Падшие: Грань Забвения

Знакомство с друзьями

Первое, что почувствовала Нану – это острая боль в спине и шее. По ощущениям, она лежала на чем-то холодном и жестоком, все ее конечности затекли и не слушались. Плюс ко всему, всю левую часть тела девушки: от плеча до бедра, на котором она лежала, пронзали маленькие «камни?». Ощущались они как камни, но девушка была не в состоянии ни осознать, ни вспомнить что-либо более информативное. Нану шумно вздохнула и заставила себя перевернуться и лечь на спину. Глаза, налитые свинцом, никак не хотели открываться – девушка решила прислушаться к гомону, который был слышен несмотря на то, что уши заложило. Как сквозь толщу воды, были слышны голоса, отдаленно знакомые, но Нану никак не могла понять откуда. Через каких-то пол минуты девушка все же собрала волю в кулак и распахнула глаза; каменный потолок, неровный, покрытый плесенью, с которого, неприятно хлюпая, капала вода. «Так вот, что за неприятный звук», – подумала девушка. Она попыталась приподняться на локтях, а потом и вовсе сделала нерешительную попытку встать на ноги, но не смогла совладать со своим телом и упала на место, больно припечатавшись пятой точкой к каменистой поверхности пола. Бедняжка со свистом втянула воздух и стала растирать ушибы. Все еще находясь на грани реальности и едва отличая ее от красочных всплесков воображения, девушка присмотрелась к присутствующим. Девушка невольно помахала им рукой и произнесла:

– Эм, привет?!

– Нану?! – услышала она голос, отдаленно знакомый, словно родной, – Слава Богу ты проснулась! – темноволосая, высокая девушка быстро подошла и стиснула ее в крепкие объятия.

– Ай, осторожно, – слегка отдалилась девушка, уж слишком много энтузиазма для ее все еще саднящего тела.

– Прости, прости, – отодвинулась девушка с каре.

– Мы знакомы? – спросила Нану и недоумение на лице девушки с каре само по себе стало ответом, – Похоже, что да. И меня хорошенько припечатало головой об пол.

– Ты что? Не помнишь? – в глазах девушки напротив плескался страх и проявлялись первые признаки зарождающейся паники, – Это я, Лу-Лу, твоя лучшая подруга!

– Эм, я не понимаю, – Нану сделала еще одну попытку встать, но и эта не увенчалась успехом. Тут из толпы к ней вышел темнокожий парень с дружелюбной улыбкой и милыми кудрями. Он обошел девушку и легко приподняв за плечи поставил на ноги.

– Порядок? – спросил он улыбнувшись во все тридцать два зуба.

– Да, спасибо, – несколько смущенно ответила девушка. Лицо парня было очень знакомо, но вспомнить так и не удавалось.

– Веко! – представился парень и подал левую руку, – Ты поразительно спокойна, -констатировал он, – На тебя это не очень похоже.

– Очень приятно, – девушка в ответ пожала руку и вернула улыбку, – Вам наверное лучше знать!

– Ты и его не помнишь? – спросила девушка, поднимаясь вслед за Нану.

– Ну… – замялась девушка. По правде, все эти люди были ей отдаленно знакомы. Но никаких воспоминаний, связанных с ними, у девушки не было. Пару минут стояла гробовая тишина, девушка безуспешно пыталась сосредоточиться, привести мысли в порядок и вспомнить хоть что-то, но это вызвало лишь приступ острой головной боли. Когда Нану скорчила лицо, схватившись за виски, девушка с каре подошла к ней вплотную и улыбнувшись протянула руку.

– Ладно, раз уж ты ничего не помнишь, мы просто обязаны снова познакомиться и подружиться. Пусть это звучит чересчур эгоистично, но я не могу потерять лучшую подругу, лишь потому, что ты потеряла память, – и когда Нану хихикнула и приняла ее руку, девушка прочистила горло и представилась, – Лунара!

– Очень приятно, Лунара, – улыбнулась девушка, – Нану! – наверное единственная информация, которой располагала девушка было ее имя.

– А теперь, когда вы официально знакомы, предлагаю познакомиться с остальными! – предложил Веко и девушки все еще улыбаясь синхронно кивнули. Нану не знала, как реагировать на все это, поэтому решила пустить все на самотек, несмотря на неприятное чувство пустоты внутри. На данный момент в голове девушки царил невероятный хаос. Тот факт, что она ничего не помнит, даже лучшую подругу, хотя и помнит свое имя – все это перемешалось в одну общую кашу. Это невероятно давило и мешало сосредоточиться. Постоянное ощущение дежавю, чувство, что она уже встречала этих людей, но никак не может вспомнить, вызывало тошноту. Но с другой стороны, парень, стоящий напротив, внушал доверие, и девушка затруднялась объяснить самой себе, причиной являлась лучезарная улыбка парня, или невероятно глубокий и задумчивый взгляд, который смотрел, казалось, прямо в душу. Присмотревшись к глазам нового знакомого, девушка заметила едва видные переливы из золотисто-карего в серо-зеленый. Невероятное сочетание цветов изящно подчеркивалось длинными, густыми ресницами и вкупе с ними создавало завораживающее зрелище. Она перевела взгляд с парня на подругу. Лунара излучала свет, несмотря на иссиня-черные волосы и темно-карие глаза. Девушка почувствовала себя словно в коконе – в безопасности, и попыталась успокоиться. В конце концов, ей ничего больше не оставалось.

Сорочка за двести долларов и очки, как смысл жизни

Худшее в моей жизни знакомство подошло к концу уже через десять минут. Худшее в том смысле, что я на протяжении десяти минут выдерживала на себе странные, сожалеющие, а порой даже не верящие взгляды незнакомцев, которые судя по всему, знали меня. Это вкупе с адской, ноющей болью во всем теле. В то же время, вакханалия у меня в голове стремительно набирала обороты, и когда наконец достигла своей апогеи, я не выдержала и, сославшись на плохое самочувствие, отошла в дальний угол. Осознав степень своей непросвещенности в происходящее, а вместе с тем неподготовленность к дальнейшему развитию событий, я все же решила усмирить возрастающую в геометрической прогрессии головную боль и осмотреться. Состояние помещения не внушало особо ничего хорошего: каменный, сырой пол, стены, хоть и каменные, но хотя бы сухие, и можно спокойно прислоняться, с потолка в нескольких местах капает вода, или это не вода? Нужно будет проверить, если конечно же моя головная боль когда-нибудь утихнет. «Ты слишком спокойна», – невольно вспомнились слова Веко. Действительно, я только поняла, что совершенно не паникую. На ум приходило лишь одно развитие событий. То, что нас кто-то похитил – это неоспоримо. Значит, кто бы это ни был, им что-то нужно, и просто-напросто оставить нас здесь не могут, и убивать нас не будут – это бессмысленно. А это значит, что, что очень скоро здесь кто-то появится…Вскоре я почувствовала усталость от циклического применения метода дедукции с целью понять, как отсюда выбраться, и решила переключиться от созерцания стен на людей, переговаривающихся между собой. Неужели я их знала когда-то, хотя почему когда-то, буквально день назад. Кажется, после изматывающего дня никто не был в состоянии паниковать или лихорадочно искать выход. Либо это лишь затишье перед бурей, и завтра все начнут панику, либо у моих соседей стальные нервы.

Пожалуй, стоит начать с Адриана и Хиро. Двое друзей олицетворяющих совместимость несовместимого. Как мог спокойный и уравновешенный нрав Адриана сходиться с ураганом эмоций под названием Хиро? Они – абсолютная противоположность друг друга, даже строение тела и цвет волос противоположны. Адриан – высок и строен, но его скорее можно назвать жилистым, волосы светлые, кожа цвета молока. Хиро, напротив, смугл, на голову ниже Адриана, но телосложением уделал конечно. Темные волосы и карие глаза, и темперамент, харизматичная и яркая личность, которую спокойной ну никак не назовешь.

Джанин – эта девушка самого начала показалась мне чересчур эмоциональной. Адан – парень с прической ежа, то и дело норовит с кем-нибудь поспорить. Особенно с Сали, рыжеволосым красавцем с, как оказалось, шотландскими корнями. Что бы он не сказал, Адан обязательно найдет что возразить. Эти двое за два часа успели влезть в ссору раз пятнадцать, напоминая скорее давнюю супружескую пару.

Еще Иви и Талина, две более или менее адекватные девушки, хотя Иви иногда выпадает из реальности. Талина показалась мне, как говорят, девушкой с внутренним стержнем, сдержанной и хладнокровной. А Иви, она просто хорошая. Есть такие люди, на которых только взглянешь и уже все понятно: они как на ладони. Наверное, мы бы смогли подружиться.

Взгляд неосознанно скользнул на моих «лучших друзей» и их вид заставил меня улыбнуться. Лунара сидела на полу, скорее была в состоянии полулежа, прислонив спину к стене и закинув голову назад. Веко лежал, пристроив голову ей на живот, так, чтобы подруга могла перебирать густые, каштановые кудри. Он о чем-то рассказывал, активно жестикулируя и размахивая руками, а девушка мягко улыбалась, продолжая зарываться руками в мягкие кудряшки лучшего друга и подрагивая ногами, согнутыми в коленях. Этих двоих казалось абсолютно не волновало происходящее, и я почти уверена, что всему виной тот позитив, что Веко излучал одним только своим присутствием. Лунара громко рассмеялась, отведя прядь собственных волос за ухо и возвращая руку на исходное положение. «Ты могла бы сидеть с ними…», – шепчет внутренний голос. Да, я могу встать и подойти к ним, и они с радостью меня примут, но… Я не смогу… Слишком большая пропасть между нами, слишком много пустоты у меня внутри. А ведь возможно, я никогда не вспомню их. Неужели я всю жизнь проживу с зияющей дырой в памяти и в душе? Чувство опустошенности не покидало меня с того момента, как я пришла в себя, в этом уродском помещении, а что если так будет всегда? Я абсолютно точно к этому не готова. Забыть все? Забыть друзей, семью, весь свой пройденный путь. Возможно я никогда не вспомню то, о чем мечтала, к чему стремилась… В чем тогда смысл…Кажется, мои мысли отпечатались на лице, раз Веко обеспокоенно взглянул на меня, поднялся и направился ко мне. Нужно глубоко вдохнуть…

– Ты как? – спросил мой друг, подсев ко мне.

– Нормально, просто…

– Выглядишь если честно ужасно, – главное честно признался Веко.

– Да, голова гудит сильно, – не соврала я.

– Мм, ясно, – фух, пронесло.

– А если правду? – кажется не пронесло. И что говорить?

– Ладно, мне страшно, ясно? – все же решилась я, – Я боюсь, что воспоминания так и не вернуться. Что если я не вспомню вас, свою жизнь, себя, в конце концов. Я ведь даже не помню, какой я пью кофе, что ем на завтрак. Я потеряла себя, свою личность… Смысл жизни… – все время, что я говорила, Веко смотрел на меня со снисходительной улыбкой, а потом прервал меня.

– Искать смысл жизни, Нан – как искать очки, когда они у тебя на глазах.

– Что ты имеешь в виду?

– Что если, на мгновение, забыть, что искал очки? Вообще перестать думать об очках, – я все еще недоуменно смотрю на него, и Веко, улыбнувшись, продолжает, – Ты сосредоточишься на окружающих тебя вещах, на окружающих тебя людях. Начнешь замечать их красоту: внутреннюю красоту, уникальную, – он сделал паузу, – Может тебе больше не понадобиться искать очки… Подумай над этим. А кофе ты пьешь черный и крепкий. Завтракать не любишь, а то, что ты выберешь на обед полностью зависит от твоего настроения в этот момент. Не так-то сильно ты зависишь от прошлого, и я не о выборе еды, – заключил он и встал, направившись обратно к подруге. А я смотрела ему вслед и прокручивала в голове фантастическую параллель, проведенную только что. Неизвестно, сколько времени прошло с того момента, как Веко оставил меня наедине с самой собой. Знаю только, что от самокопания меня отвлек внезапный, жуткий скрип.

И в ту же секунду, одновременно с моим, на объект шума устремились взгляды всех находившихся в помещении. Оказалось, что все это время мы не замечали железную дверь в стене в дальнем углу. Или ее и вовсе не было? Вопрос остался висеть в воздухе. Дверь открылась и вошли двое мужчин с одновременно привлекательными и пугающими лицами, таща за собой парня, словно весом он был не больше перышка. С каждым движением на руках виднелись высеченные с точностью мастера мускулы и стянутые сухожилия. Парень пытался вырваться, но это не приводило ни к какому результату. Они лишь переглядывались и улыбались друг другу чуть шире чем нужно, и мне это показалось дико жутким зрелищем. Резко очерченные скулы, которыми не мудрено порезаться, подбородки – как из камня высечены и цепкий взгляд. Словно они выглядели на первый взгляд, как обычные похитители, из фильмов, но чем больше я их разглядывала, тем сильнее ощущала, что они излучают темную, холодную и чем-то смутно знакомую энергию. Что же до парня, состояние его не внушало ничего хорошего: одежда вся потрепана, воротник разодран, сам он избит до полусмерти. Его швырнули в середину комнаты, с отвращением пробормотав что-то невнятное. Послышался приглушенный стон: было понятно, что падение было болезненным. Но усмешка не сходила с его лица. Ни один мускул на лице незнакомца не выдавал боль. Приглядевшись, я заметила, что костяшки рук разбиты и кровоточат, а шея исполосована и также в крови. Еще одна открытая рана была на ноге, и она была вся в грязи: судя по всему, его долгое время тащили по земле. Когда мужчины ушли, парень поднялся с земли, стряхивая и поправляя обрывки одежды, будто это могло чем-то помочь. Поняв, что это гиблое дело, он вздохнул и, повернувшись, закричал, куда-то с пустоту:

– Сорочка, кстати, двести долларов стоит, – и, добавив уже тише «ублюдки», прошел и сел, припав к стене.

Лицо этого парня мне тоже показалось знакомым. Но если все остальные образы сопоставлялись у меня в голове с чем-то хорошим и добрым, этот парень в моем сознании был окутан туманом печали. Мне предстоит еще во всем этом разобраться.

Долги на работе или где начинается клубок лжи

Дэмиен – так звали парня, вальяжно рассевшегося у стены, будто это не его только что приволокли и швырнули на пол.

После эпичного разгрома, устроенного в кабинете деда, юноше ничего не оставалось, кроме как собрать вещи(или не собирать вообще) и сбежать…снова. Продолжением удачного, на этот раз, побега(хотя это, как говориться, с какой стороны посмотреть) стали долгие месяцы скитаний, включающие опыт работы среди людей, борьбу с наркозависимостью(ну как борьбу, читай мирное сосуществование) и прочие прелести людской жизни.

Когда парню было лет одиннадцать, он узнал о себе нечто, что перевернуло жизнь с ног на голову. Живя с матерью в маленьком, ничем не примечательном городке, до этого момента он считал себя вполне обычным. Но на деле оказался весьма необычным, более того, парень узнал, что наполовину демон. Надо ли говорить, что он был шокирован этой новостью. Попробуйте представить себя в одиннадцать лет, узнавшим о своем демоническом происхождении. Так себе фантазия, но на то она и фантазия.

Маленького и испуганного, Дэмиена выволокли из дома, не дав даже попрощаться с матерью.

Затем последовали неудачные попытки сбежать, неудачные попытки смириться и они сменяли друг друга, в конечном счете приведя юношу к ситуации на данный момент. А ситуация весьма щекотливая.

Парень, наверняка вспомнив, что как бы, не один, открыл глаза и оглядел всех исподлобья.

– Ну, привет, – ухмыльнулся он и подмигнул какой-то девушке тем глазом, что был разбит меньше.

– Нехило тебя, да? – подошел к нему светловолосый парень и подал руку, – Адриан!

– Дэм… – демон замялся, – Дэниел…мм, просто Дэн! Да, видимо, не приглянулся этим идиотам. Так вы давно тут?

– Часов шесть или семь, если быть точным, – ответил Адриан, – И, опережая твой следующий вопрос, мы без понятия, как мы здесь оказались и кто нас сюда привел.

– Прискорбно, – изрек демон, потирая плечо. Вот он, момент истины։ сказать им правду или пока не говорить. Во всяком случае правда их точно не обрадует, а парень не хотел брать на себя ответственность, – Я тоже ничего не знаю.

За час до этого в кабинете деда(также известного как герцог Сатанакия), Дэмиен сидел на жестком стуле (спасибо и на том) и исподлобья разглядывал присутствующих. Рядом с местом деда неизменно стоял этот старый змей Лерайя – вечно пресмыкающееся ничтожество. Кроме них в кабинете были еще принц Асмодей и герцог Мельхом. Первый безостановочно закатывал глаза и качал головой а-ля «неслыханная дерзость». Дэмиена это даже смешило. Второй чересчур серьезно разглядывал Дэмиена в ответ. На мгновение их взгляды пересеклись, и парень скривился: он на дух не переносил этого позера. На глазах застыл немой вопрос в духе «Че смотришь?» и герцог, наверняка разглядев нотки неприкрытого пренебрежения, шокировано махнул головой и отвел взгляд. Все они ждали герцога, но вот дверь открывается и заходит Мульцибер – правая рука Сатанакия, а за ним и левая рука – Сатанаил.

– Герцог Сатанакия не придет! – монотонным голосом изрек Мульцибер.

Со стороны «особо приближенных» к герцогу, реакции, особо бурной, не последовало, будто все знали, что так и будет. И только Дэмиен, который все это время остервенело прокручивал возможные варианты диалога с дедом и придумал с десяток колких ответов, был крайне возмущен.

– ЧТО? – парень оглядел рядом стоящих, – Какого вообще цербера… А- а, хотя, что это я, это же Сатанакия, чтоб его цербер разодр…ахх, – закончить Дэмиен не смог, так как Мульцибер весьма прозрачно намекнул ему заткнуться, припечатав лицом к столу.

– Ах ты мерзопакостный, ублюдский, ничтожный индюк! – вырывался Дэмиен, но демон крепко зажал его голову ладонью к столу, – Отпусти меня и сразимся на равных, никчемное животное.

– Пожалуй, – вытягивая гласные, произнес Мельхом, – Я воздержусь от продолжения, – До скорой встречи, господа! – и он поспешил удалиться, напоследок бросив короткий взгляд на Дэмиена. Его примеру последовал, и принц и Дэмиен остался один на один с помощниками деда. Тогда Сатанаил подойдя к парню вплотную, наклонился и произнес:

– Герцог приказал, чтобы ты, до вашей встречи подчистил хвосты на прошлой работе. Ты же не успел забыть о своих обязанностях. Так что, без фокусов, сделаешь свою работу и ждешь деда, ясно??

– Сатанаил, друг! – гаркнул парень, – Как шрам? – демон напротив лишь сильнее поджал губы и головой указал на дверь. Мульцибер схватил парня за шкирку и потащил к двери, едва удерживая.

О неблагоприятных последствиях простых наблюдений

Прошло почти пять часов с момента моего прихода, и не сказать, чтобы что-либо примечательное за это время произошло. Зато я успел со всеми познакомиться и краем уха услышать подробности прошлой ночи и возможные причины их смерти. Я мог бы, конечно, все узнать, как говорится, из первых рук, заодно и закончить с должком дедуле, но это слишком легко и абсолютно неинтересно. Спросить, конечно же, тоже нельзя, не спрашивайте почему! (Дэмиен слишком горд для этого!). Я просто понаблюдаю за ними и по-тихому узнаю, что да как.

На данный момент я наблюдал весьма и весьма занимательную картину того, как эти глупыши в который раз входят в лабиринт Харона и через минуту возвращаются сюда, с удивленными возгласами вроде «Быть не может…». Как же смешно, Великий Сатан, я, конечно, люблю и уважаю людской род, но иногда до них так долго доходит! Хотя и не все участвуют в этом балагане, под названием «поиск возможных выходов», все же паре-тройке людей удается снизить уровень IQ всего помещения.

– Patético pedazo de mierda. ¿Por qué esta maldita puerta no lleva a ninguna parte? (*Жалкий кусок дерьма. Почему эта проклятая дверь никуда не ведет?*) – неожиданно услышал я разгневанную тираду кудрявой мулатки по имени Талина, и похоже не один я удивился ее блестящей манере выражать эмоции.

– Что это было? – недоверчиво покосился Адан – по всей вероятности, то ли байкер, то ли просто «крутой» парень в косухе. Кстати, классная косуха, надо будет спросить откуда брал.

– Моя мама родом из Испании, – просто ответила девушка, словно это объясняло ВСЕ. Но потом видимо поняла, что нужно развернуть ответ и добавила, – Вспыльчивость у меня в крови, и я с детства много времени проводила там.

Вспыльчивая она… ха-ха три раза, ты еще меня не видела, дорогуша. Но больше всего меня поражало упрямство Адриана, светловолосого парня, с аристократичными чертами лица и телосложением человека, который в жизни ничего тяжелее полу килограммовой гантели в спортзале в руки не брал.

Он все шагал из угла в угол, погруженный в раздумья, и бормотал что-то типа, – «всему этому должно быть логическое объяснение…». Его друг – Хиро, был более реалистичным, он давно понял, что лучшее что можно сделать – это просто сидеть и ждать. Троица друзей: Лунара, Веко и Нану, сосредоточенно исследовали капающую с потолка воду, хотя если бы они знали, что это отнюдь не вода, а фильтрованная людская кровь, они бы делали это не столь усердно. Вы спросите зачем цедить кровь? Я отвечу, что не имею представления зачем, возможно, из эстетических соображений: все-таки полупрозрачная жидкость смотрится куда лучше кроваво-красной. Хотя это для кого как, например мой дед бы с этим поспорил.

Но все это меркнет и бледнеет рядом с тем фактом, что совсем скоро, а точнее уже почти без пяти минут сейчас, я должен всем им поведать страшную правду о них. Почему бы не позвать Харона, пускай он с ними и разбирается – это он проводник душ, а я так, чисто рядом постоять. Ах, деда, что же ты наделал…

– Привет, – услышал я приветствие, явно адресованное мне и сфокусировал взгляд на девушке напротив.

– Здравствуй красавица, – Привет, – я улыбнулся самой слащавой улыбкой из своего арсенала, – Чем обязан?

– Мы раньше не встречались?

– Что прости? – переспросил я, но на самом деле хотел потянуть время.

– Понимаешь, я ударилась головой и ничего не помню, – девушка нервно хихикнула, – Не знаю, как такое возможно, я такое только в кино видела, думала невозможно разом взять и все забыть. Но вот мы здесь! – она снова рассмеялась, я улыбнулся в ответ,, но заметил, что бедняга на грани срыва, – И мне, все здесь смутно знакомы, и ты, представляешь, тоже очень сильно знаком. У меня стойкое чувство будто я тебя знаю.

– Нану – я пытаясь остановить поток ее слов, кладу руки на ее плечи, – Ты же Нану, я прав? – дождавшись кивка, продолжаю, - Я вижу тебя впервые, прости, дорогуша, но я тебя не знаю, – попутно замечаю, как ее передернуло на слове «дорогуша». Но девушкам вроде нравится, когда я так их зову.