Человек с глазами волка

Глава 3. Джарет и Мариэтта

Четырнадцатого сентября, в послеобеденные часы Джарет появился в Космополинске.

* * *

К счастью, Вадим Морш, Хранитель Ключей, оказался свободен и без лишних проволочек открыл портал на Грань. Уже там, зная жуткую нелюбовь Короля к гостиницам, помог Джарету быстро найти более или менее подходящую квартиру, накидал список необходимых телефонов и отчалил по своим делам.

Доложились домовые: искомой девушки в домах Космополинска нет, значит, ночевала где-то на улице. Где именно? Дворовые сообщили, что в разное время видели её в разных уголках города. Значит, оставалось одно: взять напрокат машину и колесить по улицам. Джарет так и сделал.

Мариэтта действительно ночевала на улице – на свалке. Что делать, как жить дальше – не знала. Возвращаться домой боялась. Ближе к обеду острый голод прогнал её со свалки на улицы города. Прошлась по магазинам, удалось кое-что украсть. Мелочь! Но всё-таки. После пошла наугад. В никуда.

Ближе к вечеру начался ливень.

Джарет нашел её тогда почти случайно. Повезло. Он уже здорово устал и поэтому злился на себя, на весь свет, на Анжелу. И тут вдруг увидел её…

Она вынырнула из какого-то переулка. Шла, цепляясь ботинками за асфальт, сунув руки в карманы джинсов, в одной майке, длинные волосы собраны в хвост – казалось, ей всё равно, что уже стемнело, идёт дождь.

Джарет нажал на клаксон – Мариэтта вскинула руку, чтобы убрать с лица мокрые волосы, и одновременно обернулась. Ему показалось, что поворачивается она бесконечно медленно. И этот взгляд! Глубокий, пронизывающий взгляд – не испуганный, вопрошающий – взгляд молодого зверя.

Сердце короля болезненно дёрнулось.

* * *

Мариэтта хмыкнула, бросив взгляд на машину, и зашагала дальше. Машина двинулась следом.

«Что ему нужно?» – подумала девушка. Она терпеть не могла, когда с ней пытались познакомиться всякие непонятные типы, этот наверняка из тех же. А жаль: голос ей понравился.

– Постой, – ещё раз окликнули её, – постой же! Не бойся меня!

«Это я-то боюсь!» – хмыкнула Мариэтта и остановилась.

Наверное, где-то с минуту они смотрели друг на друга.

Мариэтта была поражена красотой мужчины. Чужак – это ясно и по говору, и по одежде. И в то же время он не похож на всех тех приезжих, которыми кишел Космополинск.

Джарет, в свою очередь, уже успел обо всём позабыть.

– Садись, – сказал он.

Мариэтта подумала немного и рванула дверцу на себя.

– Куда тебя отвезти?

Не ответила.

– Тогда я отвезу тебя туда, где ты сможешь согреться и поесть. – Джарет улыбнулся. – И ничего не бойся, хорошо?

* * *

Ехали молча.

Мариэтта украдкой разглядывала нового знакомого. Мужчина явно при деньгах – одна рубашка чего стоит! Пуговицы, запонки – кажется, золотые, камни какие-то. А часов нет. Телефона тоже. И водит плохо. Странно. К тому же, по её мнению, такие мужчины не подбирают на улице мокрых малолеток.

Вдруг смутилась. Кое-как оторвала взгляд от него, попробовала отвернуться. Бесполезно! Он словно магнитом притягивал. Глаза, губы, расстегнутые пуговицы на груди… Мариэтта зажмурилась. Так думать оказалось легче. Зато теперь никак не могла понять, почему вдруг решила сесть в чужую машину. Почему вдруг доверилась совершенно незнакомому мужчине, как будто не знает, чем всё это может закончиться? Но в нём было что-то такое – и она это чувствовала! – настолько родное, близкое…

дивное…

Мариэтта вздохнула. Поздно уже думать! Не выпрыгивать же из машины! Поэтому просто свернулась клубочком и задремала.

Джарет скосил глаза на девушку. Она ему определённо нравится! Король домовых вообще питал слабость к мокрым женщинам, тем более к таким юным, свежим. А ещё лестно то, как она смотрит, – изучая, смущаясь, желая.

Он почему-то решил, что всё уже закончилось. Успокоился.

Ещё не так давно он ожидал массу проблем: девушку сперва надо разыскать, познакомиться, а после как-то рассказать такие вещи, которые любому человеку, выросшему на Грани, покажутся бредом. Но на поиски ушло всего лишь несколько часов, она – перепуганная, замёрзшая, голодная – доверилась неожиданно легко, села в машину, сейчас вот вроде даже уснула.

Мариэтта шевельнулась, устраиваясь поудобнее, и струйка воды с волос сбежала по щеке, по ямочке на шее, где пульсировала синяя жилка, вниз, между грудей.

Джарет выдохнул.

«Она будет моей, – подумал Король домовых. – Она непременно будет моей!»

* * *

Наконец приехали.

Мариэтта проснулась сразу же, как только машина остановилась, потянулась (Джарет чертыхнулся про себя). Выглянула в окно.

– Ты здесь живёшь? – удивилась она. – Я думала, ты приезжий.

– Так и есть, просто я не большой любитель местных гостиниц. Идём?

Зайдя в квартиру, Мариэтта неожиданно притихла, затопталась в углу прихожей. Джарет сделал вид, что не заметил этого.

– Я закажу ужин, а ты умойся, – сказал он. – Там, кажется, на двери есть халат.

Мариэтта тут же спряталась в ванной.

– Особые пожелания будут? – спросил Джарет, но ему не ответили.

На двери действительно был халат. Мягкий, пушистый. Мариэтта потёрлась щекой об его рукав, почему-то всхлипнула.

– Нюня, – отругала себя. – Нужно быть дерзкой и смелой. Да! – Вскинула голову, посмотрела на себя в зеркале. – Я дерзкая и смелая. В конечном итоге это лучше, чем ночевать под дождём.

В шкафчике над раковиной нашла расчёску, фен и множество бутылочек: мыло, шампунь, одеколон, средство для бритья – всё ужасно дорогое.

– Интересно, как надолго он приехал? Арсенал-то! Как в магазине!

Затем с удовольствием залезла в душ, подставила тело под тёплые струи воды. Быстро согрелась. С не меньшим удовольствием намылилась дорогим мылом, которое пахло так вкусно, что его хотелось съесть, вымыла голову. Вытерлась большим пушистым полотенцем. Достала фен, привела волосы в порядок.

– Хороша, – улыбнулась она, глядя на себя в зеркало. – Пусть попробует устоять!

Хихикнула: мысль о том, что таинственный незнакомец может плениться ею, показалась ей же самой глупой и смешной, но почему-то стало горько. Даже слёзы навернулись. Тут же одёрнула себя: не распускайся!

Напоследок Мариэтта вздохнула ещё раз, закуталась в халат и вышла.

* * *

Зрелище оказалось настолько смешным, что Джарет просто не сумел сдержать улыбки. Халат был ей откровенно велик, наверное, поэтому она показалась ему ещё более юной и беззащитной, чем на улице.

– Выпьешь?

– Да!

Мариэтта плюхнулась на диван и взяла протянутый высокий бокал с золотистой жидкостью, сплошь покрытой пузырьками.

– Что это?

– Шампанское.

– Настоящее?

– А какое же ещё?

Джарет сел рядом.

Мариэтта пригубила напиток – шампанское оказалось очень вкусным и холодным. Затем Джарет спросил что-то пустяшное – она ответила – они рассмеялись. А потом он её поцеловал.

Просто наклонился и коснулся губами её губ, даже не обнял.

Поцелуй получился освежающим и вкусным, как только что выпитое шампанское.

– Ты не умеешь целоваться, – наконец заметил Джарет.

– Это плохо?

– Это замечательно. – И снова поцеловал её.

Их прервал звонок в дверь.

– Это ужин.

Дыхание Джарета обжигало. Мариэтта кивнула, сил сказать что-либо не было. Как хочется ещё! Но Джарет решительно встал:

– Тебе понравится ужин.

Ужин действительно оказался великолепным! Прожаренные куски мяса в густом соусе, золотистый картофель, зелёный салат, хлеб, а ещё – фрукты, ягоды, шоколад и кувшинчик взбитых сливок.

Мариэтта никогда не видела так много еды сразу! Сама не заметила, как её глаза превратились в золотистый крыжовник.

Джарет аж вздрогнул: у оборотней такая резкая смена цвета глаз – плохой признак, но Мариэтта лишь ожесточенно ринулась атаковать мясо.

«Как же она голодна!» – ужаснулся Джарет. Вспомнил всё, что рассказал домовой о семье Джонсонов, вновь с горечью подумал: «Как Анжела могла отдать тебя им? Почему? Моя девочка! Моя слабая, беззащитная девочка… Моя…»

Утолив первый голод, Мариэтта жутко застеснялась. Джарет понял это, сказал что-то смешное. Мариэтта заулыбалась.

Вечер прошел весело.

Они без конца о чём-то болтали, смеялись, пили шампанское, ели. Правда, сидели поодаль друг от друга: так Мариэтта чувствовала себя увереннее, Джарет не настаивал.

Наконец он сказал:

– Уже поздно. Пойдём, а то уснешь прямо здесь.

Мариэтта одеревенела от ужаса. «Я не хочу! Я передумала!» – чуть было не закричала, но слова застряли комом в горле.

Джарет заметил, сказал:

– Ты будешь спать здесь, а я – там, – указал на двери комнат.

– Но разве?.. – Она покраснела до корней волос.

– Что «разве»? – Джарет совершенно искренне сделал вид, что не понял её.

Тогда Мариэтта набралась смелости и выпалила:

– Разве я не буду спать с тобой?

Он прислонился к стене и внимательно посмотрел на неё. Как хороша она сейчас! Испуганная, раскрасневшаяся.

– А ты хочешь?

– Я… я не знаю… я не умею…

– Это не так уж и важно. Я могу и подождать.

Но он не хотел ждать! Он хотел её прямо сейчас. Такую свежую, неловкую, смущенную. Девственную.

«Не сейчас, – одернул он себя, – чуть позже».

* * *

Мариэтта растянулась на мягкой кровати. Сердце бухало так сильно, что уши закладывало. Даже мысли разбежались. Впрочем, думать не хотелось! Вообще.

Вскоре уснула, и ей приснился сон, полный сладострастия и греха.

В соседней комнате Джарет никак не мог успокоиться. Лежал и смотрел в потолок. Думал о важных государственных вещах, дворцовых интригах соседних королевств, о том, как обратить их в свою пользу. А ещё думал о женщине-ребёнке, которая сейчас так близко.

Каждая мысль о ней причиняла боль.

Мариэтта проснулась вся в поту. Сна толком не помнила, но тело горело, а во рту патокой растеклось ощущение греха. Внезапно ощутила себя грязной и почему-то мокрой.

Захотелось уйти, но тут вспомнила, что всю одежду оставила в ванной, даже бельё! Стало жутко стыдно. Она сидела на одном диване с незнакомым мужчиной, целовалась с ним, а ведь между тем на ней был только халат!

Джарет услышал, как её босые ножки прошлепали по полу, но вставать не стал.

Мариэтта нашла свою одежду там, где оставила. Но вместо того, чтобы начать одеваться, протянула руки к крану и включила душ.

Вся дрожала, собственное тело казалось неловким, чужим. Нырнула в поток холодной воды и чуть не закричала, когда её же мыльная рука скользнула по телу. С ожесточением принялась намыливать грудь, живот, бёдра, пытаясь подавить в себе горячее томление, но оно почему-то становилось только сильнее.

«Я пойду к нему, – вдруг решилась. – Я пойду и лягу в его постель. И позволю ему сделать всё, что захочет».

Когда её босые ножки вновь прошлёпали в коридоре, Джарет не обратил на это внимания. Ему наконец-то удалось сосредоточиться на тонкостях интриг Корсиконии, связанных с предстоящей свадьбой принцессы Карины…

…как скрипнула дверь его комнаты.

Хорошо, что в комнате темно!

Хорошо, что успел прикрыть одеялом своё обнаженное тело!

Хорошо, что она не увидела изумления на его лице!

Она робко села на край кровати. Джарет приподнялся на локтях – тут же закрыла его губы ладонью. Ладонь оказалась влажной и пахла цветами. А когда она вскинула руку, халат немного распахнулся и Джарет увидел, что под ним ничего нет.

Молчи! Умоляю тебя, молчи!

К нему не раз забирались в постель. И проститутки, и первые фрейлины. С ним ложились и нежные девушки, и опытные львицы. Но впервые к нему приходили с таким отчаяньем на лице.

Молчи!..

Мариэтта погладила его. Подушечки пальцев коснулись щёк, лба, глаз – так слепые ощупывают незнакомое лицо. Внезапно резко толкнула его назад на подушки, встала на колени.

– Ты уверена?.. – начал было он.

Молчи!

Мариэтта дёрнулась вперед, вновь накрыла его губы ладонью. Халат при этом распахнулся сильнее.

«Я сейчас с ума сойду», – подумал Джарет. Грудь заходила ходуном. Одеяло, прикрывавшее наготу, стало вдруг нестерпимо жарким, тяжёлым.

Мариэтта села. Замерла. Затем приподняла руки, взялась за ворот халата – решительно дернула вниз. Тут же смутилась – прикрыла грудь ладонями.

Этот жест восхитил Джарета!

Но вот она вздохнула и опустила руки, халат соскользнул с локтей. Привстала, и халат упал на пол. Теперь она была полностью обнажена.

Что делать дальше, Мариэтта толком не знала. Хоть бы фильм какой вспомнился! Решила действовать по наитию. Наклонилась, положила ладони на его плечи – Джарет молчал, ждал. Провела пальцами по груди. Поглаживать его оказалось приятно, и, чуть осмелев, девушка начала потихоньку опускать руки всё ниже. Но стоило ладоням юркнуть под одеяло, как Джарет не выдержал. Резким движением опрокинул девушку на подушки, влажные волосы при этом рассыпались, она вскрикнула.

– Теперь моя очередь.

Мариэтта уперлась руками в его грудь, словно приподнимая над собой.

– Не бойся. – Он поцеловал её в губы. – Ничего не бойся. Я буду осторожен.

Она не совсем понимала, что происходит: Джарет повёл себя совсем не так, как это было в фильмах, в подслушанных рассказах сверстниц и – уж тем более – совсем не так, как это делал Джордж с Эммой.

Прикосновения дурманили; ей хотелось плакать, и она плакала. Она казалась самой себе нестерпимо жаркой, мокрой. И когда он наконец прижался к ней всем телом, обхватила его так, словно молила о спасении. Он тоже почему-то оказался горячим и мокрым.

Боль длилась не дольше мгновения, но она всё-таки испугалась. Всё не так! Должно же быть очень больно! Так говорили все, так утверждала Эмма. Заметалась, чуть не плача.

– Тише! Тише! – прошептал он.

Но страх уже исчез. Распался под напором других чувств. Ей одновременно хотелось кричать, плакать, смеяться, и Мариэтта, не осознавая того, что делает, укусила его за плечо – он даже не заметил.

Он стал двигаться быстрее, его напряжение передалось ей – она поняла, что сейчас что-то произойдёт. Внезапно их тела свело судорогой; она почувствовала, как в ней что-то взорвалось: они переплелись, выгнулись и рухнули.

Всё закончилось…

* * *

Ей нравился его запах сейчас. Это была своеобразная терпкая смесь из парфюма, его природного запаха, усиленного потом, а ещё здесь был её собственный запах – именно это нравилось больше всего.

Потёрлась носом о его плечо, с шумом вдохнула.

«Маленький волчонок», – улыбнулся Джарет.

– Скажи, а это всегда так?

– Как так? – не понял Джарет, забеспокоился: – Я сделал тебе больно?

– Нет. Просто… – Она села, прикрыла грудь одеялом, сказала: – Я думала, что всё будет иначе.

– Как иначе? – провёл ладонью по её спине.

«Как объяснить ему?» Мариэтта заговорила что-то быстро, путано, сама не понимая, что говорит. Впрочем, Джарет не слушал.

Он смотрел на её спину. «Они – дурные люди», – вспомнил слова домового. На спине девушки всеми цветами радуги цвели синяки.

Джарет потёр подушечки пальцев правой руки – они вспыхнули слабым синим светом – затем снова прикоснулся к её спине. Что-то прошептал. И синяки под его пальцами начали таять.

– Я сказала глупость?

– Нет.

Джарет сел.

– Просто ты – моя маленькая девочка. – Коснулся губами её виска. – А жизнь – странная штука, и она бывает всякой. Понимаешь?

Мариэтта кивнула. За последние дни с ней произошло много чего странного, даже такого, что озноб по коже. И она поцеловала его – чтобы не думать, не чувствовать, не знать. Он ответил.

Мариэтта почувствовала, что проваливается в его объятья, словно в омут.

С головой.

* * *

Джарет был очень умён, но даже он порой недооценивал самые простые вещи. Да и как он мог подумать, что самый страшный её враг – она сама?

Как он мог забыть о том, с какой болью просыпается кровь? Как он мог забыть о кошмарах?

Но, видимо, всё это для него было слишком давно.

Слишком хорошо забытым прошлым.

Глава 4. Чудовище

Мариэтта проснулась в холодном поту. Её опять преследовала стая волков, огонь, а потом она увидела холодные мёртвые глаза Джорджа…

В квартире тихо. На улице всё ещё идёт дождь.

Мариэтта поёжилась, прижалась к Джарету, глубоко вдохнула его запах.

«Как хорошо, что он сейчас рядом!»

Мариэтта посмотрела на спящего Джарета, протянула было руку, чтобы осторожно коснуться его лица, как вдруг увидела свежий укус на плече.

«Что я натворила!»

Сердце Мариэтты остановилось.

А когда вновь забилось, мысли чехардой понеслись в голове. Как она могла забыть, что она чудовище! Как он мог позволить ей забыть об этом! Ей захотелось ударить Джарета, но всего лишь беспомощно сжала кулаки.

«Нужно бежать».

Это была даже не мысль, так – мыслишка. Трусливая, подленькая. Но других, более взрослых и разумных, не было.

Мариэтта осторожно выбралась из его объятий и тихонько, бочком, выскользнула из комнаты.

Джарет проснулся почти сразу же. Где-то с минуту лежал в постели, закрыв глаза. Хотелось снова уснуть, но не оставлять же её одну. Джарет вздохнул и встал.

Не успел толком одеться, как услышал хлопок входной двери.

– Мари?

Джарет кинулся на лестничную площадку, но было уже поздно.

– Мариэтта! – зло крикнул он и со всей силы ударил по дверце лифта. – Мариэтта, вернись, черт тебя подери!

Разноцветные глаза короля потемнели.

Сбежала! От него! Какая наглость!

Он с силой захлопнул входную дверь квартиры, направился к окну. Створки послушно распахнулись навстречу, ветер ворвался в комнату, плеснув в лицо короля пригоршню холодной дождевой воды. Облик мужчины заволокло дымкой, и Джарет исчез – вместо него на подоконнике сидела крупная полярная сова. Птица расправила огромные крылья и вылетела на улицу.

Капли дождя упали на разгорячённое лицо – девушка замерла. Глубоко вздохнула.

– Мариэтта! – Голос Джарета подхлестнул её ужас.

Как она могла? Что она наделала?

Бросилась бежать.

Ну откуда она, начитавшись различных книг и насмотревшись фильмов, могла знать, что укус оборотня на самом-то деле безвреден?

* * *

Старая ливневая канализация Космополинска, как обычно, не выдержала сильного дождя, и мутные потоки воды затопили улицы.

Бежать было трудно. Обувь быстро наполнилась водой и всё время норовила сползти вместе с кожей. Мариэтта оступалась, падала, но ужас придавал сил встать и бежать дальше…

…Джарет провёл ладонью по лицу. Дождевая вода, мутная, вонючая, неприятно растекалась по коже. А ещё он здорово замёрз. А уж как он был зол!..

Искать девушку имело смысл только с помощью магии. Чертыхнулся. Как это энергетически затратно! А ведь в Эльсидории даже вода могла бы помочь ему, но здесь всё чужое. Непонятно, как она вообще выжила в этом мире!

Джарет поёжился, но нужно работать. Вскинул руки – и мгновенно из ниоткуда возникли сотни или даже тысячи хрустальных шаров, засверкали вокруг него. Тонкие пальцы короля едва заметно дрогнули, и, получив приказ, сферы помчались прочь.

Некоторые мгновенно погибли, разбившись о стены домов или же ударившись об асфальт под тяжестью дождевой воды, – тут же появлялись новые. Если хотя бы один из них достигнет своей цели, Джарет узнает об этом…

– …Мари! – От испуга она шарахнулась в сторону и больно ударилась всем телом о стену.

Джарет!

Его имя сорвалось с её губ. Нет, не закричала! – прошептала… Но этого оказалось вполне достаточно. Один из хрустальных шаров, который в этот самый момент находился поблизости, лопнул с лёгким мелодичным звоном…

…Джарет прищурился.

Странно было смотреть на него со стороны. Красивый, статный мужчина, одетый в одни брюки, даже без обуви, стоит под дождем посреди улицы, к чему-то прислушивается. Его голова слегка наклонена набок, длинные мокрые волосы облепили лицо.

Его облик вновь заволокло дымкой – и белоснежная сова уже спешила куда-то…

…Мужчина протянул ей руку и помог встать. Вернее, даже не мужчина – юноша, Дмитрий Грей. Тот самый Дмитрий Грей! Прекрасный принц из её подростковых грёз!

Как давно это было!

Целую вечность назад!

До смерти Джорджа…

До Джарета…

– Не ожидал тебя здесь увидеть. – Он был рад.

Когда Дмитрий окликнул её, то Мариэтта так испугалась, что резко развернулась и упала, при этом сильно подвернув ногу. Где-то с минуту сидела в луже, ошарашенная болью и накопившейся усталостью. Дмитрий помог ей встать, Мариэтта тут же ахнула от горячего толчка в ступне.

– Тут рядом есть одно местечко! Я помогу тебе…

…Джарет нахмурился. Щелкнул пальцами и отправил хрустальный шар Вадиму: видимо, интуитивно чувствовал, что помощь понадобится…

…Мариэтту неприятно поразило то место, куда её привел Дмитрий. Притон!

Он оказался очень близко, буквально за углом. Но Дмитрия, как ни странно, там все знали. Правда, особого интереса пара не вызвала. Мариэтта рухнула на свободный матрас, сжалась. Дмитрий же присоединился к небольшой группе мужчин, сидящих в противоположном углу. Там находился единственный в помещении стол, где, если судить по запаху, разводили наркотики, и там же – единственные стулья – три штуки.

Мариэтта с грустью вспомнила Джарета.

Ах, если бы она не была тем, кто она есть! Если бы могла остаться с ним ещё хоть ненадолго!

Мариэтта украдкой вытерла слезы…

…Между тем небольшая группка мужчин шёпотом обсуждала её.

– Слишком худая, – произнёс один из них, Виктор, маленький мужчина с острым крысиным лицом, сын владелицы «Розового ягнёнка», самого популярного публичного дома в Печорском квадрате.

– Откормится! – отмахнулся Дмитрий. – Она – редкий товар. Недотрога, – бросил он. – Так просто не подступишься, да ещё характерец. – Грей демонстративно скривился. Он прекрасно знал, что именно такие – строптивые, жаркие – привлекают этого хмыря Виктора.

Возможно, Грей действительно был неплохим человеком, просто он был слишком много должен и не слишком хорошо воспитан. А Мариэтта, с его точки зрения, должна была быть ему благодарна: ведь именно с его подачи она теперь сделает карьеру элитной проститутки. В том, что она станет именно элитной, Грей ни капли не сомневался. А куда, собственно говоря, она ещё могла деться с таким аттестатом, без денег и с такими внешними данными? Жалко горбиться у стойки!

Дмитрий давно уже так себя успокоил. Девушка ему даже где-то как-то нравилась. По крайней мере, не раз являлась ему обнажённой в подростковых сновидениях.

Когда Виктор предложил Дмитрию в качестве уплаты карточного долга привести свеженькую девочку, то Грей сразу же вспомнил о Мариэтте. Но тут произошла та странная история с Джорджем, и девушка исчезла – пришлось постараться, чтобы найти! Так что Дмитрий действительно был рад, увидев её, и сейчас радовался, что проблема долга успешно разрешалась.