История Мари. Прошлое
- -
- 100%
- +
– Госпожи? – удивился мужчина
– Когда я попала на службу к королю, ко мне была приставлена служанка. Я не смогла командовать, а она быстро взяла меня под свое крыло. Мы конечно сдружились, и бывает, ругаемся, но на людях ведем себя подобающе.
Граф кивнул головой, словно соглашаясь, что это в прядке вещей.
– Ната, а вы многому обучены? – этот его вопрос заставил меня приглядеться к нему
– Женщина, что воспитывала меня обучила меня и грамоте, и счету и письму, а Мари лишь разбавила мои знания. Я говорю по-французски, по-английски и даже по-итальянски, но только пару слов. Сейчас занимаемся латынью. А еще она научила меня разбираться в травах и ядах. Так что, зная симптомы, я могу определить, чем отравили человека.
«Он снова кивнул головой. Что он вынюхивает? Почему ему все это интересно? Кто он такой? Бездна бы его побрала.»
Мои мысли, и наш разговор прервала торговка:
– Вы либо покупайте, либо проваливайте, ишь чего встали и балалакают, лишь товар закрываете от людей.
– Мы возьмем эту ткань. – он показал на ту, что показала нам Ната – Еще вон ту синюю бархатную, и чёрную органзу.
Оплатив покупки, он снова положил мою руку на сгиб локтя и повел дальше.
– Не стоило тратиться. – сказала я
Но он не ответил, а повел к концу ярмарочного ряда, где подруга видела по ее словам божественное алое платье.
– Подождите. – вдруг сказал Граф и отошел к прилавку с украшениями
– Мари, что все это значит? – зашептала подруга
– А я откуда знаю? Сама ничего не понимаю. – так же тихо ответила я
Он вернулся с двумя коробочками, обернутыми в бумажный пакет, и протянул их нам.
– Вот держите подарки. Откроете дома.
– Но Граф … – начали мы хором
– Никаких «но». У меня хорошее настроение и погода отличная. Я, что уже не могу сделать по незначительному подарку, двум прекрасным дамам, что меня сопровождают?
Дамы покраснели, а люди стали шептаться и с интересом поглядывают на нас.
– Интересно, о чем они шепчутся? – спросила Ната
– О том, что Граф завел двух новых любовниц, которые ублажают его одновременно. Ведь он такой лакомый кусочек. – ответила я тихо
Естественно, мы покраснели, а он же успел отойти недалеко вперед, мне пришлось его догонять и останавливать. Взяв его под руку, я зашептала:
– Что это значит? Вы хоть понимаете, что теперь о нас будут думать?
– Они будут думать только то что я им позволю. И ты это знаешь. Так что не беспокойся о своей репутации она и так не слишком чистая. А эти подарки всего лишь плата за оказанную вами услугу.
– Что за услуга?
– Кто-то ворует из казны, и ты найдешь кто это.
– А раз я приняла уже «подарок», то и отказаться не могу?
– Ты умная ведьма.
– Что-то мне так не кажется. – пробурчала я себе под нос
Мы продолжили путь. Ната шла немного позади, как и подобает. Если честно меня это раздражает, она такой же человек, как и я, так почему она может нести покупки или мыть полы, а я нет.
Что-то пошло не так и в груди зазвенела тревога. Я поняла, что не хочу идти к этому платью. Что-то меня пыталось остановить, но что я так и не поняла и в первый раз не прислушалась к своему внутреннему голосу, который уже не звенел, а орал благим матом на непутевую меня. А когда увидела торговку, поняла, что надо было не тормозить, а бежать. Бежать! Куда угодно, без оглядки, лишь бы не видеть ее, лишь бы не пробудить воспоминания. Но не успела я подхватить юбки и спастись бегством, как торговка заорала:
– Стой! Стой, проклятая ведьма. Вот наши пути и встретились, ты мне за все ответишь.
Народ с молниеносной скоростью стал собираться вокруг нас, а я выпрямившись попыталась с вызовом встретить ее обвинения и проклятья.
– Да как ты смеешь, так говорить с самой ведьмой короля? – поинтересовался Граф
– А так и смею. Она убийца. Слышите? Убийца! – воскликнула она, не заметив Графа, а как увидела, упала на колени к его ногам и стала со слезами просить – Ваша сиятельство, откройте глаза Его Величеству. Он пригрел на своей груди змею. Она убила их всех. Всех.
Она стала рыдать, обнимая его колени, прося о моей немедленной казни. Женщина к слову сказать была с меня ростом, но с достаточно крупными формами.
– Убийца! Убийца! Казнить! Сжечь! – кричали люди, кидая в меня, помидорами с ближайшего прилавка
Я не была к этому готова и мои глаза заслезились. Я не могла ответить или как-то оправдать себя, но я все так же стояла с прямой спиной. Тогда торговка, что звали Берга, кинулась на меня и стала душить. Я не сопротивлялась, я слишком ясно помнила ту ночь. И как только поняла, что еще немного и потеряю сознание, как ее оттащили от меня. Я чуть было не упала, но меня принял в объятья Граф.
– Мари, ты меня слышишь? – обеспокоено спросил он
– Я их не убивала. – только и прошептала я
– Думаю, надо увести ее подальше. – произнесла Ната
Мужчина взял меня на руки, и я спрятала свое лицо у него на шее. Он что-то грозно проговорил людям, и они молча расступились, пропуская нас. Он пронес меня через всю ярмарку и отпустил только когда мы подошли к лавочке в тени деревьев. Надеюсь, люди побоятся сейчас идти в нашем направлении.
Отстранившись от Графа, я закрыла лицо руками и тихо плакала. Ната, что-то ему объясняла, что-то советовала, но я их не слушала, погруженная в свои невеселые думы.
– Мари. – произнесла подруга, присев передо мной на корточки и пытавшись взглянуть в глаза – Мари.
– Я не убивала их. Не убивала. – только и произнесла я
Граф отнял мои руки от лица и заставил взглянуть на него, но, даже смотря на него, я не видела его лица, лишь тело мужчины, которого я так и не смогла спасти.
– Мы верим тебе, а это самое главное. Люди всегда говорят и сплетничают, их не заставить молчать. Ведьма, хватит разводить сырость, ты словно первый год как рождена.
Граф притянул меня к себе и обнял, а я уткнувшись в его грудь носом, заплакала так как никогда не плакала. Он отослал Нату в ближайшую таверну, что бы она заняла самый темный столик и сделала заказ на свое усмотрение, но она не хотела меня покидать. Он что-то еще ей сказал, и она ушла, напоследок проведя ладонью по моей голове.
– Бергу увели в тюрьму …
Но я его прервала:
– Уговори Фонтанко казнить меня. Я прошу тебя.
– Ты что с ума сошла? – он даже отстранил меня от себя и взглянул в мои глаза
– Я не могу жить, зная, что даже друзья считают меня убийцей.
Это была его первая пощечина, что он дал мне. Его взгляд был злой и это меня успокоило. Я взглянула на его рубашку и улыбнулась.
– Чему ты улыбаешься глупая ведьма? – удивленно спросил он
– Твоя рубашка промокла, а я даже не догадывалась, что во мне столько слез. – заулыбалась я
Посмотрев на себя, он тоже улыбнулся и вытерев мои слезы, взял меня за руку и повел в таверну «Око». Мы шли в молчании и долго, так как она находилась почти в центре города, а на вывеске красовался огромный глаз. Открыв дверь, Граф силой втянул меня внутрь.
– Пусть нам не мешают. – сказал он, подбежавшему мужчине, открывшему рот, и кинул ему пару золотых
Проводил до столика, за которым сидела обеспокоенная Ната и усадил на стул, надавив на плечи. Я правда ничего не хотела, но он просто силой влил в меня целый бокал вина, а после сел сам.
– Я уж беспокоилась, что вы не придете.
– Мари, расскажи нам все. – попросил Граф
Первые минут пять я молча сидела и пила. После третьего бокала я заговорила:
– Мне каждую ночь снится один и тот же сон …
… Дождливая ночь. Стук в дверь прозвучал вместе с громом, но я слышала стук сердца за дверью. На пороге стояла промокшая женщина, она дрожала от холода.
– Вы же ведьма? Помогите.
В одной сорочке и босиком, я бегу за ней не замечая дождя. Сумку с травами несу в руках и гадаю, что же все-таки произошло. Около дома, я увидела Смерть и меня это обеспокоило. А в доме на полу лежит мужчина лет пятидесяти, на его теле отпечатки когтей медведя.
– Помоги ему. – произносит женщина повелительным тоном
Я еще раз смотрю на него и произношу:
– Мне нужны чистые тряпки и много теплой воды.
– Тебе надо ты и носи.
Она села на скамейку и продолжила, что-то шить. В комнате закричала девушка.
– Да не ори ты так. Одни бездари меня окружают. Сказала же не ходи, нет, пошел и помирает, а тут еще эта дрянь явилась с пузом. Не ори, кому сказала.
Я не могла разорваться, но была обязана помочь и мужчине, и роженице. Мужик был еле живой, да и рана была загрязнена, я сделала все что смогла.
– Принеси воды, иначе он умрет. – грозно произношу я
– Ишь раскомандовалась. – ворча, говорит она, не отрываясь от алой ткани
Мужик так и не дождался воды, помер. Я поспешила к роженице. В ее комнате пахло алкоголем и чем-то еще противным, но я не стала обращать внимания на эти запахи. Подойдя к девушке я дотронулась до ее лба, потом до живота, а когда наклонилась прослушать сердце биение ребенка, то поняла, что алкоголем пахнет беременная.
– Когда воды отошли? – спросила я, но вопрос остался без ответа – Ты что пила?
Но девушка лишь глазами показала на дверь, и я поняла, что та ее специально напоила. Позже шёпотом девушка произнесла, что воды отошли утром. Я ужаснулась, ведь прошло больше десяти часов, и шансов, что ребенок выжил, нет. Раздвинув ее ноги, я осмотрела ее.
– Как могли отойти воды, тебе рано еще рожать? – говорю я
– Ведро несла, поскользнулась и упала. – тихо говорит она
Но мне уже все понятно. Хозяйка дома была страшной женщиной, не раз она учиняла драки и скандалы. Но это был перебор. Я хотела после всего пойти к людям и все им рассказать.
– Тебе никто не поверит. – произнесла Берга – Все знают, что я их любила, а ты убила их. Ты не смогла помочь, ты никчемная ведьма.
Она ударила девушку по животу с такой силой, что плод вышел, но как я и боялась уже мертвый. Я хотела, схоронить ребенка не показывая, его матери, но она настояла на том, чтобы подержать на руках своего первенца. Я ушла домой, и собрала вещи. За час до рассвета мой дом вспыхнул как свечка. Я не смогла им помочь и высылала ей каждый месяц по тридцать золотых. Позже мне рассказали, что девушка утонула, упав с моста в реку …
– И эту смерть я отнесла к себе. Ведь я не смогла им ничем помочь.
Ребята сидели молча, а я выпив еще вина, отодвинула тарелку с едой. Первой в себя пришла Ната.
– Теперь понятно почему у тебя никогда не было денег. Ты просто так посылала ей золото. Она не заслуживала этого.
– Черт, вот дрянь! Мари, я поговорю с королем и ее казнят. На ней уже три смерти, о которых ты знаешь, а сколько еще она могла убить в тайне, свалив вину на другого? Просто ты должна осознать, что ты не виновата в том, что произошло. Ты не могла им помочь.
– Ты голодала из-за этой стервы, во всем себе отказывала, а она неблагодарная.
Я посмотрела на подругу злющим взглядом, но она лишь отмахнулась от меня. Да, на нее никогда эти взгляды не действовали.
– Поешь. – произносит Граф
– Не хочу. – произношу я в кружку
– Ешь. –повысил он голос, ударив по столу кулаком, да так, что на нас стали озираться те немногие посетители, что пришли перекусить
Пришлось подчиниться. Эх, тяжело быть ведьмой!
Часть 1
Пока мои друзья ели и возмущались, я только и делала, что пила. Было одно желание напиться, но, увы, опьянение все никак не шло. Да и не придет. Никогда.
– Вот ты ее просто не видел, а я видела. Худая была, вечно без денег, пришлось брать под свое крыло и следить, чтобы ела. Она по улице спокойно пройти не может, чтобы не подать милостыню. Вечно думает о других.
– Это понятно, у нее очень доброе сердце. А ты не интересовалась, куда она девает деньги?
– Я думала, может где-то далеко у нее есть семья и она посылает им деньги. Я как-то спросила, но она так на меня посмотрела, что страшно стало, а после оказалось, что бы я не трогала, вмиг превращается в пепел.
– Я бы после такого, тоже замолк. Мари, ты чего?
Я не слушала их, меня заинтересовал стук копыт. Лошади были еще далеко, но мне не составило труда услышать и лошадей, и всадников.
– Сюда едет стража. – спокойно произнесла я
– Если они за тобой, то им придется пройтись по моему телу.
– Ната заткнись, они лишь выполняют приказы.
Через десяток минут мы слышим стук копыт и вот уже открывается дверь и входит страж.
– О, Джизас, присоединяйся.
– Заткни свой рот, поганая ведьма. Король сердит и требует твоего немедленного покаяния.
В зале стало тихо. Граф, осторожно встал и закрыл меня собой, а Ната вскочила и завопила:
– Да как ты смеешь? Мари самая лучшая ведьма. Сколько раз она спасала ваши никчемные задницы? Много.
– Замолчи, иначе разделишь с ней казнь. Вам остается только молиться, если господь на ее стороне, то либо она не сгорит, либо сгорит, но будет святой в наших глазах.
– Что? – удивленно взвыли Граф и Ната
Граф схватился за меч, но я остановила его руку. Он недоуменно посмотрел на меня.
– Я требую суда.
– Прости Мари, но суда не будет. Тебя сожгут через час в центре города, там уже все готово.
Я вышла из-за спины Графа и протянула свои руки, на них тут же одели кандалы. Хочу сказать, что они очень тяжелые и неудобные.
Меня вывели из таверны, друзья последовали за нами. Вот только меня посадили в карету с решетками на окнах, а их оставили на улице. Когда карета двинулась, Джизас заговорил, но тихо:
– Мне очень жаль. Тебя серьезно обвинили, и Фонтанко не знает, что делать. Теперь все в руках божьих и естественно твоих.
– Мне все равно, я давно перестала беспокоиться о себе. Что будет с Натой?
– Ничего. Вернется домой с хорошим преданным, чтобы молчала.
– Граф?
– Граф – темная лошадка, его сам Фонтанко боится. Так что думаю, что с ним все будет хорошо.
– Куда мы едем?
– На площадь.
– Но до казни еще много времени. – удивилась я
– Тебе все это время придется простоять на улице в ожидании, когда придет палач.
Дальше мы продолжили путь в молчании. Король сделал все правильно, если казнь при всех не состоится, что-то помешает, то значит сам господь на моей стороне. А еще он знает, что я ведьма огня, а это значит, что вернусь через пару дней. И не просто вернусь, а устрою шоу со своим воскрешением. Жалко правда, что одежда сгорит и волосы могут немного пострадать.
– Святой отец будет? – спросила я, когда мы остановились у центральной площади, за спиною зевак
– Да. Как он узнал, что тебя собираются казнить, сам пришел к королю с поклоном …
– Надеется, что отпоет меня? – улыбнулась я
– Дура ты, Мари. Отец Роберт любит тебя как родную дочь и попытается вразумить народ.
Джизас помог мне вылезти из кареты и обнял по-братски, крепко. Когда карета отъехала, он заговорил:
– Расступитесь, ведьма идет. Расступитесь и молитесь, ибо ведьма люто злая.
Люди естественно расступились, образовав коридор, по которому мне предстояло пройти. Некоторые даже упали на колени моля господа, чтобы их не коснулась кара ведьмы. Я шла с гордо поднятой головой, хотя готова была разрыдаться. Отец Роберт стоял на постаменте и читал молитвы. Что я увидела за его спиной: стул засыпанный сухим хворостом и столб, к которому, судя по всему меня привяжут.
– Люди опомнитесь. – закричал священник – Эта дева не зло. Вы сами видали ее в церкви, она знает все молитвы, и первая бежит, когда слышит крик о помощи. Вы сами обращаетесь к ней, когда вам плохо и сколько раз просили меня прочитать о ней молитву о здравии. Что же стало с вами? Почему вы готовы невиновного убить?
– Святой отец – прервала я его – помолчите, пожалуйста. Я хочу умереть в тишине.
– Дитя мое. – он обнял меня, но меня оттащили от него и поставили на стул, привязывая к столбу – Господь не оставит тебя.
– Роберт, только сразу не празднуйте, что избавились от меня. Подождите три дня, а то я многое не доделала. А если я не вернусь, то обратитесь к Нате, она поможет, а то у входа в храм ступеньки скрипят.
Толпа слушала нас молча, но когда отец Роберт упал на колени и заплакал, мнения в толпе разделились: кто-то кричал святая, кто-то, что я заколдовала священника. В общем, все при деле.
– Тихо всем. – произнес король, выйдя на балкон и люди замолчали. – Сегодня придет смерть твоя. Последнее слово.
Люди смотрели на своего монарха, и я тоже взглянула на него. Высокий, но худой, немного бледный. Густые брови всегда нахмурены, а губы вечно поджаты, словно линия, нарисованная. Глаза большие и добрые, нос длинноват. Не красавец, но друг отменный.
– Пока живет память обо мне, не быть войне. – громко произнесла я
Погода к слову была ясная и безоблачная. Палач без проблем зажег факел и подошел к хворосту. Жаль я не видела его лица, вдруг он тоже обижен на меня за что-то или наоборот мой друг. Но, увы, никто кроме монарха не знает истинного лица палача. Хворост зажегся, только со второго раза. Вот только когда огонь очень близко подобрался к моим ногам, я испугалась по-настоящему, чего раньше со мной не было.
«Неужели я вот так и умру?» – подумала я
Гром прогремел неожиданно и оглушительно. Многие кто встали с колен, снова упали на землю. Шум заполнил площадь, все до единого читали молитвы. Молния ударила в столб, отчего он раздвоился.
– Остановить казнь. – проговорил король и на огонь вылили бочку с водой
Я подняла свой взор на короля и увидела тень за его спиной. Сама Смерть пришла посмотреть на казнь, но судя по ее пустым рукам, сегодня никто не умрет.
– Господь говорил с нами. – прокричал священник – Мы чуть не погубили невинное дитя, но он пришёл ей на помощь.
Меня отвязали и помогли спуститься. Стоя на земле, я опустила голову и присела в низком реверансе. Пока сам король не разрешит, я не имею права даже взгляда поднять на него.
Фонтанко заговорил:
– Я, король Фонтанко, ваш отец, ваш монарх и правитель этого королевства, с божью помощью снимаю обвинения с этой ведьмы и дарую ей жизнь. Запомните люди, если кто-то еще раз обвинит безвинного, того ждет смерть. – король говорил, как и подобает монарху, громко, грозно и величественно. Затем добавил отцовской интонацией – Мари, дитя мое, встань. Сегодня ты не умрешь, иди к себе и благодари бога, за то, что он вступился за тебя.
Ната тут же крепко схватила меня за руку и повела в замок. Прочь с улицы, прочь от этого кошмара.
– Как ты? – спросила она, когда мы оказались за дверьми замка
– Нормально. Немного устала, но это поправимо.
Мы направились к моей спальни и на очередном повороте попали в ловушку короля. Ната присела в реверансе, я же только опустила взгляд.
– Что же вы так долго идете? – спросил он
– Простите Ваше Величество, ноги не гнуться. – ответила я
– Все твои шуточки. Бергу ждет наказание, она во всем призналась. Прости моя дорогая, но так надо было.
Дослушать его, а тем более ответить я не смогла, так как потеряла сознание.
Часть 2
В камеру ввели женщину и толкнули, отчего та упала, но быстро поднялась на ноги. Новенькая мерила камеру шагами и что-то ворчала. Ходившую разрывало от нетерпения рассказать свою историю кому-нибудь, но, увы из слушателей была только женщина, что тихо сидела в углу.
– Да прекрати ты ходить, тошно уже. – проговорила сидевшая
– Ты не представляешь, как я счастлива, что эту чертову ведьму казнят. Народ отдохнет от ее злодеяний. Вот зараза, нет ты прикинь, корову спасти не смогла, а после стала золото присылать. Откупалась. Нет конечно тридцать золотых в месяц это не мало, но ведь могла и больше. Корова-то хорошая была.
– Что? – взревела сидевшая – Тридцать золотых за корову? Вот дрянь. Мне она присылала по десять золотых в неделю.
– А за что?
– За троих родственников.
– Убила? – женщина округлила глаза и перекрестилась – Тогда ей одна дорога в ад. Как же хорошо, что ее не станет. А не ты ли ее душить стала на базаре?
– Я. – восхвалялась женщина. – Берга звать меня.
– Лола из соседней деревни. А как так получилась, что она убила твоих родных?
– Да что ты заладила, убила да убила? Не убивала она их. Муж гулял и выпить любил, я давно хотела от него избавиться, а тут принесли его вечером, медведь грудь разодрал ему. Сначала спасти хотела, а после, когда уже с ведьмой этой – Берга сплюнула на пол – бежала к дому подумала, а чего это я должна его спасать? Жить только мешает.
– Только за пьянку и гулянку? Ну, ты даешь, меня вон мой бьет и ничего, главное деньги приносит.
Но Берга ее не слушала:
– Тут еще дочь принесла в подоле. Пришла, уже рожает, как дошла не понимаю. Я ей водки дала, чтобы заткнулась. Ведьма просила воды, для колдовства, а я села и сижу. Муж умер, ребенок тоже. Когда она ушла, подняла на уши все село и утром сожгли ее дом, кто же знал, что она уйдет раньше, чем мы придем. После дочь сошла с ума, вечно слышала где-то плачь детский, пришлось ее в речке утопить. Только ты никому не говори, от ведьмы все равно избавиться надо.
– Если об этом узнает король, он прикажет казнить тебя прилюдно, при этом ты неделю в кандалах на улице простоишь. – Лола перекрестилась и зажалась в углу, что ближе к двери
– Эта ведьма слишком много добра делает аж тошно.
– Но если она умрет, то ты останешься без денег.
– Ты что думаешь, она одна такая? Нет! Таких пруд пруди, только надо знать, как их подставлять. Король мне за ее смерть еще золота отвалит. – Берга удовлетворенно потерла руки
– Лично я не встречала еще таких добрых и отзывчивых ведьм.
Увидев странный блеск в глазах Берги, Лола (переодетая Ната) заколотила в дверь руками, крича:
– Графа! Графа немедленно позовите!
Дверь открылась мгновением позже и Берга успела ударить Нату по лицу, разбив той бровь. Граф протянул ей платок.
– Берга Мотовна, в девичестве Лисовская, за клевету тебя ждет наказание в двадцать ударов плетью на площади при всем честном народе. При каждом ударе, палач будет повторять «за вранье» «за убийство», еще тебя ожидает изъятие имущества на двести семьдесят золотых монет в счет короны и укорочения языка на …, ну это король сам решит. – Граф посмотрел на Нату, что прижимала его платок к разбитой брови – Да и за нанесение вреда этой девушки с тебя еще тридцать золотых.
– Что? Этого не может быть? Я буду жаловаться. – ругалась Берга, но быстро сменила гнев на жалость – Ваше сиятельство, я вас умоляю, не губите меня.
Но Граф ее не слушал, выводя Нату из камеры. Они поднялись в кабинет короля, куда человек тайной полиции уже принес признание Берги. Граф и Ната застали короля читающего, бумаги.
– Да, Граф ты прав, укоротить язык было бы лучше, но зная Мари, она этого не одобрит. Бергу ждет ссылка в Великую Пустыню Живых Песков, если выживет после наказания на площади. Ладно, разговоры на потом, пора объявить казнь.
– Ваше Величество, вы, что не отменяете казнь? – недоумевала Ната – Но ведь доказана ее невиновность.
Как уже говорилось король Фонтанко был хорошим другом и не обижал друзей, своих друзей, если конечно это не выходило за рамки дозволенного.
– Если просто отменить казнь, то люди этого не поймут, может быть, восстание против своего короля. Я не хочу, чтобы каждая собака говорила, что спасаю свою любовницу. Хотя если помнишь и таких казнили. Понимаешь Ната, – заговорил король тихо, прям у самого Натиного уха – Мари ведьма огня и даже если она сейчас сгорит, самое большое через неделю она вернется и устроит такое шоу, что ее будут считать святой.
– Ната, король очень мудр. Не переживай.
И они втроем вышли на балкон. Ната стояла чуть позади Графа и короля, поэтому ее никто не видел, вот только она отчетливо видела глаза подруги. И она видела, что ведьма уже смерилась со своей смертью, но вот только девушка была с этим не согласна.
– Граф, – зашептала она – не знаю, как, но спаси ее. Посмотри на нее, загляни в глаза, она смирилась со смертью, а это не правильно. Я уверенна, если она сейчас умрет, она не вернется к нам, так как будет думать, что она виновна, виновна во всем.
– Ната, все в руках божьих. Беги к народу, ей будет спокойно, если хоть кто-то родной будет с ней рядом в эти минуты.
Послушав мужчину, она сбежала из замка и пробилась как можно ближе к месту казни. Она не хотела на это смотреть, но понимала, что если отвернется или закроет глаза, Мари поймет не правильно и поэтому она стояла и смотрела, не замечая крупных слез катившихся по ее лицу.
А ведьма стояла как королева и смотрела вдаль, не замечая окружающих. Да, для себя она все решила, и это решение может изменить только всевышний.
Граф смотрел на женщину, что вот-вот казнят и видел ту девушку, что полюбил всем сердцем, в далеком прошлом. Как только смерть ее прокляла их пути разошлись, но он всегда был рядом, иногда появляясь в деревне после того как она уехала. Придя на работу в замок к королю Фонтанко, он старался забыть о ней, иногда лишь посещая ее сны, и вот в одно дождливое утро она постучалась в ворота замка и ее приняли. Счастью Графа не было предела, но он понимал, что она его не помнит и это огорчало его. Он надеялся, что у них достаточно времени снова полюбить и зажить счастливо.