Крах. 1991 год. Телефонный начальник

Казалось бы, беспроигрышная с её стороны точка зрения

– Каждый имеет свои обязанности и каждый, в первую очередь, свои обязанности должен исполнять! И если достойно исполняет, то в полной мере, достойно – и зарплату получать должен. Ставка монтёра линейных сетей радиоузла и ставка монтёра телефонной сети – одинакова. Значит, и зарплата их не должна различаться! Да и вообще, как это с точки поддержания дисциплины на производстве выглядит – пьяниц и прогульщиков защищать?

Что тут скажешь? Ну, во-первых, линейно-кабельный цех не состоит сплошь из пьяниц. А во-вторых, если эти «пьяницы» реально более весомую продукцию выдают, чем их, во всех отношениях «более сознательные» коллеги-радисты, то и получать они, по конечному результату труда, более высокую зарплату должны – в полном соответствии с законами истинной экономики. В конечном итоге…

Не сходятся в этом раскладе концы с концами у моего экономиста.

Есть вопросы, на которые я подсознательно знаю ответ и вижу решения – но один, без экономической службы, без общего понимания сути этих решений всеми, кто имеет отношение к руководству предприятием – в дело пустить их, не могу.

А как же с коэффициентами, которые при сравнении условий труда этих работников, при выявлении разницы, полагается вообще-то учитывать? При определении разницы за потребительскую ценность конечного продукта? За разницу в интенсивности и условиях труда работников, производящих её? За разницу в объективной надёжности эксплуатируемых средств, в том числе и конструктивной?

Я хочу принимать во внимание всё это – но подводит, и в первую очередь, самого себя, неосознанно как-то, линейно-кабельный цех. И я сам, в одиночку, без поддержки с их стороны, не имею права дать повод экономисту обвинить меня – руководителя предприятия, в потакании нарушителям дисциплины. Не имею…

А вообще – не кажется ли, что, объединив в одном предприятии цеха, с совершенно различающейся весовой категорией, – «коня и трепетную лань» – под одну стандартную рамку оценки труда подстраивает их экономика?

Тонкий вопрос, деликатный. Не обидеть бы радистов, ведь труд каждого из них нужен и почётен. Важна, очень важна и нужна людям работа радиосети, ответственную идеологическую составляющую в плодах своей продукции несёт. Но ясно же, что донором ей приходится городская телефонная сеть!

Не сумеет только за счёт лично заработанных средств, в условиях хозрасчёта и самофинансирования, полноценно обеспечить себя радиоузел. Ведь для поддержания на достойном уровне затратной линейной сети радиофикации – уйма средств требуется. По 50 копеечек с носа нужных денег не наберёшь! Можно дополнительные возможности для зарабатывания средств попробовать, рекламу, объявления, например, в перерывах вещательной сетки гонять… Но как рассчитать стоимость такой услуги? Неизведанна тропа, и стоит ли игра свеч?

Понять это надо – и в первую очередь – коллективу цеха радиоузла. Но не могут, а может быть, и не хотят. Чванятся они своим передовизмом, и подкрепляют его «победами» в справедливом ли – ещё вопрос – соревновании «коня с трепетной ланью». Соревновании – заведомо неравноправном!

Любые мои попытки разобраться, раскрыть и понять, всем вместе, суть проблемы, выработать справедливые компромиссы – натыкается на неприятие.

Вот и сейчас – «я не уважаю их труд»… «я придираюсь к ним»… «принижаю важность их работы»… Плохой я для них начальник. И вообще – лучше было бы, если бы их цех вывели из состава ГТС и объединили с междугородным и телеграфным цехами Управления связи А ещё лучше – сделали бы отдельным предприятием.

В этом – суть жалобы. Не понимают, чудаки, что последнее их желание – прямой путь к их банкротству в нынешних условиях.

Кто же так пудрит мозги идеальной оценкой работы подразделения начальнику цеха радиоузла – Сторожиловой Наталье Ивановне? Ведь совсем не глупый же она человек, а ловится на удочку. Возмущена до предела, и обижается. Налицо, идеальный труд ею возглавляемого коллектива, – а начальник критикует!

Экономист Мурносова и пудрит – по праву лучшей подруги.

Надоело всё это, надоело! И не идёт сон ночью…

Совет трудового коллектива собирается оперативно – сразу с началом рабочего дня. В расширенном составе. Присутствуют представители всех цехов, всех профессий – монтёры и кабельщики, бригадиры и инженеры, начальники цехов, представители профкома, администрация, в полном составе. Люди переговариваются между собой – дескать, кто-то опять очередную жалобу, теперь уже в горком, написал. Открыто недоумевают, кто будоражит в очередной раз предприятие? И чего людям неймётся, чего не хватает?..

От Управления связи пришли Конаков Михаил Леонидович, – главный инженер, и председатель областного профсоюза работников связи – Ситникова Полина Ивановна. К назначенному времени, без опозданий – все и собрались. Раз жалоба поступила в городской комитет партии – её представителю и инициативу в свои руки брать.

Роза Ахметкалиевна информирует о причине собрания. Она банальна. У части коллектива появились претензии к руководителю. Зачитывать письмо она не будет. В зале присутствует большинство членов коллектива – дадим возможность открыто недовольным, эти претензии высказать, обсудим их и примем решение…

По залу гудит-шелестит ропот, – правильно! Кто написал – пусть открыто и выступит. Люди оглядываются, ищут смельчака из лагеря недовольных, и когда он находится и встаёт – упирают в него взгляды. Он встаёт, перебивает начальную робость и нерешительность, и по ходу, обретая уверенность, направляется к трибуне.

Я тоже не свожу с него взора. Гляжу – и обида захлёстывает. Не ожидал!

Трибуном и обличителем выступает, от имени коллектива радиоузла, прекрасный работник, опытный профессионал, инициативный и исполнительный, – бригадир ремонтной бригады радиоузла Шершнев Валерий. Он, запинаясь, вытягивает слова, из явно не им, заготовленной на листке бумаги, речи, говорит об обидном отношении к радиоузлу со стороны администрации, о чрезмерной и незаслуженной критике действий начальника цеха со стороны начальника ГТС…

И вдруг, из глубины зала, прерывает его и разносится, среди так и не утихшего общего гула, голос

– Валера, да уймись ты, ладно бы кто другой, действительно обиженный, жаловаться вышел! А ведь на костюме твоём парадном, места свободного не найдёшь – куда ни глянь либо орден, либо медаль висит! Ты-то чем лично обижен?..

И взрывается смехом зал…

Я так и не уловил – кто прервал оратора. Шершнев, он как на стену наткнулся, – пробормотал ещё что-то, махнул рукой и заторопился к месту, с которого встал.

Мелькнуло в голове – а ведь люди всё замечают! И сейчас, в точку попал, реплику бросивший из зала, кто-то из кабельщиков. Так мне показалось.

Шершнев действительно хороший работник. Справедливо и заслуженно вниманием обласкан. И «Почёный радист» и неоднократный «Победитель республиканского и других соревнований», и избранный в качестве единственного, от всей области, связиста-делегата – недавно вернувшийся со встречи с первым Президентом Казахстана, организованной в Алма-Ате. Пожалуй, нет на предприятии более отмеченного вниманием человека. Я с ним – первый всегда здороваюсь.

Что же вредного в моей повседневной работе, для предприятия, вопиющего безобразием и неприемлемого, нашёл он? Я, как и любой человек, конечно, не лишён недостатков, но всё-таки – не имею таких, за которые должен быть открыто заклеймён перед коллективом.

Эх, Валера…

Не удержалась от эмоций, вскочила и хрипотцой отдающим, звонким голосом затараторила Юртабаева Асия Хасановна

– Товарищи, да сколько можно! То совсем ещё недавно Боровик Любовь Ильинична жалобу организовала, теперь вот – цех радиоузла перенял эстафету. Я знаю, это их Мурносова настрополила! Всё неймётся ей, не нравится, что контролируется обстановка на предприятии со стороны начальника, что дела в общем идут хорошо. Вот и баламутит людей! Видно не может сама вволю разгуляться…

Сколько можно! Не позволим, не дадим в обиду нашего начальника, – запинается оборванной фразой на излёте, садится и… – вновь гудит зал…

– Товарищи, тише, тише, не нужно реплик с мест! Если хотите выступить – выйдите к трибуне. Всем желающим дадим слово – Роза Ахметкалиевна с помощью подключившегося Журбы Владимира Яковлевича – с трудом успокаивает расшевелившийся эмоциями зал.

Достигнута, наконец, относительная тишина и Полина Ивановна Ситникова, обращаясь непосредственно к Сторожиловой, просит огласить конкретные факты притеснения работников радиоузла со стороны руководителя предприятия.

– Наталья Ивановна, только не надо воды – факты, факты…

Сторожилова, – она же – начальник цеха! Поняла, годами испытанный трюк – словами рядовых рабочих, высказать «безобразия, чинимые руководителем предприятия» – не проходит, на сей раз. Она – начальник цеха! Кому как не ей, не за спины монтёров прятаться, а самой, создающей и контролирующий общий настрой в цехе, и высказать открыто накопившиеся проблемы? Начальник цеха – это ещё и обязанность за всё, происходящее в цехе нести ответственность. Здесь, перед людьми – не отвертишься!

Она сидит рядом с Мурносовой, демонстративно отстранённая от работников радиоузла. Но она, же не глупая, она ловит возмущённые, укоризненные, недоуменные взгляды большинства, она видит опущенные от чрезмерного к ним внимания, головы своих, смущающихся подчинённых, она чувствует отчуждённую атмосферу в зале.

Сторожилова не может не понимать, что подставила цех. Зачем?.. Ради кого?.. По чьей прихоти?.. С какой целью?.. Ей – неуютно.

Делать нечего, медленно поднимается, налившаяся краснотой блондинка, пунцовая лицом, до синевы – бормочет

– Нет, нет, не надо на трибуну, я с места…

Она, мнётся, она подыскивает слова, она умеет формулировать мысли и она говорит.

– Ну… никто не отрицает, что Виктор Васильевич, хороший, грамотный руководитель. И связь в городе наладил… и зарплата у нас растёт… и программа «Жильё-91» близится к завершению. Но… но… вот… – бывает… грубо разговаривает на планёрках, голос повышает… обвиняет, что не помогаем мы цеху ГТС. Что мало денег, зарабатываем… А у нас своей работы – выше крыши! Задыхаемся…

И вдруг, выдаёт

– А вообще… – лично у меня к руководителю особых претензий нет. А то, что письмо написали – ну, не знаю… может быть, и не надо было.

Ей больше нечего сказать, и она возвращается в зал, и ей некуда сесть, кроме как опять, рядом с Курносовой, но она – совсем неглупая женщина, дала своим выступлением понять, что это не её «игра»…

В принципе, всё понятно. Но к трибуне подходит ещё один представитель радиоузла – Юмакулов Фарух Тагирович – он же парторг, и председатель Совета трудового коллектива – всё, в одном лице.

– Наталья Ивановна, но ведь и вы с монтёрами на утренних планёрках не в стихах речь ведёте, да и видят люди, как, бывает, чуть ли, не матами выгоняете их с территории к месту работы! Я понимаю, – женщине трудно мужским коллективом, грубыми мужиками без крепкого словца руководить. Но как же вы можете тогда в грубости других обвинять?

Я тоже постоянно присутствую на планёрках Виктора Васильевича. Да, присутствует в словах и решениях руководителя требовательность и твёрдость! Но матерки… это уж точно, с уст его не сыпятся, и уж вам-то, давно пора научиться различать, где – грубость, а где – требовательность.

И вообще, многим в цехе радиоузла не нравится, искусственно вами поддерживаемая, атмосфера нагнетания конфронтации с руководством и политика постоянной обособленности цеха от общих дел. В конце концов, – мы одно предприятие, и если требуется помогать друг другу, и руководитель требует делать это – надо помогать!

Хватит! Кончать надо коллектив постоянно не по существу будоражить. Забот ведь и у предприятия – выше крыши, как вы выразились, – да и серьёзные события сейчас в стране происходят. Не до пустяковых распрей…

Юмакулов, он смелый человек. Юмакулов, несёт на плечах дополнительную общественную нагрузку, напрямую работает с администрацией предприятия, и не только.

Но ведь он не может осознавать, что по бренным делам – быть лишённым премии за пустяковый просчёт в работе, получать и отчитываться об исполнении заданий по своей непосредственной работе, от оценки на работе его действий, – он полностью от Сторожиловой – прямого своего начальника, зависит. Ещё раз убеждаюсь – смелый, честный, и принципиальный человек – Юмакулов.

Выступили все, кто хотел. Кто репликами отделался, кто – «речь толкнул». Но не слышал я ещё столько хороших слов в свой адрес – от простых людей, от работяг. Сентиментальный, наверное, – крепился, а глаза на слезы наворачивались…

«Фактов» – не было.

Ситникова, так и не дождавшись «фактов», выразила недоумение «бурей разыгранной в стакане», возмущение попытками «некоторых», вместо помощи в очень непростой работе «толковому руководителю» – ставить палки ему в колеса.

Конаков Михаил Леонидович – человек не лишённый чувства юмора, осторожный в суждениях, открыто удивился – а как вообще можно руководить предприятием без умения – учинить спрос, где надо, и жёстко – если надо, потребовать исполнения принятых решений?

– Руководство предприятием – это не ужимки кисейных барышень во время ритуального чаепития – так и заявил. И тоже выразил недоумение

– Стоило ли ради того, что здесь услышали, людей от работы отрывать, Совет трудового коллектива собирать – шум поднимать?..

Я последнее его высказывание принял упрёком в свой адрес и в душе не согласился с этим упрёком. Гласность – она и есть гласность, а я – прямой человек и не переношу интриг и закулисных игр. Избран на должность директора ГТС трудовым коллективом, полностью открыт перед ним в общественной, трудовой и семейной жизни. Мне нечего скрывать, и если заслужил – достаточно сил, чтобы достойно и открыто воспринять критику. Да и ползучей напраслины в свой адрес, недоговорённостей – допускать не желаю.

Вот сейчас – дал возможность высказаться людям, надёжное плечо которых постоянно ощущаю, твёрдую опору и поддержку политики проводимой нахожу, без честного и добросовестного труда которых моё личное «я» – ничто. Нельзя руководить людьми, и не быть уверенным, что люди тебе доверяют.

Дал возможность высказаться и другим – может быть, действительно есть причины быть недовольными. Лучше – открыто, при всех. Ненавижу язвительные ухмылки и шёпоточки через платочек… из-за угла…

Можно конечно, внимания не обращать по принципу: – собака лает – караван идёт… Да – нет! Смотря сколько собак лает, и насколько остры зубы в их пасти…

Я выступил. Тоже посчитал нужным, сказать несколько слов открыто, перед всеми. Точки необходимо всё-таки расставлять. И виновник «торжества» – он должен быть обозначен. Я обратился непосредственно к Мурносовой.

– Валентина Васильевна, народ должен знать своих героев в лицо. Уже в который раз вы провоцируете смуту на предприятии. Откровенно, сейчас вот, скажите, чем вас не устраивает руководитель? Сами скажите – не впутывайте в это людей. Ведь всё что сейчас происходит именно вами спровоцировано – вами! И если я не прав – опровергните это.

Вы так любите управлять и манипулировать людьми, имеете незаурядные лидерские качества, что само по себе неплохо. Может быть, вы желаете руководить коллективом лично? Ну, так представьте программу действий, выставьте себя в качестве претендента. Наверное, следующие, очередные выборы руководителей не за горами. Глядишь, и получите флаг в руки.

Я замолкаю, я недвусмысленно жду ответа. Ждёт зал, и Валентина Васильевна просто не может не принять вызов. Она приподнимается, упирается рукой в спинку переднего кресла, и так, полусогнувшись – откашлявшись и преодолев хрипоту, ни к кому не обращаясь, просто в зал – говорит

– Да, это я действительно помогала писать письмо! По просьбе радиоузла. И не нахожу в этом ничего зазорного. Да, я по прежнему считаю, что Виктор Васильевич, позволяет иногда себе грубость в высказываниях, и уверена – не любит он радиоузел. В руководители я не рвусь, а если коллектив устраивает такое поведение руководителя – ну, что ж, пусть так и будет…

Больше она выдавить из себя ничего не может, а ведь обладает хорошо подвешенным языком и за словом в карман не лезет. Просил её радиоузел жалобу написать – не просил?.. Лучшая подруга Сторожилова, рядом – пусть разберутся сами между собой. Любит – не любит, плюнет —поцелует… Сколько откровенной демагогии!

Руководить открыто она не желает. Конечно, не желает! За этим кроется тяжелейшая ответственность. Не нужно ей это! Её, роль неформального лидера вполне устраивает, лидера с червоточинкой – подставить других, при случае, а самой – жар загрести.

Всё это мелькает в моей голове – и мне почему-то жаль сейчас Боровик Любовь Ильиничну, которая была спровоцирована полгода назад на «драчку» подобную сегодняшней, и толи стыдно стало, толи достоинство и принципиальность до конца проявила, но уволилась с работы – ушла из коллектива. Жаль… Опытного специалиста, настоящего профессионала своего дела потерял тогда коллектив. На совести Мурносовой это! А есть ли вообще у неё совесть? Плюй в глаза, – божья роса! И совсем не безобидно, то, что она творит…

Всё это пролетает в голове, и произношу я вслух, отчётливо и в полный голос

– В последнее время вы, Валентина Васильевна допустили несколько промахов по своей непосредственной работе, и если в ближайшее время мои поручения не будут выполнены, вы будете наказаны за неисполнительность! Чтобы не было лишней суеты и разговоров, я сейчас предупреждаю вас открыто об этом – перед всем коллективом, и руководством Управления…

Что ещё говорить? Неприятно высказывать нарекание человеку, да ещё – в открытую! Уже покинул я трибуну, упираюсь локтями в стол президиума, а сердце бешено всё колотится и не желает успокаиваться. И не уходит боль с левой части тела – от горла – к бедру…

Роза Ахметкалиевна, тоже, удивление и недоумение выразила, примиряющей стороной выступила. Поделилась тем, что в целом, довольно городское руководство работой и телефонной связи, и радиофикации в городе. Что видит во мне опытного, пользующегося уважением у Актива города руководителя. Что Городская телефонная сеть относится к сильным, уверенно и продуктивно работающим предприятиям, что находится на хорошем счету у руководства города и области. И что заслуга в этом – безусловно, всего коллектива.

– Объединяйте усилия на общие, более весомые результаты в работе! Коллектив сплочённым должен быть. А письмо, давайте – посчитаем досадным недоразумением.

Под одобрительный гул – этим, Совет трудового коллектива и завершился.

Мои устные распоряжения в срок Мурносова так и не выполнила, пришлось перейти на официальный документальный язык:

Прошу Вас представить письменное объяснение по следующим вопросам:

Несмотря на неоднократные напоминания о недопустимости наличия сверхнормативных ТМЦ (товарно-материальных ценностей) и в связи с этим, на непосредственно данное Вам конкретное поручение о необходимости приведения норматива запасов ТМЦ в соответствие с достигнутым объёмом обслуживаемых средств связи ГТС, на данное Вам поручение, согласовать этот вопрос с ОПС, несмотря на неоднократно указанную Вам особую важность этого поручения – оно не выполнено. Почему?

По Вашей инициативе коллектив ГТС был сориентирован с целью улучшения финансового состояния ГТС, на выполнение ряда работ по развитию, – на Коммунистических субботниках.

Вами же непосредственно с Синегорским ОПС, как Вы мне неоднократно докладывали, был согласован вопрос о том, что прибыль, полученная в результате выполнения этих работ – не подлежит налогообложению.

Однако, при защите баланса обнаружилось, что это не так. Почему?

Объяснение прошу представить в срок до 18 часов 23 января 1991 года.

Ответ пришёл мгновенно и тоже, в документальной форме:

По письму начальника ГТС №37. от 22.01. 1991 года.

1. Ваше поручение согласовать с ОПС увеличение ГТС норматива оборотных средств выполнено. Нам предложено письмом ПФО 4/69 от 16.01. 1991 года представить расчёт норматива в плане на 1991 год до 1 февраля 1991 года.

Работу по разработке норм и приведению сверхнормативных запасов ТМЦ к нормам согласно инструкции о нормировании оборотных средств, должны возглавить Вы со специалистами предприятия, в том числе и экономистом, но эту работу Вы письменно поручаете мне одной.

2. По моей инициативе и главного бухгалтера Пильниковой Н. В. сверхпостроечные работы отражены не в доходах, а в прочей прибыли, которая с 1989 года и полугодия 1990 года была направлена в Фонд экономического стимулирования. Но по девяти месяцам баланс поправили и применили норматив отчислений в ОПС (90,24%.).

Мне и Пильниковой Н. В. было дано разъяснение, что если прочая прибыль будет во второй части таблицы прибылей, то будет направлена в ФЭС.

Пильникова Н. В. и я обратились к главному бухгалтеру ОПС Коберштейн И. З. и она сказала, что уточнит в Министерстве.

Не дождавшись ответа, Вы подготовили письмо в Минсвязи по сверхпостроечным работам и сослались на справочник экономиста.

Когда по сверхпостроечным получили отказ, перечитывая Методические указания о нормативном распределении прибыли, Вы предложили использовать пункт 8, где сказано что из фактической прибыли, до её распределения исключается прибыль, полученная в дни Коммунистических субботников и дали задание составить протокол задним числом, также – систематически звонить в министерство, ходить в ОПС, в ПФО к Грачеву И. А. (что мы с Пильниковой и делали), где многократно нам давали такие же разъяснения, как и по сверхпостроечным работам.

Кроме того, в конце декабря, точнее – после 20-го Пильниковой Н. В. и мне звонил Грачев И. А. и предупреждал: «До сдачи баланса – согласуйте с главным бухгалтером ОПС отражение этих сумм, чтобы не исправлять баланс». Обо всем этом мы Вас информировали. Когда я подписывала, спросила Надежду Васильевну – всё-таки отражаешь, ведь исправят. Но она сказала – всё согласовано и пусть только попробуют.

Так как таблица прибылей составлена без учета рекомендаций ПФО, баланс исправили.

Объяснительную представляю 24-го, так-как писала 23-го после работы.

Всё это хорошо, но расчёт нормативов так и не представлен. Что ж, продлим срок исполнения, но ненадолго…

Обязываю Вас в срок до 30 января 1991 года представить расчёт норматива собственных оборотных средств по состоянию на 1 января 1991 года.

Обращаю Ваше внимание на особую важность данной работы.

И опять оперативно получен документальный ответ:

Письмом №38 от 23. 01. 1991 года Вы обязываете меня в срок до 30 января 1991 года представить расчёты норматива собственных оборотных средств по состоянию на 1 января 1991 года.

Учитывая сжатые сроки и трудоёмкость выполнения этих расчётов, необходимость участия в этом специалистов ГТС, а также порядок расчёта норм оборотных средств изложенный в «Инструкции о нормировании оборотных средств» – прилагаю проект приказа о создании комиссии для разработки норм оборотных средств.

Внимательно, очень внимательно читаю ответ Мурносовой – меня не устраивает такой ответ. Эх, экономист, экономист, – никакой личной ответственности! Всё за Комиссии пытается спрятаться. Не пойдёт так дело! Со мной это не пройдёт…

В течение последних лет на ГТС количество имеющихся товарно-материальных ценностей превышает норматив. Только в 1990 году сверхнормативные запасы на предприятии составили во втором квартале 4814 рублей, и в третьем квартале 6678 рублей. И это в ситуации, когда подразделениями ГТС систематически ощущается недостаток запасных частей и материалов.

Экономисту 1 категории ГТС тов. Мурносовой В. В. было дано распоряжение – с целью недопущения сверхнормативных запасов ТМЦ по итогам 1990 года – привести норматив их образования в соответствие с уровнем развития обслуживаемых средств связи. Неоднократно мною подчёркивалась важность этой работы. Однако данное распоряжение тов. Мурносова В. В. так и не выполнила. По итогам работы за год, не имея практически запасов необходимых материалов, ГТС имеет превышение над существующим нормативом товарно-материальных ценностей на сумму 10677 рублей.