Семья

Прямо перед ней стоял высокий мужчина в чёрном спортивном костюме с глубоким капюшоном, частично скрывавшим его лицо. Голос показался знакомым — это был тот самый таксист, который привез её сюда. Девушка инстинктивно отшатнулась назад, удерживая равновесие, упираясь спиной в холодную стену.

— Как вы сюда попали? — прошептала она, поражённая собственной внезапной сухостью горла, словно песок заполнил полость рта.

— Трудно поверить, но пришлось пролезть через забор, — спокойно объяснил мужчина, оставаясь на месте, но медленно поворачиваясь лицом к испуганной девушке, уклоняясь от прямого контакта взглядов.

— Зачем вы пришли? — голос Инны охрип, и она почувствовала, что следующая фраза останется невысказанной из-за недостатка кислорода. Никогда раньше она не испытывала подобного ощущения, когда частота сердечных сокращений превышает скорость дыхания, препятствуя полноценному раскрытию лёгких.

— Похоже, я забыл вам кое-что сообщить, — пояснил мужчина, — заказчики, кажется, тоже забыли: когда будете свободны, я подожду вас внизу улицы, чтобы доставить до ближайшей автобусной остановки.

Подойдя к лестнице, Инна замерла на миг, оценивая поведение мужчины, затем резко взлетела на крыльцо и, перекинувшись через поручень, выкрикнула:

— Если останешься ждать, я вызову полицию! Ясно?! Камеры повсюду! Найдут твоё лицо быстрее, чем ты запустишь двигатель, чтобы удрать отсюда!

Заблокировав замок, Инна прислонилась к двери, пытаясь восстановить дыхание. Её тело содрогнулось от очередного удара настенных часов, заставив её окончательно рассердиться. Она достала телефон из кармана. Осталось всего пятнадцать минут до следующего сеанса капельницы.

Её руки тряслись, как листья на ветру. Желая справиться с волнением, девушка принялась ходить по гостиной, вспоминая упражнения дыхательной гимнастики, размахивая руками, словно пытаясь сбросить ненужную энергию.

Наконец дрожь прекратилась, и, как актёр, впервые вышедший на сцену, девушка задержалась на мгновение у двери спальни мальчика, крепко сжимая дверную ручку, и, набрав побольше воздуха, решительно толкнула створку.

— Мама?..

Девушка вздрогнула. В призрачном полумраке комнаты, единственный источник света — настольная лампа, направленная на кровать мальчика, чётко прорисовал неподвижный силуэт.

Миша сидел совершенно неподвижно, как одна из гипсового изваяния у забора, и молчаливо смотрел в сторону Инны. Его тусклые глаза напрасно старались сосредоточиться на фигуре девушки. Его взгляд постоянно колебался, иногда поднимаясь выше её головы, иногда резко отклоняясь в сторону. Мальчик терпеливо ждал ответа.

Инна, всё ещё потрясённая столкновением с таксистом, некоторое время оставалась безмолвной, медленно передвигаясь от двери к кровати. Наконец их взгляды пересеклись.