Я начинаю путь…

Вот, к примеру: вязание, вышивание, занятия макраме – все это прекрасно успокаивает нервы. Тем не менее не всякая здешняя хозяйка станет этим заниматься. Когда я предложила маменьке заняться вязанием, при этом подразумевая, что я ее легко смогу этому научить, она обиделась:

– Маша! Я ведь от вас никуда уходить не собираюсь. Мне вас нужно вырастить, внуков дождаться… Рано мне еще о Боге думать.

Оказывается, тут извечными женскими ремеслами занимаются только монахини! Тем не менее уговорить ее удалось. Подозреваю, что согласилась она на это с единственной целью: побольше побыть вместе с дочерью. Теперь часто сидит вместе со мной, учится вязать. Кому как, а в ее ситуации это самая лучшая психотерапия. Заодно на мозгоправах экономим. Мне это было привычно, а Василисе Егоровне – в новинку. Отвыкли здешние обитатели от простой жизни! Хотя, может быть, я и неправа. Взять хотя бы Ивана Кузьмича и моего братца Иванушку. Меня привела в состояние шока их неспособность забить хотя бы гвоздь. Оказывается, здесь так не принято. Есть развитый сервис, который за ваши деньги всегда готов сделать доброе дело всем нуждающимся. «Зачем париться самому, если достаточно оплатить предоставленные тебе услуги?» Я это часто слышала и в той жизни. Только я привыкла к тому, что мужчины не беспомощны. «А зачем кому-то платить деньги, если достаточно попросить своих мужчин?» Меня бесила привычка людей этого мира постоянно, по любому пустяку обращаться за помощью к совершенно посторонним.

Если мне нужно, то я умею быть занудной. Доставая постоянным нытьем Машиного отца и братца, я добилась желаемого. Теперь, когда я заявляю, что один из них мне нужен как мужчина, они больше не воспринимают это как дикость, а молча идут и делают свое мужское дело. Кстати, им это настолько понравилось, что в скором времени они оккупировали лоджию и, прикупив разнообразный инструмент, превратили ее в мастерскую.

Когда Василиса Егоровна пыталась протестовать, я стала на их сторону, заявив:

– Мама! Должно же у наших мужчин быть что-нибудь святое в этой жизни!

Домашние уже давно со мной ни о чем не спорят, а лишь обсуждают возникшие проблемы. Вот и мать в итоге согласилась, что домашняя мастерская – это святое! Это то, что превращает мужчину из дикой обезьяны в цивилизованного человека.

Так и тянулась наша домашняя жизнь. После посиделок с мамой мы с Машей ложились спать. Правда, уснуть получалось не сразу. Меня постоянно мучал один и тот же вопрос: «Зачем все это? Кому это понадобилось?»

Судя по всему, вести спокойную и размеренную жизнь у меня не получится. Я так и буду влипать в истории и скандалы. Ну что тут поделать? Не вписываюсь я в этот мир! Мне многое здесь чуждо, незнакомо. Кое-что и вовсе неприемлемо. Самое противное, что это не только мои проблемы. Маша – вот заложница ситуации. Благодаря мне, она уже стала белой вороной, и это только начало.

Примечания