, вам вредно нервничать. Скажите, вы в рвоте ничего не находили?

– Юри, ты думаешь, я с ней в куличики играл?

– Я потеряла кольцо. Не могло ли оно упасть в заварник?

– Ты поджидаешь, когда я оседлаю унитаз? Только удавы глотают что попало. Уволю тебя и найму ту… как ее там…

– Извините. – Юри поклонилась, впившись ногтями в сумочку. – Я отойду ненадолго. Нужно переговорить с продюсером.

В клинике наступил час, когда все пациенты отдыхали от процедур или спали. Минна ворочалась с боку на бок, прислушиваясь к шагам в коридоре. Укол от аллергии снял удушье, и она еле слышно слезла с койки.

В промежутке между стеной и шторкой проглядывались изящные пальцы и шевелюра Ли Хёна.

«Даже спит как кукла. Надо бежать из этого дурдома, пока он не проснулся».

Минна открыла ящик тумбочки и забрала свою папку с заключением врача. Каково же было ее удивление, когда в пасти рюкзака, между тетрадями и книгами, вновь заманчиво зеленели семь тысяч долларов!

«Так он забрал свои деньги или нет? Я же видела, что этот отдел был пуст! Если Мистер Совершенство брат Ли Хёна, я спокойно могу оставить эти купюры здесь. Да, так и поступлю!»

Минна написала записку с пометкой «Ли Юнхо за билет», подошла к тумбочке Ли Хёна и открыла папку с медицинским заключением, чтобы вложить в нее деньги.

«Что? Воспаление желудка от чрезмерного злоупотребления соджу по утрам? Обманщик! – Минна даже взвизгнула от негодования. – Врет, что ведет здоровый образ жизни! Стоит ли огорчать Джиён?»

Минна закинула на спину рюкзак и, казалось бы, мастерски кралась по коридору. Ей даже повезло с пустым лифтом, но стоило дверям разъехаться на манер театрального занавеса, перед ней предстал Ли Юнхо. Он замешкался и шевельнул губами, явно собираясь что-то произнести.

Это была катастрофа – пятна еще не сошли с лица Минны. Склонив голову, она побежала на таран, проскользив подошвами прямо до ресепшена. Мистер Совершенство апатично посмотрел ей вслед и о чем-то задумался, а потом убрал руку с кнопки «Вызов» и ушел за поворот.

Только девушка успокоилась, как квадратный полицейский, похожий на откормленную лохматую дворнягу, преградил ей путь.

– Со Минна? – вылетело из-под густой щетки усов.

– Да, – ответила она и замахала руками, – я подписала договор и обещаю молчать!

– Старший инспектор Дон Юль, старый друг вашего педагога по уголовному праву, Чан Богома. Видел ваше фото на доске почета в колледже. Как самочувствие?

– После капельницы лучше. Аллергия часто застает врасплох. Но не думала, что она у меня на все на свете.

– Вы сейчас улепетывали от господина Ли Юнхо?

– Вам показалось. Просто… спешу на работу. Я официантка в закусочной «Синий дракон». Это район Ихва-дон в округе Чонногу.

– Там с холмов открывается прекрасный вид на луну – вой сколько влезет. И закусочные превосходные!

– Если опоздаю, одна закроется.

– Понимаю. Опрос не займет много времени. Менеджер господина Ли Хёна доложила о случившемся конфузе. Кем приходитесь и как здесь оказались, объяснять не нужно. Кстати, давно вы являетесь поклонницей господина Ли Хёна?

– Почему все записывают меня в фанатки? Я же сказала, что нашла эти билеты в Ихва-доне. Можете сами убедиться, просмотрев видео с камер.

– Непременно. Но можно найти билеты и быть фанаткой.

– Вы мне не верите?

– Почему же не верю? Просто это нормально. Он – популярный молодой человек. Вы – юная девушка. Стало быть, и с его фанатками не общались?

– Никогда, если не считать мою подругу Джиён, но у нее что ни год, то новое увлечение.

– Из-за грозы большинство камер дали сбой. По счастью, пару записей сохранились. Взгляните на распечатки. В таком качестве трудно опознать, но… – Полицейский показал карточки: на мутных фото была запечатлена девушка в школьной форме и полосатой шапке. – Последняя сделана неподалеку от «Синего дракона».

– Ливень всех разогнал. Ее я точно не видела.

– Су Мирэ была фанаткой господина Ли Хёна и вчера не вернулась домой. Она еще учится в старшей школе, поэтому родители забили тревогу к двенадцати, когда обзвонили ее друзей. Кое-какие ее вещи были найдены утром в районе Ихва-дон. – Когда Минна помотала головой, он показал другую карточку, где долговязый парень в оранжевой толстовке заносит ногу на пешеходный переход. – А его не припоминаете?

Минна пригляделась к фотографии.

– Стойте! Капюшон, очки… Так же сгорблен… Он стоял у закусочной с восьми до десяти! Мы с коллегами спорили, зайдет он или нет. Потом ударила молния, и начались перебои с электричеством.

– Значит, двое коллег могут подтвердить ваши слова?

– Да. А кто он? Неужели Ли Хён?

– Громкое было бы заявление. Господин Ли Хён – важный свидетель и последний, кто общался с Су Мирэ.

– Да, вряд ли он спрятал ее в мешок и выбросил в подворотне. – Минна прыснула и мгновенно зажала рот ладонью. – Извините за эту шутку. Он такой… Неважно. Что ему делать в Ихва-доне поздно вечером, да? Хотя его брат заходил в закусочную. Может кто-то организовал тур по трущобам для богачей?

– Господин Ли Юнхо вчера был в «Синем драконе»?

– Видели когда-нибудь, чтобы человек оставался сухим после дождя?

– Люди с хорошими связями всегда выходят сухими из воды. Что ж, благодарю за уделенное время. Нужды вызывать вас в отделение нет, ведь вы уже подписали договор о неразглашении информации. Как, собственно, и все в этом здании.

– Я буду молчать в любом случае. Такой уж характер. Извините, мне пора в мою реальную жизнь. Господин Ли Хён развлекается, скрываясь от репортеров. А мне придется скрываться, если не оплачу аренду квартиры.

– Если вспомните что-то важное…

Минна подошла поближе и шепотом сказала:

– Тот парень курил у закусочной. Урны убирают дважды в неделю. Еще можно найти окурки и сделать экспертизу.

– Со Минна! – Полицейский разразился смехом. – Неплохо, неплохо… для детективного романа. Господин Ли Хён не курит. Да и, поверьте на слово, делать это под дождем – танцы с бубнами.

– Я пошутила. А эта ситуация может быть как-то связана со сбежавшим сумасшедшим?

– Мы не обладаем достаточными сведениями на этот счет. Но будьте предельно осторожны, не ходите вечерами в одиночку.

Минна попрощалась с полицейским. Потоком воздуха, рвущимся из кондиционера, девушку вынесло на улицу, где она сходу запрыгнула в автобус. Доставая из рюкзака студенческий билет, Минна в шоке обнаружила, что семь тысяч долларов никуда не делись.

«Я ведь оставила их в папке Ли Хёна!»

Голова до сих пор кружилась, а ладонь покалывало. Номер Ко Соён посылал долгие гудки и предлагал перезвонить позже.

«Ответь, Ко Соён! Госпожа Пак Набом выселит нас, а ты даже не узнаешь! – мысленно ругалась Минна, обреченно утопив телефон в рюкзаке. – Ладно, как-нибудь справлюсь. Если не сойду с ума окончательно. Завтра же запишусь к психотерапевту!»

Безумные утренние события отбили желание смотреть в окошко, и она чуть не проворонила остановку. Закусочная на удивление оказалась переполнена людьми. Джиён выделывала зигзаги от столика к столику, лавируя с подносом, заставленным едой. Гон Сону размялся за кассой и помахал рукой:

– Минна! Опаздываешь.

– Извини, – смущенно ответила девушка, заправив челку за ухо, – а что происходит? Хозяйка рекламу на телевидение дала? Или заплатила конкурентам?

– Сам не знаю. С обеда клиенты повалили. Хотел позвонить тебе утром, но…

– Мне? Зачем?

– Сменная серая рубашка куда-то делась. Обычно ты относишь форму в химчистку, вот я и…

– О, нет! Не ищи! Завтра принесу. – Минна смутилась, вспомнив, что отдала ее Мистеру Совершенство, и придется раскошелиться на новую с всученных им денег. – Хозяйка здесь?

Парень мотнул кудрявой головой в сторону подсобки.

– Передай ей, пожалуйста. – Минна положила деньги на столешницу. – Моя половина за прошлый месяц.

– Тебе лучше побыстрее смыться. Госпожа Пак Набом рвет и мечет: боится скандала. Полицейский допрашивал нас насчет вчерашнего чудика.

– Вот так скорость у стражей порядка!

– Это не худшее. Какой-то тип заходил вместе с ним. Пожаловался, что ты плеснула в него кофе. Но я рад, что он избавил нас от картины! Еще та страхолюдина была…

Разумеется, кассир говорил о Ли Юнхо. Клиенты – в принципе существа непредсказуемые, но некоторые из них настолько странные, что хочется внести их в «Красную книгу».

– Кстати, Минна, а что это за пятна у тебя на лице?

– Приступ аллергии. Выгляжу ужасно, да?

– Вовсе нет. Но как ты себя чувствуешь? Сможешь работать?

– Не уверена. Голова немного кружится.

– Тогда иди домой. Я все объясню госпоже Пак Набом. Подменишь Джиён завтра во второй половине дня? Мне позарез нужно освободиться.

– Без проблем! Спасибо тебе!

Следующим вечером Минна надела нелепый желтый шлем с красным гребешком и приготовилась развозить на мопеде жареную курицу. Вкупе с горчичным плащом складывался неплохой маскарадный костюм цыпленка. Ко Соён так и не вернулась, а ее семья подала заявление на розыск. Свое кольцо Минна тоже так и не нашла. Госпожа Пак Набом хоть и страдала легкой клептоманией, но пятого мая была в отъезде, и все указывало на то, что именно соседка взяла кольцо с изумрудом. Однако Минна не решалась рассказать о догадке полиции из сочувствия к ее родителям.

Прислонив мопед к перилам серого панельного дома, она взяла пакет и, задрав голову, посчитала этажи – их было девять, а значит, это повод вызвать лифт. Но, выбежав из него на лестничную клетку, Минна испытала дежавю, столкнувшись с Ли Юнхо.

– Вы тоже сюда? – Она кивнула на деревянную дверь с белым номерком четыреста сорок четыре и потрясла пакетом с заказом.

– Да, – односложно ответил он и отвернулся, будто рядом никого нет, но его взгляд забегал по стенам.

Минна нажала на кнопку дверного звонка, и внутри квартиры залаяла собака. Сразу стало ясно, что это зацикленная запись. Долгое время никто не открывал, но потом хозяин квартиры зашаркал тапками.

Посмотревшись в зеркальную колонну, Мистер Совершенство кашлянул в кулак и взъерошил яркие, как языки пламени, пряди челки. Складывалось впечатление, что за дверью его ждет девушка, но открыл старший инспектор Дон Юль. Он удивился не меньше Минны, увидев их вдвоем.

– Доброго вечера и полной луны, – поздоровался инспектор, убрав с лица спутанные пряди.

«Где-то я это уже слышала», – копалась в памяти Минна.

Вручив полицейскому курицу, она хотела поскорее уйти, но он пригласил ее в гости. Девушка раскраснелась, а Юнхо что-то промычал. Трудно было определить, против он или всегда носит маску презрения.

Квартира старшего инспектора напоминала собачью конуру, темную, с аскетичным интерьером, и больше подходила для холостяка, хоть он и упомянул, что живет с женой. Синие стены, темная кондовая мебель и огромная плазма посреди гостиной, заваленной одеждой – этим можно было бы закончить описание, если бы не одна странность: по периметру комнаты, на деревянной балке висели чучела птиц всех мастей.

– Дон Суа на недельку уехала к сестре, – оправдывался он, сгребая со столика бутылки соджу. – Присаживайтесь и угощайтесь. Готовить некому. После рекомендаций Со Минны решил попробовать жареную курочку из «Синего дракона».

Гости присели на диван только по окончанию игры «Испепели взглядом». Дон Юль поставил перед ними две увесистые чашки с пакетированным чаем, отдающим соломой. Он выправил растянутые на коленях треники и сгорбился в кресле напротив гостей, задавая Минне вопросы на отвлеченные темы.

– Юнхо, – вдруг сказал он, – ты сегодня как воды в рот набрал.

– Поговорим, когда она уйдет.

– Не обращайте на него внимания, Со Минна! – отмахнулся старший инспектор. – Обычно я дома о работе не разговариваю, но…

– Дон Юль!

– Что? Ну, завтра-послезавтра же в газетах все равно напечатают! На одной из улиц нашли открытое такси, из которого несло тиной. Неподалеку лежал водитель с пробитой головой. Как оклемается, даст показания. Вечно на убывающую луну случается всякая чертовщина!

– А почему в это время? – заинтересовалась Минна.

– Много бестолковых вопросов задаешь, – прервал ее Юнхо и отобрал чашку. – Тебе на следующий заказ не надо?

– Наверное, на днях меня подвозил тот же водитель. Упитанный, со шрамом на затылке. Знаете, у нас в деревне Лисьи Норы такая вонь стояла на болотах.

– Ты уйдешь или нет? – не успокаивался Юнхо.

Дон Юль сощурил глаза и украдкой глянул на обоих, громко отхлебнув чай.

– Я уж решил, что вы пришли вместе, – ровно сказал он, но усы не могли скрыть его улыбки, а радужки будто вспыхнули малиновым. – Адвокат Ли, проводи девушку. Сейчас небезопасно.

Под столом парень пригрозил полицейскому кулаком, но Минна первая спрыгнула с дивана. Не потому, что заметила странные отблески в глазах инспектора, а потому что присутствие Юнхо было пыткой.

– Нет-нет, я доберусь!

– Вы же понимаете, что бродить вечерами опасно?

– Да, я лучше многих понимаю, каково семье пропавшей школьницы. Знаю, как тяжело хранить надежду, что близкий человек жив и помнит о тебе.

Юнхо посмотрел на официантку так, будто она сказала нечто воистину поразительное. Он даже развернулся всем телом в ее сторону и прошагал за ней в коридор.

Попрощавшись со старшим инспектором, Минна поскорее вызвала лифт, но Юнхо успел проскользнуть следом за ней в кабину между закрывающимися дверьми. На одном из этажей в нее набилась галдящая компания, склеив их в единое целое. Парень несколько раз отпихивал соседей Дон Юля спиной, но все равно в итоге оказывался прижатым к Минне, тем самым вдавливая ее в стенку и дыша ей в лоб.

– Даже если эта встреча – случайность, – прокряхтел он, – дальше делай вид, что мы незнакомы.

«Даже если?! Кое-кто преследует меня во снах!»

Оба вздрагивали от каждого соприкосновения рукавами. Стало ужасно душно, и на первом этаже все буквально высыпались из лифта.

Мопед и шлем Минна пристегнула к перилам, чтобы забрать утром. Юнхо вызвал для нее такси и заплатил водителю, предварительно осмотрев салон и сделав фото бейджика с именем. Тот ничуть не удивился: все организации были настороже.

– Прощай, – сказал Юнхо, сажая Минну в машину, и побрел вдоль улицы. Пока такси отъезжало, девушка смотрела ему вслед, соображая, во что она все-таки вляпалась.