Дорога

– Рак мозга.

– Господи, да ему же и сорока то еще нет!

У отца Елены рак мозга. Нужны деньги, много денег. Это было под конец весны, прямо перед государственными выпускными экзаменами в школе.

Следующие одиннадцать месяцев были как сон. Кошмарный сон, от которого нельзя отмахнуться, финал которого ты изначально знаешь, и он страшен, но надежда теплится в сердце…

А под конец – сердце разбивается!

Сначала – больницы, клиники, лучевые терапии, горы таблеток и уколов, потом – знахари и колдуньи, бабушки из глухих деревень, нашептывающие в ухо непонятные слова и поящие горьким отваром, ну а закончилось все церковью, многочасовые службы, горы свечей, иконы в квартире…

Отца не стало в апреле. Это было тяжело. Хотелось умереть вместе с ним. Не хотелось верить в его гибель. Но вместе со смертью в семью пришло и осознание, что смерть была избавлением. Под конец жизни отец перестал узнавать родных, близких, друзей. Он кричал по всем ночам от боли. А потом он перестал вообще понимать что-либо: он не понимал, что такое туалет, он не понимал, что нужно пережевывать пищу… Он превратился в овощ. Елена и мать по очереди дежурили у его кровати. Поспать за день час или два – было счастьем. Мать была вынуждена бросить работу. Теперь, единственная кто зарабатывал деньги – была Елена.

В школе она шла на золотую медаль. Но кто она такая, чтобы ее получить. Классная руководительница отводила в сторону глаза, и говорила о каких-то там квотах… Елена не слушала и не понимала ее. Ей тогда было все равно.

– Дирекция школы просит вас отнестись с пониманием. Это не мы виноваты! Леночка! Ты же знаешь, как я тебя люблю и уважаю! Но так получилось! Не обижайся!.. Мы просим не устраивать скандала и не жаловаться никуда. За экзамены тебе поставят четверки. Ну, у тебя ж и так отличный аттестат! С твоими амбициями, ты и так пробьешься!

В результате золотую медаль получила девочка из параллельного класса. Ее папа работал в администрации губернатора… По слухам, она была дерзкая и тупая… Но такова жизнь!

После смерти отца Елена решила для себя, что пора продолжать учиться. Денег не осталось от слова – «совсем»! Об институте можно было пока забыть. Оставался техникум, колледж, суть одна. Она всю жизнь мечтала пойти учиться на экономиста. Точные науки были ее стезей, она была влюблена в математику. Но вдруг, неожиданно даже для себя, решила идти в юридический. Заочно, естественно. Никто за нее работать не будет!

Неожиданно возникла еще одна проблема. Мама начала сначала выпивать, а потом пить. Пить запоями, до поросячьего визга. Елена начала бороться с этим маминым пристрастием. Сначала уговорами, потом скандалами, потом отправлением мамы на лечение. Но, ни чего не помогало. Женский алкоголизм неизлечим. А мама превратилась в алкоголика. Смерть папы подломила ее. Она не хотела без него жить. Не то, чтобы она его, когда то сильно любила, но пустоту, которую он создал своим уходом, нужно было хоть чем-то заполнить. А другого выхода кроме как алкоголь (самого простого выхода!), она придумать не могла.

Из квартиры, где Елена проживала с матерью, стали пропадать вещи. Вскоре, стали пропадать и личные вещи девушки, из ее комнаты. Пить на что-то было нужно, а на работу мама так и не устроилась. Елена как могла, мирилась с этим. Она пригласила мастера, и он поставил добротный замок на дверь своей комнаты. Потом в квартире стали появляться мало приятные «гости». Именно так называла их мама. Они пили, орали, соседи вызывали полицию, они уходили, но через какое-то время возвращались.

Через год после начала учебы, Елена вынуждена была съехать от матери на съемную квартиру. Она неплохо зарабатывала, колледж денег требовал не много, и она могла позволить себе тогда квартиру.

Но работала Елена на тех же низкооплачиваемых работах, а это ее уже не устраивало. Она была в постоянном поиске. И ей повезло…

Она думала, что ей повезло.

3.

Это было летом между вторым и третьим курсами. Только закончилась практика, Елене посчастливилось проходить ее в суде. Судье, не молодой уже женщине, Елена сразу понравилась. Умная, энергичная, скромная – она не могла не понравиться.

– Закончишь учиться, приходи, помогу, чем смогу! – обещала судья.

Елена прибежала домой радостная. Судья была для нее непререкаемым авторитетом. Елена была счастлива, что, возможно, сегодня она сделала хоть маленький, но все же шаг в направление будущей карьеры.

С этим оптимизмом и верой в свои силы, Елена вновь просматривала сайт объявлений о работе. И одно объявление привлекло ее внимание: «Директору крупной компании требуется секретарша. Оплата высокая. Конкурс на место большой. Если хотите попробовать свои силы звоните по телефону…»

Через день, Елена была уже на собеседовании. Крупная солидная строительная фирма. Директор – солидный седовласый старый мужчина. Хотелось бы сказать старик, но язык не поворачивался. Ему было 62 года. Ясные черные умные глаза. Небольшой животик. Дрожащие руки. Огромный второй подбородок, скрывающий кадык. И властный голос, привыкший приказывать. Михаил Андреевич. Есть люди, которым имя подходит, ты не представляешь, что их могут звать по-другому. Но только не этому человеку. Его можно называть как угодно, любое имя ему бы подошло, но и не подошло бы одновременно. Таких людей все обычно зовут Шеф, Босс, Начальник. Именно всегда с большой буквы и с большим уважением. Имя здесь не важно! Важна должность, авторитет и беспрекословное подчинение.

Через две недели Елена приступила к работе. Как она и предполагала, справлялась с ней она очень хорошо.

Пять месяцев на новой работе пролетели как один день. Работы было очень много. Приходилось иногда до полуночи оставаться в офисе, иногда, здесь же и ночевать, ну а уж выйти на работу в выходные – это само собой разумеющееся дело. Документов было так много, что из всех этих кип бумаг самих, наверное, можно было бы построить целый дом. Плюс документы в электронном виде. Все это скрашивала огромная, как казалось Елене, зарплата. За пять месяцев Елена успела накопить столько, сколько не заработала за всю предыдущую жизнь. Впереди замаячила перспектива поступления в институт. Ну а работать без выходных, целыми днями и ночами – это уж Елене не привыкать! «Раньше вкалывала так, что спина не разгибалась, а по клавишам то долбить – справимся!» – думала девушка.

В конце осени на работу устроился молодой симпатичный менеджер по продажам Игорь. Веселый, взбалмошный, но в то же время целеустремленный, и до крайности работоспособный. Он сразу понравился Елене, не то чтобы она в него влюбилась, но он ей симпатизировал, как еще никто до этого. По его взглядам было понятно, что и Елена ему понравилась.

Подходил к концу декабрь. Началось время корпоративов. Приближался всегда волшебный и самый добрый праздник – Новый год. Игорь оказывал все больше и больше недвусмысленных знаков внимания. Елена делала вид, что не обращает на них никакого внимания, но они оба понимали, что она лукавит. Елена знала, что еще чуть-чуть, и она сдастся на милость этого «кавалера», как она про себя называла его.

На двадцать восьмое декабря был назначен корпоратив.

А двадцать седьмого декабря – шеф рвал и метал. Что-то там где-то не срослось. Елена догадывалась, что и где. Вчера шеф ездил в областную администрацию, самолично развозил новогодние подарки. В его огромный джип было загружено так много коробок, пакетов, букетов, что Елена подумала про себя с улыбкой, что и уборщицам в администрации подарков хватит. Это была ежегодная традиция: одаривать, кого следует. Но в этом году в подарки была вложена просто неимоверная сумма. Шеф пробивал выделение себе особенного участка под строительство. В самом сердце областного центра, самый лакомый кусок земли из всех, что ему когда-либо выделялся.

Видимо, возникли проблемы. Михаил Андреевич, безусловно, все объяснит, когда успокоится, сейчас с ним об этом говорить было бессмысленно. Он заперся в своем кабинете на целый день и все звонил, и звонил куда-то. Вечером он вышел из кабинета и направился к Елене.

– Леночка, слушай, давно хотел у тебя спросить: как тебе работа? Нравится у меня работать?

– Да, очень нравится, Михаил Андреевич! – вопрос обескуражил Елену. – А что, вы не довольны мной? Я что-то не так делаю?

– Мне нравится, как ты работаешь, Леночка. Очень нравится. Но ты же понимаешь, что на твою должность кандидатов – пруд пруди!? Я тебя, Леночка, на работу взял не только работать, но и отдыхать… А ты за пять месяцев ни капельки внимания мне не уделила. Не хорошо, Леночка, очень не хорошо!

– Михаил Андреевич, я вас не совсем понимаю.

– Да все ты Леночка понимаешь! И я все понимаю! Завтра на корпоративе отдохнем… и после него тоже.

С этими словами шеф подмигнул Елене и вышел.

Елена весь вечер думала над словами шефа. Она поняла, на что намекал он. Она анализировала все пять месяцев своей работы, но не находила даже одного намека своего Шефа за все время, на что-то неприличное. Не было косых взглядов, случайных прикосновений, колкостей – вообще ничего! Может шеф так ее проверяет? А может просто шутит? С этими беспокойными мыслями она уснула лишь под утро.

Двадцать восьмое декабря – обычный рабочий день, укороченный на час шефом. Потом все едут в ресторан, снятый фирмой. Михаил Андреевич сегодня был спокоен. Он даже шутил. Про вчерашние слова не вспоминал, не упомянул их ни разу. Вел себя как обычно – деликатно и корректно. К концу дня Елена списала вчерашний разговор на усталость и недовольство шефа, и успокоилась. В четыре часа вечера она переоделась и поехала в ресторан.

По-настоящему в дорогом ресторане Елена до этого никогда не была. Ее глаза излучали восторг и восхищение всем увиденным. Блюда и напитки по вкусу были просто божественны. На мероприятие была приглашена звезда федерального масштаба, таких, Елена видела только по телевизору. Она ощущала себя Золушкой попавшей на бал, и боялась, что все это ей только снится. А еще Игорь. Этот галантный кавалер в безупречном костюме с розочкой в петлице. Он не отходил от нее ни на шаг. Он говорил и говорил не останавливаясь. Она смеялась. Потом они танцевали, и она доверчиво прижималась к нему. Волна чего-то ни разу не испытанного накатывала на нее. Она чувствовала, что сдается. От шампанского кружилась голова. Но только ли от шампанского?

В завершении вечера во дворе ресторана прогремел салют. Под шум разрывающихся фейерверков Игорь обнял ее и поцеловал…

Около полуночи все стали расходиться.

– Я провожу тебя, – прошептал Игорь ей на ухо.

– Хорошо! – ответила она и засмеялась…

То, что произошло дальше – перечеркнуло всю ее жизнь.

– Елена, Михаил Андреевич просит вас зайти к нему в кабинет на втором этаже. Это срочно, – голос из ниоткуда приказал, не сказал, не попросил, а именно приказал. Голос принадлежал безликому швейцару.

– А что случилось?

– Я не могу знать. Мне об этом не докладывают. Идемте, я провожу.

– Я подожду тебя возле ресторана, – успел промолвить Игорь, а Елена уже шагала за швейцаром.

А дальше был кошмар. Кошмар, который она никогда не забудет.

Шеф был пьян. Она его никогда таким не видела. Как же алкоголь меняет человека! Он был в спортивном костюме. Обезумевшие глаза.

– Пришло время, Леночка, исполнять свои прямые обязанности, – сказал он, вставая с кресла. Его штаны в районе ширинки красноречиво топорщились.

Елена все поняла. Она рванула к двери, но та была заперта…

4.

Утром ее отвезли домой два здоровенных амбала, охранники шефа. Они осторожно вынесли девушку из машины, поднялись на её этаж, открыли квартиру и положили, казалось, безжизненное тело на диван. Потом также молча, вышли. Она безучастно смотрела на все это, униженная и растоптанная. Через час пришел начальник службы безопасности Шефа. Он поставил на стол чемодан и открыл его. Чемодан был полон денег.

– Лена, послушай меня! Сейчас придет врач и сделает тебе укол, ты успокоишься и поспишь. А после того, как проснешься – не нужно делать лишних движений! То, что случилось – уже случилось! От тебя не убудет, если бы ты была посговорчивее – ничего этого бы не было. Ты уже давно не девочка, и должна была понимать, на что идешь, устраиваясь секретаршей, за такую зарплату. Шеф тоже мужик! Ему иногда тоже ласка нужна. Так что ты сама во всем виновата. У нас связи везде, никуда не ходи, никому ни чего не говори. Это в твоих интересах. Откроешь рот – пеняй на себя! Игоря не ищи. Он вчера полез, куда не просили, пришлось его наказать. Он как подлечится, уедет в другой город жить, у шефа там друг, он у него работать будет. Что касается тебя. Шеф не против, чтобы ты продолжала работать у нас. Ты ему нравишься. Сейчас он тебе дает две недели отпуска, отдохни, подумай, такую работу как у нас – вряд ли где найдешь! Вот тебе номер врача, который сейчас придет. Нужна будет помощь – звони в любой момент, ему заплачено – приедет, поможет, чем сможет. В общем, решай сама, ты не маленькая уже!

Пришел врач, сделал укол.

На следующее утро Елена проснулась поздно. В квартире стоял запах каких-то медикаментов, но никого не было. Девушка встала с кровати, прошла на кухню, взяла коньяк, хранившийся для торжественного случая, который так и не наступил, стакан… И весь остаток дня пила. Коньяк быстро закончился, но денег был целый чемодан, скоро появились еще несколько бутылок…

Так продолжалось неделю. Она пила. Спала. Просыпалась. И снова пила… Под окном ее квартиры уже собирались местные алкоголики, каждый свой очередной поход в магазин, она сопровождала раздачей денег, каждому встречному. Если бы не покровительство Шефа, если бы не его служба безопасности, квартиру девушки давно бы ограбили, а ее, скорее всего, убили.

Она бы никогда не остановилась, но через неделю произошло чудо. Или галлюцинация. Или белая горячка.

5.

Седьмого января утром Елена собиралась в магазин. В квартире царил хаос. Пустые бутылки валялись по всему полу. Рядом с кроватью огромные лужи блевотины. От них ужасно воняло. К тому же, Елена в пьяном угаре вставала в эти лужи босыми ногами и растаскивала их по всему свободному пространству. Ее взгляд случайно упал на зеркало в прихожей. Она не узнала себя! В зеркало смотрело изможденное лицо с заплывшими глазами и бледными впалыми щеками. Так и не смытые после корпоратива тушь и помада размазались по лицу, и были частично вытерты об подушку и белье, но частично и остались. Это делало лицо серым, как у зомби, или как у мертвеца, и очень страшным. Видимо во сне из угла рта бежала слюна, и она прочертила белую бороздку по подбородку и дальше, по грязной шее. «Да по хрену!» – подумала Елена.

Девушка кое-как натянула ботинки в прихожей и сейчас безуспешно пыталась попасть рукой в рукав куртки, когда вновь посмотрела в зеркало. Прямо за ней что-то было. Она не поверила своим глазам и резко обернулась. Куртка упала на пол. У противоположной стены открылось окно в другой мир. И это окно надвигалось на нее. Она не понимала, что происходит. Её остаткам здравого смысла казалось это не возможным. Но что-то в ее сознании подсказывало, что это реально, и эта реальность – ее реальность. Убежать из этого мира туда, где все по-другому. Где ее никто не знает. Где нет таких людей-монстров, в лапы которых она совсем недавно попала.

Только сейчас она рассмотрела то, что находилось за окном. Дорога. Без начала и конца, лентой уходящая вдаль. И бескрайние луга или степи с обеих сторон дороги. Слышался стрекот кузнечиков. Было слышно, как хлопали крылья птиц, носящихся в вышине и добывающих себе пищу. А в остальном – тишина. Пьянящая и нереальная. Манящая и пугающая одновременно.

Здравый рассудок все-таки победил. Окно надвигалось. Окно хотело ее сожрать в этом мире, и выплюнуть в другом. Волосы зашевелились от страха, Елена бросилась бежать. Она с яростью бросилась в ванную комнату, забежала туда и заперла дверь.

Белая горячка. Девушка много о ней слышала. И вот теперь она пришла за ней. От нее не скрыться. Могут помочь только врачи. Но как до них доберешься, если за дверью окно охотится на тебя! Ни зверь, ни птица – ОКНО! Допилась! А здравый рассудок зудел в голове: «Все это не реально! Иди, не бойся! Пройди сквозь это окно! Ты не попадешь ни в какой другой мир! Ты просто пройдешь сквозь него и пойдешь дальше, по своим делам в этом мире! Вот и все! Не бойся!»

Елена залезла в ванну, не раздеваясь, и включила холодную воду. Поток ударил по коже, по волосам, и, казалось, проник внутрь головы. Она ощущала, как холодные струи омывают мозг, а потом проникают в него. И очищают изнутри. Она посмотрела вниз и увидела, как грязные потоки стекают в желоб. Только это грязь не с нее, это грязь из неё. Елена начала дрожать от холода, но воду не отключала.

Она перевела взгляд от слива в ванной на дверь и закричала. Наплевав на все законы физики, окно прошло через закрытую дверь и начало надвигаться на нее. Ужас сковал все тело. Она не могла двигаться, только кричала. А окно было все ближе и ближе. И вот оно уже в миллиметрах от нее. Девушка вжалась в стену. Ей больше некуда бежать. Вдруг она почувствовала, что ноги ее, оказались зажаты между стеной и невидимым подоконником. Тело грозилось свалиться в окно. Ноги не давали этого сделать. Она поняла, еще секунда – и ноги ей раздавит, отрежет как ножом. Не совсем понимая, что делает, девушка схватилась руками за верхний край окна, выдернула ноги и нырнула внутрь разверзшейся пасти… Во время прохода ее будто ударило током. Все тело передернулось. Елена рухнула без памяти на обочину Дороги, разодрав себе щеку и потеряв сознание…

6.

Не известно, сколько бы еще Елена пролежала без движения, если б ее не ужалил в шею огромный, мерзко жужжащий, овод. Девушка вскочила на ноги и начала осматриваться. Она несколько раз хлопнула себя ладошками по щекам, а потом, будто вспомнив, ущипнула себя за руку. Наконец удостоверившись, что все это не сон, Елена начала осматриваться.

Она стояла на старой, разбитой, местами поросшей невысокой травой, давно не использованной по своему прямому назначению Дороге. В синем небе ярко светило солнце. Если бы Елену спросили, какое сейчас время года, она ответила бы – лето. Но казалось, что других времен года здесь и не существует. По обе стороны Дороги лежала бескрайняя степь. Трава была еще зеленая. Девушка понимала, что совсем недавно был дождь. Пройдет немного времени, и степь станет желтой. Солнце выжжет эту жизнь, сотрет ее с лица земли. Воздух наполняли всевозможные звуки: стрекот множества насекомых, шипение змей, пение неизвестных птиц, и даже рык невидимых хищников. Сам же воздух был чист. Кристально чист. Чист, как никогда не бывало в мире, где жила Елена. Он пьянил, и в то же время отрезвлял. Он наполнял каждую клеточку тела кислородом, без примесей газов, нефтяных выхлопов, зловонных последствий деятельности людей.

– Ну и где я? – выдохнула Елена. Вопрос вполне логичный, адресованный никуда и никому. Вопрос, на который не ждешь ответа, но не задать его не можешь. Вспомнилась Алиса, с ее Страной Чудес. Окно – чем не кроличья нора?

Как ни странно, ответ последовал:

– Ты на Дороге. Это твой Путь.

От неожиданности Елена подпрыгнула и завертелась как волчок на одном месте в поисках источника голоса. Никого!

– Кто ты?

– Я – Голос, только и всего. Не нужно искать смысла в моих словах, мне трудно объяснить, а тебе будет еще труднее понять. Ты можешь звать меня Призывающий. Это моя сущность.

Елена поняла, что голос как бы звучал у нее в голове, но она его слышала и ушами, как будто он исходил из вне. Голос был повсюду. Голос был везде. Но одновременно, Голоса и не было. Он был для нее, и его не было для других.

– Где я? – еще раз спросила она.

– Ты на Дороге. Тебе не нужно сейчас ни чего понимать. Сейчас ты должна слушать и запоминать. Через некоторое время, когда ты окончательно перейдешь в мир Дороги, ты многое поймешь – но не сейчас. Ты готова слушать?

– А если не готова?

– Вопрос был риторический. Отвечать на него не следовало. Итак, я начну. Они выбрали тебя…

– Кто?

– Не прерывай меня. Еще раз: сейчас тебе не нужно понимать, тебе нужно слушать и запоминать. Они – Отбирающие, они отбирают людей для миссии. У каждого человека есть свой Путь. Кто-то должен воевать за свою родину. Кто-то должен рожать детей, создавать атомные бомбы, начинать войны, грабить, убивать, насиловать и т.п. А некоторые, избранные, люди должны пройти по Дороге. Вас называют Ищущие. Кроме вас в этом мире много других людей, их называют Проживающие. Проживающие не важны, ими можно пренебречь, но иногда, хотя и очень редко, Проживающий может перейти, сам того не желая, в другую группу, и тогда они становятся значимыми. Главное во время их определить, если ты будешь и дальше считать их Проживающими, а они такими уже не будут, они могут тебя уничтожить, могут уничтожить и сами себя, могут сломать систему. Чаще их убивают. Отбирающие выбрали тебя и еще одного человека. Вы должны исполнить свое предназначение. Вы должны идти по Дороге и искать. Еще ни кому не удавалось найти. Но искать нужно.

– Я не понимаю: что мы должны искать? – не смогла удержаться Елена.

– Это невозможно объяснить. Это есть суть всего и ничего одновременно. Оно может иметь какую угодно форму. Но как только вы ее найдете, вы сразу все поймете. Возможно, вы станете Всемогущими. Возможно – нет!

– Кто такие – Всемогущие?

Казалось, Голос смирился с тем, что Елена задает вопросы.

– Этого никто не знает. Я слышал, что они управляют всем и ни чем одновременно. Возможно, они есть, а возможно их нет. Никто не знает точно. Возможно, они все это создали. Но возможно, что не создавали, а наоборот – хотят разрушить.

– А Отбирающие – это люди?

– Почти.

– А что будет, если мы ничего не найдем?

– Ничего не будет. Вопрос в том, что будет, если вы найдете. Ответа на него нет, так как еще никто не находил.

– Мне нужно время, чтобы все это переварить… Мне кажется, что это все последствия моей белой горячки… Всего этого нет и не может быть!

– Ты попала сюда слишком рано. Сейчас тебя не должно быть здесь. Я призвал тебя, чтобы спасти. Сегодня в твоем мире ты могла с очень большой вероятностью умереть, и это была вынужденная мера. Мы не могли тобой рисковать. Ты вернешься в свой мир и в свое время. Ты продолжишь жить, как раньше. Найдешь себе другую работу, поступишь в институт. Когда придет время Дороги – ты поймешь. И последнее: шефа ты трогать не должна, забудь о нем. Пусть живет. Чтобы не случилось – пусть живет… Вообще его не трогай! Он важен. Не сейчас, а потом. А теперь следую моим указаниям.

Голос продолжал говорить, а Елена делала все то, что он приказывал. Она прошла несколько метров вперед по Дороге, затем повернула налево и прошла еще несколько метров. На земле лежала странная бутылка с водой. Голос приказал взять ее и выпить…

…Она проснулась рано утром в своей квартире.

Она помнила прекрасный сон. Сон о другом мире.

Елена знала, что нужно делать. Нужно жить и радоваться жизни.

1.1

И так, будильник прозвенел ровно в 6:30.

В 6:45 Елена уже вышла из дома.

В голове гудело и зудело непонятное ощущение чего-то недоделанного. Будто, она затеяла какое-то дело и не завершила его, а потом забыла о нем, а сейчас, на подсознательном уровне, вспомнила. Но что это было за дело, и было ли оно вообще, девушка не понимала и не помнила.

На улице стоял конец января. Было очень холодно. Пар валил изо рта, будто дым от сигарет. Тоненькие перчатки не спасали рук от холода. Симпатичный носик замерз, кончик его окрасился в ярко красный цвет. Ресницы покрылись инеем.

«Сейчас еще полчаса будем ждать трамвай, – подумала она, дрожа от холода. – И я точно окочурюсь!»

Трамвая действительно долго не было.

Она стояла на остановке совершенно одна. Это было странно, обычно в это время народу было много. Елена подумала, что это из-за холода, люди выходили сегодня на работу чуть позже, свое опоздание можно было списать на мороз: трамваи не ходят, троллейбусы не ездят.

Девушка ехала в юридический институт на экзамен по уголовному праву. Она училась на втором курсе заочного факультета. Экзамен начинался в восемь утра, но опоздать можно было, пока сдают первые, она подъедет. По идее, можно было бы и не спешить, но после экзамена ей на работу. Елена отпросилась на несколько часов, но чем раньше она приедет, тем лучше.

Вдали показался трамвай. Его фары тускло поблескивали и раскачивались влево – вправо, влево – вправо, влево – вправо… Если долго смотреть, можно впасть в гипнотическое состояние. Елена улыбнулась.

Вдруг, ее внимание привлек предмет, блеснувший в свете уличного фонаря, и лежащий между рельсами. Трамвай был достаточно далеко, и девушка нагнулась посмотреть, что же это блестит.

Влево – вправо, влево – вправо…

Кольцо.

И вдруг в голове проревел голос: