Приказ для босса-вампира

Глава 5

По спине пробежал противный холодок. Грудь сдавило так, что я с трудом сделала вдох.

Что происходит? Почему этот человек так странно на меня влияет?

Собрав все силы, я отвернулась и уставилась на висевшую на стене картину. Лучше   смотреть на незнакомую женщину с каплями крови на руке, чем на будущего начальника.

Малышев негромко рассмеялся.

– Вы  – необычная девушка, Лада. Не все способны сопротивляться…

– Чему?  –  резко спросила я, не поворачивая головы.

– Не важно. Я в вас не ошибся. Но вы произвели на меня впечатление еще при первой встрече.  Не каждая девушка бросится на помощь незнакомцу, причем ночью и на безлюдной улице.

«Я уже начинаю жалеть об этом»,  – пронеслось в голове.

– Мне нужны преданные и смелые люди.

– Но я никогда не работала секретарем.

– Научитесь. Уверен, из вас получится прекрасный помощник.  Прошу вас, Лада,  – его голос смягчился,  – подумайте над моим предложением. Если дело в зарплате, я готов её увеличить.

Повисла неловкая пауза. Малышев терпеливо ждал ответа, а я не знала, что сказать. Меня что-то тревожило, и это было связано не с работой, а с самим будущим начальником. Интуиция буквально кричала: «Уходи немедленно! Тебя втягивают в какую-то непонятную игру! Ты ничего не знаешь об этом мужчине. Хорошего человека не будут преследовать бандиты».  Но другая, разумная, часть  сознания напоминала, что у меня мало сбережений, и на поиски  работы могут уйти месяцы…

– Итак, Лада. Что вы решили?

Сбросив с себя оцепенение, я резко встала, и, не глядя на хозяина кабинета, произнесла:

– Спасибо за то, что уделили мне время, Мирон Николаевич. К сожалению, я не могу стать вашим секретарем. Всего доброго.

Я физически  почувствовала изумление, охватившее моего несостоявшегося босса. Наверное, ему редко отказывают. Хотя, что в этом такого особенного? Найдет себе другого личного помощника.

– Подождите, Лада,  – голос Малышева похолодел на десяток градусов.

Я замерла на месте, не в силах пошевелиться, и, чувствуя, как он, медленно обогнув стол, подходит ко мне. Чужие пальцы сомкнулись вокруг моего запястья.

– Вы ведь не серьезно, Лада?  – вкрадчиво спросил мужчина.  – Подумайте еще немного. В стране кризис. Сейчас увольняют даже профессионалов. А у вас нет ни опыта работы, ни высшего образования…

«Он прав,  – отрешенно подумала я.  – Я не в том положении, чтобы отказываться от хорошего места.  Подумаешь, начальник со странностями,  и мне совершенно не нравится. Я же не замуж за него собираюсь».

Но, почему  на душе так тяжело? Почему я не могу ни возразить ему, ни даже отвернуться?

Мужчина поймал мой взгляд и некоторое время удерживал. Это было странное чувство, как будто невидимое перышко коснулось сознания, очищая его от страхов, сомнений, тревог.

– Вы волнуетесь, Лада, но это естественно,  –  неторопливо произнес мужчина.  –  На самом деле вы хотите работать здесь.

Да, конечно! Какая же я глупая! Как я могу отказываться от такого выгодного предложения!

– Вы побледнели, Лада. Присядьте.

Мужчина подтолкнул меня к стулу. Если бы он не держал меня за руку, я бы опустилась на пол, а не сиденье. И от этого почему-то стало смешно.

Если бы я не была занята собственными мыслями, то заметила бы, как исказилось лицо мужчины. Как будто он сожалел о том, что сделал.

– Вы согласны работать на меня?

Я кивнула, потому что голос меня не слушался.

– Отлично, тогда подпишите этот документ. Ничего особенного, стандартное приложение к трудовому договору.

Передо мной появился отпечатанный на принтере листок. Строчки расплывались перед глазами, не прочитав текст, я быстро поставила росчерк напротив своей фамилии.

Малышев выглядел очень довольным.

– Думаю, мы сработаемся, Лада.

Он вызвал Таисию Ивановну, приказав той подготовить для меня рабочее место. Женщина кивнула, бросив в мою сторону внимательный  взгляд.

– Завтра привезут письменный стол и компьютер,  – её голос донесся до меня, как сквозь вату.  – А сейчас, если Мирон Николаевич не возражает…

Малышев  кивнул.

– Вам лучше отправиться домой, Лада, и отдохнуть.

Глава 6

Я упала на кровать, широко раскинув руки, и некоторое время лежала, не двигаясь. Как же хорошо дома! И совсем  не хочется думать, что завтра утром мне придется вернуться в приемную Малышева, общаться с надменной Аллой, помогать   Таисии Ивановне, и, самое главное,  –  встретиться с новым начальником.

При одной мысли об этом меня кинуло  в дрожь.  Пусть Мирон Николаевич  был корректен, внимателен, предложил хорошую зарплату, которая раньше  показалась бы мне несбыточной мечтой.

И все же я хотела уйти. Оставить этого странного человека, который выбрал себе в помощники случайно встреченную на дороге девушку. Но он мне не позволил.

Если бы я верила в колдовство и магию, то решила бы, что Малышев меня зачаровал. Зато существует гипноз,  и некоторые люди владеют им на приличном уровне. Почему бы Мирону Николаевичу не оказаться одним из них?

Я криво улыбнулась, представив, как рассказываю родителям или Вадиму о необычных способностях нового босса. Они не поверят и  скажут, что я переутомилась. В худшем случае посоветуют обратиться к врачу.

Не понимаю,  зачем это нужно Малышеву? Почему он хотел, чтобы я работала на него?

В памяти всплыло красивое лицо мужчины, блестящие черные волосы, теплый взгляд карих глаз. Он улыбался, глядя на меня. В эту минут он меньше всего был похож на человека, задумавшего что-то плохое.

Я помотала головой, отгоняя видение. Малышев может быть десять раз красавцем, это не отменяет того, что он что-то скрывает. И, если бы все люди с черной душой имели соответствующую внешность, в мире не было бы ни обманов, ни ограблений, ни убийств.

«Неважно, какая тайна у Малышева. Главное, зачем ему я?»

Мне бы хотелось думать,  что мужчина влюбился  в меня с первого взгляда. Или  прикосновения, не зря же в машине он  крепко сжимал мое запястье, вдыхая аромат духов.

Увы,  я  –  не ослепительная красавица вроде Аллочки, вряд ли спокойный и уравновешенный бизнесмен «потерял голову» при первой встрече. Деловые качества? Еще смешнее: владелец «Парнаса», при желании, мог найти с десяток секретарей, опытнее и умнее меня.

Еще меня тревожила бумага, которую я подписала в кабинете Малышева. Обычно документы составляются в двух экземплярах, один остается у нанимателя, другой  – у работника. Но Малышев не отдал мне копию.

«Надеюсь, я не заключала договор на оказание дополнительных услуг. Например, сексуального характера. Хотя, для этих целей у босса есть Аллочка».

Зазвенел мобильный, отвлекая меня от невеселых размышлений. Взяв телефон, я невольно улыбнулась. Вадим.

– Привет,  –  его хрипловатый голос показался мне лучшим звуком на свете.

– Привет, милый.

Повисла пауза. Вадим не раз жаловался на то, что я слишком сдержанная. Не люблю уменьшительно-ласкательные слова, редко говорю о своих чувствах. Я оправдывалась тем, что любовь нужно  доказывать делом, а не пустыми словами.

Сейчас он явно удивился.

– Как дела, Лада? Чем занимаешься?

Вадим работал вахтами на Крайнем Севере. Два месяца  –  там, один  –  дома. Платили хорошо, но условия   часто были ужасными. Впрочем, Вадим не жаловался на трудности, и  каждый день находил время, чтобы позвонить.

«Как дела?»

Обычный вопрос заставил меня вздрогнуть.  Вдруг отчаянно захотелось рассказать обо всем, что со мной случилось, начиная с такси и заканчивая встречей в кабинете Малышева. О странном мужчине, который стал моим боссом, его почти гипнотическом воздействии и непонятной бумаге, которую я подписала.

Интересно, как бы отреагировал Вадим? Отругал меня за глупость? Потребовал немедленно уволиться? Или, бросив вахту, вернулся домой, чтобы поддержать и защитить?

Последнего я не могла допустить. Вадим собирает деньги на новую квартиру. Для него очень важна эта работа.

«Я не ребенок, чтобы просить о помощи. А, может, я преувеличиваю? Пока Малышев не сделал мне ничего плохого. Щедро заплатил за то, что подвезла на машине, предложил неплохую работу.  Будет глупо, если окажется, что я подняла бурю в стакане воды».

Я коротко рассказала Вадиму о том, что буду работать секретарем. О «Парнасе» и его владельце умолчала.

– Замечательно,  – искренне обрадовался Вадим.  – Теперь ты можешь бросить подработку в такси. Мало ли кто встретиться вечером на улице.

– Я так и сделаю,  –  заверила я его и попрощалась.

Глава 7

Незаметно прошла неделя  –  самое сложное время для новичка в любой фирме. Время, когда ты путаешь бумаги, не знаешь, как найти в компьютере нужный файл, и не помнишь в лицо коллег. Офисная жизнь обходит  тебя, как река  – неожиданное препятствие, люди проходят мимо твоего стола, бросая  любопытный взгляд,  и ты чувствуешь себя лишним. Хуже всего, если и коллеги тебя игнорируют.

Вспоминая рассказы подруг, я понимала, как мне повезло с Таисией Рачковой. Женщина сделала всё, чтобы я чувствовала себя в «Парнасе» непринужденно. Придя утром на работу, я обнаружила удобный письменный стол, находившийся рядом с рабочим местом Таисии, и включенный компьютер.

Таисия, улыбнувшись, протянула мне тонкую папку.

– Сначала ознакомься с должностной инструкцией. Если будут вопросы, не стесняйся их задавать. Потом покажу, какими программами мы пользуемся.

Таисия незаметно включала меня в общий разговор. Когда приходили сотрудники, она, решив какой-то вопрос, обязательно рассказывала мне, где и кем они работают. Я старалась соотнести имя человека с его внешностью.  Получалась неважно   –  у меня с детства плохая память на лица.

Потом Таисия Ивановна сортировала почту. Рекламные проспекты отложила в сторону, письма с пометкой «срочно» аккуратно убрала в кожаную папку, чтобы отдать  начальнику.

– Лада,  – обратилась она ко мне,  – пожалуйста, отнеси бумаги Мирону Николаевичу.

Я почувствовала, что бледнею. Со вчерашнего дня я не видела Малышева, и совершенно не стремилась остаться с ним наедине. А вдруг он снова сделает что-то странное?

Пока я колебалась, к столу Таисии подскочила Аллочка.

– Это моя обязанность,  – холодно заметила девушка, бросив на меня недружелюбный взгляд.  – Наша новая сотрудница слишком неопытна. Боюсь,  потеряет письма по дороге.

Алла взяла папку и, гордо вскинув  голову, направилась в кабинет. Таисия едва заметно вздохнула.

– Не обижайся на неё,  – тихо сказала женщина.  – Алла привыкла быть первой, самой лучшей и красивой в офисе. А теперь появилась ты. Она немного ревнует.

Я мысленно пожала плечами. Если Аллочка освободит меня от обязанности общаться с начальником, я буду ей искренне признательна. Лучше, конечно, вообще не видеть Малышева и переселиться в другой кабинет, подальше от приемной, но это  –  несбыточная мечта.

Потом до меня дошел смысл слов Таисии, и я едва не рассмеялась. Алла ревнует ко мне? Вот же глупость. Это при виде неё замирают и сотрудники фирмы, и простые курьеры. Её лицо украсило бы обложку любого журнала, а я  –  довольно привлекательна внешне, но не более того.

Впрочем, что я знаю о вкусе Малышева? И, даже если я не нравлюсь боссу, Алла способна мне напакостить.  Просто так, на всякий случай.  Нужно быть осторожнее.

Хлопнула дверь кабинета, и появилась та, о ком я думала. Её щеки раскраснелись, глаза горели победным огнем. Аллочка выглядела очень красивой. И, на мой взгляд, задержалась в кабинете босса дольше, чем требуется для того, чтобы передать бумаги.

«Это не твое  дело»,  – одернула я себя, возвращаясь к документам, переданным мне Таисией.

Алла проплыла мимо моего стола, направляясь к кофеварке.

– Мирон любит черный кофе,  – сказала она, как обычно, опустив отчество начальника. Её ловкие пальчики зашуршали пачкой дорогого кофе.  – Два дня назад, когда мы с ним были на званом вечере…

Я отвернулась, пытаясь сосредоточиться на инструкции по делопроизводству, но резкий голос Аллочки очень мешал:

– …там подавали ужасный кофе. Представляете? Пригласили уважаемых людей, и решили сэкономить на еде и выпивке.  Я возмутилась, а метрдотель сказал…

– Алла, я была бы  признательна, если бы ты угостила кофе и меня с Ладой. У тебя получается замечательный напиток,  – мягко перебила её Таисия, отрываясь от компьютера. Её пальцы порхали  над клавиатурой. Прищурившись, я разобрала слово: «Приказ». Наверняка, она пишет что-то важное, а Алла её отвлекает.

Девушка негромко хмыкнула, но возражать не стала. По комнате поплыл приятный запах. Когда, спустя несколько минут, она поставила передо мной крохотную чашечку с кофе, я улыбнулась:

– Спасибо.

Не ответив, Алла вернулась к своему столу. Пригубив напиток, я удивилась его горечи. И, конечно, девушка не добавила ни молока, ни сахара. Если Малышев пьет такой же кофе, ему остается  только посочувствовать.

Или я просто не отношусь к любителям кофе? Вот чая могу выпить несколько чашек.  Надо будет купить чайных пакетиков и принести на работу.

Алла, вернувшись из кабинета начальника, подав ему кофе, некоторое время сидела, закинув ногу на ногу. Её короткая юбка задралась еще выше, позволяя рассмотреть красивые бедра. Улыбаясь своим мыслям, она достала из ящика глянцевый журнал, принявшись его листать.

Я снова подумала, что Аллочка в приемной совсем не для работы. Как бы убедить её, что я не претендую на её место и внимание начальника? Тогда мы сможем поладить.

Глава 8

Когда наступило время обеда, Таисия Ивановна проводила меня в кафе, располагавшееся на первом этаже здания. Кормили там вкусно и не слишком дорого. Я взяла жареную рыбу и картофельное пюре, моя спутница   – куриную котлету и салат. Таисия кивала знакомым, потом мы начали обсуждать  новый сериал. Внезапно в кафе стало тихо.

Подняв голову, я увидела идущего между столиков Мирона Малышева. Шеф, как и вчера, выглядел прекрасно. В его темном костюме с бледно-сиреневым галстуком не было ничего претенциозного, яркого, и все же, от него было невозможно оторвать глаз.

Или дело было  в том, как непринужденно он его носил? Во внешности Малышева, в аристократичной бледности лица, в слегка растрепавшихся темных волосах, в глазах цвета черного кофе, который утром варила Аллочка…

Я вздрогнула, приходя в себя. Что со мной? Этот человек заставляет меня вести себя нелогично, вынуждая  забыть о спокойствии и хладнокровии. Подумаешь, красивое лицо и одежда от дорого модельера! В кафе находились мужчины, молодые и не менее привлекательные, чем Малышев. Но только на него, не отрываясь, смотрели и девушки, и зрелые женщины. Даже Таисия Ивановна, которую трудно чем-то удивить или смутить, забыла о недопитой чашке чая.

«Это действует не только на меня,  – мелькнула в голове внезапная  мысль.  – Малышев обладает харизмой, которая привлекает к нему внимание всех женщин. Чарует, околдовывает, заставляет подчиняться. Я здесь не причем».

Эта мысль подействовала на меня подобно холодному душу. Стало легче дышать, словно, понимая причину, я смогла защититься от его обаяния.

Как он сказал вчера? «Вы способны сопротивляться…» Не это ли имел в виду Малышев? Неужели ему нравиться играть с женщинами, как с глупыми куклами?

Рассердившись, я сжала в руках вилку так сильно, что едва не сломала её. Затем, подняв голову, я встретилась с мужчиной глазами.

Время замерло. В моих глазах он мог прочитать вызов. В ответ Малышев удивленно приподнял бровь, потом слегка поклонился. Я ответила небрежным кивком. Ни за что не стала бы вести себя так невежливо с начальником  – я вообще человек тактичный  – но он меня разозлил.

Малышев моргнул, и очарование рассеялось. В кафе снова зазвучали голоса и веселый смех. Сотрудники, поприветствовав босса, вернулись к своим делам.

На руке Малышева повисла Аллочка, тесно прижимаясь к нему и заглядывая в лицо.

– Мирон, пойдем скорее,  –  воскликнула она.  –  Я есть хочу.

– Конечно,  – красивая пара прошла мимо нас с Таисией, направляясь к столику у окна. К ним тут же бросился официант с меню.

Я перевела дыхание. Похоже,  чем дальше от меня находится шеф, тем лучше я себя чувствую.

Что же делать?  Как я буду  работать с этим человеком, если то злюсь на него, то не могу отвести взгляда.

– Как неосторожно,  – прошептала Таисия Ивановна, глядя в сторону Малышева.

– Вы о чем?  –  не поняла я.

– Не важно,  – женщина привычно улыбнулась.  –  Ты наелась, Лада? Хочешь еще что-нибудь заказать?

– Нет, спасибо,  – я подумала о том, чтобы поискать поблизости другое кафе. Здесь вкусно кормят, но, если Малышев будет приходить каждый день, он мне аппетит испортит.

– Тогда идем,  – Таисия встала и, поправив платье, направилась к выходу. Я последовала за ней, спиной чувствуя чей-то пристальный взгляд. Очень хотелось обернуться, но я не стала, вместо этого заглянув в одно из висевших на стене зеркал.

Мирон Малышев, как и ожидалось. Аллочка, склонившись к нему, что-то с жаром говорила, а он провожал меня взглядом. Впрочем, стоило мне остановиться, как мужчина повернулся к спутнице, накрыв её ладонь своей.

Очень мило. И почему меня раздражает такое поведение?

Усилием воли я выбросила мысли о шефе из головы, сосредоточившись на том, что рассказывала Таисия.

Глава 9

Следующие дни были, как один, похожи на первый. Начальника я видела редко, что меня полностью устраивало. Алла старательно игнорировала мое присутствие. Если она общалась, то только со вторым секретарем, и то как-то снисходительно. Большую часть дня Алла  проводила с мобильником в руках. Оживлялась девушка только при появлении босса или его гостей, которых требовалось проводить в кабинет или подать напитки.

Если честно, Аллочка вызывала у меня раздражение, смешанное с долей зависти. Слишком красивая, слишком яркая, она напоминала  пони с венком из цветов на фоне двух рабочих «лошадок»  –  меня и Таисии. Казалось, ей достаточно моргнуть глазом, чтобы получить всё, что она хочет. Но вскоре я узнала, что это далеко не так.

В пятницу после обеда пошел дождь. Сначала редкие капли стучали по стеклу, потом с неба хлынул поток воды. Когда мы с Таисией вышли на крыльцо, я остановилась, растерянно глядя на стену дождя.

Таисия Ивановна раскрыла небольшой сиреневый зонт.

– Лада, ты не взяла  зонтик?  –  спросила она, заметив, что я не двигаюсь с места.

– Да, дома оставила. Ничего страшного,  – отмахнулась я,  – как-нибудь добегу до машины.

Женщина укоризненно покачала головой.

– Ты же не хочешь простудиться? Я бы предложила тебя проводить, но мой зонтик слишком маленький. Лучше вернись в офис. В  шкафу есть запасной зонт, правда, со сломанными спицами.

Поблагодарив Таисию, я отправилась обратно, удивившись, как быстро опустело здание. Мне встретились только несколько сотрудников.

Лифт бесшумно поднял меня   на пятнадцатый этаж. Я быстро дошла до приемной, открыла дверь и вдруг услышала голоса, доносившиеся из кабинета Малышева. Один из них, капризно растягивающий слова, принадлежал Алле.