Возвращение Кентавра

– А платить?

– Не знаю, могу заборы чинить – отозвался Томас

– Ясно, мне второго Гены не надо. Можешь с братьями на лесозаготовке?

Томас кивнул -Чему меня учили? Все забыл. Он спросил:

– Сельяныч, давай попарю?

Братья уже намылись и звонили Геннадию.

– Ты где? Что везешь?

– Пива, водки, рыбки копченой, хлебушка – перечислял Геннадий.

Скоро заскрипели тормоза и на дворе остановилась Тойота. Гена взгреб пакеты и поставил рядом с машиной.

Вышел Сельяныч.

– Мать твою, ты что прикатил? А моя машина где? Гена?

– Так там, где оставлял и взял, я ее не глушил.

– У меня Хёндай. Ладно хоть цветом не ошибся, поезжай сейчас и мою пригони. Али хочешь за угон сесть?

– Ладно.

– Буровых возьми.

Гена поперхнулся пивом, которое оставил в машине.

– А их-то зачем.

– А то, что они практически трезвые!

Машина снова выскочила со двора.

Томас с Сельянычем вышли во двор из бани. Стояла прекрасная летняя погода. Кошка Сельяныча прислонилась к ногам Томаса и замурлыкала.

– Кшисси, кшисси – прошипел Томас, вспомнив свой родной язык, поскольку, шыцухеги общались в основном на ультразвуке. Кошка ошалело посмотрела на человека, который говорит, их языком, обошла. Томаса и вопросительна встала у его ног.

– Ты видать добрый человек, вон тебя и котейка признал.

Томас еще просвистел на ультразвуке, и кошка с готовностью взобралась к нему на плечо.

– Ты что, кошаков разводил?

– Это братья по крови.

– Настоечки не хочешь? – спросил Сельяныч. Он все больше убеждался, что Томас очень странный, может и не человек вовсе.

На двор въехали две машины. Одна Сельяныча и другая Тойота, с которой он был накануне.

– Из Хендая вывалился Геннадий и улыбаясь представил «друга».

– Это Гена, но по фамилии Усков. Смотри, махнули не глядя. Вот настоящий мужик, и в полицию не пошел! – радовался Геннадий Дубинин.

– Здрасте – приветствовал Сельяныч гостя:

– Я говорю, повезло вам, сейчас стол справим, гостям всегда рады.

Приезжий Гена был не лучше старого, оба были под шафе, оба оставляли авто с ключом, оба были рады пообщаться. Усков сходу стал рассказывать об измене жены, о своих невзгодах. Стол был готов и ароматно пахло копченым и тушеным, овощами, спиртным и веселым вечером.

– Куда я попал? Они ничего не строят, не сохраняют природу, не видно надзорных органов. Они живут в древнем патриархальном веке? Но, у всех свои гаджеты, монеты, одежда. Кто у власти и как они их контролируют? Как они относятся к чужим? Травят, убивают? Что для них главное? Где линии разделения на лидеров и подчиненных?

Отношение к семье, к детям? Как это узнать?

Томаса раздирали противоречия, и он решил помолчать и понаблюдать за ними.

Дубинин был в такой фазе, когда все становятся друзьями, хочется любить и гордиться, что ты есть и у тебя такие друзья.

– За нового Гену, за Томаса, за Сельяныча! – стоя гаркнул он и все чокнулись.

– Не торопи, давай за новеньких!

Томас не хотел пить эту огненную воду, организм сопротивлялся тошнотой и ознобом, но, чтобы не выдать себя, он двигался в общем потоке. Дубинин попивая часто посматривал на него, как ворона на блестящие объекты, и не выдержал:

– Расскажи-ка про рукав Ориона и про созвездие Медведицы! Помнишь, что говорил? – подмигнул он Томасу.

– Это просто легенды об Атлантах. Вы наверно все слышали. Пошутил я. – отбивался Томас.

– Налейте Томасу – крикнул Дубинин и поднял свою кружку.

– Выпей Том! У нас традиция такая, обижать нельзя!

– Выпей малёха – поддержал Сильяныч, прицельно вглядываясь в Томаса.

Томас не нашел способов увильнуть, и с тревогой и сожалением посмотрел, как его кружка наполняется до края тем, что русские называли водкой.

– Пей до дна, пей до дна! – закричали довольные и веселые земляне.

– Закусывай – протянулись к нему руки с закусками.

– А расскажи нам Томас, где ты научился с кошками по-ихнему говорить?

– Ну, это элементарно, все кошки общаются на шипящих, в ультразвуковом диапазоне.

Все загудели: – Покажи, покажи!

– Кшисси – позвал Томас.

Кошка проворно взобралась к нему на плечи и притаилась, осматривая окружающих.

После нескольких ультразвуков котейка вскочил на стол, стащил оттуда копченую рыбу и сел с ней у собачьей будки.

– Браво – сказал Гена Дубинин, а Сельяныч поморщился.

– Ты зачем кошке рыбу отдал?

– Не трогать Томаса – закричали оба Гены – покажи еще!

Томас, проклиная огненную воду, стал общаться с кошкой, та понимала его намерения и взбиралась по лестницам, переплывала небольшой пруд, но потом видно ей надоело и она, устроившись с ним рядом, стала себя нализывать.

– Больше не хочет – сказал Томас.

Гена Усков вместе с Братьями имитировал ультразвуки пуская пузыри и умирая со смеху.

Сельяныч протянул кружку водки Томасу и крикнул:

– Пей до дна! Все за Томаса!

Томас вспоминал, что это имя было выбрано для него, несчастного путника, который утонул в болоте в России, чудом был спасен и стал родным для Землян. Смешная легенда, универсальная и несерьезная, почти невозможная и крайне рискованная. Но русские приютили, спасли и общаются почти как с равным. Можно-ли жить шыцухегам среди россиян?

Все сели за стол, после очередного залпа огненной воды потянуло на лирику, и все запели, обхватив друг друга за плечи:

– С чего начинается родина,

С картинки в твоем букваре.

Томас тоже подпевал, угадывая слова и следуя мотиву. После очередной порции водки он сказал:

– Братья, вы не одни во вселенной, хотите я вас доставлю на свой звездолет!

Все визжали от смеха!

– Садись Томас, ты классный мужик, сегодня можно? За тебя и Ускова. Vivat!

Томас смеялся и плакал. Он сознательно дал команду на спасение и экстренную эвакуацию.

– Мы полетим к Черному Эльфу и моему командиру!

– Ура Томасу! – гудели пьяные земляне, мало что осознавая.

Развед-коммандер доложил Командиру, что пришло послание от импланта в России о спасении и срочной эвакуации.

Командир с сожалением посмотрел на подчиненного.

– Что Черный Эльф?

– Он сообщает, что у импланта тяжелое отравление неизвестным веществом, он летит к нам.

Прошло несколько долгих минут по местному времени, капсула пристыковалась в автоматическом режиме, переходной люк открылся.