Любовь нечаянно нагрянет

Сначала я честно пыталась не обращать внимания на вибрирование смартфона на тумбочке, потом разозлилась и запихнула его под подушку, но, как оказалось, сделала только хуже – теперь у меня вибрировала вся голова, и сонное настроение улетучилось, уступая место раздражению.

Кто ты смертник, что решил потревожить мое личное субботнее счастье?

Достала телефон и, глянув на экран, похолодела.

Это был не смертник, это была моя возможная расплата в лице Гарика.

Проскользнула подленькая мыслишка сделать вид, что я не слышу звонок, но совесть очень не вовремя напомнила о своем существовании. В конце концов, Гарик не виноват, что этот Александр Петрович такой козел. У него наверняка из-за моей выходки могут быть проблемы, а армянин все же неплохой мужик…

- Да, – чуть дрожащим от волнения голосом ответила я.

- Ритусик, золотое мое ненаглядное! Где ты есть?! Мы тут совсем зашились без тебя, моя прелесть.

Иногда мне кажется, что Гарику нужно было на телевидение идти работать, потому что его подхалимскому ораторству позавидует любой шоумен. Не то чтобы я велась на эту фишку, но все же.

- А вы разве меня не уволили, Гарик Артурович?

- Я?! Тебя?! – очень натурально оскорбился начальник, – Да ни за что! Ритусик, зайка, как ты могла так обо мне плохо подумать? Как тебе такое вообще в голову пришло?

- А разве ваш клиент…, - начала было я, но Гарик меня перебил:

- В восторге твой клиент. Просто в восторге. Щедрые чаевые оставил. Приходи скорее на работу. Марина без тебя совсем зашилась.

- А как же…пропажа?

- Да нашел он свою коробку. Извинился и чаевые тебе отстегнул.

Я так и зависла, глядя в одну точку перед собой и прокручивая раз за разом в голове слова Гарика.

Чаевые даже оставил.

А я с ним так некрасиво проступила…

- Хорошо. Я сейчас буду, – сказала начальнику и положила трубку.

В груди поселилось какое-то нехорошее чувство, словно я сделала что-то неправильное, и не проходило оно целый день, а уж когда Гарик мне всучил те самые чаевые, и вовсе стало гадко на душе.

Работала на автомате, а в голове так и прокручивала нашу последнюю встречу с Александром Петровичем.

И чего спрашивается, убежала?

Он даже и претензий предъявить не успел, а я как бешеная макака ускакала. Еще и не убрала до конца, ведро опять же бросила…

И с машиной его так нехорошо получилось, не справедливо. Бабушка бы точно не одобрила подобное поведение.

Я уже взрослая и обязана отвечать за свои поступки.

Пока я прикидывала, под каким соусом лучше себя подать грозному Александру Петровичу на растерзание в поднятые ворота бокса заехал красный седан дражайшей супруги Гарика.

Дверь плавно открылась, и оттуда грациозно выкарабкалась высокая блондинка в короткой норковой шубе, из распахнутых пол которой виднелось платье под цвет авто.

Карина сегодня была при параде.

Блондинка звонко цокая каблуками продефилировала в мою сторону и высокомерно приказала:

- Помой и отполируй. Только не трогай на заднем сиденье пакеты, а то помнешь, – и поплыла себе дальше, словно так и надо.

Вообще я человек довольно терпимый и считаю, что если кому-то суждено родиться свиньей, то жар-птицей ему никогда не стать, но в случае с женой шефа мне порой хотелось банально психануть и напакостить этой крашеной выдре, которая по каким-то, одной ведомой ей причинам, считает себя пупом земли.

- Девушка! Девушка! У меня запись, – раздался недовольный голос клиента, который и правда записывался на это время.

- Извините, придется немного подождать, – как можно вежливее ответила я.

Конечно, клиент был возмущен и уехал, не став ждать, но пообещав написать на нашем сайте негативный отзыв, за который конечно получу втык как всегда я.

Ни за что. Опять.

Покосилась на Каринкину машину.

Вот что тебе стерве не сиделось в своем салоне красоты? А?

Королевишна, блин. Приехала, всех клиентов распугала. Такими темпами Гарик по миру пойдет, и некому будет платить за красоту ее ненаглядную. К слову Карина была девкой страшненькой. Не смотря на модельный рост и стройную фигуру, девушка имела совершенно невыразительное лицо, на котором постоянно красовался веселенький грим. Он ее сильно старил и придавал ее вытянутой физиономии вид восковой маски.

Б-р-р-р.

И как ее только Гарик терпит. Нет, не терпит – любит и пылинки сдувает.

Я как раз натирала полиролью торпедку, когда появилась Карина и зло прищурившись, спросила:

- Вы еще не все? Гарик, почему они у тебя работают как сонные черепахи?

Шеф ничего не ответил, а мы, переглянувшись с Мариной, что в этот момент натирала капот и, вероятно, подумали об одном и том же: нужно непременно отомстить выдре, ибо нет на свете лучше счастья, чем восстановленная справедливость.

Я в раскоряку выползла из тесного салона спортивной тачки и взялась за кёрхер – типа переставить на другое место.

И тут упс! Небольшая струя воды под напором бьет прямо под ноги Карине, которая с визгом отскакивает.

- Ой, простите! – делаю самые четные глаза, – Я не хотела.

- Дура! Ты мне все сапоги промочила, – глядя на свою испорченную замшевую обувь рыкнула блондинка, – Теперь сушить придется.

Выдра, яростно хлопнув пластиковой дверью, вылетела из бокса. Гарик потрусил следом.

А мы с Маринкой предвкушающе улыбнулись, в синхронном жесте потирая ручки.

- Ну, и? – поиграла бровями я, многозначительно глядя на напарницу.

Марина выпрямилась и, состроив чинную моську, любезно поинтересовалась:

- А не соизволите ли вы Маргарита отобедать со мной селедочкой под шубкой?

- С превеликим удовольствием! – в тон ей ответила я и ногой отодвинула мешающийся кёрхер.

Пока Гарик и Кариной занимались жизненно важным делом – сушили сапоги перед обогревателем, мы с Маришкой не отставали и плотно так пообедали наивкуснейшим салатиком.

Наелись, а потом подумали, что как-то некрасиво с нашей стороны будет не угостить нашу достопочтенную Выдру.

Сказано – сделано!

Пока я стояла на шухере, Маришка быстро положила остатки селедки под шубой на салфетку, а ее в небольшое углубление под водительским сиденьем спорткара. Машину Выдра хранит в теплом гараже. Интересно сколько понадобиться времени салату, чтобы завонять?

В коридоре послышались шаги Гарика и цокот каблучков.

- Пока, любимая, – радостно оскалился Гарик, видать достала его благоверная до печенок, – Постараюсь приехать пораньше.

Карина одарила его таким взглядом, что, на мой взгляд, Гарику лучше поехать переночевать у мамы, и была такова. Только взвизгнули покрышки колес по асфальту.

- И за что вы ее любите, Гарик Артурович? – меланхолично поинтересовалась я, глядя вслед красной машине.

Гарик подумал, почесал затылок и ответил:

- Любят, Ритусик, не за что-то, а вопреки! – и с этими словами наш армянский философ ушел к себе в кабинет, оставив нас с Маринкой обслуживать машину нового клиента.

Остаток рабочей смены пролетел незаметно. Усталость давала о себе знать и, осознание, что сейчас еще нужно каким-то образом успеть купить платье, причесаться и как-нибудь накраситься, совершенно не радовало.

Маринка, заприметив мой кислый вид, покачала головой и решительно произнесла:

- Сегодня я буду твой крестной феей! Давай быстрее переодевайся, и помчали – тут недалеко есть отличный шмоточный магазинчик.

- Так тебя ж дети ждут.

- Ничего, – махнула рукой напарница, – Подождут. Они сегодня у свекрухи. Пускай лишний часок ей нервы потреплют, а я в кои-то веки расслаблюсь.

Вообще, Маринка очень легкая на подъем девушка. Несмотря на непростую судьбу и тяжелую работу, девушка источает неиссякаемый оптимизм и веру в светлое будущее. Широкая улыбка редко сходит с ее пухленького, очень симпатичного личика, заражая окружающих своим задором, и работа от этого спорится.

Маришкин «шмоточный бутик» был в паре остановках от моего дома.

- Так! – скомандовала подруга, едва мы зашли в магазин, – Ты дуй в примерочную, а я сейчас подберу тебе наряд.

Я послушно скрылась за шторкой и начала разведаться до белья, глядя на свое замученное отражение и не понимая, как из этого зомби можно будет сделать красивую девушку. Но Маришка была твердо уверена в обратном, и буквально минут через десять на вешалке в примерочной появилось шесть разных платьев.

- А может не надо? – жалобно покосилась на свою фею.

Та безапелляционно покачала головой и сунула мне в руки первый наряд.

- Надо, Рита. Надо!

Первый два платья были мной забракованы из-за слишком откровенных вырезов.

- Но тебе же так хорошо вон то беленькое, - попыталась возразить подруга.

- Марина! Меня дед из дома в нем не выпустит. Еще и косы повыдергивает.

Она оценивающим взглядом прошлась взглядом по моим сильно отросшим рыжим ломам и согласилась:

- Да, косы жалко. Тогда бери одевай черное.

- А не слишком мрачно? – засомневалась я, беря в руки легкое черное платье из какого-то очень приятного материала.

- Сейчас посмотрим, – подмигнула Маришка, – Я за сапогами.

Платье оказалось мне впору. И черный цвет вовсе не казался мрачным, наоборот очень выгодно оттенял мои волосы и белую от природы кожу. Даже веснушки на носу, каким-то образом вписывались с образ.

- Маленькое черное платье, – промурлыкала за моей спиной, довольная, как стадо слонов Маринка, – Обувайся.

Она поставила передо мной красивые замшевые сапоги на высоком каблуке.

- Ты с ума сошла! Я на них ходить не умею, – попыталась возразить я.

- Значит…пора учиться, – улыбнулась моя персональная фея и после того, как я влезла в сапоги, выдохнула, – Вау! Подруга, где ты раньше прятала эту куколку?

Я и правда не узнавала себя в зеркале. Как, оказывается, человека меняет одежда! Короткое платье выгодно подчеркнуло мои стройные ноги – единственное, чем можно было похвастаться, скромный вырез, скрыл первый размер груди и почти создал ей округлость, а легкая ткань, придала образу некой романтичности.

Маринка чуть приподняла на затылок передние пряди волос, открывая скулы, и хихикнула:

- Ракета к полету готова!