Темнота драконов

First published in the UK in 2018 by Usborne Publishing Ltd., Usborne House, 83–85 Saffron Hill, London EC1N 8RT, England.

www.usborne.com

Copyright © S.A. Patrick, 2018

© Яковлева Е., перевод, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

Это совсем не сказка

Этот мир такой же, как наш, – во многом. Только здесь в самом деле живут драконы – в своих землях, вдали от людей. А ещё колдуны – светлые и тёмные. Ифлейтисты, способные хранить порядок вещей одною лишь Песней.

Порой её отголоскимогут долететь и до нас. И в этом своё волшебство. А Флейтист всегда знает такое – о нас – что мы сами легко забываем.

В его музыке – наша тайна.

В его музыке – волшебство.

Послушай…

1

Ледяной монстр

На детские крики сбежалась вся деревня. Малыши любили играть среди высоких сосен на южной границе Паттерфолла. Здесь, высоко в горах, зима была суровой, но деревья защищали долину от пронизывающего ветра.

Люди со всех ног бежали на крик. Дети, продираясь сквозь ветви и карабкаясь через сугробы, в панике выскакивали из леса. Первым подлетел ко взрослым Фрер, восьмилетний сын пекаря.

– Он пришёл! Он рядом!

– Успокойся, дитя, – произнесла Грета – Старейшина деревни. – Скажи мне, кто вас так напугал? Медведь?

Мальчик замотал головой.

– Нет, Старейшая. Ледяное Чудище!

Сказав это, он побежал дальше, домой, где можно чувствовать себя в безопасности.

– Малыш просто напуган, – пояснила Грета своим соседям по поселению.

Для них Ледяное Чудище было всего лишь легендой, не более. Легендой, которой столько же лет, сколько стои'т их деревня. Эта легенда рассказывала о небывалом существе из снега и льда – таком, каких совершенно точно не бывает на самом деле.

Однако… небывалые существа всё жебывают.

Некоторые – к примеру, драконы – столь же разумны, что и люди, иные – вроде василисков и мантикор – просто наводят жуть. Но никто из них никогда не встречался жителям Паттерфолла. Драконы жили далеко, на другом континенте, где-то на востоке, а прочие чудища, к счастью, обитали и того дальше. Да и осталось их – по пальцам пересчитать.

Но сейчас деревенские жители видели собственными глазами, что на опушке есть нечто.Нечто большое. Нечто белое. Очень похожее по описаниям. И оно идёт сюда.

– Нет! – воскликнула Старейшая. – Этого не может быть!

Тем не менее онобыло. И все они его видели.

Огромное Ледяное Чудище, всё в снегу. С великанскими лапами, точно стволы деревьев. С головой, бесформенной, как огромный снежный ком, – глядя на неё, несложно представить страшную пасть с острыми клыками, готовую проглотить любого, кто подойдёт слишком близко.

Снег скрипел под тяжёлой поступью Чудища. Завывая, оно подходило всё ближе и ближе.

Жители деревни бежали ему навстречу.

– Скорее! – кричали они детям, пряча их за собой. – Скорей домой!

Один – четырёхлетний Хэп Вернер – сильно отстал от своих друзей. Он замер от ужаса и стоял как вкопанный прямо на пути страшного существа.

– Малыш Хэп! – кричала Старейшая. – Беги домой! Быстро!

Но Хэп не двигался, а только мотал головой. Чудище медленно приближалось к нему.

Не теряя времени, Старейшая подняла лопату и с криком бросилась навстречу страшному пришельцу.

– Ну держись!

За ней мчались её соседи по поселению, вооружённые мотыгами, вилами и мётлами – тем, что успели схватить на ходу, выбегая из домов.

Грета первой подскочила к Ледяному Чудищу и, размахнувшись как следует, стукнула его лопатой по голове. Существо издало странный звук и с грохотом рухнуло на землю.

Люди собрались вокруг, готовые броситься на него, стоит ему только шевельнуться.

Но страшное существо не двигалось. Оно словно рассыпалось, обнажив то, что было внутри и пряталось под снегом. Замёрзший красный нос, вполне человеческий. И рот, ничуть не похожий на жуткую пасть, которую уже успели представить себе напуганные жители.

– О… о… – простонало Чудище.

Удивлённо переглянувшись, люди начали скорее очищать незнакомца от снега, налипшего на него толстыми слоями. С каждой секундой пришелец становился всё меньше, хотя по-прежнему напоминал толстолапого великана. И только когда почти весь снег был отлеплен, жители догадались.

Одежда.

На парне было надето с десяток рубашек и штанов, а на шею намотана сотня шарфов. Голова и руки его казались огромными из-за шапок и перчаток, натянутых друг на друга. Лицо его было обмотано обрывками ткани, в этой многослойной повязке оставались лишь узкие щёлочки для глаз, носа и рта.

Незнакомец лежал без движения. Он оказался слишком тяжёлым, поэтому люди волоком притащили его в деревню.

Огонь ревел в камине. Гостя полулёжа усадили в кресло поближе к огню и осторожно стали освобождать от слоёв одежды, которая была вся набита обледенелым снегом. Гора вещей в углу росла, а гость, который всё ещё лежал без сознанья, наоборот, делался меньше и меньше, пока не превратился в щуплого человечка небольшого роста, облачённого в форменный сюртук. Он оказался темноволосым и взъерошенным мальчиком, похожим на воронёнка.

– Такой юный. Лет тринадцать, не больше! – заметил один из селян. – Как же он пережил такое путешествие?

– Хороший вопрос! – согласилась Старейшая. – Для того чтобы оказаться здесь, он должен был пересечь Ущелье Эндига. Но там сейчас настоящий ледяной ад.

– Верная смерть для всякого, кто окажется там! – поддержал селянин.

– Однако этот мальчик выжил, – задумчиво произнесла Старейшая, – он явно не так прост, как может показаться.

С этими словами она наклонилась над пришельцем – посмотреть, что у него в карманах. И тут же выпрямилась. В руке Старейшая держала деревянную дудочку длиной примерно от запястья до локтя. Жители деревни ахнули.

Конечно, это была вовсе не дудочка – слишком много отверстий, да и расположены они в каком-то странном порядке. Такого музыкального инструмента жители Паттерфолла никогда не видели.

Да-да, вовсе не дудочка. Это былафлейта!

Старейшая подняла её над головой.

– Флейтист пришёл! – провозгласила она. Ответный возглас радости вырвался из уст жителей деревни.

Весть о приходе Флейтиста мигом понеслась по улицам, где каждый подхватывал и передавал другому одну и ту же фразу:

«Флейтист пришёл! Флейтист пришёл!»

2

Незнакомец

Очнувшись, мальчик обнаружил, что лежит на маленькой кровати в незнакомой комнате, облачённый в простую сорочку, которая явно была чужой. Мальчик сел на кровати и попытался вспомнить, как попал сюда. Безуспешно. Не покидало лишь ощущение, что он забыл нечто очень важное.

– Наконец-то проснулся, – проговорил вдруг кто-то.

Вздрогнув, мальчик обернулся и в тёмном углу увидел пожилую женщину, которая встала, взяла стул и перенесла его поближе к кровати.

– Меня зовут Грета, – представилась она. – Я Старейшина Паттерфолла.

– Чего? – переспросил мальчик.

– Паттерфолла. – По лицу Греты скользнуло беспокойство. – То есть этой деревни.

– Простите, – проговорил мальчик, – я почти ничего не помню. Вообще ничего.

Грета кивнула.

– Конечно, не помнишь. Тяжёлое было путешествие, так что неудивительно.

– Но я же вспомню?

– У нас такое бывает, – ответила Грета. – Ты не первый, кто полуживым выходил из леса, хотя и самый молодой из всех, кто когда-либо приходил к нам. Довольно скоро память вернётся к тебе. Появится то, что обязательно её пробудит. А сейчас постарайся вспомнить хоть что-то, даже самую малость!

Мальчик задумался на секунду, но всё, что ему удалось воскресить в памяти, – это бесконечный путь через тёмный лес и ощущение, как шаг за шагом он идёт и идёт через ледяной ад. И пути этому нет конца.

– Я не помню даже, как меня зовут! – удивлённо воскликнул он.

– Думаю, я знаю твоё имя, – улыбнулась Грета и принесла сюртук, который повесила на крючок. – Ты был весь в снегу, когда мы тебя обнаружили, с ног до головы. А под снегом – сто одёжек. И под ними – вот этот сюртук. Это же твой?

Мальчик улыбнулся – сюртук он узнал: хотя бы это удалось сохранить в памяти!

– Да, это мой.

– Тогда смотри. – Грета отогнула воротник. Там с изнанки было аккуратно вышито чьё-то имя. – Кажется, тебя зовут вот так.

Мальчик прочитал имя вслух.

– Патч Брайтвотер.

Оно прозвучало так привычно и правильно, что вместе с именем вспомнилось ещё кое-что.

– Это бабушка вышила, чтобы я не перепутал свой сюртук с чужим.

Грета улыбнулась.

– Приятно познакомиться, Патч Брайтвотер! – сказала она. –Очень приятно. А ведь я знаю, зачем ты пришёл сюда! – Она достала из кармана жакета флейту. – Ты здесь, чтобы спасти нас!

Патч удивлённо взглянул на неё.

– Я? – переспросил он, и Грета кивнула. – Я что, Флейтист?

Мальчик осторожно протянул руку и взял флейту. Стоило ему коснуться её, как ещё одно бесценное воспоминание, словно картинка из книги, пролетело в его сознании. Уроки музыки в замке Тивискан – резиденции флейтистов. «Точно, – подумал Патч, – замок Тивискан». Место, где учат играть на флейте.

Мальчик гладил флейту, ощупывая кончиками пальцев знакомые отверстия музыкального инструмента. Столько всего ещё предстояло вспомнить, но главное – это песни. Да, они ожили в его памяти! – Я Флейтист, – наконец проговорил он и улыбнулся сквозь слёзы.

Грета погладила его по голове.

– Если честно, мы ждали кого-то постарше…

Патча охватило внезапное беспокойство – точно как то, что он почувствовал сразу после пробуждения. Нужно вспомнить нечтоочень важное. Нужно вспомнить!

– Ни один обычный человек не проберётся через эти снега, – сказала Грета. – Но мы звали Флейтиста, и вот он пришёл!

С этими словами Патч вспомнил ещё кое-что.

– Погодите… Что-то случилось тогда. Что-то страшное. Я спешил. – Он поднял взгляд на Грету, и та ободряюще кивнула. – Кажется… там был ещё торговец. Он ехал в вашу сторону, он и его семья. – Мальчик прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. – Но дорогу занесло снегом. Когда мы разворачивали повозку, колёсная ось сломалась. Торговец выпряг лошадь, усадил на неё жену и ребёнка и уехал прочь.

– Они бросили тебя?

Патч тяжело вздохнул.

– Они не виноваты. Я думал найти в повозке немного еды, но там была только одежда – товар на продажу. Сперва я хотел укрыться в повозке, играл на флейте Согревающую Песнь, чтобы не замёрзнуть. Но мороз крепчал, пальцы онемели от холода, я уже не мог играть. Тогда надел на себя всё, что смог, и ждал, когда погода наладится. Но она становилась всё хуже. И тогда я пошёл. Есть одна очень лёгкая Согревающая Песнь, её можно даже насвистывать. Но губы быстро потрескались от мороза – пришлось замолчать. Потом наступила ночь. – И тут мальчик вспомнил, какимдолгим оказался тот путь сквозь снег и метель. Бесконечно долгим.

– И вот теперь ты здесь! – закончила Грета. – Что же там произошло, Патч? Такое страшное? То же, что и в нашей деревне? То, из-за чего мы, возможно, умрём от голода? Как только мы это поняли, сразу отправили гонца в Вэссил – город неподалёку. Мы дали ему единственную лошадь, которая могла продраться сквозь сугробы. Он должен был вызвать Флейтиста. Тебя!

– А зачем вам Флейтист, Старейшая? – спросил Патч. – Зачем вам я?

Старейшая мрачно помолчала, но потом снова заговорила.

– Летом наша долина даёт достаточно урожая, чтобы хватило на весь год и для скота, и для нас самих, и даже чтобы засеять поля весной. Иногда урожая столько, что остаётся и на продажу. Но зимой из-за снега мы отрезаны от всего мира. Только собаки нас охраняют от лесного зверя, а кошки спасают от грызунов. Но произошло нечто странное. Псы один за другим начали хромать, коты стали трусливы, а из домов пропадают и пропадают припасы. Вначале мы понять не могли, что происходит. Ведь вокруг не было ничьих следов.

Патч побледнел.

– Кто… кто это оказался?

– Крысы, – ответила Грета. – Таких мы никогда не видели. Крупнее и умнее тех, что когда-либо встречались здесь. Мы не можем справиться с ними. Они не взяли ни одной отравленной приманки. Не попались ни в одну ловушку. – Грета сокрушённо покачала головой. – Ничего не помогает. Они жуткие, Патч. Сейчас хозяйничают в амбаре, в самом центре деревни, но мы даже не пытаемся их травить. Им там слишком хорошо, тепло, сытно. Куча еды на несколько недель вперёд. А когда они всё съедят, то найдут наши тайники и сожрут остатки. И тогда… – Голос Старейшины сорвался, на мгновение она прикрыла глаза. – Пока никто из жителей не пострадал. Ни один человек. Но когда зерно закончится, всё будет ещё хуже.

Патч смотрел на неё в ужасе.

– Хуже? Это как?

– Мы не сможем уйти из деревни, а крысам того и надо. Когда они съедят нашу еду, то придут есть нас. Теперь понимаешь, почему мы в таком отчаянии?!

– Крысы, – задумчиво произнёс мальчик, вспоминая, чему его учили. – Флейтисты часто помогают избавиться от крыс, от мышей, даже от тараканов. – Он пробежался пальцами по флейте и улыбнулся, поняв, что они сами собой наигрывают необходимую Песнь. – Странно, – вдруг проговорил он, – я не помню почти ничего, но как играть, кажется, знаю.

– Нам давно следовало позвать Флейтиста, – сказала Грета. – Только некоторые сельчане боялись этого.

– Боялись? – удивлённо переспросил Патч. – Почему?

– Они помнят, что случилось в Гамельне.

Патч открыл было рот, чтобы ответить, но в этот миг воспоминание о Том Крысолове обожгло ему лицо, точно пощёчина.

Величайший позор Флейтистов. Десять лет назад в городе под названием Гамельн случилось нашествие крыс. Туда пришёл Флейтист со злым сердцем. Вначале он избавил город от грызунов, а потом сыграл другую Песнь. И увёл за собой всех детей. С тех пор никто не знает, что с ними случилось. Того Крысолова схватили и бросили в темницу, но он всё равно ничего не сказал.

Флейтисты веками пользовались доверием, их честь и доблесть не подвергались сомнению, они свободно странствовали по миру в поисках работы – помогали взращивать посевы или указывали подходящее место для колодца. Они честно договаривались о цене и честно выполняли свою работу.

Но Гамельнский Крысолов подорвал это доверие. После того события флейтисты уже не могли просто так предлагать свои услуги. Им нужен был вызов. Официальный. Только вызов вселял людям уверенность: этот Флейтист точно поможет и не навредит, ему можно доверять.

– Пусть не боятся, – ответил Патч и, откинув одеяло, спустил ноги с кровати. – У нас мало времени. Где моя одежда?

– Та, что была у тебя под сюртуком, готова, – сказала Грета. – Но сначала поешь и отдохни.

– Ерунда! – воскликнул мальчик. – Пока я тут отдыхаю, крысы пируют в амбаре!

«Ох, неужели они так ужасны, как говорит Грета? – в глубине души ужаснулся мальчик. – Люди, конечно, напуганы, но у страха глаза велики. Я прогоню крыс, и тогда жителям деревни будет нечего бояться!»

Флейтист попытался встать, но, сделав несколько движений, стал задыхаться и рухнул на кровать.

– Видишь? – вздохнула Грета. – Ты ещё слаб, два дня лежал без сознания. Обязательно нужно поесть и отдохнуть ещё. Это прибавит сил. А с крысами завтра разберёшься!

Старейшая была права – Патч почувствовал голод. Ему точно нужны еда и отдых.

– Завтра! – согласился он.

Мальчик съел всё, что ему принесли на ужин, и снова заснул, на этот раз здоровым сном. Утром, после порядочной порции рагу на завтрак, Патч оделся и размял пальцы. Вспомнитьчто-то очень важноеему никак не удавалось, но уверенность, что он сможет играть, не покидала, а сейчас, как ему казалось, это самое главное.

В дверь постучали, и в комнату вошла Старейшая. – Ты готов?

– Почти, – ответил Патч. – Сперва нужно понять, как избавиться от этих крыс! Где можно их утопить?

– Идём, – сказала Грета.

Через деревню протекала не слишком широкая, но очень бурная речка. Над ней жители построили деревянный мост. Флейтист и его спутница прошли немного вниз по течению и очутились у обрыва, где река переходила в ревущий водопад.

– Он называется Бормотун.

– Бормотун? – переспросил Патч. – Не слишком ли… просто?

– Его назвали так триста лет назад, когда поставили здесь первые дома, – пояснила Грета. – В те времена река была всего лишь ручейком. Всё меняется. – Это точно!..

Музыкант осторожно подошёл к краю обрыва и заглянул вниз. Вода падала с огромной высоты и с грохотом разбивалась об острые камни далеко внизу. Крысы не смогут выплыть отсюда, они погибнут. «Отличное место!» – решил мальчик.

Когда они с Гретой вернулись, сельчане уже собрались у дуба, растущего на центральной площади деревни, и радостно приветствовали Флейтиста. Он помахал им в ответ. Грета подвела его к огромному амбару, который облюбовали крысы.

Голоса постепенно стихли, люди ждали, когда Флейтист заиграет нужную Песнь. Грета подошла к дверям амбара и сняла цепи, которые накрепко, крест-накрест пересекая вход, держали высокие двери плотно закрытыми. Она вставила в замок огромный ключ и повернула его. Обернувшись к Патчу, Старейшая дождалась, пока он кивнёт, и медленно потянула двери на себя. Затем она быстро отошла назад и встала рядом с музыкантом. Люди во все глаза смотрели на мальчика.

Он сперва замер точно статуя, потом побледнел и рухнул на спину без сознания.

3

Паттерфолльский Крысолов

Очнувшись, Патч почувствовал спиной холодный камень брусчатки. Грета обеспокоенно глядела на него.

– Дай руку, – прошептала она, помогая подняться.

– Давайте ещё раз, – произнёс Патч, крепко сжимая руку Греты и часто дыша.

Ему ужасно не хотелось снова увидеть то, что скрывали высокие двери амбара, но иного пути не было. Патч заглянул внутрь.

Крысы…

Они спали среди зерна, мешков с семенами и кукурузой. Они спали втроём, вдесятером и – Патч поёжился – даже более чем вдесятером. Коричневые, серые, пятнистые, длинные и не очень. У одной на хвосте от самого основания до кончика виднелись причудливые красные кольца.

Они крепко спали и все без исключения были сытыми и очень толстыми. Некоторые не могли даже свернуться в клубок и во сне напоминали огромные мохнатые кабачки. Самая жирная крыса и вовсе походила на тыкву – кажется, она не смогла бы двинуться с места, даже если бы очень захотела. Её лапки торчали вверх, а раздувшееся тело промяло порядочную яму в куче зерна, на которой она лежала.

Крысы не издавали ни звука, хотя, возможно, наберись Патч смелости войти, он бы услышал настоящий крысиный храп.

Довольный храп.

Храп огромных крыс.

Тысяч огромных крыс.

Он обернулся к Старейшей и открыл было рот, но ничего не смог сказать. Не было слов.

– Ты думал, я преувеличиваю?

Патч кивнул, затем глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

– Это тяжело? – спросила Грета.

Мальчик видел, что надежда оставляет Старейшую.

«Ну уж нет, – подумал он. – Я не сдамся. Я нужен этим людям и, в конце концов, обязан им жизнью».

Правда акт одинокого самопожертвования явно не соответствовал ситуации – Патч был не один, все жители угодили в ту же ловушку.

Хотя пока крысы выглядели вполне миролюбиво: они сладко спали, и нужно было включить фантазию, чтобы представить, как они набрасываются на человека, разевая кровавые пасти.

Мальчик поёжился. Он слишком явственно представил эту картину и, обернувшись, сказал Старейшей:

– Игра на флейте… – Его голос сорвался. Откашлявшись, Патч начал снова, уже увереннее: – Игра на флейте способна сотворить настоящие чудеса. Например, чтобы избавиться от вредителей, нужно исполнить Песнь, которая называется «Грёзы». Крысы слышат её, представляют себе что-то приятное, что-то для них желанное и идут на зов мелодии.

У мальчика в горле пересохло, стоило ему снова взглянуть в амбар. «Их… их так много! Больше, чем я мог представить. Но лучше об этом не думать – и тогда неважно, десять их, двадцать или…»

Мальчик достал флейту из внутреннего кармана сюртука. «Грёзы», – Патч радовался, что помнит, как играть. Его пальцы уже скользили по флейте, нащупывая нужные отверстия в той самой последовательности, что поведёт этих тварей к неминуемой гибели. Он поднёс флейту к губам и заиграл.

Он начал с простой мелодии: шесть нот повторялись с незначительными вариациями. Патч сыграл фрагмент шесть раз подряд и опустил флейту. Но мелодия продолжала звучать. Старейшая удивлённо прошептала:

– Она… она всё ещёиграет…

– Конечно, – кивнул Патч. – Иначе нельзя будет добавить переход, припев, новый слой – ведь именно в нём вся сила Песни.

Патч заиграл следующую мелодию, которая удивительным образом переплеталась с первой. Будто эти две темы то сближались, то отдалялись друг от друга. Старейшая простосияла, стоя рядом с музыкантом, улыбка счастья не сходила с её лица.

Патч доиграл вторую мелодию до конца и тут же начал третью, потом ещё и ещё. И вот пришло времянастоящей работы. Общее звучание изменилось, и теперь музыка рассказывала о том, что могло бы быть.

Мечта. Мечта сбывалась.

Пальцы Патча так легко скользили по флейте, точно для игры не требовалось никаких усилий. Но вдруг он нахмурился и перестал играть, опустив руки. Звуки Песни постепенно стали угасать. Он с тревогой обернулся к Старейшей.

– Что не так? – тревожно спросила она.

Мальчик услышал звук, который шёл из толпы. Звук восторженных аплодисментов.

Глядя то на Грету, то на жителей деревни, собравшихся послушать его игру, мальчик растерянно спросил:

– Почему они хлопают?

– Они никогда не слышали ничего подобного, – ответила Грета. – Это… это было… – Она покачала головой, пытаясь подобрать нужные слова. – Это было такпрекрасно!

– Может, и так, – вздохнул Патч. – Но толку от Песниникакого. – И он кивнул на амбар. Крысы даже не шелохнулись. – Я не понимаю! Они должны были пойти за Песней. Должны были пойти за своими грёзами!

Мальчик продолжал что-то растерянно бормотать, пока Старейшую не осенило, что именно пошло не так.

– Патч, да ты только посмотри на них! – она вновь заглянула в амбар. – Разве эти крысы не достигли своей мечты? Полно еды, тепло – о чём им ещё мечтать! Какие у них могут бытьгрёзы!

– Точно! – воскликнул Патч, хлопнув себя по лбу. – Думай, думай! – приказывал он сам себе. И напряжённо ходил из стороны в сторону перед амбаром, сложив руки за спиной, – Погодите! Есть ещё один способ. Но он немного… м-м-м… немногонеобычный.

На самом деленеобычный – совсем не то слово, которое ему хотелось сказать. Грета правильно поняла, почему Песнь Грёз не подействовала на крыс. Но дело было не только в этом. И Флейтист судорожно пытался вспомнить что-что ещё – что-то очень важное.

«Наверняка я что-то забыл из того, чему меня учили», – в ужасе думал Флейтист. И явственнопредставил, что произойдёт, если ему не удастся изгнать крыс из деревни – они с наслаждением будут лакомиться его уже бездыханным телом.

И тут мальчикаосенило. Песнь Невиданной Силы и Чистоты! Только это поможет – он был уверен. Играть её он умеет особенно хорошо. Но… кое-что в этой Песне было неправильным.

С тех пор как Крысолов из Гамельна совершил свое чёрное дело, эту Песнь запретили исполнять всем флейтистам. Издали специальный Закон и запретили. Так Песнь оказалась вне закона. Именно это он чуть было не объявил собравшимся. «Немногонезаконный способ», – едва не сорвалось с его губ. Необычный способ – так было проще. Спокойнее.

Патч попробовал вспомнить, как карают флейтистов за нарушение Закона. Но в памяти его всплыл единственный образ флейтистов в пёстрых чёрно-пурпурных одеждах. Того самого настоящего Флейтиста. «О да, – подумал он, – именно их».