Ну, здравствуй, жена!
- -
- 100%
- +
«Дай Шаагиль, на пиках заслон продержится, а там придумаю что-нибудь. Из города каменщиков выпишу. Пусть кладку укрепят».
И совсем не вовремя сердце лизнула радость, что девчонка ушла в деревню. Бегала бы как вчера по стене, лежала бы сейчас рядом с погибшими, придавленными тысячелетними валунами.
Цирюльник уже суетился над каким-то раненным. Слабых магических сил бастарда пятого поколения едва хватало на обезболивание. Но и это помощь.
***
Юлька бодро шагала по лужам. Сапожки, найденные в шкафу, надежно защищали и от воды, и от холода. Следом семенила Тиль. По случаю шопинга она приоделась: кружевной пеньюар заменило платье. Без украшений и рюш, но такой длины, что, не будь оно призрачным, собрало бы подолом всю дорожную грязь.
– Куда ты так летишь? – Тиль по привычке все-таки подхватила юбку и показала стройные ноги, обутые в легкие туфли. – Подожди!
Юля остановилась. Ветер, не такой сильный, как ночью, попытался сорвать с головы шляпу, но Юлька решительным жестом пресекла всякие поползновения на свою собственность – натянула ее до ушей и получила укоризненный взгляд от Тиль. Уже второй с утра. Первый выразил недовольство, когда юная подруга решительно содрала все искусственные цветы и подрезала поля головного убора, некогда принадлежащего бабушке милорда.
– Ну кто так носит! Сейчас ты похожа на пастуха! Штаны, сапоги…
– Самое то! – весело откликнулась Юля и подставила локоть, в который тут же вцепилась Тень. – Чем стремнее я выгляжу, тем труднее будет заподозрить, что я жена милорда.
– Стремнее? Что за слово такое?
– Наше, земное.
– Ты бы строн за ворот сунула. Мало кто знает о его ценности, но охотники поживиться амулетами всегда найдутся. Вон, смотри, какой-то всадник с тебя глаз не спускает…
– Так это всего лишь мальчишка. Наверное, мамка в магазин за хлебом послала, – Юля улыбнулась мальцу, издали похожему на того, что приносил ей еду. Тот, заметив, что на него смотрит «незнакомый пастушок», пятками стукнул по бокам лошади и поскакал в сторону «магазинов».
Юля узнала их по кричащим вывескам и болтающемуся на виду специализированному товару – реклама и здесь работала исправно. Как объяснила Тиль, все жители поселка, что расположился у внешней части крепостной стены, ходили отовариваться именно сюда, в самую большую деревню, стоящую на перепутье трех дорог. По одной Юлька с Тенью как раз шли, другая, обогнув небольшой лесок, терялась в полях – то был путь в столицу, а третья, резко уходя за деревней направо, ныряла в туман, где в низине у озера находился замок какой-то леди Витро – продавщицы чудодейственных зерен, любящих повышенную влажность.
– Ох, тебе бы вглядеться в него хорошо, и тогда бы ты поняла, что не мальчишка он вовсе, – продолжала ворчать Тиль. Что ж, бабушкам положено ворчать. – Взрослый мужчина, просто ростом не вышел.
– Карлик? У нас их называют карликами.
– А у нас квалонами. Тому квалону на лошади годков поболее, чем тебе.
– Но поменее, чем вам?
Третий укоризненный взгляд Тиль погасил Юлькину улыбку, хотя хорошее настроение никуда не улетучилось, тем более что мешочек с монетами приятно оттягивал карман.
Весь путь до деревни Юлька не уставала восхищаться красотами и разнообразием здешней природы. Горы, леса, поля и пересекающая их дорога, змеей уползающая куда-то за горизонт.
Замок Ханноров стоял между двумя отрогами гор, и восточные крепостные стены надежно перекрывали тот участок реки Ягуд, где ее воды текли относительно спокойно. Как рассказала Тиль Грасси, перевал был единственным местом, где извечные враги королевства – урийцы, могли вплавь пробраться на территорию Агрида.
Выше по течению поток прыгал с камня на камень, и только безумец рискнул бы вступить в него, а ниже крепостной стены река вдруг обрывалась водопадом и скрывалась в глубоком ущелье, носящем название Ягудова бездна. Даже здесь, у деревни, был слышен мощный рокот падающих вод. Тиль пообещала, что они когда-нибудь туда сходят.
– Мы, Тени, можем перемещаться хоть по всему королевству, было бы желание живого человека таскать нас с собой.
– А где родители милорда?
«Ладно бездушный гордец не навещает своих бабушек, но почему этого не делают его родители?»
Тиль Грасси печально вздохнула.
– Мой сын и сноха уже покинули этот свет.
– Ох, простите.
– Тень сына наверняка обретается в столичном особняке. Он ни за что не выбрал бы горную крепость. А вот бедная Касси уже навсегда перебралась в небесный чертог. Она не смогла накопить достаточно магии, поскольку умерла молодой. Ее Тени едва хватило сил дотянуть до шестнадцатилетия Изегера.
– Ваша сноха болела? – Юлю впечатлили слова Тиль Грасси. Отчего-то она была уверена, что маги живут долго. А тут у милорда – достаточно молодого мужчины, нет ни отца, ни матери.
– У нее было разбито сердце, – Тиль опустила глаза. – Мой сын его разбил. Касси от тоски наложила на себя проклятие смерти.
Юля закрыла ладонью рот. Ее глаза наполнились слезами.
Тень похлопала юную подругу по плечу.
– Ну-ну, дорогая. Все хорошо. Очень важно, что Касси выполнила свое предназначение – дала жизнь наследнику рода Рвущих Пространство. И тебе не следует тянуть. Какая же упрямая эта Картора! Если бы не она, я давно нашептала бы своему внуку, что он глупец.
Слезы на глазах Юли моментально высохли.
– Но это я не хочу, чтобы он стал отцом моего ребенка. И очень довольна, что наши с милордом желания совпадают.
– Ну да, совпадают, – Тиль поджала губы. – Он желает тебе пойти и убиться.
– Шопинг-шопинг-шопинг! – Юля откинула грустные мысли. Она в восхищении смотрела на приближающиеся длинные ряды лавок, стоящих вдоль грязной, изрытой колесами и копытами, дороги. Над дверью ближайшей болтался сапог с вывернутым наружу мехом. – Зимой здесь холодно? Может, прикупим унты?
– Нет, – Тиль потянула в другую сторону. – Сегодня покупаем самое необходимое. До зимы еще дожить надо.
– Ага! Правильно, – Юлька едва не скакала. И если бы не висящая на локте Тень, наверное, взлетела бы подобно воздушному шарику – так кружило голову предвкушение. Ну и конечно, свежий воздух, напоенный ароматами осени. – Зачем мне унты, когда совсем скоро я выйду из комы?
Тиль Грасси только вздохнула. Четвертый укоризненный взгляд Юлька пропустила.
Глава 14. Шопинг
– Дорогая, хочу еще раз тебе напомнить, – Тиль Грасси придержала Юлю, которая мыслями уже была там, на торговой улице, – мы существуем лишь для тех, в ком живет магия. Крестьяне и торговый люд хоть и пользуются амулетами и простенькими заклинаниями, никогда в жизни не видели ни одну Тень. А потому будь сдержанна. Не маши руками и не разговаривай со мной в открытую, иначе ты соберешь вокруг себя толпу зевак.
– Будем изъясняться знаками, – кивнула Юля. – Чтобы вас не услышали, вы будете тыкать в нужную вещь, а я…
– Меня не услышат. Простому человеку не дано. Поэтому выполняй в точности, что я скажу…
– Поняла-поняла! Ну побежали же! Шопинг начинается!
Первым магазином, куда привела Юлю Тиль Грасси, был, если можно так выразиться, модный салон.
– Вам в соседнюю лавку! – не совсем вежливо поприветствовала Юльку хозяйка модного дома, и тут же вернулась к прерванному занятию: она натягивала на деревянную куклу в человеческий рост бархатное фиолетовое платье.
– Я предупреждала, что в испорченной шляпе ты похожа на пастуха. Скажи ей, что хочешь купить несколько женских нарядов.
– Кхе-кхе! – Юля прокашлялась в кулак и противным голосом, весьма отдаленно похожим на мужской, прогнусавила: – Мне бы это… пару платьев для сестры…
Тиль закатила глаза.
«Пастух» для верности стукнул по карману, где тяжеловесно звякнули монеты, моментально меняя взгляд хозяйки на заинтересованный.
– В приданое? О, как раз мои мастерицы сшили вот это чудесное платье… – развернутая лицом к Юльке кукла посмотрела на нее нарисованными глазами. Ей явно не нравилось безвкусное платье, где тяжелая ткань соседствовала с легким кружевом. Хозяйка модной лавки не обратила внимания на печальный лик куклы и продолжила щебетать: – Пойдет на любой размер. Все дело в новомодной шнуровке на спине. Если нужно, я позову своих девочек, и вы выберете похожую на вашу сестру фигуру, чтобы убедиться, как ладно сидит этот чудесный наряд…
– Не надо девочек. Сестра – мой близнец.
– Да?.. – взгляд пробежался по щуплой фигуре и пузырящимся на коленках штанах. – Может, тогда примерим на вас? Снимите с головы это безобразие…
Юлька вцепилась в шляпу, которую уже ухватили проворные пальцы модистки.
– Нет! Я против! И вообще, мне это платье не нравится!
Только тут хозяйка разглядела, что у ее покупателя на лице и на руках зеленые пятна от кремвиля.
– А! Так вы, должно быть, та самая… м-м-м… гостья из замка лорда Ханнора, – она отступила на шаг, и взгляд ее сделался беспокойным.
Тиль тронула Юльку за рукав.
– О тебе уже наслышаны. И сейчас ты показала себя во всей красе. Зачем было менять голос? И придумывать сестру-близнеца? Теперь не отпирайся. Иначе ничего не продадут. Сделают вид, что лавка закрывается.
– Да, я та самая «м-м-м» из замка лорда. И хотела бы купить два платья, – скосив глаза на печальную куклу, которая жаждала избавиться от безвкусного наряда, Юля добавила: – На каждый день. А это для меня слишком…
– Стремное? – шепнула Тиль. Она гордилась своей подопечной, которая не повелась на кричащую вещь. Леди Ханнор положено носить более элегантные вещи.
– …слишком навороченное. И кружева, и бархат. Мне бы чего попроще.
– Тогда вам не в мою лавку. Ступайте в самый конец улицы. Там продается простенькое. Для прислуги, – хозяйка была оскорблена, поэтому цедила слова. – А у меня только изысканные платья. Для невест и понимающих толк в моде. Сама леди Витро заказывает у меня наряды…
– Это та самая торговка зерном? – уточнила Юля, но неожиданно получила одновременно два убийственных выстрела глазами: от хозяйки салона и Тиль Грасси.
– Да как вы смеете? – взвизгнула женщина. – Слышала бы леди Витро!
– Молчи уже… – Тиль потянула Юльку к выходу.
– Да что я такого сказала? Она ведь на самом деле торгует зерном, я слышала…
– Вы… Вы сумасшедшая! Правду о вас говорят слуги из замка. Сидели бы уж под замком…
Юля оторвала от себя цепкие пальцы Тиль и решительно шагнула к хозяйке салона. И хоть женщина была на полголовы выше, она втянула разницу роста в плечи – настолько грозен был вид у ее посетительницы.
– Еще слово и я сожгу к чертям эту конуру!
Пламя на свечах, что горели под потолком на круглом ободе (похоже его сняли с пивной бочки), зашипело и дрогнуло. На хозяйку это подействовало лучше всяких слов. Она нырнула за прилавок и перестала дышать, в надежде, что безумная покупательница сочтет ее за мертвую и покинет лавку.
– Вы видели?! Класс! – воскликнула возбужденная Юлька, вывалившись с висящей на ее руке Тиль на улицу. – Кажется, у меня просыпается еще один дар! Я силой воли чуть не затушила все свечи! К какому роду такой дар относится? К Гасящим Взглядом? Огнеборцам?
Тень ущипнула Юлю за нос и тем заставила прийти в себя.
– Никаких Огнеборцев. Это я махнула подолом платья, чтобы спасти тебя. Пришлось чуть ли не выше головы его задрать. Видел бы нас мой внук, провалился бы сквозь землю.
У Юли загорелось лицо.
И вправду, чего это она сцепилась с той милой женщиной? Никогда никому не грубила, и на тебе. «Сожгу к чертям эту конуру».
– Ты куда? – Тиль не успела ухватить Юльку за локоть и теперь со страдальческим лицом наблюдала, как та вновь открывает двери лавки.
– Кхм-кхм… Есть кто?
В магазинчике было тихо. На Юлю с полок осуждающе пялились деревянные головы в шляпах, развешенные по стенам платья безжизненно опустили рукава. Словно после недавнего дебоша покупательницы стеснялись самих себя.
Юлька зашла за прилавок. Женщина лежала на животе, уткнув лицо в кусок ткани.
«Дебоширка» присела на корточки и осторожно тронула плечо хозяйки. Спина той тут же закаменела.
– Извините меня, – произнесла Юля как можно миролюбивее. – Я, честное слово, не хотела никого обидеть. Я из другого мира, поэтому плохо ориентируюсь в вашем политическом устройстве и моде. У нас нет милордов и носят совсем другие фасоны.
– То, что надето на тебе, трудно назвать фасоном, – не поднимая головы произнесла хозяйка лавки.
– Я согласна. Но ничего другого у меня нет. Поэтому я и пришла к вам. А потом вспылила. Меня все сторонятся, предлагают убиться. Смотрят как на прокаженную. А я… Я хочу просто жить. Носить красивые платья, удобные туфли. Не прятать под дурацкими шляпами лицо.
– Ну, с лицом, милочка, ничего не поделать, – женщина сноровисто поднялась. Отряхнула платье, которое, кстати, было премиленьким. Поправила выбившиеся локоны и… улыбнулась. – Над тобой, верно, люди Кулака подшутили? Ох, они такие забавники. Сына моего тоже так разыграли. Я ему чуть всю кожу не стерла, пытаясь от пятен избавить…
– Нет, никакого Кулака я не знаю. Я сама напилась этой сладенькой водички, а наутро вот…
– Надо было над бутылкой пошептать «Криб-круб», – засмеялась хозяйка. И смех ее был подобен перезвону колокольчиков. Юля тоже разулыбалась. И позволила снять с себя шляпу.
– Я не знала…
– Но и тогда я не советую тебе пить кремвиль, – хозяйка убрала волосы с Юлиного лба. Тепло заглянула ей в глаза и доверительно сообщила: – После заклинания он становится обжигающим. И очень крепким. Не зря ягоды кремвиля выращивают безумные маги.
– Не буду…
– А ты хорошенькая. И пятна скоро сойдут. И платье мы тебе подберем. Какое хочешь?
– А можно я нарисую?
Спустя час Юля и Хильда расстались если не подругами, то добрыми приятельницами. Через три-четыре дня можно будет забрать и готовые платья, сшитые по собственным эскизам заказчицы, и подходящие по цвету и фасону туфли. Примерку сделали тут же, вызвав обувного мастера из лавки скорняка.
– А теперь куда? – Юля поправила новую шляпу. Скромную, украшенную тонкой лентой под цвет ее мальчишеского камзола. Эту же шляпу можно будет носить и с платьем, у которого вместо привычной местным дамам кружевной отделки задуман матросский воротник и пуговицы в ряд, для чего придется продырявить с дюжину монет мелкого достоинства. Хильда от этой идеи пришла в восторг.
Тиль Грасси поджала губы. Она была расстроена, что утратила первые позиции и как простое привидение провела этот час в углу.
– О, Тиль! – Юля поняла, что надо делать, чтобы сердце Тени оттаяло, поэтому крепко обняла ее. – Я такая счастливая! Теперь у меня есть не только две самые любимые бабушки, но и старшая подруга, которая может изменить мнение окружающих обо мне.
– Да, будущей матери наследника рода Ханноров подобает заботиться о своем положении в обществе, – одобрила Тиль и повела улыбающуюся Юльку в следующую лавку.
Здесь уже были посетители. Юля узнала одну из служанок, живущую в замке. Она рассматривала серьги, чьи камни волшебно переливались.
– Купи их, Эрди, – продавец завороженно смотрел на блеск камней. – Куда бы ты не пришла, взгляд от тебя отвести не смогут.
– Дорого.
– Сама же говорила, что милорд тебе деньги дал. И за что он тебе так благодетельствует?..
Щеки Эрди заалели, она бросила быстрый взгляд на вошедшую Юльку и, узнав ее, сразу как-то преобразилась. Повела манерно плечами, небрежно откинула шикарную косу за спину, поднесла сережку к уху и улыбнулась сама себе в зеркале.
– Милорд мне доверяет. Никого кроме меня не пускает в свой кабинет. Вот на днях какое-то важное письмо из столицы пришло, так он даже не убрал его со стола. Не того я поля ягода, чтобы нос куда не следует совать. За это, должно быть, и платит…
– Знаю, за что он тебе платит. И вся наша деревня знает, – хохотнул продавец.
– Не слушай ее, – Тиль толкнула изменившуюся в лице Юльку. – Врет она все. Эрдис и читать-то не умеет, поэтому мой внук не считает нужным бумаги прятать. Никчемная она. И убирается плохо. После нее пыль с палец толщиной.
Но ничего этого Юлька уже не слышала. «Важное письмо из столицы пришло» – вот такие слова набатом стучали в голове.
«Неужели Магистр прислал ответ?»
– Пошли, – шепнула Юля Тени и, схватив ее за руку, потянула из лавки прочь.
Выскользнувшего на улицу «пастушка» проводили взглядами двое: злорадным Эрдис и задумчивым маленький человек – квалон, что присматривался к ножам, разложенным на столе в самом углу лавки. Продавец увлеченно пересчитывал монеты, которые, решившись купить серьги, выложила на прилавок Эрди.
«Милорд мой, – ревность сжигала ее. – И пусть об этом знает приживалка. И чего он ее терпит?»
– Давай я в коробочку серьги положу, – продавец отвлек Эрди от размышлений. – Не забывай выкладывать их под лучи Тариллы, иначе камни потускнеют, – и, поискав глазами заждавшегося покупателя, всполошился: – Э, а куда тот парнишка подевался? Эй, Сипитка, догони мальца, спроси, чего он хотел.
Из-под прилавка вылез сонный мальчишка, но Эрдис придержала его.
– Пусть проваливает. И вовсе она не парнишка. Эта та самая безумная девка, о которой я в прошлый раз рассказывала. Вся в кремвиле, дуреха, извозилась.
– И откуда такая в наших краях? – продавец глянул в тусклое окошко. «Безумная девка» как раз размахивала руками.
– Никому не ведомо, – Эрди скривила лицо. – Но милорд отчего-то к ней милостив. Может, родственница какая?
– С чего ты взяла? – хозяину лавки было скучно. Покупателей нет, тот квалон не в счет. Уже битый час ножичек выбирает. Сипитка опять под прилавок залез свой сон досматривать. Отчего с лордовской полюбовницей не потрепаться?
– У нее на шее герб Ханноров болтается. На змее каменья так и сверкают.
– Дорогая, кажись, вещица, – задумчиво произнес хозяин, ловя взгляд квалона, выбравшего, наконец, ножик.
– Поэтому в замке все думают, что она какая-то родственница. Ходит – бродит, но никому до нее дела нет. Даже самому лорду. Морока одна…
– Ты куда летишь? – Тиль Грасси пыталась остановить Юльку, но та словно таран, устремленный во вражеские ворота, упорно перла вперед. – Мы же хотели купить амулеты для горячей воды…
– Потом, потом! Сначала посетим ту лавку в конце улицы, о которой говорила Хильда.
– Зачем тебе платья для прислуги? – Тень с подозрением посмотрела на Юлю. – Что ты задумала?
– Ничего, – Юля сделала невинные глаза. – Как я поняла, ждать, пока их пошьют, не надо. Выбрал подходящий размер и разгуливай хоть по дому, хоть по улице. Лучше уж в платье прислуги, чем в штанах, верно? На шею косыночку надену или шарфик какой повяжу, и буду выглядеть вполне прилично.
– А я тебе покажу, где брошки лежат, – подхватила идею Тень, купившаяся на то, что девочка хочет выглядеть девочкой.
– Выберем какое-нибудь серенькое платье, немаркое, – Юля тщательно фильтровала мысли, чтобы не сболтнуть лишнего. Незачем Тиль знать, что она задумала пробраться в кабинет «мужа» и одним глазком посмотреть на то самое важное письмо. Уж очень сильно ее волновал ответ Магистра. Всего лишь и нужно: одеться как Эрди, чепец на голову нацепить и мимо охраны прошмыгнуть. Глядишь, и не остановят. А в лавку со всякими волшебными штучками они на обратном пути заскочат. «А еще нужно купить мыла и какого-нибудь порошка для стирки. Здесь, наверное, и такой имеется».
Но ассортимент хозяйственных товаров Юлю не обрадовал. Кроме специальных амулетов, что сильно облегчали как жизнь, так и кошелек, остальное казалось убогим и доисторическим.
– Но как можно вот этим гладить? – Юля держала в руках скалку и узкую доску с вырезанными на ней зубцами. Тиль пожала плечами. Ясное дело, она никогда не задумывалась, как стирают и гладят ее наряды.
– Так все простенько, хозяин, – девчушка, лицо которой густо усеивали веснушки, ловко намотала кусок ткани на скалку, а потом несколько раз прокатала ее той самой доской с зубцами. – Видите, все гладенько и ладненько!
Юля взвесила скалку в руке.
– Берем, – решительно произнесла она. – А еще заверните вон того ситчика в цветочек.
– Зачем тебе? – Тиль сморщила нос. Уж больно вульгарно выглядели цветочки.
– Занавески пошью, – Юлька в уме прикидывала, сколько метров взять. – В моей комнате висят мрачные, тяжелые, пыльные. А с беленькими будет веселей.
– С беленькими завсегда веселей, – улыбнулась девчонка, думая, что «пастушок» разговаривает с ней. И невольно прониклась к нему уважением. Хозяйственный. Занавески шить собирается.
Глава 15. Прозрение через боль
В крепость Юля возвращалась налегке. Купленные вещи подвез тот самый квалон, что встретился в самом начале пути. Узел оказался настолько тяжелым, что всадник, заметив, как горбатится Юлька, придержал коня.
– Давай подсоблю! – крикнул мужчина, похожий на мальчика. Светлые кудри обрамляли его бесхитростное лицо, а белозубая улыбка заставила улыбнуться в ответ. – Мне туда же, в поселок!
Квалон махнул рукой в сторону замка.
– И не вздумай! – прошипела Тень. – Не смотри на его маленький рост, квалоны очень сильные. Завезет неведомо куда…
– Спасибо, уважаемый, за предложение! Но я лошадей боюсь, – Юля не кривила душой. Видела лошадок только по телевизору, и теперь невольно попятилась, когда каурка потянулась к руке, в которой Юлька держала надкушенное яблоко.
– Давай тогда свой узел, я его у охраны на воротах оставлю. Да не бойся ты, здесь другой дороги нет, не убегу.
«А и правда, чего мне терять? Амулет для горячей воды? Так он у меня в кармане. А платья да башмаки стоят недорого. Вот разве что отрез ситца и бутыль с мыльным раствором попрет? Тогда да, обидно будет».
И отдала узел, вытащив из него предварительно пару-тройку амулетов, что посоветовала купить Тень.
– И корзину давай. Я ее здесь пристрою.
Юлька не удержалась, купила в овощной лавке кое-какие фрукты, чтобы расширить свой небогатый витаминами рацион.
– А зовут-то вас, уважаемый, как? – поинтересовалась она, протягивая плетенку из лозы.
Квалон ответил, но Юля не расслышала. Она ойкнула от неожиданности и уронила на землю яблоко, когда лошадка дотронулась до ее руки мягкими губами.
– Как? – Юля покосилась на хрустящую ее «обедом» каурку.
– Вжик!
– Вжик?! – Юля рассмеялась, вспомнив милого мультяшного героя. Если и испытывала она какие-то страхи, то теперь они точно развеялись. – Ой, извините! Это нервное.
Квалон в ответ улыбнулся, хотя наверняка не понял, что такое «нервное».
– Джулия, скажи ему, чтобы у Галло вещи оставил, – подсказала Тиль, провожая корзину глазами.
– А меня зовут…
– Я знаю, как тебя зовут! Наслышан! Приятно было познакомиться, Джулия! Довезу твой скарб в целости и сохранности. А чтобы тебе было спокойнее, у самого главы охраны оставлю!
– Да, да, это и есть Галло, – подтвердила Тиль Грасси, не очень довольная тем, что Вжик называет жену милорда на «ты». Но что с него, простолюдина необразованного, возьмешь? Сверкай глазами – не сверкай, не увидит.
– Хорошо, Вжик! Спасибо!
И эта туда же. Радуется, отдав скарб в чужие руки.
– Ох, милая! Я думала, ты без меня уедешь, – Тень взяла юную родственницу под локоть. – Я ни за что на коня не забралась бы. Хотя в свое время преотлично гарцевала…
– Даже не думайте. Я своих не бросаю, – Юльке идти было легко. Хоть утро выдалось хлопотным, а ноги гудели, горная дорога к замку казалась прекрасной. Пели птицы, ветер трогал еловые ветви, и чудилось, что вечнозеленые красавицы надели треугольные платочки и, размахивая широкими юбками, пустились в пляс.
Густо пахло хвоей и… свободой.
– А я своя?
– Еще какая! Эх, надо было хотя бы грушу из корзины вытащить. Кушать страсть как хочется.
– Потерпи, недолго осталось.
– Бабушка, – Юля сорвала былинку и теперь вертела ее в руках, – а почему у вас такой отсталый мир? Даже у нас, на Земле, есть всякие машины и механизмы. А у вас и магов полно, и путешествуют они где только вздумается, но даже велосипед не изобрели. Могли бы в продвинутых мирах набраться знаний.
– А зачем нам чужие знания? Все, что нужно, мы имеем. Вон, Изегер рассказывал, дышать у вас на Земле нечем, природа вся попорченная, реки и озера с гнилой водой, а еще «Малышку» какую-то придумали, что во время войны города одним взрывом сносит, людей тысячами сжигает. Он как увидел, какое она творит безобразие, сразу в Агрид вернулся. Не надо нам такой жизни.
– Я не о плохих примерах говорю, а о тех достижениях, что жизнь облегчают, хозяйство помогают вести. Или урожай с полей убирать, – Юля кивнула в сторону оставшихся за спиной крестьянских угодий, где были видны фигурки работающих людей. – Выращивать зерновые культуры тоже можно прогрессивно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».