Eclipse: Убийца в белом халате

Куми не успела договорить, как белый мир вокруг вмиг распылился. Тогда, девушка вновь погрузилась в забвение.

Тем временем, едва Куми отключилась, сидя за барной стойкой, Имаймаши вскочил со стула и подбежал к ней. Он попытался растрясти подругу, но та не приходила в себя.

– Не сработает, – Хлоя медленно протирала стакан, – Она в тотальном отрубе, вряд ли проснется.

– Что ты ей подмешала, сучка? – старик грозно посмотрел в сторону бармена.

– Жаль, что ты так ничего и не выпил, это может стать проблемой, – девушка поставила стакан на стойку и указала пальцем на старика, – Придется разбираться с тобой самостоятельно!

Имаймаши моментально материализовал за своей спиной сангрейн, который выпустил направленный звуковой заряд в сторону Хлои. Однако, девушка вовремя успела поднять деревянный раздвижной сегмент барной стойки, чем ей удалось погасить звуковую волну. Выпустив из рук деревянную доску, Хлоя быстро спряталась под барной стойкой. Посетители бара начали встревоженно переговариваться между собой. Имаймаши понял, что ему необходимо разогнать всех зевак, чтобы никто из них не пострадал. Люди вокруг не могли увидеть сангрейн, но шумиха возле барной стойки начинала напрягать их.

– Вы все, чего вылупились? – старик громко кричал на посетителей бара, размахивая руками, – Валите отсюда к чертям, если жизнь дорога!

Пара человек решили незамедлительно покинуть заведение, чтобы не нарываться на проблемы, которые мог причинить двухметровый старикан с грозным видом. Но, кажется, речь Имаймаши подействовала явно не на всех. Большинство просто приняли его за сумасшедшего и продолжили выпивать, как ни в чем не бывало.

– Слышь, дед! Кто ты такой, чтобы нам указывать? – пьяный мужчина ухватил Имаймаши за плечо – Я ещё не допил свое пиво!

– Допьешь дома, кретин! – старик повернулся к мужчине и ткнул его пальцем в грудь, – Цени то, что ещё способен глотать, пока не пришлось пить через трубочку!

– Сейчас ты договоришься, козел старый! – мужчина замахнулся, пытаясь ударить Имаймаши, но едва до лица Имаймаши осталось сантиметров десять, сангрейн защитил его, выпустив ненаправленную звуковую волну прямо в кулак нападавшего, из-за чего тот, будто бы проскользил по невидимому щиту, так и не достигнув цели, – Э? Что это за херня?

Мужчина громко закричал, пытаясь накинуться на Имаймаши, но старик схватил бутылку пива с барной стойки и с размаха разбил её об голову пьянице. Разъяренный мужчина вдруг обомлел и рухнул на пол, как мешок картошки. В руках Имаймаши держал розочку, оставшуюся от разбитой бутылки.

– Ну что, уроды, кто следующий? – старик поставил ногу на тело мужчины без сознания, направив розочку на оставшихся в баре людей.

Посетители, не желая связываться с ненормальным, избивающим безобидных любителей пива, поспешили удалиться из бара. Они не были напуганы, но и не были в восторге от происходящего. Имаймаши приглянулась одна особа, проходившая мимо него к выходу. Невысокая симпатичная женщина лет тридцати в очках, имеющих форму полукруга, и распущенными длинными волосами. Он быстро схватил даму за руку, притянул к себе и приобнял за талию, словно сливаясь в медленном танце.

– Постой, красотка! – старик нежно вложил в руку женщины кусочек старого флаера с изображением группы Unholy Miracle, на обратной стороне которого он предварительно записал свой номер, – Может позвонишь мне, как будет время? Я бы не прочь с тобой покуролесить!

Женщина сжала бумажку в руке и мило улыбнулась, ничего не говоря. Было в её улыбке что-то фальшивое, ведь люди, улыбаясь искренне, улыбаются ещё и глазами, когда по краям глаз сильнее видны мимические морщинки. Искренняя улыбка называется улыбкой Дюшена. Но более очевидным проявлением лживости улыбки женщины, понравившейся старику Имаймаши, было то, что, едва выйдя за порог бара, она выкинула кусок флаера в ближайшую мусорку. К счастью, старик не видел этого гнусного поступка, который бы точно оставил неприятный осадок и ослабило боевой дух, что было бы совсем некстати в предстоящей ситуации.

– Как всегда неотразим, – Имаймаши гордо плюнул на лежащего под его ногой мужчину, – Есть ещё порох в…

Из-за барной стойки прямо в голову старику полетела новая бутылка пива, но тот успел увидеть летящий в него объект боковым зрением. Появившийся за его спиной сангрейн Careless Whisper защитил его, выпуская во все стороны звуковые волны, создавая некое подобие щита, который возможно было пробить лишь чем-то, движущимся быстрее скорости звука. Музыка громко неслась из динамиков, расположенных по всему телу долговязого создания. Тем временем из-за барной стойки в Кирюкито летели бутылки, отражающиеся от его щита и вдребезги разбивающиеся об пол. Вскоре почти весь пол вокруг старика был засыпан битым стеклом.

– Ну же, сучка, покажись! – Имаймаши бодро подпевал громкой музыке, доносящейся из динамиков его сангрейн, хотя для него она звучала намного тише, чем для окружающих, позволяя ему слышать все, что происходило вокруг, – …I wish that we could lose this crowd…

Умение слышать сквозь музыку своего сангрейн позволило старику расслышать едва различимый шум, выбивающийся из общих фоновых шумов. Это было постепенно нарастающее жужжание огромного количества насекомых. Имаймаши было трудно понять, откуда доносится этот шум, но, осмотревшись вокруг, он понял, что он звучит со всех сторон сразу. Изо всех окон, щелей и отверстий в помещение бара начали стремительно протискиваться осы. Их были сотни, бесчисленное множество, и все они летели в сторону Имаймаши.

– Терпеть не могу этих тварей, – старик усилил музыку своего сангрейн, чтобы полностью обезопасить себя от их проникновения под его звуковой барьер.

Считая, что находится в полной недосягаемости, Имаймаши двинулся к барной стойке, чтобы выкурить барменшу, которая так и не показала себя. Однако, он на мгновение остановился, заметив, что музыка не оказывает влияния на ос: они приближались все сильнее и не останавливались.

– Вот это сейчас вообще не смешно… Почему эти мерзкие жуки не прекращают движение? – приглядевшись к осам внимательнее, Имаймаши увидел, что они все летят под странным углом.

Каково же было его удивление, когда он увидел, что каждое насекомое держит в своих лапках осколок стеклянной бутылки, по размеру не превышающий саму осу. Они двигались на Имаймаши плотным строем, как спартанцы держащие в руках прочные щиты.

– Какого черта они делают? Осколки стекла? Они пытаются создать реверберацию! – осы подлетали все ближе к старику, – За счет реверберации они вызывают постепенное затухание звука, вызываемое слишком частым переотражением! Чем ближе эти твари, тем быстрее отражается звук от осколков стекла и быстрее затухает! Ты не просто кидала в меня бутылками, а занимала позицию для ответного удара!

– Все верно! Ты умнее, чем кажешься, – Хлоя наконец выбралась из-за барной стойки, держа в руках улей пшеничного цвета, закрученный в форме спирали, – Ты для меня не имеешь значения, мне нужна лишь твоя подруга!

– Девчонка Ёидзокуми? Но зачем? – Имаймаши взглянул на Куми, которая все ещё лежала без сознания.

– Видишь ли, твоя подруга медик, а мне срочно понадобился доктор, – Хлоя обошла барную стойку, а старик тем временем медленно пятился назад, пытаясь не приближаться к строю ос, – Но мне нужен был необычный врач, а, как я заметила, у вас обоих есть интересные способности, которые возможно были бы для меня полезными. Хотя конкретно ты меня не интересуешь, однако и убивать я тебя не собираюсь, ведь это вызовет много вопросов и проблемы с законом, которые мне совершенно не нужны. Мои подопечные – обычные бумажные осы. Жалят они не смертельно. Моя способность W.A.S.P. позволяет мне управлять ими. Я заставлю их жалить тебя до тех пор, пока ты не отключишься от болевого шока!

– А потом ты просто сбежишь с девчонкой? Как бы не так! Пускай твои букашки сначала до меня доберутся! – старик наконец был на достаточном расстоянии, чтобы его сангрейн сумел схватить бутылки воды, стоявшие под барной стойкой.

Careless Whisper поднял несколько бутылок своими длинными пальцами и под сильным звуковым давлением динамиков из ладоней бутылки разорвались, разбрызгивая воду в разные стороны. Вода, попадая на крылья ос, заставляла их терять равновесие, из-за чего ровный строй был нарушен. Имаймаши воспользовался моментом и отбежал на безопасное расстояние, запрыгнув за ближайший столик, опрокидывая его, словно баррикаду. Хлоя тем временем словно подвесила необычный улей в воздухе, а сотни ос вокруг начали слетаться к нему, формируя гуманоидную форму. За пару секунд сангрейн Хлои был полностью сформирован в своей истинной форме. Его тело состояло полностью из сцепленных друг с другом насекомых, за и исключением головы, которая и была тем спиральным ульем. Пытаясь оценить обстановку и прицелиться, Имаймаши выглянул из-за стола, заставив Careless Whisper выпустить направленную звуковую волну в сторону W.A.S.P., но осы лишь разлетелись в стороны в месте удара, пропустив заряд сквозь тело сангрейн. Старик резко пнул столик в сторону роя из пчел, чтобы заставить его развеять предполагаемые ноги человекообразной конструкции из насекомых, а сам попытался обойти его стороны, чтобы добраться до самой Хлои. Однако при соприкосновении со столом сангрейн будто завис в воздухе без ног. Едва Имаймаши попытался нанести удар Хлое, как его кулак перехватил W.A.S.P., облепив руку старика осами.

– Вот же… Ах, сука, как больно! – множество ос безжалостно жалили пальцы и кисть Кирюкито.

– Когда они покроют тебя полностью, ты потеряешь сознание от боли! – Хлоя громко рассмеялась, – Видел мой потрясающий наряд? Я королева ос! Тебе меня не одолеть! Не переживай, я вызову тебе скорую, когда ты отключишься!

Но восторг девушки длился недолго, внезапно сангрейн потерял свою форму и насекомые стали беспорядочно носиться по помещению, врезаясь в стены и окна. Хлоя лишь успела поймать падающий улей и снова скрылась за барной стойкой.

– Что происходит? – улей тянул ос назад и большинство из них постепенно скрывались за барной стойкой, прячась в внутрь, – Что ты сделал?

– Знаешь, почему я всегда мирно сплю по ночам и ни одна мерзкая букашка не смеет потревожить мой сон, не заползет мне в уши или нос? У меня дома стоит отпугиватель насекомых! – Имаймаши уверенно двинулся к барной стойке, куда в хаотичном движении слетались все осы, – Ты не слышишь? А вот твои черно-желтые приятели всё прекрасно слышат! Ультразвук, детка! Этим и прекрасен ультразвуковой отпугиватель: он абсолютно не мешает спать по ночам! Я всего лишь повысил частоту звуковых волн, а твои осы уже дезориентированы, не считая тех, кто оказался в самом эпицентре шума, ведь их тело нагрелось, словно раскаленный металл! Как бы ты ни хотела, они теперь не смогут собраться в твоего пчеловека снова!

Едва Имаймаши приблизился к барной стойке, за которой пряталась Хлоя, прячущая ос в улье, она бросила взгляд на Куми, которая всё еще не пришла в себя, и поняла, что нужно действовать решительно. У неё оставался лишь один козырь в рукаве. Она швырнула улей прямо в лицо старика. Тот попытался заставить свой сангрейн выпустить в улей звуковую волну, но звук лишь прорвал оболочку, из-за чего сосуд разорвался, и сотни насекомых в мгновение ока облепили Имаймаши с ног до головы, безостановочно жаля его по всему телу. Старик упал на пол и начал кататься из стороны в сторону, но это не помогало ему избавиться от жужжащих тварей. От боли он не мог даже призвать сангрейн, чтобы хоть как-то отпугнуть ос - ультразвуком воспользоваться было невозможно. Тем временем, королева ос Хлоя подобралась к телу Ёидзокуми Хинаты и с трудом потащила её в сторону подсобного помещения, чтобы сбежать через запасной выход. В порыве агонии Имаймаши ударил ногой по барной стойке, вогнав себе в ботинок огромный осколок разбитой бутылки. Однако, он уже не различал боли, ведь она была нескончаемой. Барахтаясь по полу, он закинул раненную ногу на один из столиков, на который светило яркое закатное солнце.

– Как так вышло?… Разве я могу проиграть какой-то девчонке во второй раз? Мне жутко больно… Ох, Суми… если бы только… – в глазах старика уже темнело, но даже сквозь облепивших его глаз ос, он видел обжигающее солнце, светившее прямо в его лицо, – Солнце… такое яркое… прямо как в тот день, когда… меня бросили…

Уже почти перестав чувствовать что либо, Имаймаши из последних сил прикрыл лицо рукой от солнца, будто пытаясь развеять болезненные воспоминания. В его руке был скомкан тот самый флаер с изображением группы Unholy Miracle. Старик неосознанно вытащил его из своего кармана, когда засунул туда руку, подходя к барной стойке до того, как в него швырнули улей. Луч солнца, проходящий через стекло, застрявшие в ботинке, падал прямо на лицо Имаймаши, а закрывая его рукой, в которой была скомканная бумага, он неосознанно пришел к решению проблемы. От длительного контакта с направленным лучем солнца смятый в руке флаер постепенно начал воспламеняться.

– Кажется… это мой последний шанс… – почувствовав, как пламя обжигает руку, Имаймаши из последних сил вытянул её вверх, направляя дым к потолку, – Остается лишь надеяться, что бар соответствует требованиям пожарной безопасности…

Дым от горящего флаера устремился вверх к противопожарным датчикам. Едва он достиг белого датчика на потолке бара, сработала сигнализация и с потолка начала разбрызгиваться вода, заливающая все вокруг. Осы полностью промокли и не могли влететь, а вода быстро смыла их с тела Имаймаши. Вода стекала по лицу старика, словно слезы. Он сделал лишь один облегченный вздох и громко рассмеялся, лежа на промокшем полу среди кучи едва ползающих насекомых.

W.A.S.P.

Пользователь: Хлоя Зои

Тем временем, Хлоя тащила тело Куми по полу подсобного помещения. Ей оставалось всего пару шагов до запасного выхода из бара.

– Какая же ты… тяжелая… – Хлоя буквально надрывалась из последних сил, – Ещё немного… давай же…

Внезапно с потолка струями начала брызгать вода. Она лилась во все стороны, волосы Хлои полностью промокли.

– Ах, мои чудесные волосы полностью промокли! –бармен панически трогала свою голову, будто испорченная прическа была её главной проблемой, – Нет, нельзя отвлекаться на такие мелочи! Я дала обещание!

Подобравшись достаточно близко к двери запасного выхода, девушка открыла дверную ручку и потянула дверь на себя. Но едва приоткрыв её, она вновь захлопнулась, будто на неё подействовала какая-то сила. Хлоя обернулась назад и увидела Имаймаши, стоявшего на входе в подсобное помещение. Старик был изжален осами с ног до головы, его кожа распухла и покраснела, из его ноги, пронзенной осколком, сочилась кровь, а рука, в которой он держал горящий флаер была покрыта ожогами. Имаймаши тяжело дышал. Едва стоя на ногах, он оперся об дверной косяк, а со спины его словно поддерживал тощий сангрейн.

– Раздавлю тебя… букашка! – пошатываясь, старик направился в сторону девушки.

В панике Хлоя попыталась активировать свой сангрейн, формируя сломанный улей заново, однако мощный поток воды не позволял ему собраться: материал размокал и тут же разваливался.

– О, гляньте на этого знатока насекомых, – Имаймаши усмехаясь подходил все ближе, – Разве ты не знаешь, что бумажные осы оправдывают свое название тем, что стоят свои ульи из подобия бумаги? Это пережеванные волокна старой древесины. Но видела ли ты, чтобы хоть одна оса была настолько тупой, что строила себе дом под сильным дождем?

– Не подходи ко мне, псих! – Хлоя схватила с полки одну из бутылок и разбила её о стену, приставив осколок к горлу Куми, – Ещё шаг и я убью твою подружку!

Имаймаши лишь усмехнулся, глядя в глаза напуганной девушке. Она была словно загнанный в угол зверь, который изо всех сил пытался напугать хищника, принимая возвышенную позу. Старик всего за один широкий шаг добрался до Хлои и с размаха ударил её по лицу.

– Пустые угрозы, ха-ха, – старик отряхнул обожженную руку, – Хочешь иметь преимущество в переговорах, не рассказывай о своих намерениях заранее! Я же знаю, что ты ничего не сделаешь этой девчонке, ведь она тебе нужна! Раз ты так отчаянно боролась за неё, значит, у тебя есть весомая причина!

Хлоя упала на мокрый пол. Хотя Имаймаши был крайне измучен, его удар оставался довольно сильным. Из-за брызжущей во все стороны воды не было понятно, стекали ли по лицу девушки обычные капли воды или это все же были слезы от боли и бессилия. Вдруг вода перестала литься с потолка, так как датчики давно не улавливали дым. Хлоя отползла к ближайшей стенке и хотела что-то сказать, но в этот момент её рот залепила густая белая субстанция. А затем ещё пара таких же шлепков приковали девушку к стене, не давая ей пошевелиться. Имаймаши удивленно повернул голову в сторону, откуда была выпущена вязкая масса.

– Я вспомнила, – Ёидзокуми Хината уже стояла на ногах, направляя указательный палец в сторону обездвиженной Хлои, – Эта сука меня отравила!

Куми выглядела очень уверенно. Вокруг её шеи была обвита белая гусеница с горящими красными глазами. Это был её сангрейн. Тот же, что и раньше, но перешедший на новую стадию эволюции. Обретённая вновь способность после преодоления очередного испытания в чертогах сознания напоминала новый акт в театральной постановке. Эта форма сангрейн и получила такое название – Party by Myself: Act 2.

– Хочу отдать этой стерве должное. Благодаря ей я смогла получить апгрейд! – Куми заметила, как стекающие капли воды с волос Хлои начали размывать вязкую субстанцию, поэтому она приказала сангрейн выстрелить в неё снова.

– Ха-ха, а девчонка-то с явным потенциалом! – Имаймаши почувствовал в ногах слабость и рухнул на пол, истратив все свои силы до изнеможения, – Ох… как же я не хочу… назад в больницу…

Глава 4. Blank Space

Спустя минут двадцать после крайне разрушительного сражения между Имаймаши Кирюкито и барменом Хлоей Зои, приведшего к тотальному разгрому бара Хайбу, на улице уже вовсю выла сирена скорой помощи. Дело подходило к вечеру, палящее солнце заходило за горизонт, скрываясь за крышами невысоких домиков, окружающих бар. Фельдшеры скорой уносили на носилках тело старого воина, пострадавшего от множественных осиных укусов, ожога правой руки и глубокого пореза левой ступни. Имаймаши был без сознания, однако на его лице застыла довольная ухмылка. Настолько он был доволен своей победой над наглой девчонкой. Вероятно, если бы он ещё оставался в сознании, то сейчас бы безудержно смеялся. Тело старика погрузили в скорую. Тем временем Ёидзокуми Хината пыталась как можно мягче объяснить сотрудникам скорой произошедшую ситуацию, явно увиливая от основных подробностей.

– Да вы же знаете, как оно бывает. Напились, подрались и в процессе разгромили бар, – Куми держалась уверенно, чтобы точно передать суть произошедшего, – Знаете, я подозреваю, что дело было в женщине. Мужчины они такие.

– Да ни черта я не помню, отвяжитесь от меня! – мимо Куми и медицинского сотрудника пронесли ещё одни носилки с мужчиной, которому старик разбил бутылку об голову.

– А вы просто случайный свидетель? – спросил стоявший рядом медик, которого смутило, что в баре не было больше народа, кроме тех троих.

– О, нет, я хозяйка бара! – девушка хитро улыбнулась, – Можем обойтись без сотрудников полиции и составления протокола: эти двое уже пообещали возместить все расходы.

– Вы очень молодо выглядите для того, чтобы быть хозяйкой, – фельдшер приподнял бровь.

– Спасибо за комплимент, но мне двадцать пять, я давно занимаюсь алкогольным бизнесом, – Куми убрала прядь волос за ухо, изображая смущение от того, что её якобы омолодили заданным вопросом.

Медицинский сотрудник кивнул в знак того, что вопросов больше не имеет, и направился в машину скорой помощи, куда уже погрузили двоих пострадавших. Вскоре машина уехала, и Куми проводила её взглядом, убедившись, что никого лишнего больше в баре ни осталось. Аккуратно ступая по намоченным осколкам бутылок, девушка направилась в подсобное помещение, где её ждал другой, более важный разговор. В подсобке вверх ногами была прибита к стене жидкостью номер два бармен Хлоя Зои. Она находилась в нескольких сантиметрах от пола, что не позволяло ей добраться до воды, оставшейся после сработавших датчиков дыма, полностью ограничивая её шансы на побег. Жидкость номер два, так назвала её Куми, позволяла ей легко обездвижить противника за счет своей вязкой структуры. Остальные жидкости, которые получили названия «жидкость номер один» и «жидкость номер три» имели иные свойства, аналогичные тем, что продемонстрировало змееподобное существо в чертогах сознания. Жидкость номер один при попадании на тело человека позволяла Ёидзокуми слышать, о чем думает жертва. Сама по себе эта жидкость была достаточно водянистой и не такой густой, как вторая. Жидкость номер три по своей плотности была аналогична первой, но имела другие свойства. Она работала, как очень едкая кислота, способная растворить даже металл, и больше подходила для хладнокровного убийства, нежели для защиты. Рот у Хлои Зои так же был залеплен жидкостью номер два, чтобы она не могла кричать, пытаясь привлечь к себе внимание. Куми взяла с пола мокрую тряпку и поднесла её к лицу бармена, чтобы смыть со рта девушки жидкость номер два и приступить к допросу.

– Кап-кап, смываю с твоего лица улыбку, – напевала Ёидзокуми, выжимая тряпку на лицо Хлои.

– Сучка ты мелкая, у меня ведь даже страховки нет, чтобы компенсировать весь ущерб, что вы нанесли моему бару! – бармен сплюнула воду от выжатой тряпки на пол.

– Вот же незадача! Так ты хозяйка бара? – Куми присела на корточки рядом с перевернутым лицом Хлои, – Как жаль. Может не стоило нападать на беззащитного старика и травить студентку, которой едва исполнилось восемнадцать?

– Да пошла ты к черту! – бармен попыталась плюнуть в лицо студентки, но в тот же момент вокруг её шеи обвился обновленный сангрейн, который плюнул в ответ, сбив жидкостью номер один летящий плевок и попав частью жидкости на лоб девушки.

Хлоя обиженно отвернулась в сторону, демонстрируя явное нежелание сотрудничать. Куми довольно усмехнулась и встала в полный рост, отходя на пару шагов.

– «Ничего я ей не скажу!» – думала про себя бармен, – «Ни про моего друга, ни про его просьбу!»

– Про какого такого друга ты не хочешь мне рассказывать? – с лица Куми не пропадала довольная ухмылка. – Это он попросил меня отравить?

– «Что? Откуда она знает, о чем я думала?» – девушка в пчелином наряде с испугом посмотрела на Хинату.

– Ха-ха, я экстрасенс? Смотрела это шоу на телеке? Меня звали, но я отказалась, потому что большая часть из них шарлатаны, – Куми увлеченно разглядывала свои ногти, – Давай поиграем? Я угадаю все твои мысли? Какой твой любимый цвет?

– «Желтый… Зачем я об этом подумала?» – Хлоя пыталась не да ь Куми прочитать её мысли.

– Желтый? Оно и видно, пчелка ты наша, – Куми облокотилась на стену, сложив руки на груди, – Во сколько лет у тебя был первый поцелуй?

– «В семнадцать… Хватит… Почему я об этом думаю?» – бармен зажмурила глаза, будто это как-то поможет ей не пускать девушку, читающую мысли, в свою голову.

– Такая симпатичная, а целовалась, только когда закончила школу? Наверное, в школьные годы ты была не очень, – Хината усмехнулась, провоцируя Хлою на ещё более откровенные ответы, – А как звали твоего друга, который попросил тебя отравить меня?

– «Акичи Томей… Нет… Перестань…» – по виску Хлои потекла слезинка, – «Уходи из моей головы!»

– Акичи Томей, значит? Спасибо за сотрудничество, Хлоя-тян. Так мило, что ты ничего от меня не скрываешь, – девушка вновь присела на корточки и ткнула бармена пальцем по носу, – А где живет этот твой друг?

– «Не думать! Не думать! Не думать!» – Хлоя уже покраснела от напряжения.

– Что ж, милая Хлоя-тян, можешь не думать больше ни о чем. Имени твоего друга мне вполне достаточно. Городок у нас небольшой, я быстро найду его. А знаешь, что будет потом? – Хината провела рукой по предполагаемой голове своего сангрейн, похожего на белую гусеницу, – Это мой сангрейн, Party by Myself: Act 2. Помимо чтения мыслей и сковывания противников, он имеет ещё одно свойство. Эта милая гусеница может выпускать жидкость, растворяющую все, будто кислота. И когда я найду этого твоего Акичи, он будет первым живым существом, на котором я испытаю эту жидкость. Сначала его кожа и плоть сползет с костей, будто кожура апельсина, а потом растворятся и сами кости.